От куриц кругом голова...

— Тики! — Роад, чтобы привлечь внимание родственника, дёргала его за плечо. Тот, с момента как очнулся, бездумно смотрел в потолок и ни на что не реагировал. — Ну что ты молчишь? — безразличие Тики её беспокоило, — если не хочешь говорить со мной, поговори с любимой своей стеной, только не молчи! Молодой человек повернул в сторону девочки голову. Лишённым сознания взглядом уставился на неё. — Э, Тики, — она засуетилась, — ты такой странный! Ничего не ешь… Ты умирать-то не собрался? Он моргнул. — ТИКИ! — она взвизгнула. Хотела было побежать за Графом, как дверь открылась и в комнату, напоминая цунами, ворвались Джасдеби. — Тики, ты нам за всё заплатишь! — Дебито одним прыжком добрался до кровати и приставил ко лбу родственника пистолет. — Ты не принёс, что обещал! — Джасдеро запрыгнул на плечи брата. Тот от неожиданности наклонился вперёд, отчего близнец сверху рухнул на овощ по имени Тики, — и забрал с собой одну из куриц! Микк даже бровью не повёл. — Что это с ним? — Дебито был в растерянности. Не такой реакции на их «эффектное» появление он ожидал. — Ему стало ещё хуже после побега, — Роад горестно вздохнула, — интересно, как это он умудрился сбежать. — Ой, а мы пошли, — Джасдеро слез с кровати и, прихватив брата за капюшон, потащил в сторону дверей. — Выздоравливай! — добавил Дебито перед тем, как дверь закрылась. — Что-то мне кажется, что эти двое как-то в его побеге замешаны, — прищурившись, она пальцами одной руки обхватила подбородок. — Мяу! — на кровать запрыгнул белый кот. — А ты что тут забыл? — девочка хотела убрать меховой шарик с кровати, но рука Тики ей помешала, — Тики, ты… В его глазах появилось сознание. — Кошак, из-за тебя я чуть не помер! — он, схватив кота под лапы, судорожно его тряс, — и почему ты белый? У Роад при виде ожившего родственничка появилась улыбка на губах. — Так, не мучай животное, — она отобрала взболтанного кота из его рук, — Тики, это внебрачный сын Лулу Белл. Он не является полноценным Ноем, но зато умеет менять цвет шёрстки с серого на белый. — Чего? Как? Когда? — Уже как год он тут живёт. — Вот дела, — Тики знал, что у Графа живёт всякая живность вроде Леро и Джасдеби, но чтобы настоящий кот… — Тики, тебе лучше? — две пары глаз — сапфировые и аквамариновые —устремили свой взор на него. — Не сказал бы. В голове ещё шумит, — он покосился на верёвки, — может, развяжешь? — Ха, нашёл дурочку! Я развяжу, а ты опять сбежишь! Фигушки, — она демонстративно поднялась со стула вместе с котом, — я поесть тебе сейчас принесу. «Я что-то хотел сделать…» — Тики ощущал себя странно, и причиной этого не была лишь одна головная боль. Непонятные ощущения, шедшие изнутри, заставили его изрядно понервничать. — А вот и я! — Роад несла поднос. Её переполняла радость оттого, что Тики стало лучше. На время обеда Роад освободила руки Тики, так как тот наотрез отказался есть с ложечки. — Тики, ты что-то ещё хочешь? — она любезно его спросила, завязывая ему руки. «Хочешь…» — резкая боль в голове. Мутное стекло, скрывавшее от Тики события, произошедшие внутри его сознания, рассыпалось вдребезги. Он вспомнил всё, что произошло. «Твой разум, сопротивляясь, поставил барьер. Однако, ты смог его разрушить, — с удовольствием в голосе заметила Ной, — а теперь ни в чём себе не отказывай!» — Чего я хочу…- Тики задумался, — малыша… — Тики, для малышей надо жениться, — Роад была сбита с толку желанием Тики. — Нет, в смысле Аллена… — Нет, не смей! Аллен только мой! — она топнула ногой. «А? Ты с дуба рухнул? — Ген Удовольствия, хихикая, продолжала, — неужели опять мой пол повлиял на пристрастия моего сосуда? Эх, бедный мой радужный пятый.» — Да помолчите вы обе! — Обе? — Роад приподняла одну бровь вверх. — Дайте договорить, — устало прикрыв глаза, он продолжил, — я хочу Аллена обыграть в карты! — А, так бы и сказал, — в душе Роад теперь была гармония и покой, так как соперников на горизонте, претендующих на Аллена, больше не намечалось, — но всё равно я тебя не отпущу — ты ещё слишком слаб, чтобы играть с экзорцистами! — Ну, Роад, — он заныл. — Нет, — она сказала, как отрезала, — лучше поспи и наберись сил. Взяв поднос с тумбочки, она вышла из комнаты. «Ну и что будешь делать?» — Ещё спрашиваешь! Конечно, буду пытаться освободиться, — он поёрзал. Теперь Тики понял, что за непонятные ощущения овладели им. Всё больше и больше идей, исполнение которых принесёт небывалое удовольствие, приходило ему в голову. Как хотелось разорвать эти верёвки, выскочить из этой душной комнаты на свободу, после чего пойти творить то, что вздумается! *** В четырех стенах очень просто заблудиться, Замедляя жизни бег. Не поймет его правды мрачная больница, Он для них не человек…* Тики, сжав зубы, неподвижно лежал. В его голове раздавалась неизвестная ему доселе песня. «Или Ген Удовольствия решила попеть, или Роад, пока я спал, пела мне это вместо колыбельной. — он фыркнул, — уже прошло пару дней, а сбежать не получается…» «Может перегрызть верёвку?» — Ген Удовольствия с Тики играли в игру «кто предложит самую абсурдную идею». — Если у тебя зубы как у кролика — то дерзай! — он съязвил. «Эта идея ничем не хуже твоей — притвориться мёртвым, а когда проверят жив ли ты — сбежать» — А в итоге они обе абсурдные, — Тики нахмурился. Дверь в комнату тихо открылась. Микк, услышав скрип, только тогда обратил внимание на вошедших. — Опять он с шизой разговаривает! — хихикнул Джасдеро. — Один или с шизой, но ты, Тики, нам должен! — решив не ходить вокруг да около, Дебито сразу перешёл к делу. — Прости, но в лесу магазинов не было, — Тики поёжился, вспомнив про жизнь в норе. — Ты не пытайся нас кинуть! — близнецы были настроены агрессивно, — быстро взял ноги в руки и в магазин! — Неужели вы до сих пор стесняетесь со своими детскими мордами выйти на улицу? — ехидно заметил Микк, — неужели всё это время сидели дома? Уже больше недели прошло с их куриного договора. — Стесняемся — не стесняемся — это не твоё дело! — фыркнул Джасдеро. — В любом случае — денег у нас нет, так что иди и покупай! — Дебито приставил к его виску пистолет. — Я бы с радостью, — Тики натянуто улыбнулся, косясь на пистолет, — но мне самому верёвки не развязать — а привязанный к кровати я до магазина не дойду. — Чёрт, всё с тобой одни проблемы! — Дебито убрал от виска пистолет. Тики даже дышать легче стало после этого, — Джасдеро, пригоняй куриц к окну. — Замётано! — он выбежал из комнаты, негромко хлопнув дверью. — Так, но за это ты вдобавок к косметике раздобудешь ещё и новые волосы Джасдеро, — оставшийся близнец развязывал смирительную рубашку. После недолгой паузы слегка улыбнулся, — я ему обещал. — Так ты бы тогда и покупал! — Тики разминал затёкшие суставы. Краем глаза он заметил, что Дебито тянется к пистолету, — ладно-ладно, я пошутил! Тики в шкафу смог даже найти цивильную одежду — ту, в которой он обычно в личине «слабого человечишки» рассекает. В шкафу на верхней полке приметил радужный цилиндр. Недолго думая, надел его. За окном послышался свист, топот, кудахтанье. Микк, выглянув в окно, увидел, что гора из куриц к эксплуатации готова. Тики, резко выдохнув, сиганул за окно. «А во второй раз уже не так странно по ним ехать». — Тики, а где курица Ряба 064? — Джасдеро спросил у подъехавшего Микка. — Кто? — он скорчился, пытаясь вспомнить хоть кого-то по имени Ряба. — Та, которая увязалась за тобой! — А… ну, наверно, в лесу осталась, — он, боясь всё же получить сегодня пулю в лоб, поспешил убраться отсюда. У окна второго этажа была отодвинута штора. Тысячелетний Граф, проводив взглядом запинающегося Тики, прищурился. Задёрнув занавеску, он, в раздумьях, сел в большое кресло. ***