Исчезнуть, чтобы возродиться

      Молодая, на первый взгляд, женщина сидела за столом, перебирая несчитанное количество бумаг, которых становилось с каждым днем все больше и больше. Такая работа само собой заставляла иметь отвратительное чувство, однако это был долг главы деревни, и тут уже ничего нельзя поделать. Никто не говорил ей пять лет назад, что всё будет так легко, и принятое ей решение стать Хокаге станет для нее самым тяжким решением в своей жизни. Хотя она никогда не жалела, лишь иногда задумываясь о другом повороте, откажись она в тот день от предложения Джирайи. Можно было представить любой исход, но все сложилось именно так. Шизуне, помогавшая Цунаде с ее работой, лишь иногда бросала тяжкий взгляд на женщину, всем видом пытавшуюся показать бодрость. Но залегшие под глазами тени выдавали ее с головой, свидетельствуя о том, что Пятая очень устала. Раздавшийся стук в дверь отвлек женщин от надоевшей им работы. Через мгновение последовал ответ, приглашая посетителя в кабинет Цунаде.       — Хокаге-сама, я прибыл с отчетом по данному заданию, — проговорил высокий мужчина, почтительно опустив голову. Но в ту же минуту, его взгляд столкнулся с глазами женщины, которая, кивнув, приготовилась слушать его.       — Это касается того парня, которого вы направили к нам вчера. Иноичи провел допрос и вынес довольно удивительный вердикт. Опровергнуть данный факт, что перед нами Четвертый, мы не смогли, так как все воспоминания, добытые нашими людьми, вели именно к этому. Также мы нашли у него оружие, которые после смерти Четвертого больше не входило в производство, и скорее всего такие редкие кунаи больше нигде не найти. Большего мы не смогли узнать, но я думаю, что этого достаточно, — спокойной произнес мужчина, внимательно наблюдая за реакцией женщины, которая как-то побледнела, но снова приняла прежний вид, сплетая пальцы в замок, опираясь локтями на стол.       — Как такое вообще может быть? – сама себе задала вопрос Пятая, разглядывая Морино, который подумал так же в тот момент, когда Иноичи сообщил ему эту информацию.       — Хокаге-сама, что прикажете делать дальше? — после недолгого молчания, повисшего в кабинете, произнес Ибики, нарушая поток мыслей женщины.       — Я думаю, лучше будет поговорить с ним, ведь если это и вправду Четвертый, прибывший к нам из прошлого, не правильно ли будет нам принять его, нежели запирать в темнице? — подала голос темноволосая женщина, которая до этого стояла возле Хокаге, внимательно следя за каждой эмоцией, проскользнувшей на прекрасном лице Цунаде.       — Да, Шизуне права. Не стоит держать Минато в темнице, — устало произнесла Пятая, опуская голову. Ее мысли на данный момент занимал Наруто, который вчера прибыл с задания, уже как-то узнав о нежданном госте. Конечно, одна из великих саннинов не стала рассказывать всех подробностей, так как сама ещё не знала, во что ей верить. Однако теперь, когда всё встало на свои места, она боялась рассказать блондину об отце, который сейчас находится совсем недалеко и, кажется, сам не догадывался о существовании того. Это было несложно понять по молодому возрасту светловолосого.       — Хорошо, Ибики. На этом твоя миссия заканчивается, но я хочу, чтобы ты привел ко мне Какаши. У меня к нему срочный разговор, который касается только нас двоих, — строго произнесла женщина, после чего мужчина покинул кабинет, отправляясь за копирующим ниндзя, который, как и Наруто, ещё вчера прибыл из Суны с успешно выполненным заданием.       — Цунаде-сама, вы не хотите сообщить эту новость Наруто? Думаю, он будет рад увидеть своего отца, — обеспокоенно проговорила темноволосая куноичи, которая тоже была сильно удивлена тому, что поведал Морино несколько минут назад. Укладываться в голове данный факт никак не желал, поэтому все те, кто знал правду о светловолосом парне, не могли даже хоть как-то прокомментировать данную ситуацию, просто погружаясь в свои мысли и придумывая тысячу вероятных возможностей его попадания сюда. Одним словом, все были в замешательстве, но та информация не должна распространяться дальше, и об этом Морино, и другие шиноби, работающие с Иноичи, прекрасно знали.       — Нет! Наруто не должен знать об этом. Ведь если каким-то образом это случится, произойдет диссонанс в деревне, да и Наруто это не обойдет стороной, а это может плохо повлиять на него самого, — довольно грозно проговорила Пятая, подумывая, что это было бы лишним, однако поступить по-другому она не могла.       — Он ведь его отец! Разве не стоит в первую очередь сообщить об этом ему! — повысила голос Шизуне, надеясь убедить Цунаде в правоте своих слов.       — Третий никогда не рассказывал Узумаки о его родителях не потому, что на то была его воля, а только для того, чтобы уберечь Наруто от опасности, — не унималась светловолосая женщина, пытаясь оспорить приводимые куноичи доводы.       — Наруто уже давно не маленький. Он вырос, и не только физически, но и духовно. Он стал героем, которого все в деревне признали. Также он хорошо знает о своих родителях, но Вы пытаетесь скрыть от него то, что он просто обязан знать. Цунаде-сама, подумайте сами: у него никогда не было родителей, и он не знает той родительской любви, что чувствовал каждый из нас в детстве. А сейчас, когда судьба предоставила ему такой шанс, Вы напрочь перечеркиваете эту возможность, — с каждым словом темноволосая женщина срывалась все сильнее, не теряя надежды убедить Пятую, но, кажется, та была просто непробиваема, и стояла на своем до последнего.       — Хватит, Шизуне! Я сказала, что Наруто не узнает о Минато ничего, пока мы не придумаем, как вернуть его обратно в свое время, — последнее, что сказала Цунаде, не давая брюнетке возможности дальше отстаивать свою точку зрения. Через несколько минут в кабинете Хокаге появился шиноби Конохи, который получил неплохое прозвище — «Копирующий Ниндзя», да и прославился он с этим титулом далеко за пределами Конохи и других ближних деревень.       — Вызывали, Хокаге-сама? — спокойно произнес мужчина, также почтительно поклонившись, как делал это каждый раз, попадая в кабинет Пятой.       — Да. Какаши, у меня к тебе будет довольно необычная просьба. Хотя, нет! Считай это своеобразной миссией, не слишком сложной, но и в тоже время очень важной. Недавно к нам в деревню прибыл довольно интересный человек. Ты очень хорошо его знаешь, да и ты остался единственный, так как Джирайи больше нет с нами, — на последних словах голос Цунаде стал тяжелее, и грустные нотки слышались довольно четко. Какаши слегка напрягся, вспоминая смерть одного из великих саннинов, которую Наруто очень тяжело переживал.       — Да. Ты последний, кто знает его достаточно хорошо, поэтому я хочу, чтобы он находился все время под твоим присмотром. Ты должен обеспечить защиту этому человеку. Но главное, ты ни в коем случае не должен рассказывать об этом Наруто, — проговорила женщина перед тем как в кабинет вошел сам человек, о ком и шла речь все это время. Осторожно осмотрев всех присутствующих, он остановился на Хатаке, который вовсе не ожидал увидеть именно этого человека.       — Минато-сенсей? — в этот момент на лице шиноби было видно удивление, и даже маска, скрывавшая половину лица мужчины, не помешала остальным прочитать шок в глазах Какаши. Увидеть своего учителя живым, да ещё и таким молодым было, конечно, слишком странно. И простить Какаши за его несдержанность холодного, безразличного, но в тоже время чуткого к своим товарищам человека, было вполне возможно. Такой реакции можно было ожидать и от других шиноби деревни, однако те скорее повели себя более раскрыто, нежели сам Хатаке, просто раскрывший свою невидимую для всех маску. Минато скорее удивился не меньше, однако, подавить в себе эти чувства он с трудом смог, ведь он находился не в своем мире, а в другом. Нет, эта была та же Коноха, и те же люди, но только взрослее, умнее и, конечно, опытнее. А увидеть Какаши уже взрослым мужчиной было неудивительно, хотя все же даже понимая данный факт, не показывать своих эмоций было просто невозможно.       — Какаши. Ты так вырос, — единственное, что смог произнести блондин, смотря на своего ученика, казавшегося выше него самого. В душе появилось чувство гордости за своего ученика, и улыбка сама собой засияла на его прекрасном лице.       — Прости, Минато, что приняла тебя неподобающе, но в наше время сложно поверить в такое, поэтому поступить иначе я просто не могла, — виновато произнесла Цунаде, смотря на светловолосого, который лишь кивнул, показывая, тем самым, что никакой обиды он не чувствовал. Скорее всего, он поступил бы так же, будь он на месте Пятой.       — Какаши, не забывай, что я сказала тебе ранее. Можете ступать, остальное расскажешь Минато без меня, — строго проговорила Хокаге, перед тем как позволила двоим шиноби покинуть кабинет, оставаясь наедине со своими мыслями, что до сих пор заставляли её обдумать решение по поводу Наруто. Но откинув посторонние мысли в сторону, она принялась за свою работу, которая не собиралась ждать её.

* * *

      — Да, всё-таки Коноха сильно изменилась за такое время. Ты стал взрослее. Мне даже непривычно видеть тебя таким, — произнес Минато, все так же с интересом осматривая улицы родной деревни, иногда посматривая на Какаши, который не мог никак отойти от шока. Однако мысли уже возвращались, обратно создавая картину всего произошедшего.       — Сенсей, Хокаге дала мне задание присматривать за Вами, поэтому, думаю, стоит поторопиться, иначе можем столкнуться с нежелательными людьми. Никто ведь не должен знать о Вас. Это секретная информация, — спокойным и привычным тоном произнес шиноби, направляясь к дому.       — Я понимаю, однако хотелось бы побольше узнать о такой Конохе, и… — хотел было договорить Минато, однако знакомый голос, который он услышал недалеко, будто током прошелся по телу парня, отчего тот остановился, прислушиваясь к разговору.       — Наруто, ты вообще слышишь меня? Я не говорю, что это глупо, но слишком опасно, — произнесла розоволосая куноичи, стоя возле блондина и что-то втирая тому, хотя сам парень вовсе не слушал девушку.       — Сакура, я уже сказал тебе свою точку зрения. Ты можешь не идти со мной на это задание. От тебя ничего не требуется, лишь поддержка, — на удивление спокойным тоном произнес светловолосый, не желая продолжать этот глупый разговор, который он, в принципе, сам и завел.       — Хорошо. Я помогу тебе, но, думаю, стоит сообщить об этом Какаши-сенсею. Это ведь и его тоже касается, — недовольно пробурчала миловидная особа перед тем как заметить вдалеке силуэт учителя, который, видимо, как и сам Минато заметил команду, но по неведомым причинам не торопился покинуть это место, дабы неосознанно желая провалить свою недавно начавшуюся миссию. Какаши знал, кем для Наруто являлся Минато, а посему не слишком-то он и торопился покидать это место, желая, чтобы Наруто повернулся и заметил незваного гостя. Но тот и дальше продолжал стоять спиной, упуская возможность заметить родного ему человека, который как-то растерянно поглядывал на ребят. «Повернись, Наруто. Просто повернись» — быстрым потоком, будто для самого Хатаке, незаметно проскользнула данная мысль, исчезая вместе с другими.       — О, Какаши-сан, вы слышали наш разговор? — произнесла розоволосая, направляясь к учителю, который был слегка растерян, желая уйти, но в то же время продолжал стоять на том же месте.       — Какаши-сан, а кто это с Вами? — поинтересовалась девушка, уже подойдя к двум шиноби, один из которых по-доброму улыбался куноичи, иногда поглядывая на парня, который так же стоял к ним спиной. «Нет! Цунаде дала ясный приказ, так что лучше сейчас уйти, пока он не повернулся» — уже более адекватная мысль посетила Какаши, после чего он поспешно решил ретироваться, но бывшая ученица никак не собиралась дать ему такой возможности, заинтересовавшись в Намикадзе.       — Как Вас зовут? Вы мне кого-то напоминаете, но вспомнить всё не могу, — слегка улыбнувшись, она приложила указательный палец к виску, вспоминая что-то.       — Извини, Сакура, но нам пора. Поговорим чуть позже. — После этих слов двое шиноби скрылись за поворотом, а Харуно лишь покачала головой, осуждающе смотря на учителя, который был как-то взволнован на протяжении всего разговора. По крайне мере, сама Сакура пришла к такому выводу, судя по разговору, который так и остался незаконченным. Редко ей удавалось увидеть Какаши в таком состоянии, но сейчас на ум ей ничего более подобающего не приходило, поэтому лишь догадки остались с ней и куча вопросов. В голове у Минато будто что-то щелкнуло, а имя Наруто показалось настолько близким, знакомым, что интерес был слишком велик и огромен; с нескрываемым желанием он хотел больше узнать об этом человеке. Почему-то он был уверен, что знает его, и глупо было говорить, что такое чувство возникло на пустом месте. Ничего так просто не приходит само собой, тем более, если он четко осознавал всю реальность своих чувств и был с ними в какой-то степени солидарен. Он не знал о Наруто ничего, но ясная мысль того, что этот человек знаком ему, поселилась глубоко в его подсознании, надавливая с новой силой. И если Минато правильно растолковал свои чувства, то ему просто следует узнать об этом человеке, и, возможно, это пока его единственный путь вернуться домой, ибо другого выбора у него не было.