пустыня

кенма попал в больницу случайно

. куроо приходит к нему каждый день. приносит еду, которую козуме почти сразу обменивает на сигареты.       когда куроо приносит "рождественские" носки с оленями и помпонами по бокам, кенма задыхается.       или от лекарств, или от чувств. впервые он чувствует хоть что-то, кроме боли и крови. у его любви привкус клубники и мятной жвачки(куроо всё время её покупает).       кенма в больнице из-за куроо. одновременно винит и оправдывает.

— я просто хочу, чтобы тебе стало лучше, котёнок.

      тетсуро треплет его по волосам, и кенма ластится. почти урчит, когда куроо прижимает к себе сломанное тело, поглаживая по спине.

— я вытащу тебя отсюда.

      шепот куроо отдаётся взрывом в ушах. весь мир разлетается от его голоса. остаётся лишь пепел.       кенме хочется сбежать далеко-далеко. но он слишком боится, вдруг их заметят. найдут и привяжут. смирительных рубашек в больнице нет, только вязки. веревки впиваются в запястья и рёбра. кенма плачет, хотя знает, что нельзя.

— знаешь, куроо, тебе здесь самое место.

/ ты бы точно лежал на соседней койке. привязанный вдоль и поперёк/ чёрный кот лишь ухмыляется и закуривает. — поверь мне, я знаю об этом, золотце. куроо не приходит неделю. и появляется на пороге больницы( кенме уже хочется назвать это место домом), с маленьким пакетом. всё как обычно. немного кофе, сигарет. и новая краска. пепельно-розовый.       — я бы хотел сам покрасить тебе волосы, но мне не позволят.       кенма хватается за краску, как за последний мост. козуме показывает на свои отросшие корни. — не проймёт. — не волнуйся, котёнок. ты сможешь.       в этот же вечер кенма впервые красит волосы сам. в больнице его начинают ненавидеть больше.       на следующий день приходит куроо. только в этот раз с ним бокуто и акааши. они передают ему свёрток. розовая ночнушка.

кенма думает, что ему легче.

      в розовой ночнушке и розовыми волосами кенма ещё больше похож на забитого котёнка. он сильнее жмётся к чёрному коту. у того вечная ухмылка и всегда найдётся пачка сигарет. от него вечно пахнет его ментоловой жвачкой.

— спасибо.

кенма забывает о том, что куроо пришёл не один. у акааши закатаны рукава чёрной рубашки. кенма замечает такую же вязь, как у него самого. она по венам, артериям и сосудам. прямо по нервам до самого мозга и, почти отказавшего сердца. облегчение лишь минутное помешательство. с каждым днём ему становится хуже. жизнь кенмы козуме превращается в апатию. и он не знает, что хуже: когда лёгкие сдавливает от любого прикосновения, или, когда, уже не бьющееся сердце.