Президент и его Отечество

      Вечером 6 января Владимир решил заглянуть к Ивану, чтобы поговорить о дальнейшем развитии проводимой политике. То, что нужно вычищать олигархию из высших эшелонов власти было понятно без слов. Ключи от своего дома Иван и.о. президента выделил. Странное, в общем-то, поведение обычно недоверчивого и крайне критичного Брагинского. Но, видимо в том суть его и смысл – доверять, когда уже ничего кроме доверия не осталось.       Пройдя в дом России, Путин позволил себе сначала осмотреться на местности, а потом позвать хозяина дома, однако, того не нашёл. Вместо этого он увидел записку «Вова, не ищи меня, ушёл к Наташе на Рождественскую службу». Православная религия – основа основ русского общества. Даже в атеистическом Советском Союзе, отвергая существование Бога, жили по его заповедям. - А ведь я ему об этом и хотел сказать, что со следующего года Патриарх Алексий II будет служить во вновь отстроенном храме Христа Спасителя.       Ваня, вернувшийся только седьмого явнваря вечером, сердечно поздравил своего босса с Рождеством и угостил белорусскими гостинцами. - Извините, но мы с Натальей теперь союзное государство и мне хотелось поддержать сестру во время демаркации границ. Кроме того, она обещала приехать на следующий праздник и приготовить что-нибудь вкусное.       И.о. президента ошибался в своих расчётах по поводу проведения служб в Храме Христа Спасителя. Уже утром восьмого января впервые в Новейшей истории России Рождественская Литургия совершается в Храме Христа Спасителя. Литургию отслужил Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. И Владимир Владимирович, и Иван после службы неспешно обходят собор вокруг. - Удивительно, что именно сегодня, - говорит Иван, вернувшийся к своему спутнику из мыслей о сегодняшней службе. - Я удивляюсь другому, как тебе удалось сохранить веру? Особенно в двадцатые-тридцатые годы двадцатого века, когда идут сплошные гонения на духовенство и верующих, – Путину и любопытно и страшно, и даже немного весело. Московский воздух опьяняет. - Шарфик видите, - говорит Брагинский, указывая на свой шарф. - Вижу, но не понимаю, Гилберт говорит, что ты этот шарф практически всю жизнь носишь. - Мы с Гилом давно знакомы, но шарфик этот связан сестрой моей Украиной. И ношу я его не потому, что он скрывает шрамы от ошейника Золотой Орды, а потому, что он символизирует передачу моей сестрой столице Москве Патриаршего места. Перенос Патриархии из Киева в Москву. Время тогда неспокойное было, - Иван чуть прикрывает глаза и замедляет шаг, погружаясь в воспоминания. – Византия захвачена и разбита османами, Киев слишком близок к тогдашнему центру военных действий, поэтому Оля принимает решение перевести патриархат из-под её крыла ко мне. В Беларусь было нельзя, она слишком сильно увязла в борьбе с Речью Посполитой и Великим Княжеством Литовским, которые на тот момент состояли уже сто лет в Кревской унии. - Ты ещё что-то говорил, что этот день значит в истории общей довольно много. - Именно в этот день, в тысяча девятьсот восемнадцатом году президент США Вудро Вильсон представил Конгрессу «14 пунктов» — проект договора, по которому была установлена гегемония США в международной политике и обеспечены благоприятные условия для американских монополий на мировом рынке. С тех пор, США дерёт нос перед всеми и хвастается своей мощью, - в голосе Ивана Путин ожидал услышать нотки восхищения или раздражения, но услышал лишь только усталое сожаление. Такое, каким обычно журит отец свое нерадивое дитя.

***

       Девятого января, квартиру Путиных разрезал истеричный звонок старого телефонного аппарата. - Людмила Александровна, - прошептал голос, - позовите к телефону Владимира. Людмила Путина – женщина привыкшая НЕ задавать вопросов, если они не касались напрямую судьбы её самой и её детей. - Владимир, к телефону, - и.о. президента чувствовал крупномасштабный подвох. - Это Иван, - проговорили скороговоркой в трубке, - боевики на Кавказе прорвались в Шали и Аргун, - в трубке раздались гудки. До тринадцатого января шли бои, контроль федеральных сил над Шали был восстановлен одиннадцатого января, над Аргуном тринадцатого января.       Владимир Владимирович, хоть и старался это скрыть, всё же беспокоился за своего теперь подопечного. Как-то незаметно суровый и строгий полковник ФСБ привязался к этому непонятному, но определённо очень родному существу. К тому же в канун этого старого Нового года ему было чем порадовать Ивана – был вынесен приговор членам одной из самых жестоких Организованной Преступной Группировке(далее в тексте ОПГ) новейшей криминальной истории России — Слоновской ОПГ. Началась борьба с криминалом. Россия не может жить спокойно, не то, так это. В ночь с двадцать пятого на двадцать шестое января произошло крушение на Веребьинском обходе пассажирского поезда № 612 «Невель — Санкт-Петербург». В крушении были разбиты электровоз и пять вагонов, сбита опора контактной сети и разрушено сто пятьдесят метров пути. Погиб помощник машиниста сорокалетний Михаил Токарев и были ранены пятнадцать человек, причём машинист Андрей Огнев и один пассажир получили тяжёлые травмы, а тринадцать пассажиров — лёгкие. Общий перерыв движения на участке составил девять часов пятьдесят минут, а непосредственно по второму пути двадцать один час двадцать минут, что вызвало задержку восемнадцати поездов суммарной продолжительностью семьдесят два часа сорок две минуты. Иван переживал, но несильно, виновных было достаточно.       Двадцать шестого января — вступил в силу Договор о создании Союзного государства, подписанный президентами Российской Федерации и Республики Беларусь восьмого декабря тысяча девятьсот девяносто девятого года. В этот же день в Москве состоялось первое заседание Высшего Государственного Совета Союзного государства. И в этот же день Владимир Владимирович Путин имел честь лицезреть воплощение Республики Беларусь во всей её первозданной холодной красоте. Ему предстала высокая тоненькая девушка с тёмно-синими очень холодными внимательными и настороженными глазами. Беларусь, в свою очередь, смерила Путина таким взглядом, как-будто прикидывала, сколько килограммов котлет из и.о. она сможет приготовить для любимого братика.       Александр Григорьевич Лукашенко ухмылялся в усы, наблюдая за молчаливым поединком взглядов. Так и не было ясно, кто первый отвёл глаза, оба посмотрели друг на друга и пожали руки. Пожатие руки у Арловской не по-женски крепкое, натруженная мозолистая рука с идеальным маникюром. - Наташка, хватит испытывать Владимира, - обратился Иван к сестре, - он и так не в восторге от существования таких, как мы. - Что, он тоже медиум? – удивилась Наташа, - и тут же поменялась с отмороженной ледяной неприступной красавицы на тёплую и нежную девушку, преданную своему брату. - Ага, уровня Сталина, примерно. А твой президент тоже что ли? – настала очередь удивляться Ивану. Как в тысяча девятьсот девяносто четвёртом году Лукашенко занял пост президента, так и остался. - Попробовал бы он у меня им не быть, - хмыкнула Беларусь. - Диктатор, диктатор, - тихо жаловался «Батька» фсбшнику, - да я вообще слова не имею. Она всем занимается. - Может вам подружиться? - Как с такой дружить? Она же партизан в юбке, кого хочешь в бараний рог скрутит. - И это младшая, чего-то как-то мне не хочется со старшей сестрой их знакомится, - ответил Путин. - Украина славная девушка, не знаю, кто им отец, но она самая слабенькая. - Не вяжется у меня это, как-то. - Я имею в виду, что на Ольгу очень легко можно влиять. А вот Россия и Беларусь покивают, согласятся вроде бы и переиначат всё к собственной выгоде.       До пятого февраля жили мирно. Решали какие-то текущие дела, значительные и не очень. Сидя в кабинете президента в Кремле и говоря о том, что Иван хотел бы видеть в своей стране, Брагинский вдруг начал резко заваливаться набок. - Что, что случилось? – Владимир Владимирович, человек достаточной храбрости, но даже он не ожидал того, что Иван, сползя вниз на ковёр, обхватит голову руками, взвоет раненным волком. - Урроды, сволочи, суки, - поток мата лился беспрерывно, перемежаемый только вздохом для набора воздуха в лёгкие. - Кто? Что? – Путину оставалось только задавать вопросы, так как он не имел ни малейшего понятия о том, что происходит. - Ах, вы же ещё не в курсе, - продышался Иван.- Прямо сейчас происходит массовое убийство группы мирных жителей в посёлке Новые Алды и прилегающих районах города Грозного. - Сколько человек? Кем? – и.о. президента задавал вопросы, чтобы Иван мог рассказать, что происходит. - От пятидесяти шести до шестидесяти и, кажется, Питерским и Рязанским ОМОН. Боже, они же мирные, беременная женщина и старик! А ещё ОМОНовцы устраивают грабежи, мародерства и изнасилования. - Ты откуда знаешь? - На «Вы» пожалуйста,– холодный голос Брагинского полоснул острым лезвием по сердцу полковника спецслужб. – Я чувствую каждого своего ребёнка, каждого, кто считает себя русским, независимо от графы «национальность» в паспорте. Чувствую все их мысли, чаяния, беды и надежды, но имею вмешиваться только в исключительном случае. Я ухожу, меня лучше не трогать ближайшие три месяца.       На следующий день, шестого февраля было совершенно взятие Грозного российской армией. Исполняющий обязанности Президента РФ Владимир Путин объявил о завершении операции по освобождению Грозного. Ему очень хотелось поделиться этим успехом с Иваном, но тот демонстративно молчал и не открывал дверь. Ключ от дома России, бывший разведчик, повесил на ручку того самого дома. Восьмого февраля произошёл взрыв жилого дома по улице Артемовской в Хабаровске. Погибло как минимум два человека. Многие подозревали теракт. Через две недели Россия оттаял, придя в Кремль с корзинкой вкусной самодельной выпечки. - И что это за истерика была? – поинтересовался в ироничном ключе Путин. - Виноват, товарищ полковник, забылся, – также шутливо отозвался Иван.       Между и.о. президента и воплощением Российской Федерацией установился хрупкий мир. В период с двадцать второго по двадцать девятое февраля произошло сражение за Шатой: федеральные войска взяли Шатой. Масхадов, Хаттаб и Басаев снова ушли из окружения. Первый заместитель командующего объединённой группировкой федеральных сил генерал-полковник Геннадий Трошев объявил об окончании полномасштабной войсковой операции в Чечне. Иван, услышав новость, облегчённо вздохнул, собственная «пороховая бочка» коей всегда был Кавказ, начала успокаиваться. В этот же период неизвестно с чего учудил Феликс, устроив в Познани, в день защитника Отечества нападение на генконсульство Российской Федерации. Причину своего поступка поляк так и не объяснил.       Двухтысячный год был високосным годом, и Россия всегда очень настороженно относился к таким годам в своей истории, больно уж судьбоносными они были для него. В период с двадцать девятого февраля по первое марта произошла ещё одна трагедия - гибель 6-й роты, 2-го батальона, 104-го парашютно-десантного полка, 76-й дивизии ВДВ в бою за высоту 776.       Молодых парней было жалко, но если не остановить боевиков сейчас, то всей стране в лучшем случае грозит халифат.       В марте война продолжала трепать нервы Ивану, сильно на нём сказалась гибель сергиевопосадского ОМОНа в результате «дружественного огня». Три дня страна приходила в себя. Но долго Брагинскому Кавказ отдыхать не дал. С пятого и по двадцатое марта шла битва между федералами и боевиками за село Комсомольское. Вся страна в напряжении ждала разрешения конфликта в Комсомольском в пользу федералов, поэтому гибель девятого марта в авиакатастрофе Артёма Боровика и Зия Бажаева прошла не очень заметно.       Одиннадцатое марта довольно сильно ударило Ивана. В этот день была создана Российская объединённая социал-демократическая партия.(а\н далее в тексте РОСДП) состоялся учредительный съезд РОСДП, председателем партии избран экс-президент СССР Михаил Горбачёв. - Пррредатель, - ворчал Брагинский, слушая эту новость по радио. Но если, с этой политической новостью, ещё как-то возможно было примириться, то с гибелью шахтёров в шахте «Баракова» в Краснодоне было тяжело. Иван послал Ольге слова соболезнования, ибо это была самая страшная трагедия на Украине за последние двадцать лет. Погиб восемьдесят один шахтёр.       А двенадцатого марта произошло одно из ключевых событий во Второй Чеченской. В посёлке Новогрозненский был захвачен сотрудниками ФСБ и доставлен в Москву террорист Салман Радуев. Двадцать первого марта Брагинский, который вновь стал ходить в штате охраны Путина, вдруг воскликнул: - Кощунство и варварство! - Что случилось? – и. о. был слегка обескуражен поведением своего подопечного. - А вы что, с утра новости не видели? – Иван праведно возмущался. - Нет, как-то мне не до того было, вон ещё сколько бумаг разгребать, - махнул Владимир рукой в сторону своего рабочего стола. - А между прочим, молодёжь уже священников убивает. И где? В Эвенкии. И знаете кто преступник? Нет, а я скажу. Ему двадцать семь лет и зовут Руслан Любецкий. Представляете, он убил иеромонаха Григория (Яковлева) самодельным шилом, отрезал ему голову перочинным ножом и поместил её на церковный алтарь, – Брагинского пока он рассказывал, трясло от невыразимого горя, гнева, горечи и скорби. Мало того, что была осквернена церковь и убит ни в чём не повинный человек, просто оказавшийся на пути у сумасшедшего «кришнаита». - Вань, я знаю, что тебе всех жалко, но у меня тут проблемы, - тихо пожаловался Владимир и попытался изобразить из своего лица умильную мордочку. - Ничего, - сказал сам себе Иван, - Тайга и Господь такое не прощают. Так что там от меня требуется? - Нас ожидает конференция ООН. - Что ж, тогда будем готовиться, – пожал плечами Иван и набрал номер Гилберта.