За нами лишь звездные дали

***

— Джим, клянусь, она тут заночевать была готова, — Лео все пытался заставить его лечь обратно. — Знаешь, быстро в койку. На мостике ты капитан, а здесь мое царство. Будь любезен тащи свой капитанский зад обратно. Я разрешения к подъему не давал. — Боунс, я устал лежать. К тому же, кому там руководить? — Знаешь, Спок, Сулу и Чехов и без тебя прекрасно справляются. К тому же мы никаких миссий не брали на ближайшее время. Просто тупо висим в космосе. — Долго уже висим? Снимут нас с этой миссии. — Не снимут. Представь что у нас отпуск. — А Нори правда тут была? — Почти всегда. Только пинками ее выпроваживал поесть и поспать. Не вру. Чтобы мне на месте провалиться. — Не надо. Ты нам еще тут нужен, — улыбнулся Кирк. — Джимми, клянусь, она не ровно к тебе дышит. И это не простая дружба. Но хочу тебя вновь предупредить. Я обожаю ее как дочь, если обидишь… — С ума сошел? Это она меня обижает, отвергает и смеется над чувствами. — А чего ты собственно хотел? У тебя репутация не пай мальчика. Да и с Никки ты роман крутил прямо на ее глазах. А такие как она помнят это долго. И всегда опасаются сжигать мосты. — Вот тут ты прав. А не мог бы ты ее… Ну… это… Позвать. Может она все же сжалится. Не отошьет. Я изменился. — Ты себе льстишь, — вздохнул доктор. — Ладно, уж, влюбленный Казанова. Дам вам полчасика прослежу, чтобы не мешали. — Спасибо. — Ну, вечно я голову в пекло сую. И все ради чего? — бормотал Боунс себе под нос, выходя их мед — каюты.

***

— Привет, — тихо и спокойно прошептала она, просовывая голову в отсек. — Привет, — выдохнул капитан и глупо улыбнулся. — Боунс сказал, что ты хочешь поговорить со мной. — Очень, — он похлопал рядом с собой. — Как ты? — все так же вкрадчиво произносила она, и эти сумерки в мед — каюте создавали ужасно романтическую и таинственную обстановку. — Боунс волшебник. Он латает как Бог. — Да, этого у него не отнять.        Они вновь замолчали. Вообще не каждый решиться начать разговор первым. И было безумно сложно. Она по факту еще подросток, а он уже матерый капитан корабля, служитель Звездного флота, и почти на целое десятилетие ее старше. — Ты и вправду находилась здесь все время? — Правда, — она все — таки осмелилась и посмотрела прямо в его сияющие голубые глаза. — Я благодарен. Очень. Серьезно. Нори, я ведь изменился. Сильно и все благодаря тебе. — Мне? — А кому же еще? Ты за пару месяцев смогла «взбаламутить» весь наш экипаж. Тебя все любят, обожают и защищают. Я не стал исключением. Еще тогда, предлагая тебе стать моей девушкой, я не шутил. Да и сейчас не намерен. Я влюблен. Серьезно, глубоко и надолго. Открывая глаза, первая мысль о тебе, и последняя тоже. Я измучен мыслями о тебе. Я не могу так больше. Это отражается на работе моей команды. Не терзай меня больше…        Он не успел договорить. Нори схватила его за плечо, развернула и горячо впилась в его губы своими губами. Когда она все — таки осмелилась открыть свои глаза, то встретила его взгляд и поняла, что он даже не отводил своего от нее. Она немного смутилась и улыбнулась, отрываясь от него. — Я так за тебя испугалась, — констатировала она. — Ты ведь одежду мне отдал. — Это ты сейчас к чему? — ухмыльнулся он. — Не знаю. Я себя винила. Как можно сопоставить жизнь самого капитана и какой — то студентки? Ты самый важный человек на корабле. Для всех. — Вообще — то капитаны и поставлены, для того, чтобы защищать всеми силами и способами экипаж. Так что, ты согласна? — На что? — Нори! Ты меня слушала вообще? — засмеялся он. — Согласна, — она провела пальцем по его нижней губе, поднялась у щеке, на которой еще были заметны следы обморожения, и дотронулась до лба. — Одно НО… Я ведь скоро покину Энтерпрайз. — Я знаю. И поэтому прошу тебя дать разрешения навещать тебя, а потом я устрою тебя к нам сюда. Остался всего лишь год учебы. — Это было бы здорово. Я так привыкла ко всем. — Значит решено. — Ох, воркуете? — Боунс, но покашлял, прежде чем войти. — О, доктор, — она вскочила с его койки. — Да вроде пока да. В должности я в своей еще. — Я пойду. Выздоравливайте, капитан, — Нори отпустила его руки и вышла. — Ох, ну и жаркая у вас тут обстановочка. Надеюсь, ничего постыдного не успели сделать? — Боунс! Это не твоего ума дело. Прости. — Ох, ох, ох. Я не на что и не претендую. Довольный капитан — довольная команда. Все для блага нашего капитана. — Ну, хватит, Боунс. Не смешно. — Ну, как поговорили хоть? — Да. Все хорошо. Она согласилась. — Согласилась ублажать тебя в койке? — потер бороду доктор. — Так просто Нори сдалась? — Знаешь, я вообще не стану с тобой разговаривать. Что ты пошлишь? — А ты прав. Не стоит разговаривать, марш в койку, я вколю тебе лекарство и баиньки. Надо восстанавливаться. А то мне прям противно как ты слюни сидишь и пускаешь. — Завидуешь? Молча завидуй, — заключил Кирк, рассмеялся и плюхнулся в койку, накрыв тело одеялом.        «Невероятно», — эта мысль ее не отпускала. Она сама первая осмелилась поцеловать его. И кто она после этого? Влюбленная глупая дурочка, которая сдалась? А может разумная женщина, которая просто влюбилась. Короче голова совсем пухла от происходящего, так что Нори решила тупо принять душ и заняться работой. Она всегда помогала развеяться.

***

       Вечер абсолютно свободен. Ухура, чертовка, напросилась подежурить с командором на мостике. Она просто знала, как нужно. Нори подшучивала над ней, но она лишь улыбалась и пожимала плечами, что — то твердя про логические любовные отношения.        Девушка сидела за столом и вглядывалась в тихую спокойную бездну звезд. Они летели мимо плавно и медленно. Энтерпрайз просто парил, когда наступало время отдыха команды. Дежурные находились при исполнении на своих местах, остальные разбредались по каютам, спортзалу и другим объектам отдыха. Целых девять часов в сутки они принадлежали только себе. Нори разглядывала планеты, всегда была любознательной. Дверь комнаты открылась. — Разреши войти? — Кирк улыбался и выглядел довольно нерешительно. — Капитан. — Зачем так официально? Я не как капитан зашел. — Хорошо, заходи Джим, — она немного улыбнулась и скорчила гримасу.        Он подошел близко и посмотрел на девушку сверху вниз. — Я соскучился, — констатировал Кирк. — Уже? Прошли лишь сутки. — Нет. Прошло пол жизни, в сознании или без сознании. Я уже не уверен в ней. — В ком? — В моей прежней жизни до встречи с тобой. И была ли она вообще.       Кирк поддержал пальцами ее подбородок и склонился над ней. — Если я тебя поцелую, ты меня не ударишь? — ухмыльнулся он. — Посмотрим. Если понравится…        Она приподнялась и достала своими губами его. — И как? — он сглотнул. — Да. Прекрасно, капитан. Наверное, тренировки. Годы тренировок. — Нори, не начинай. — Прости, все, умолкаю.        Она уже встала в полный рост и обвила его шею своими руками, сцепив пальцы в замочек. Он притянул ее еще ближе, схватив за талию мощными, крепкими руками. — А мне ведь скоро покидать корабль. — Знаю. Все знаю. Но обещаю, что эти три недели ты не забудешь никогда. А потом, проучишься год. Ну, а там добро пожаловать к нам в семью. — Серьезно? — Скотти просто рекомендовал тебя. Вру. Он сказал забронировать тебя. Что я и сделаю. Отправлю на тебя запрос. Скотти нужны умные помощники.        Они немного покачивались из стороны в сторону, как будто танцевали на очень узком полу, а дальше пропасть. Почти так и было: его бездонные голубые глаза и были для нее пропастью, но безумно долгожданной пропастью. Она нуждалась в ней, нуждалась в его дыхании, в его крепких руках и объятьях. Глядя в них, она порой забывала, что осталась одна одинешенька в этой Вселенной. И некому даже не просто помочь, даже выслушать, поддержать. А может все же она нашла поддержку и заботу в его лице? — Ты правда изменился ради меня? — внезапно и неожиданно она спросила кэпа. — Сам в шоке, — улыбнулся он. — Я думал меня ни что и никто не исправит. Но, кажется, я все — таки обрел смысл в этой жизни. Поэтому прошу, не бросай меня. Не уходи. Иначе, я заблужусь в этом мире. Пойдем ко мне.       Вмиг, тайком, чтобы никто не увидел они шмыгнули в каюту капитана.        Не в силах больше себя сдерживать, Кирк стянул с нее платье в два счета, сам не поняв, как это ему удалось. И главное без особого сопротивления и преград. Руки легли на ее талию, а она положила свои на его плечи, сильные, надежные. Они чувствовали дыхание, теплое, страстное. Биение сердец, бешеное, молодое, неугомонное. Все уходило на задний план: корабль, экипаж, проблемы, репутация, одиночество и ее и его.        Он спал, а она, лежа на его груди, тайком посматривала на его безмятежное лицо. Густые брови, скулы, светлые волосы, пухлые губки, казалось, она знает его лицо уже сотню лет. И не было никого роднее и ближе в ее сознании.       Осторожно, чтобы не разбудить, она выскользнула из его объятий и одевшись у выхода, шмыгнула из каюты.

***

       Она то и была застукана в своей же каюте! Ухура села в кровати: — И где это мы мотаемся в часы отдыха? — она построила соседке глазки и поморгала ими. — Кто — то появился? А засмущалась то как! Значит, точно есть. И кто этот счастливчик? — Нийота! — А что? Ну, учитывая, что ты скоро свалишь, это интрижка? — Нийота!!! — Вот посмотрите на нее! Ну и молчи. В конце концов сама сознаешься. Или он проболтается. — Не проболтается. Не положено, — сказала она с загадочной улыбнулась. — Не — ЕЕТ! — протянула Ухура. — НЕЕЕТ! — НИй — ота! Молчи. — Обалдеть. Это Кирк? Нет, это Кирк! — Ухура! Ты вообще с командором. — Ну… Да. Тоже как вариант ничего.        Соседки весело засмеялись, поняв друг друга и без слов. Вот вляпались то!

***

       Джим открыл глаза, но ее нет! Сердце екнуло от страха. Неужели кинула? Его?! Главного бабника Звездного Флота! Нееет! Она не могла. Да кто угодно мог, но не она. Она была с ним, была его. Он видел ее глаза, а в них и ее душу. Она чиста, светла и безгрешна, даже чуток наивна. И она досталась ему! Наверное Кирк и вправду везунчик, раз она ему досталась. Теперь главное не потерять. Он просто не позволит себе этого. — К дьяволу дурные мысли! — произнес он, начисто выбривая свое лицо.       Скулы чисты, борода, щеки. Да он помолодел лет на пять. А может не из — за щетины? Конечно, это все она. Нори и сегодняшняя «ночь» привела его в нужное состояние и молодость души. — Джим ты проснулся? — главный медик этого корабля как всегда без приглашения вторгся в пенаты капитана. — Опять? — укоризненно покачал головой Джим. — Ты опять? Я между прочим, не одет. — Ой, да брось. Ух, ты девушка — стеснялка. Чего я не видел такого? Я доктор и насмотрелся, поверь мне, и ты такого не видел. — Боунс. Я по моему предупреждал, что здесь… хоть здесь я должен принадлежать себе. — Так. Я не понял. Чувствую себя мамашкой, которую сын выгоняет из своей комнаты, чтобы дальше по пялиться на запрещенные журнальчики. Признавайся, что наделал? — Ничего. Я брился. — Заливай. Кто эта очередная жертва паука ловеласа? Кто в паутинке пол ночи путался? — Никто. Я брился. — Вот те раз, — всплеснул руками Боунс. — Больше полугода не брился, а тут марафет навел. Хочешь выглядеть конкурент, но способным на фоне какого — то малолетнего офицера? — Не гунди. Просто мне захотелось. — Ой, Джим. Послушай, я не Спок ты ошибся. Мы просто в форме одинаковой, я на эти твои хорошие настроения не куплюсь. — А может Спок просто соблюдает приличия и тактичность? — А может Спок ни черта не смыслить в чувствах, только в логике? — А ты значит, смыслишь?! — разговор уже шел на повышенных тонах, где Джим все — таки ощутил себя мальчиком, прячущим порно от родителей. — Да ты развелся, жена кинула и дочь забрала. В беспорядочных связях ты не замечен. Так в чем же ты разбираешься? — В чувствах, Джим, — шепотом произнес док, развернулся на каблуках и покинул каюту. — Вот идиот! — покачал головой кэп. — Что же я творю? Так я не только команду, но и друзей растеряю.        Кирк мигом оделся и обулся, собрал волосы, похлопал себя по туловищу и вышел вслед за недавно вышедшим МакКоем.        Доктор перебирал препараты в своем отсеке. Джим остановился довольно близко, но Лео делал вид, что один. — Ну Боунс! — произнес Джим. — Я осознал, прости. Не стоило… Но и тебе не стоит лесть. Я сам расскажу, когда настанет время. — А я и не обиделся. Я никогда не обижаюсь. А если и так, то меня никто не слышит. Боунс — ангелочек, по обижается и бросит. По бубнит под нос и успокоится, ведь мнение его неважно. В конце концов на одной лодке плывем. И мнение мое никому не интересно и неважно. — Мне важно, — Кирк протянул руку. — Это Нори… была Нори. Только не язви, не придирайся, не утыкай, и молчи вообще. — Я так и знал!.. — начал было док, но вовремя заткнулся. — Ох… Твоя жизнь. Тебе решать. Я могу лишь витаминчики поколоть, может, полегчает, — Боунс похлопал капитана по плечу и принялся дальше перебирать что — то. — Я рассчитываю на твое молчание, — произнес Кирк в дверях. — Я нем, как рыба, — заумно ляпнул доктор, даже не смотря на Кирка.

***

— Капитан на мостик, — электронный голос. — Боги, может кто — нибудь его отключит? — Кирк улыбнулся.        Он улыбнулся всем присутствующим, покивал головой, в знак приветствия и улыбнулся, как тот самый первый раз, когда сел в это капитанское кресло. Его грудь наполнилась невероятным запахом — воздухом, то ли гордости, то ли радости. Тем невероятным, когда садясь в кресло капитана, по настоящему, после награждения, он почувствовал прилив сил и бурю эмоций, так долго не выходивших на волю. И это кресло сейчас, казалось мягче и самой надежной точкой опоры, любимым и родным неодушевленным предметом на мостике. И это стекло, отделяющее его и бескрайний, тонкий, бурлящий космос, и все люди и существа, населяющее его. Они казались Кирку родными и близкими. Особенно этот корабль, а этот экипаж! Да лучше его нет на всем белом свете! Хоть тысячи галактик облети! — Капитан, Вы в хорошем настроении, как я полагаю, — заметил Спок. — В отличном, командор. — Позвольте узнать… — Не твое дело, — прервал его Кирк. — Я только хотел поинтересоваться, куда дальше? — Прости. А инструкции от Флота были? — Нет. Поэтому и спрашиваю. Мы в замешательстве. Дрейфуем больше двух недель. — Еще пара миссий, командор и нужно высаживаться на Луне. — Я помню график. Нам нужно будет отправить кадетов — стажеров обратно и пополнить провиант. — О, Спок, ты как всегда молодец! — Тогда, как «молодец», прошу разрешить мне установить связь с Флотом и спросить о дальнейших действиях. — Валяй! — И я рад, капитан, что Вы в порядке, — Спок как всегда вежливо улыбнулся. — В полном. И кстати, сегодня я дежурю на мостике во время отдыха экипажа. Что — то я соскучился по этой обязанности. — Как скажите. Единственное что меня беспокоит, это разрешения доктора МакКоя. — Об этом не волнуйся. Он точно дал добро. — Тогда, не вижу причин не подчиниться. — Спок, заканчивай страдать. Запрашивай Флот и валите отдыхать по каютам. — Хорошо. Удачного дежурства. — Да иди уже, — Джим готов был встать с кресла и вытолкать его взашей.        Его настроение уже никто не испортит. Сегодня Джим очень счастлив и как капитан, и как человек. Его душа, наконец таки наполнилась светом и сердце стучало лишь для того, чтобы жить. Жить для себя, своего экипажа и ради нее. Теперь он ощущал внутри себя не пустоту одиночества и глупую безысходность. Нет. Теперь все иначе, все по — другому, все хорошо.

***

       Она уже надела наряд кадета, причесалась и надвинула фуражку. Два чемодана уже стояли у выхода. Нийота, наблюдавшая за ее действиями, все время всхлипывала. — Ну, не переживай ты так, — подбадривала Нори. — Я уже меньше чем через год вернусь. И вновь будем делить с тобой каюту, ну если ты конечно к тому времени не переселишься к командору! Ухура лишь цокнула и улыбнулась. — Обязательно звони. — Нийота, все хорошо будет. Позвоню.       Они обнялись. Нийота похлопала соседку по спине и отпустила объятия. Ее провожали почти половиной экипажа, все стояли у высадки и не торопились расходиться, хотя был объявлен отбой.       Кирк при людно (не смущаясь вообще), сдержал ее в своих объятьях, пока она всем махала. Вот это он осмелился! Значит, вправду все серьезно. — Позвони мне, как доберешься. — Конечно. Я сообщу, — Нори выглянула из — за Кирка и увидела Боунса, Спока, Сулу, Чехова, Нийтоу.        Они стали настоящей семьей, которой у нее нет. Так было больно прощаться с ними. Но она стойкая! Выдержит! Кирк в итоге все же поцеловал ее в губы при них. Но это был скорее мимолетный, прощальный поцелуй. Ну и правильно, нечего тут зрелище устраивать перед экипажем.