Закрывая глаза, не умирай

      Курама забился в самый темный уголок, спрятавшись от гнева хозяина, пусть и больше наиграного, но получить по носу, - что является весьма болезненной процедурой! - вовсе не хотелось. Он снова разодрал его кроссовок. Не нарочно, конечно: но зубы так и зудели, когда он видел обувь хозяина, лежащую беззаботно у порога и сводящую с ума своим привлекательным, бесстыжим видом, и только вонзив клыки в её плотную ткань, он чувствовал, как сразу становилось легче. Хозяин был добрым, но вспыльчивым. И иногда лис доводил его до такого вот состояния. Наруто скоро успокоится, поэтому Курама решил в очередной раз переждать бурю в тайной "норе", в которую, кстати, он стащил украдкой пару тряпок Наруто, которые тот обзывал "футболками". Действительно, удобные вещицы, мягкие и пахнущие любимым молодым хозяином. Курама любил этого непосредственного парня, а тот уж точно любил в ответ Кураму. Он чихнул, фыркнул и довольно зажмурился, обвивая пушистым хвостом своё свернувшееся кольцом тельце. Потом вздохнул облегченно и задремал под доносившиеся до ушей гневливые вопли Наруто, обещающего пустить рыжую бестию на воротник Джерайе. - Курама! Скотина мелкая, ты где? - но "скотина" снова спряталась куда-то. Наруто так и не смог вычислить его "тайное логово", где тот успешно прятался в такие вот моменты. Наруто зашвырнул истерзанный кроссовок в угол комнаты и уперев руки в бока, резко выдохнул, подавляя гнев. - Нет, это не лис, это какой-то козёл! Ты слышишь меня, Курама? Найду - на воротник пущу. И в этот раз точно.       Но и в "этот раз" он снова проиграл "демоническому лису, его рыжему проклятию, подаренному от Учихи, дабы погубить нервы Наруто". Однако возвращать Кураму обратно ему и в голову не приходило. Обычно, в таких случаях, спустя некоторое время и немного поостыв, он окончательно себя убеждал, что сам виноват в случившемся: не нужно раскидывать обувь где попало, оставлять её без присмотра, зная, что с нею может случиться. И когда Наруто успокаивался, то в их доме вновь воцарялись прежние мир и покой: Курама появлялся из ниоткуда внезапно, - так и не обнаружив своего укрытия, хитрюга! - и получал порцию обнимашек, а также полное прощение всех прегрешений. Джерайя, бывший частым свидетелем этих разборок, веселился от души и смеялся взакат над милейшей картиной взаимной любви. Особенно, когда Курама лизал нос Наруто и радостно тявкал, а потом следовали бешеные скачки по дому мелкого, но шустрого рыжего демона. С Курамой всё было намного проще и понятнее, чем с Учиха Итачи, да и с его братом тоже.        После того,как Наруто вернулся домой с сердцем, полным сомнений и боли, прошло чуть больше двух недель. Саске терроризировал звонками и сообщениями, но все его попытки встретиться с Наруто лично были тщетны. Он даже приезжал к дому и дежурил несколько часов, но безрезультатно. Не то, чтобы Наруто не было жаль друга, но идти на поводу у кого-либо он не желал. Саске надеялся выяснить всё до конца, а Наруто ещё не был готов, его останавливали сомнения. Что касается Итачи... А Итачи просто пропал: не звонил, не писал сообщений, и вообще никак не связывался с Наруто, предоставив ему возможность всё тщательно обдумать. Действовал по старой схеме - выжидал, когда жертва дойдёт до кондиции, чтобы слопать с потрохами.       Один раз Наруто встретился с Кибой, который приехал к нему домой, притащив с собой множество всевозможных игрушек и прочих приблуд для "рыжего демона", который тут же их одобрил и утащил в своё тайное место выбранную им часть добычи. Киба ничего не спрашивал про Учих, и избегал упоминания о них в разговорах, и за это Наруто его мысленно благодарил. Они весело провели время, вспоминая о проделках в прошлом. Но не заметить внимательных взглядов, которые тот бросал украдкой на друга, было невозможно.       Всю следующую неделю Наруто занимался делами компании, пристыженный совестью, что скинул все проблемы на Джерайю, занимаясь личной жизнью. Конечно, тот ничего бы и не сказал в адрес Наруто - он только радовался, что "сын" наконец-то заинтересовался решением больного вопроса, ведь дело "о мести Учиха", с приложенным к нему "никогда не влюблюсь", сдвинулось с мёртвой точки. И едва Наруто неожиданно появился в своём кабинете, как к нему тут же нагрянул обеспокоенный столь внезапным появлением Джерайя с вопросами, на которые, в большинстве своём, он так и не получил ответа. А предложение "а может по девочкам" отклонили с таким категоричным "нет", что Джерайя понял: произошло что-то серьёзное, но рассказывать об этом Наруто ещё не готов. Всё изменилось, и продолжало меняться. Наруто активно влился в работу, словно он и не отсутствовал все эти недели. Погрузился в работу компании с головой, отложив личное на потом: мысли о Итачи отошли на второй план. Наруто снова увлёкся своим детищем. Снова схлестнулся с "Учиха корп.", перехватывая у той лучшие куски с ещё большим удовольствием. Он будто заразился её новой необычной тактикой, почувствовав, как ему не хватало этого азарта. Снова появился блеск в голубых глазах и чувство удовлетворения от достигнутого, от свежих побед. Наруто заметил, что с приходом нового "игрока", вернее двух новых "игроков", действия конкурентов значительно изменились, стали менее предсказуемыми и привычными, осторожными. Он соответственно знал, что теперь в игре оказался Саске, и ему также дали возможность самостоятельно принимать решения: ведь у него на подстраховке был Учиха Шисуи. А потом произошло нечто, что заставило Наруто всерьёз задуматься над предложением Саске.        Это случилось через несколько дней тяжёлых переговоров с представителями "Учиха корп.", во время встречи, где произошло заключение договора о частичном сотрудничестве. Наруто и предположить не мог, что всё-таки пойдёт на это, но уж слишком лакомым показался кусочек, обещанный в случае успеха. Он досконально проверил информацию о предстоящей сделке, едва ли не рыл носом, добывая подтверждения, прикидывал все за и против, но так и не смог выявить подводных камней. Джерайя пожимал плечами и говорил что-то о бесплатном сыре в мышеловке, но оставил за Наруто окончательное принятие решения. Предстояла встреча с Шисуи, но заявился Саске. Другой Саске. Точнее тот же самый, но внутри у него словно поселился и принимал решения другой человек, которого Наруто не знал. Всё то время, что шли обсуждения, уточнения и подписание договоров между юристами, Наруто с отрешённым видом пялился на внезапно броского, яркого Саске, отвлекаяссь от происходящего в зале. Саске же делал вид, что впервые видит Ногицуне Йоширо. Что же он задумал? Это игнорирование отчего-то неимоверно раздражало. Хотелось взять со стола первую попавшуюся вещь и швырнуть в этого артиста. С какого хрена нелюдимый и внешне холодный Саске стал таким - Наруто не мог найти подходящего слова к этому человеку. Хотя чего он ожидал: дружеских объятий и панибратских похлопываний по плечам? Так почему же его, черт возьми, это так... задевает.        Как только были подписаны все бумаги и Наруто наконец оказался на парковке рядом со своим автомобилем, он облегчённо выдохнул. День выдался напряжённым, как никогда прежде. Впереди был банкет, а настроение к этому времени - уже ниже плинтуса. Видеть всех Учиха в одном месте вовсе не улыбалось, тем более после выясненных обстоятельств дела. Его осведомили, что Фугаку много о чём знал, вплоть до их с Итачи отношений в прошлом, и естественно в настоящем. Да и лицезреть самого Итачи отчего-то не было желания, хотя все его передвижения Наруто, как-бы незаметно для того, отслеживал, не вторгаясь в его жизнь. Что им двигало? Он и сам толком не знал, сваливая своё любопытство на привычку "быть в курсе" происходящего вокруг своей персоны и компании. А вот за Саске следить не приходилось: тот вёл переписку с Наруто уже за несколько дней до подписания договора. Наруто сам поддался его напору и стал отвечать на сообщения, сперва сухо, а потом всё больше раскрываясь. Саске, присылавший сообщения и Саске, появившийся в стенах его компании отличались друг от друга. Нечто, скрытое внутри "друга" - у Наруто язык не поворачивался так назвать Саске - привлекало внимание, как яркий и неуловимый огонёк посреди ночного океана. Пока он не мог определить, что конкретно это было, но закрыть глаза на происходящее с ним, значило проиграть самому себе. Но делиться этим с Саске он точно не станет. Наруто фыркнул и тут же подскочил от неожиданного смешка, прозвучавшего в тишине. Он обнаружил, что по-прежнему стоит около своей ядовито-оранжевого цвета машины с ключом в руке, и резко обернулся на источник звука, уже зная, что обнаружит там... - Саске, - произнёс глухо Наруто, - что ты здесь делаешь? - Решил попрощаться, лично, - Саске умело играл саму невозмутимость. Он стоял неподалёку, наблюдая за Наруто. Пиджак его был небрежно распахнут, сбросив налёт официальности, галстук зажат в руке, а пара верхних пуговиц на рубашке расстёгнуты. Смущенный непонятно чем, Наруто быстро сглотнул комок в горле. Саске сдвинулся с места и стал тягуче-медленно приближаться, являя собой то ли впечатляющие перекаты вод океана, то ли одного из крупных представителей семейства кошачьих. Сдвинув брови, смущенный представлением Наруто поспешил открыть дверцу ключом. Руки предательски дрожали. Он словно опасался, что Саске заметит его настроение и растерянность, словно тот мог прочитать его мысли. В этот момент, он меньше всего хотел пересечься один на один с младшим Учихой: сейчас, пожалуй, он скорее предпочёл бы увидеть невозмутимого колосса-Итачи, чем опасную вспышку-Саске. Наруто пробил нервный смех. Он едва успел сесть в автомобиль и захлопнуть за собой дверцу, как Саске уже стоял рядом. Он склонился и постучал пальцем в закрытое окно. Наруто, не отводя взгляда от его насмешливого лица, нажал кнопку, заставив стекло опустится и грубовато произнёс: - Пока, - и стекло снова поднялось. Наруто, будучи на взводе, и злясь на самого себя заставил автомобиль резко сорваться с места и покинуть парковку. Саске, наблюдая за удалявшимся авто, засунул руки в карманы брюк, склонил голову набок, и, чуть улыбнувшись уголком губ, снисходительно протянул: - Пси-их.