Четвёртый вариант

Карина выглядела ужасно — осунувшаяся и побледневшая, она лежала под одеялом и шмыгала носом. На высоком гладком лбу, которому я всегда так завидовала, сейчас выступили капельки пота и призрачно блестели до тех пор, пока девушка не смахивала их ладонью. Её мама принесла мне чашку горячего чая и попросила отсесть подальше, чтобы не заразиться. Так мы и разговаривали — Карина, завёрнутая в толстый кокон, и я, сидящая на стуле у окна и уплетавшая чай с печеньем. — Как дела в универе? — сипло поинтересовалась подруга, облизнув пересохшие губы. — М-м-м, неплохо. Все считают, что я умираю, и относятся трепетно и с заботой, — скривилась я, отправив в рот конфету. — Санни, не дуйся, — вздохнула рыжая, закрыв глаза. — Я уже и сама жалею, что сказала подобную чушь. — Завидуешь, что ко мне относятся лучше, чем к тебе? — фыркнула я, внутренне торжествуя — сегодня у меня определённо выходят подколки. — Прости, — глухо извинилась Карина, отворачиваясь к стене. — Ты тоже чувствуешь, что мы отдаляемся друг от друга? Я перестала жевать и задумчиво посмотрела на подругу — чего это с ней? Только сейчас заметила, что от нашей дружбы осталось лишь название?! Удивительная прозорливость! — Ну что ты такое говоришь, Карина! — растянулась я в неправдоподобной улыбке. — Ты же мой самый близкий друг на свете! Девушка как-то странно на меня взглянула, от чего по коже пробежали мурашки. Я так и не поняла, что прочитала в её глазах — то ли досаду, то ли хорошо спрятанную боль. Решив перевести тему, я достала из сумки блокнот и быстренько вырвала из него нужный листок. — Вот! — встав с насиженного места, я сунула бумажку Карине и тут же села обратно. — Что это? — опешила рыжая, удивлённо разглядывая цифры, написанные моим кривым почерком. — Зико, — подняла я вверх указательный палец. — Ты же хотела узнать его номер — пожалуйста! — Это телефон Зико?! — выдохнула Карина, схватившись за полыхающие щёки. — Санни… Спасибо! — Не за что! — я развела руками и выглянула в залитое дождём окно. — Ладно, думаю, на этом моя миссия может быть закончена? — Постой! — рыжая с трудом выбралась из одеяла и закусила губу, лихорадочно о чём-то размышляя. — А что я ему скажу?! Он же наверняка меня совсем не помнит! — Карина, мне тебя учить, как парней клеить? Помнится, в этом ты у нас мастер, — фыркнула я, предчувствуя, что так просто меня не отпустят. — Санни, у меня к тебе последняя просьба! — она жалостливо посмотрела на меня и нервно сглотнула. — Познакомь меня с Зико. Ну, просто представь — типа, это моя подруга. А дальше я сама всё сделаю! — Мы с ним не настолько близки! — прошипела я, всеми силами отгоняя эту идею. — Пожалуйста, Санни! Клянусь, что как только ты нас познакомишь, я перестану тебя напрягать! Мало того, я придумаю что-то такое, что тебе не придётся умирать и никто не подумает, что это был обман! — с жаром выдала рыжая, смотря на меня с такой мольбой, что сердце невольно сжалось. — Точно клянёшься? — на всякий случай уточнила я. — Клянусь своей красотой, волосами, зубами и задницей! — Карина вытянулась в струнку и, дождавшись моего согласного кивка, резко вскочила и обхватила за шею. — Не надо, заразишь! — прохрипела я. — Прости, — смущённо улыбнувшись, подруга вновь закуталась в одеяло, а я, сославшись на занятость, поспешно удалилась из её дома, где когда-то пропадала сутками.

***

К счастью, Кён сегодня не работал, а занятым поварам и всклокоченной Мин А было не до меня. Натянув фартук, я вновь до позднего вечера занималась тем, что мыла тарелки и складывала их в ровные горки. Вообще, мытьё посуды отлично расслабляет и успокаивает нервы, будто вместе с жирными разводами ты отмываешь от пыли и плесени свои собственные мозги, расставляя всё по полочкам и придавая свежий ухоженный вид. Да, в моей голове нет бардака — там царит порядок, именно так я думала до тех пор, пока не вышла из кафе. Первое, что бросилось в глаза, так это ледяной ливень, ставший сейчас ещё сильнее. По асфальту разлились глубокие лужи, редкие прохожие прятались под зонтами и дождевиками, торопясь скорее вернуться домой. М-да, а мне до остановки минут пять бежать, а потом ещё полчаса на автобусе трястись и ещё три минуты опять бежать. Что ж за жизнь такая неблагодарная! — Где твой зонт? — кто-то спросил у меня, и я испуганно повернула голову. Оказалось, на крыльце кафе стояла не я одна — через мгновение от стены отделилась чья-то тень, и, когда свет упал на неё, я с трепетом и ужасом узнала Юквона. Что он здесь делает?! Я же сказала, что хочу его забыть! — Так где твой зонт? — улыбнулся он, склонив набок голову. — Забыла дома, — отрезала я, буравя взглядом его кожаную куртку, накинутую поверх футболки. — И одета опять кое-как, — вздохнул парень, критично осмотрев мою тонкую толстовку. — Ладно, так и быть, побуду сегодня твоим зонтиком! — Не стоит, — отказалась я, поспешно сбегая с крыльца. Наивная, думала, что он обидится и останется стоять на месте. Как бы не так, Юквон быстренько распахнул зонт и, догнав меня в два прыжка, спрятал под тонкой тканью от ледяных капель. Немного подумав, решил меня добить и положил руку на плечи, поближе прижимая к себе. Сразу стало тепло и сухо, а ещё очень спокойно. Дождь тихо барабанил по зонту, обрушиваясь водопадами нам под ноги, а мы, перепрыгивая через лужи, спешили к остановке, всё так же молча и ничего не говоря друг другу. — Мой автобус! — воскликнула я, едва завидев неспешно подъезжающий транспорт. Оторвавшись от Юквона, я запрыгнула в распахнувшиеся створки и лишь потом вспомнила, что забыла попрощаться. — Чур, я сяду у окна! — хмыкнул знакомый голос за моей спиной. Ловко меня обогнув, Юквон сел на облюбованное место и с улыбкой посмотрел на меня — и как это понимать?! Покачав головой, я присела рядом и задумчиво нахмурила брови. Парень же, наоборот, крутился во все стороны, словно никогда раньше не ездил в автобусах. — А почему мы сели на него? Вчера же ты сказала, что этот автобус едет в другую сторону! — лукаво усмехнулся он, ткнув меня локтем. — Что? — растерялась я, глупо хлопая ресницами. — Ну, так я это… Перепутала! — А-а-а, — Юквон, мгновенно вернувший статус принца, обаятельно улыбнулся, тряхнув слегка намокшими волосами. На мою кожу упали несколько капель, но я ничего не сказала, продолжая исподтишка любоваться им и чувствовать, как сердце заходится в бешеном ритме. Сейчас, больше всего на свете, мне хотелось положить голову ему на плечо и уснуть, не потому что устала, а потому что хотела забрать его в свои сны, чтобы не было так одиноко и грустно. — Долго ехать? — спросил принц, вытирая ладошкой запотевшее стекло. — Не знаю, — пролепетала я, любуясь его пальцами. — Как? — удивлённо обернулся он. — Ой! Почти приехали! — тут же очнулась я. Блин, веду себя как школьница! Нужно бежать от этого парня. Бежать, пока не поздно! — Ты пригласишь меня на чай? — шепнул он мне на ухо, заставляя поперхнуться и закашляться. — Чего? — выдохнула я, не веря своим ушам. — Ну, я как бы тебя провожал, — Юквон надулся и уставился в окно, а я, не помня себя от смущения, согласно кивнула. — Хорошо, только надо в магазин зайти, а то у меня холодильник пустой. — Без проблем! — обрадовано кивнул принц. Выбравшись из автобуса на нужной остановке, мы вновь, под одним зонтом, побежали в ближайший супермаркет. Так необычно ходить в магазин с парнем — он катит тележку, такой серьёзный и сосредоточенный, словно едет за рулём джипа, а ты семенишь следом, не глядя хватая с полок всё, что попадёт под руку. — А ты неплохо рулишь, — улыбнулась я, пока мы стояли в очереди у кассы. — Ну, когда-нибудь я и автомобиль завести смогу! — беззаботно фыркнул Юквон, довольно почесав затылок. До дома мы шли без зонта — дождь, к счастью, кончился, и принц, таща на себе два тяжеленных пакета, ворчал о том, что я теперь обязана накормить его до отвала и уложить спать. Не пойму, он и вправду был раздосадован, что взялся мне помогать, или это у него шутки такие, но вела себя молчаливо и пришибленно, чтоб не усугубить ситуацию. — Может, помочь тебе? — не выдержав, робко предложила я, потянув за один пакет. — Девушка, это не тот случай, когда стоит проявлять инициативу, — хитро улыбнувшись, ответил Юквон. Я лишь смущённо замолчала, опустив голову. Мы поднялись на лифте на нужный этаж, и я, коротко вздохнув, распахнула дверь в квартиру. Нащупав выключатель, я озарила светом прихожую и сконфуженно замялась, вспомнив, что так и не прибиралась ни разу на этой неделе. Пока принц копошился на площадке, я торопливо задвинула всю обувь в угол и захлопнула дверь в единственную комнату, где сейчас царил такой бардак, что даже самой смотреть было неприятно. — Раздевайся! — приказала я, выхватив пакеты и убежав на кухню. — Что, совсем? — хмыкнул принц, пока я лихорадочно прятала в один из ящиков грязную посуду. — Трусы можешь оставить, — крикнула я, выкинув в урну чёрствый хлеб. — Спасибо за доброту, — Юквон, улыбнувшись, зашёл на кухню и осмотрелся. Да уж, судя по растерянному взгляду, он не ожидал оказаться на крохотной кухоньке, не слишком чистой и совсем не уютной. И мне стало стыдно — за то, что не умею готовить, не слежу за порядком, развожу грязь. Ведь при желании, даже мою берлогу можно превратить в уютное гнёздышко. — Уходи, пожалуйста! — произнесла я прежде, чем подумала. — Что? — опешил принц, удивлённо на меня взглянув. — Приходи завтра, в это же время, — сдавленно шепнула я, отвернувшись в сторону. — Но… — Я очень тебя прошу, — взмолилась, зажмурив глаза. — Хорошо, — после небольшой паузы, ответил принц. Я слышала, как он натянул куртку и поспешно обулся. А потом хлопнула дверь, и через мгновение кабинка лифта унесла моё счастье далеко-далеко. — Какая радость, что он этого не видел! — торжественно воскликнула я, снимая с батареи развешенные на ней трусы.