Кусочек яблока или теория о бабочках

Дингс любил проводить время на свалке. Нигде больше, чем здесь находились самые разнообразные детали, книги, еда, иногда одежда и игрушки. Конечно, у доктора было достаточно денег на жизнь, но все же, никогда не знаешь, что можно найти здесь, а не в магазинах, где все за тебя уже сделано и аккуратно расставлено по полочкам. В надежде отыскать что-нибудь детям Гастер залезал в каждый уголок, но находил только рваную одежду, обертки от конфет и испорченную еду. Он громко выдохнул и сел на одну из куч мусора. Дингс посмотрел на свои туфли и долго о чем-то думал. Собираясь уже возвращаться домой и провести заслуженный выходной вместе с детьми, Дингс споткнулся об какой-то куб. Он взвыл и смешно запрыгал на одной ноге, выругиваясь и шипя. Дингс яростно поднял куб и был готов бросить его куда подальше, но вдруг кубик открылся и издал пару красивых звуков. Гастер поднял коробку перед глазницами, покрутил ее и нашел ключик. Он покрутил его, и из куба полилась музыка, свалку наполняла атмосфера какого-то тепла, уюта, сказочности, но звучала мелодия тихо, тогда Гастер открыл крышку. Музыка стала немного громче, а внутри крутилась балерина в розовой пачке, с куколем на маленькой головке. Позади ее было прикреплено круглое зеркальце, которое было разбито вдребезги. Коробочка была темно-синего цвета, украшенная серебряными звездочками и завитками. Шкатулка издала последние звуки и затихла. Гастер закрыл крышку волшебной коробочки и запихнул ее в поблизости лежавший пакет. Дингс поспешил домой и сел в лодку. — Тра ла ла. Куда направляемся? — спросил лодочник. — В Хотлэнд, — коротко ответил Гастер. Лодочник кивнул, или Дингсу это показалось. Лодка тронулась и спокойно поплыла. Доктор смотрел на разводы в воде, прокручивая в голове музыку из шкатулки. — Тра ла ла, — резко запел лодочник, отчего Гастер чуть ли не свалился в воду. — Вода сегодня довольно дикая. Это плохой знак, — пробормотал лодочник, оглядываясь на доктора. — К чему это ты? — спросил Дингс, подняв голову, на что в ответ получил огромную паузу. — Приходи еще когда-нибудь. Тра ла ла, — после этих слов, лодка остановилась. Гастер вышел, посмотрел еще раз на речную личность и наблюдал за ним, пока лодка не скрылась из его поля зрения. Дингс пожал плечами и пошел домой. Гастер открыл дверь и услышал вопль детей. — Не бойся, принцесса! Мы спасем тебя! — кричал Папайрус, прыгая, видимо, по дивану. Дингс снял обувь, взял пакет в руки и собирался зайти в гостиную, но в него влетел маленький комочек. — Привет, Дингс! — радостно сказал голос, приподнимая шлем со лба, который был очень большой. — Привет, малышка. Можно узнать, во что вы играете? — улыбнулся Гастер. — Конечно! Мы играем в рыцарей и принцесс, — прыгала Анне-Мари. — Папайрус — командир! — А ты принцесса, которая собралась на охоту? — Нет, я тоже рыцарь! — Тогда принцессы у вас нет. — Есть, Санс. Он спящая красавица! — засмеялась малышка. Дингс несколько раз моргнул, но потом засмеялся и потрепал Анне-Мари по голове. — Ты решила все примеры и прописала все буквы, которые я тебе сказал? — глянул на Анне-Мари Гастер. — Да, я все прописала, проверишь, ладно? Ой, а что у тебя в пакете? — глаза малышки блеснули искрой любопытства. — А это подарок за прилежное ученье, — Дингс присел на одно колено и вытащил из пакета коробочку. Анне-Мари подпрыгнула. — Санс! Папайрус! Идите сюда! — крикнула она. Из зала выбежал взволнованный Папайрус, а за ним плелся сонный Санс. — Привет, пап, — зевнул старший скелет. — Что это? — прыгал младший. — Хочу посмотреть! — Это коробочка, видишь? — Анне-Мари протянула куб к глазам Папайруса. — Это не просто коробочка, — улыбнулся Дингс и взял куб из рук девочки. — Пойдем в гостиную. Дети ринулись в зал и сели на диван. Гастер сел посередине, покрутил ключик, открыл крышку, и из коробочки заиграла мелодия. Анне-Мари удивленно смотрела на крутящуюся балерину. Санс с Папайрусом наслаждались музыкой. — Она напоминает мне о чем-то, — девчушка посмотрела на Дингса, — что-то очень важное, но никак не могу вспомнить. — О доме? — спросил Гастер, глядя ей в глаза. — Да, наверное, о том, что наверху, — указала вверх пальцем Анне-Мари. Мелодия закончилась. — Ой, кончилась, — вздохнула малышка. — Я хотел бы встроить в нее датчик проекции звезд на потолок, разрешишь? — спросил Гастер. — Да! Скорей бы увидеть звезды! — болтала ногами Анне-Мари. — Звезды? — удивился Санс. — Как в книге по астрономии? — Да, — улыбнулся Дингс. Огоньки Санса блеснули. — Завтра займемся этим, потому что вечером хочу кое-куда сходить. — А куда? — спросил Папайрус. — Недалеко отсюда живет один мой знакомый, навестим его и погуляем. — Хорошо, — улыбнулся младший. Наступил вечер. Дингс одел детей в свитера и куртки с шапками. — Вперед и не отстаем, — Гастер взял Санса и Анне-Мари за руки, а Папайруса на плечи. — Тра ла ла. Куда направляемся? — спросил лодочник. — В Сноудин, — посадив детей в лодку, сказал Дингс. — Лодка быстро понеслась по волнам. — А почему он называется Сноудин? — спросила Анне-Мари, смотря на волны. — Увидишь, — улыбнулся доктор. — Тра ла ла, что-то грядет, — пропел лодочник. Дингс снова посмотрел на него, не понимая, о чем идет речь. Они приплыли. Шел снег. Он так легко летел и кружился, что хотелось стать таким же легким и беззаботным. Анне-Мари, Санс и Папайрус выбежали из лодки и начали трогать снег. Дингс слепил снежок и бросил в Анне-Мари. Она повернулась к нему. — Эй! — крикнула она, глядя, как Гастер покатывается от смеха, как маленький монстренок. Малышка махнула головой братьям скелетам, и ребята набросились на доктора. Дингс бегал от них, изредка спотыкаясь об снег. — Что ж, мы пришли! — указывая на небольшую забегаловку, сказал Гастер. — Пойдете со мной? Дети посмотрели друг на друга и помотали головой. — Нет? — удивился Дингс. — Можно нам погулять? — спросила Анне-Мари. — Только когда замерзнете, заходите вовнутрь, договорились? Тебя касается Анне-Мари, — посмотрел с чуточкой строгости Гастер. — Хорошо, — кивнула малышка. Дингс кивнул в ответ и проговорил на языке Санса и Анне-Мари: «Следите за Папайрусом и не уходите далеко». Санс и Анне-Мари кивнули. Дингс вошел в забегаловку. Посетители замолкли, но после нескольких секунд балаган продолжили. Гастер подошел к барной стойке. — Привет, Генри, — монотонно поприветствовал бармена доктор. — О, какие монстры без охраны, — бармен повернулся к Дингсу. Это был, сделанный из пламени монстр, одетый в официальный костюм. — Чего это ты так красиво нарядился? На танцы собираешься? — с харизмой спросил Гастер. — Ха-ха-ха! Это же форма, — поправил бабочку Генри. — Чего это, бизнесом решил заняться? — Да, надо отдыхать хоть немного от войны. — Как жена? — Хорошо, отдыхает, помогает иногда с бизнесом, а ты как? У меня вот сынуля растет, семь лет уже стукнуло. — У меня тоже дети. Двоим по семь, а младшему четыре. — Дети? У тебя? Это уже интересно, — ухмыльнулся Генри. — Познакомишь ее как-нибудь с нами? — С кем познакомить? — удивился Гастер. — С женой! С кем же еще! — рассмеялся огонь и поставил перед доктором кружку пива. — У меня нет жены, — сказал Дингс. С лица Генри исчезла улыбка. — То есть? — спросил он. — Я сделал их из своих рук, видишь? — Дингс вытащил из-под свитера ладони. Генри чуть не хватил удар. — А… А третья? — заикаясь, спросил он. — Третья — человек. — Человек? — вскрикнул Генри так, что все посетители замолкли и перевели свои взгляды на бармена и доктора. Огонь облокотился о стойку. — Вот значит как. Мы ведем войну с этими тварями, а ты, значит, втихаря выращиваешь машину для убийства, — прошипел бармен. — Чт… Анне-Мари и мухи не обидит! — О, знаю, все так говорили. Люди — друзья. Посмотришь, Дингс, когда эта тварь вырастет, она убьет сначала твоих сыновей, потом и тебя, а дальше отправится на поиски следующих жертв! Гастер сжал руку в кулак и стиснул зубы. — Кстати, где она сейчас? — спросил бармен. — Не твое дело, козел! — прорычал доктор. — Вот как! Оставил детей одних, без присмотра с этой тварюгой! Даже если она тебе так дорога, чего не смотришь за ней, а? Не водишь на поводке? Я даже не удивлюсь, если ее вдруг похитят, а ты будешь стоять в сторонке и смотреть, как она кричит и вырывается. В голове Дингса послышались крики подопечной, он опустил голову. — Плати за свой напиток и убирайся, — прошипел Генри, наклоняясь к доктору. Гастер снова сжал руку в кулак и треснул бармену, где должна была быть переносица. Генри отлетел назад и взвыл. Дингс встал из-за стойки, резко перепрыгнул ее, схватил бармена за рубашку и сильно ударил по тому же месту. Провел он эту процедуру еще несколько раз, бармен выл и был уже совсем без сил, Гастер откинул его в стену. — Только попробуй тронуть моих детей, ур-род, — прошипел доктор, вытирая сажу и кровь с лица. — Костер недоделанный! — пнул его Дингс и плюнул в пол. Доктор дошел до двери, но послышался сип бармена. — Т…Трус-с-с…- прошипел Генри, ухмыляясь. Гастер хотел снова пойти и вовсе прикончить его, но вдруг услышал, как бармен взвыл. — Я… Я ничего не вижу! Монстры, вы здесь? Кто-нибудь? — выл Генри. Дингс открыл дверь и прожестикулировал ему самую обидную фразу, которую он только знал. — Да, убирайся, Дингс, распугал всех клиентов, теперь здесь пусто! — кричал бармен. Посетители переглянулись, Гастер тоже был в недоумении и встал в дверях. — Папа! — потянул его Санс. — Анне-Мари замерзла, можно нам зайти? — Нет, дети, — повернулся он к скелетику, — пошли домой. Санс посмотрел на лицо отца и вздохнул. — Что с тобой? — закрыл он рот руками. — Ты ранен? Вдруг у Гастера что-то екнуло, он провел пальцем по щеке и увидел алую полоску крови. — Все хорошо, малыш. Это кетчуп, ничего больше. Ваш папочка прямо свинья! — постарался улыбнуться Дингс. — Идемте домой. Он снова посадил их в лодку. — Тра ла ла. Берегитесь того, кто разговаривает руками, — пропел лодочник. Дингс понял, о ком идет речь, понял, о чем предупреждала речная личность и крепко обнял уставших детей.