Исчезнуть, чтобы возродиться

      Страх заменяет ненависть; боль заменяет отчаянье; слабость заменяет сила, а чувства уповают на безрассудство, отдаленно напоминая о прошлом. Паскуднее участи и найти невозможно, но девушка, чье лицо прикрывал капюшон, считала, что в этом мире нет конкретных целей, кроме одной – умереть спустя какое-то время, не оставив после себя ничего. Такова сущность людей: рождаться, бессмысленно тратить свою жизнь на войну, борьбу и деньги, а потом умирать, забирая с собой все нажитые бесполезные года. Как расточительно. Глубоко задумавшаяся незнакомка в темном покрове совсем позабыла, что внизу обрыв, который заманчиво притягивал в свою темную пучину безысходности. Стоя на самом краю склона, своими пленяющими глазами цвета морской волны она изучала тоскливое, в безжизненных красках, небо. За горизонтом медленно собирались безликие тучи, являвшиеся предзнаменованием дождя, но она любила его; он мог подарить несравнимое ни с чем, приятное ощущение: покрывая кожу маленькими, холодными, но не острыми иголками, пронзающими тело, однако не больно, а несколько приятно. Аура тишины все тщательнее окутывала красавицу, но та была отнюдь не против такой благоприятной спутницы. Она так жадно дожидалась, пока крошечные капельки дождя посыплются легким градом с неба, смывая тем самым с сердца девушки сомнения и терзания, неуместные в её существовании. Они были маленьким отголоском её прошлой жизни, незначительным напоминанием прошлого, только вот, увы, не её.       – Тера, – окликнул её властный, пронизывающий своей доминантностью голос, принадлежавший лидеру их великой организации, которую он воссоздал своими собственными руками, сделав столько усилий, неподвластных любому другому человеку. Она не любила людей, девушка без утаения презирала их, считая подобную расу столь низкой и слабой, что даже и внимания они подчас её не стоили, но этого человека она не только признала, но и лично преклонила перед ним свою голову. – Нам пора.       – Да. – Немногословно, но как же мало хотелось употреблять слов, дабы не нарушать эту прелестницу-тишину, затаившуюся возле неё. Она окинула его чуть теплым взглядом, разворачиваясь в противоположную от обрыва сторону. Они долгое время высматривали и дожидались, пока от остальных придут хоть маленькие вести, и птица вспорхнула над облаками, а мужчина в маске махнул рукой, показывая тем самым, что им пора. Тера никогда не покидала общество этого поистине сильного воина, стараясь держаться поблизости, но иногда приходилось уходить, дабы выполнить мелкое поручение. Этого она не любила больше всего, но человеку в маске было все равно на то, что ей нравилось, а что нет. Благо, он доверял ей, а это уже говорило о том, что он относится к ней совсем по-иному, нежели к остальным. Она удостоилась его доверия – это было важнейшим звеном.       – Я хочу дать тебе задание, – вдруг неожиданно подал голос человек в маске, слегка поворачиваясь к собеседнице, изучая выражение её лица – оно было явно недовольным, и мужчина прекрасно знал, почему. – Я знаю, ты хочешь возразить, но это сейчас неприемлемо.       – Ты мог бы отправить кого-нибудь другого. Кто сидит без дела, например, – с отчетливым холодом в голосе ответила незнакомка, демонстративно указывая на лежащего под деревом парня, к которому они, собственно говоря, и шли. Молодой человек лежал под красивым пышным деревом, распустившим свои зеленоватые ручонки, простирая их к небу. Умостившись в самом теньке, он с упоением желал укрыться от палящего и нежелательного для него солнца. Во рту его играла травинка, а одна рука была закинута за голову, заменяя ему тем самым мягкую подушку. Ресницы чуть подрагивали, а рука спокойно покоилась на лежавшей возле него катане. – Он уже давно сидит без дела. Расточительно. – Её голос, как и всегда, был спокоен и до жути холоден, но именно поэтому девушка всегда была подле лидера. Она сочетала в себе гордость и непоколебимость, что, несомненно, делало её поистине сильной и достойной воительницей.       – Тера, – чуть повысил голос лидер, желая от девушки полного повиновения и беспрекословности, которого от неё требовалось не так часто. – Я могу доверить это только тебе. От тебя потребуется кое-что раздобыть для меня. Небольшую информацию относительно наших союзников, а его, – мужчина взглядом указал на все того же дремлющего парня, которому было абсолютно все равно на открывшуюся перед ним картину, – я возьму с собой. Мы отправимся в Кумо для того, чтобы узнать, какая деревня будет следующей для хранения этого артефакта.       – Остальные? – не унималась девушка, но все так же продолжая говорить на довольно спокойной интонации, не смея повышать голос хоть на один лишний децибел. Эта черта – она внушала страх, а взгляд показывал её силу и величие, скрывавшиеся под хрупким женским телом.       – Остальные уже получили свои задания, – его голос не менялся, а сталь присутствовала в каждом произнесенном им слове. Это заставляло всех, кто составлял часть его новой организации, подчиняться ему беспрекословно и выполнять каждое данное им поручение. Он не внушал этим людям страх – он внушал им уважение к себе.       – Хорошо, – смирилась все же девушка, понурив голову. Легкий вздох, и едва слышный смешок последовал далее. На её устах была опечаленная улыбка, однако никто из присутствующих узреть её не смог. – Что мне нужно сделать? – все же решила выяснить незнакомка свое задание, которое ей собирался поручить лидер.       – Ты отправишься к нашим нынешним союзникам и выяснишь, что они собираются делать дальше. Я не доверяю им, как и они не доверяют мне, а потому они могут действовать отдельно от нас. Мы не можем этого допустить. Выясни тихо – останься незамеченной, – строго провозгласил лидер, после чего пренебрежительно окинул горизонт, задумчиво оглядывая очертания уже потускневшего неба. Его сердце терзало сомнение, что цель, к которой он стремительно мчался, порой убивая на своем пути десятки тысяч людей ради благих намерений, может нарушить дисбаланс – предательство со стороны якобы союзников, но не преданных людей. – А ты, – повернувшись, мужчина приблизился к, казалось бы, неподвижному телу, чуть толкнув того в бок, привлекая внимание к себе, – идешь со мной. Парень медленно приоткрыл веки, и чуть потянувшись, принялся подниматься. Он особо не разговаривал, и в душе Тера уповала на столь благоприятное стечение обстоятельств: если бы этот юноша открыл рот, то, скорее всего, она не выдержала бы и проткнула его горло своим орудием, только никому от этого легче не стало бы. Слишком жизнерадостный, веселый и легкомысленный, а она таких не любила. От них веяло лицемерием и таких стоило бояться в первую очередь.       – Собачку Теру оставляют дома. Как жалко ты выглядишь, – все-таки открыл рот юноша и произнес то, что вывело девушку из себя. Темная аура окутала её незамедлительно, однако к этому времени юноша и мужчина в маске успели покинуть её общество, испарившись в клубах дыма, оставив после себя лишь неприятный осадок в глубине зачерствевшего сердца.       – Мы начинаем, – проговорила в пустоту воительница в темном балахоне, поднимая голову и наконец-то встречая долгожданный дождь; почувствовав красоту этих нежных и охлаждающих каждую частичку кожи капелек, она, недолго медля, тоже приступила к своему заданию, которое начиналось с этой стартовой точки.

***

      – Вызывала. – Голос Пятой всегда звучал громогласно в стенах этого кабинета, и этот момент для двух шиноби исключением не стал. Хокаге без особого рвения пригласила двоих блондинов в кабинет одним непринужденным жестом руки и старательно делала вид, что не видит той пробоины в стене, что сама сотворила. Усевшись обратно в кресло и закрыв свой ящик с небольшой порцией саке, она как-то задумалась над своим решением относительно стоявшего перед ней шиноби. Стоило ли просить об этом Наруто? Абсолютно точно, что нет, но иного выбора не находилось, а потому, чуть прокашлявшись, она заговорила: – У меня будет задание для тебя, Наруто. А так как ты со вчерашнего дня присматриваешь за Минато, то это задание будет касаться вас обоих.       – Баа-чан? – Наруто видел в глазах Годайме некое волнение, которое она совсем плохо скрывала от джинчуурики. В конце концов, Наруто, благодаря хорошему контролю над девятихвостым и сил, подобно первому джинчуурики, Мито Узумаки, был наделен замечательной способностью чувствовать все негативные эмоции оппонента, в том числе и тревожные мысли, что в сей момент терзали Цунаде.       – Изначально я не хотела впутывать тебя в это, но держать все в тайне тоже не имеет для меня какой-либо выгоды. Твое первое задание, которой я тебе дала, остается прежним, тем не менее, к нему прибавится еще одно мое поручение.       – Слушаю, – тут же Узумаки принял уже более серьезный вид и приготовился внимательно выслушивать Пятую, которая, кивнув, выудила из верхнего ящика в своем столе маленький сверток, передав его джинчуурики.       – Это задание будет очень важным, и провал будет сулить нам новую войну, на этот раз куда более масштабную. В этом свитке дана вся нужная информация о той вещи, которую вам нужно будет доставить в деревню. Изначально, на это задание я послала небольшую группу, состоящую из таких элитных шиноби как Какаши, Шикамару, Ино и Сай, но до нас дошла информация о том, что Хатаке ранен и в тяжелом состоянии направляется обратно в деревню.       – Какаши-сенсей ранен? Но как? Разве нашелся бы кто-нибудь, равный ему по силе? – Узумаки действительно негодовал, ведь легендарный копирующий ниндзя деревни не мог так просто проиграть кому-то, однако, по словам Годайме все было именно так. Это слишком взбесило Узумаки, что, впрочем, было неудивительно. Минато же продолжал молча впитывать всю нужную информацию, попутно пытаясь приблизительно восстановить последние события, к сожалению, потерянные для него.       – Нашелся, и именно это вторая беда, но об этом чуть позже, – махнула рукой Сенджу, возвращаясь обратно к теме. – Вы должны будете доставить очень ценный артефакт, который вам передаст Райкаге, в деревне Кумо.       – Неужели ради какой-то безделушки именно я нужен для этого задания, даттебайо? – недовольно фыркнул Узумаки.       – За этой безделушкой охотятся новые члены Акацки – это второе, о чем я хотела сказать. И один из членов этой организации напал на нашу группу, – грубо процедила своим властным, не терпящим каких-либо возражений, голосом Цунаде, приподнимаясь с кресла и подходя к окну, что открывало потрясающий вид на новоявленную Коноху, которую по истечению короткого срока отстроили жители Листа. Усердная работа – и уже не кажется, что здесь побывала рука Пейна, а некогда город напоминал давние руины. Внучка великого шиноби тяжело вздохнула, представив, как вновь за горизонтом слышатся взрывы, а жители деревушки с замиранием сердца ожидают своих товарищей целыми и невредимыми. Они и так уже с горем пополам пережили одну войну, на вторую у них просто не хватит ни сил, ни людей, ни провизии на ближайшее время. От этих гнусных, но стоящих мыслей, главу деревни передергивало. Заложив руки за спину, она продолжала свою думу, но мягкий голос Минато, так резонирующий с привычным воплем Узумаки, разорвал нить тишины, повисшую за долю секунды.       – Цунаде-сама, я правильно понимаю, что на это задание Вы хотите отправить меня с Наруто? – чуть наклонив голову набок, тактично поинтересовался Намикадзе, выводя Годайме из раздумий.       – Да, – только и ответила женщина, повернувшись к двум довольно сильным шиноби лицом. Решив продолжить начатое, она погрузилась в пояснение данной задачи: – Как я уже говорила ранее, артефакт довольно ценен, посему на него ведется охота. Каждые три года мы собираемся на собрании Каге для того чтобы решить, кто на этот раз будет хранить данную вещь. В этот раз очередь пала на нашу деревню, а потому мы должны со всей присущей нам ответственностью подойти к подобному делу. Эй поможет нам, но я не могу рисковать больше людьми, посему на задание посылаю Вас двоих. У меня нет людей: Сакура сейчас нужна мне в деревне, а остальных я уже распределила. Мне бы не хотелось прибегать к столь крайней мере; кто знает, возможно, в планах Акацки – снова собрать всех хвостатых вместе. Однако, выбора у меня, увы, нет. Цунаде понурила голову, однако Узумаки решил сделать все, чтобы не подвести «старушку», как он сам зачастую её называл, благо лишь в мыслях, иначе уже давно схлопотал бы от женщины нехилый апперкот справа. Впрочем, Наруто позволил себе на мгновение задуматься: он уже давно ловил различные слухи, проносившиеся по деревне, о частых нападениях близ деревни Кумо, только вот сам в суть не лез, считая это делом самой Пятой, но теперь все принимало немного другой исход, и на кону вновь стояла жизнь всех людей. Он не мог так просто пустить все на самотек и не взять это задание лишь из-за собственной прихоти и томительной скуки, окутавшей его не так давно. Тем более, что это будет неплохим поводом вновь оскалить свои клыки и наконец выпустить ту самую устрашающую силу, кою он постоянно сдерживает в себе, а заодно и проверить «самозванца», поселившегося не только в его доме, но и в его жизни.       – Я принимаю это задание, – после недолго молчания громогласно огласил Наруто свое последнее решение, убирая данный ему свиток в напоясную сумку и подходя к столу Цунаде, ударяя по нему кулаком и торжественно улыбаясь. Знакомая улыбка – она всегда говорила о том, что все будет хорошо, надо просто довериться, и Сенджу всегда так поступала, потому война оказалась оконченной, а Наруто – в одном лишь шаге от поста Хокаге. Она всегда ставила на него, и хоть молва о ней ходила всемирная и каждый знал её, как легендарную неудачницу, все же ставка на Наруто для неё всегда была выигрышной.       – Отлично, тогда твоя миссия начинается через два дня. У тебя будет время подготовиться, так как путь предстоит тебе и Минато неблизкий. Я хочу сразу предупредить тебя о том, что эта миссия очень важна, поэтому отнесись к этому серьезно.       – Когда я относился несерьезно к твоим просьбам, Баа-чан? – фыркнул Узумаки, демонстративно скривив свою лисью мордашку. Слишком знакомой показалась вся эта картина для Минато. Он видел это раньше, только не в лице этого парнишки, а в лице возлюбленной, что так же позволяла себе фривольничать в обществе вышестоящего руководства. Однако это не было наглостью – это было тем, что всегда притягивало людей.       – Наруто… – вздохнула Цунаде, прикрывая свои прелестные очи и устало падая обратно в кресло. – То, с чем ты столкнешься, невозможно как-то объяснить. Это не простые шиноби, которые встречались тебе раньше, поэтому прошу тебя быть осторожнее. – Минуту властная женщина с немалым размером груди выдержала паузу, а позже взглянула на двух столь похожих шиноби и, улыбнувшись им так, как не улыбалась уже очень давно, произнесла: – На этом у меня все. Удачи вам! – от слов Пятой на устах джинчуурики взыграла победоносная улыбка, словно он уже выполнил поручение и вернулся в деревню с новой победой в руках. Хотя глупо было даже предполагать, что это будет не так. Победа всегда была в руках Наруто, однако стоял лишь один немой вопрос: будет ли эта неуловимая нимфа вновь в руках носителя биджу или же враг куда сильнее? Цунаде была в сомнениях, впрочем, не смела высказать эту мысль вслух.