6. Невероятно... но это есть.
10 сентября 2016 г., 00:34
***
Джим сидел на кровати и что - то перебирал пальцами на любимом планшете. Волосы встрепаны, лицо еще заспанное. — Капитан, разрешите войти? — голос доносился из видео экрана на стене у входа. — Ага. В каюту вошел Боунс. — И с каких это пор ты такой воспитанный Боунс? — Кирк не мог не съязвит. — Неужели Спок проехался по твоим мозгам? — Нет. Я просто другу обещал. — Правда? Отличное обещание. Люблю, когда их сдерживают. — Да, ну и видок! Опять при бухнул вчера? — Нет, что ты! — Ой, заливай мне тут. Я же тебя знаю. Хочешь, проверю. — Не стоит. Молодец Агент 007, раскусил. — Что на этот раз? — Ничего. Просто решил поднять настроение. — Не слишком ли часто ты это делаешь. Сходил бы в НатСал. — Я выпил за здоровье мамы. Звонил ей вчера. У нее День рождение, вот я и поздравил. — А, ну это уважительная причина. Согласен. Претензий нет. Как она? — Спрашивала, когда я пожалую. — А ты чего? — Обещал через пол года. Нори закончит Академию, выпрошу отпуск хотя бы недели на две, и махнем в Айову. Познакомлю ее с мамой. Погостим у нее. — Отпуск? Странный расклад. Нам еще два года от миссии тут тусоваться. — Ну Боунс, ты же придумаешь что - нибудь. — Интересно что? — Ох, подлог документов у тебя блестяще выходит. И тут соврешь, мол, обострение какое - нибудь, сошлешься на немедленный отпуск экипажа, да что я тебе рассказываю, как обманывать. — А, и мы отдохнем полмесяца и вновь в путь. Ну, можно подумать. Я и сам, если честно, уже съезжаю с катушек, иногда. Хочется уже природой Земли полюбоваться не в камере иллюзий, а в живую. — Ну, вот! И я о том же. — Когда Нори позвонит? — Не знаю. Она выходила на связь… неделю назад. Да, шесть дней назад. Наверное, занята. У них занятия, тренировки. Да ты и сам понимаешь. — Жду не дождусь ее увидеть в составе нашего экипажа. — Я тоже, — мечтательно вздохнул Кирк. Но тут зазвенел телефон. — Капитан, Вас вызывают по видео связи. — Кто Спок? — Из Судейской Федерации. — А этим что надо от меня? — Кирк с удивлением взглянул на доктора. - Дай мне пять минут, Спок, я оденусь и иду. — Хорошо, Капитан. — Что же, одеваться надо. И что они от меня то хотят? — Пойти с тобой? — Давай. Костюм одеть не составило труда, причесаться и умыться. Четыре минуты. Еще две на передвижение по коридору и он на своем посту. — Мистер Кирк, капитан. Вы являетесь одним из служителей Звездного Флота, закончивший ее Академию с отличием. — Было дело. — Меня зовут Арнольд Кенни Гослинг. Я являюсь помощником судьи Фримена. — Слушаю Вас, мистер Гослинг. — Онорина Джослин Мунлайт — вы знакомы с этой особой? — Да, — Кирк насторожился, как и все на мостике, внезапно затихли, прислушиваясь к голосу Гослинга. — Прекрасно. Давно? — Ну, где - то год. А что случилось то? Она здорова? Я с ней неделю назад разговаривал по видео. — Пока да. Мы хотели бы вызвать Вас в качестве свидетеля, а может и других членов экипажа. — Свидетелей чего? — Ее мать была найдена мертвой в собственной пастели. Примерно месяца четыре назад. Дело сначала не возбуждалось, но теперь… Личная сиделка миссис Мунлайт старшей — Зоуи выступила с претензией к Онорине Мунлайт за убийство матери. — Чего?! — Боунс покраснел. — Тише. Это ошибка, мистер Гослинг. Быть того не может. Четыре месяцев назад Нори была здесь на корабле. Выполняла миссии с нами никуда не уходила. Затем мы отвезли ее в порт на Земле, и она отправилась в Академию доучиваться. — Это Ваша версия, мистер Кирк. Не буду дальше пояснять дело. Но Вам поручено прибыть в суд через шесть дней, когда начнется процесс. — Хотите ее обвинить в смерти собственной матери? — Мистер Кирк, она была прикована к кровати. Наверное, мучилась. Вот мисс Мунлайт и решила ее избавить от мучений. — Да что Вы говорите то! Она бы не осмелилась… — Следуйте инструкции, мистер Кирк. Всего наилучшего. Экран погас, но молчание все еще длилось, и никто не осмелился его нарушить, даже Боунс. Закрылась дверь на мостике и все повернулись туда. Кто - то его покинул… Этот здесь, Ухура, Спок, Боунс… Скотти! — Не понял, — еле выдавил из себя Кирк. — Куда это он. — Это тебя волнует? — док взбесился. — Ты слышал, в чем обвиняют Нори? Но Джим проигнорировал друга и помчался прочь с мостика. Кое - как он все - таки нагнал Скотти. Тот почти бежал, забывая куда поворачивать. А увидев, что за ним погоня вообще начал петлять. — Скотти! — кричал вдогонку Кирк. — Остановись, сказал тебе! Это приказ. Мистер Монтгомери! Скотти в момент встал как вкопанный. — И в чем дело? — Кирк не мог отдышаться. — Ни в чем, капитан. — Ага, а чего удирал тогда? — Неприятно все это. Она не могла… — Я тоже так считаю, но… Разберемся там, на месте. Приказ ты слышал.***
Кирк оказался в своей каюте, открыл мини бар, схватил бутылку и махом осушил ее почти до дна. И как оказался в собственной пастели, даже не помнил. Голова жутко трещит, в ушах звон, перед глазами разноцветные круги и пятна, во рту… ах даже не стоит. — И кто же такой заботливый? — рядом с койкой графин с водой. Кирк жадно пил, но каждый глоток совсем не приносил облегчение. К дьяволу! — Ну, вот и ты! — услышал Кирк знакомы голос. — Да, Джим, если будешь так надираться, тебя точно попрут с Флота. — Боунс! Она не могла, — при этом он почувствовал, как по его одетому телу пробежала холодная дрожь, которая пробирала аж до кончиков волос. — Знаю. Я в ней уверен, но ничего не поделаешь. Мы должны явиться. — Мы? Ты со мной пойдешь? — Да, а так же мистер Сулу и Ухура согласились. Командер тоже рвался, но корабль на кого оставить? Мы явимся, и будем протестовать сколько сумеем. Ты ведь знаешь, что ее может ждать в случае вынесения приговора? — Да уж. По головке не погладят. — Да. Либо криокапсула, либо ссылка. — Мне ни то ни другое не подходит. — Да Нори тоже это не устраивает, наверное. Да что за бред вообще. Она все время была здесь на виду. С ней все общались. Она спала в одной каюте с Ухурой. Непонятное вообще обвинение. Мать могла и сама умереть. Ведь столько лет лежала как овощ. — Не знаю, Боунс. Но я ее терять, не намерен. И в эти глупости не верю. — Ладно, давай в порядок себя приводи. Нужно Спока на мостике сменить. Он и так уже больше суток пашет. У тебя полтора часа. И поесть. — И поесть… Я понял. Кирку не хотелось вставать. Ноги вообще не слушались, а тяжелая голова все же клонила вниз, обратно на подушку. Но надо вставать. Его личные проблемы не могут отразиться на экипаже. И все равно не верилось. Он стоял под прохладным душем, намывал глаза, голову, тер щеки и подбородок. Думал, станет легче. Но вновь и вновь по телу пробегали мурашки, при одной только мыли о случившимся. Колотило, знобило, кружилась голова и казалось, вот вот его желудок опорожниться, только увы нечем. Он не ел больше суток. Но рефлекс не подводил. Совершенно босой он кое - как доплелся до столика и увидел еду. Жадно вцепившись зубами в кусок хлеба, все - таки почувствовал его вкус. — Ум! Ум! Боже, спасибо, что ты создал еду. — Кирк зацепил что - то ложкой и даже не понимая что это закинул в горло. Приятненько. Есть можно. И пить. Сок был виноградный, его любимый. Ну как любимый… До встречи с Нори он и не знал, какой его любимый. Он приближался к мостику быстрой и уверенной походкой, но это лишь внешне. Лишь оболочка, натянувшая спокойствие. Лишь иллюзионный образ, передаваемый окружающим. В его груди билось сердце, отдавая частыми ударами прямо в барабанные перепонки, венка на лбу воспалилась от напряжения. В душе металась стихия, но только вот еще не понял какая. То накатит как волна, то обожжет словно огнем, то развеет все в пух и прах, то успокоиться и затихнет. — Капитан на мостике. На этот раз шутки в сторону электроники не последовало. — Мистер Спок, все ли готово, чтобы долететь до Земли? — Да. Ждем только Вас, — у Спока голос тоже не веселый. Каждое слово команды давалось им с трудом. Весь мостик жутко опечален и обеспокоен предстоящим событием. Почти всегда в эти оставшиеся дни висела полнейшая тишина. А разговоры были лишь по делу, короткие и четкие. — Тогда вперед. Маневровые на максимум, мистер Сулу. Летим к Земле.***
Его тело дрожало, ноги подкашивались, глаза не могли даже закрыться на секунду. Как хорошо, что рядом стоял Боунс и Ухура. Доктор стоял очень близко и все время старался поддержать друга, когда тот заваливался назад. Они уже минут десять стояли в зале суда. Огромная комната, почти посредине стол судьи, позади ограждения до груди, за которыми и стоят свидетели и гости. И еще одно ограждение в полу рост человека. — Всем внимание, в зал входит Судья. Ничего особенного высокий человек, по - видимому, в возрасте. Черная шапочка, черная мантия, белый воротничок и манжеты рукавов, электронный носитель, напоминающий планшет, и электронная указка. Вообщем как обычно. Джим уже бывал здесь пару раз. Ох уж эта бурная молодость! — Внимание! Обвиняемую ввести! Все присутствующие (а их было довольно мало для процесса по обвинению в «убийстве»), устремили свои взоры на дверь, открывшуюся рядом с ограждением для обвиняемых. Сердце Кирка, казалось, остановилось. ЕЕ состояние не понравилось даже Боунсу, который тихо цокнул языком и помотал головой. — Бедный ребенок, — шепнул он себе под нос. Нори шла в черно - желтом платье - балахоне, от этого и казалась намного толще, чем на самом деле. На руках световые наручники обвивали ее худые запястья и на бледной коже казались очень яркими. Лицо тоже бледное, волосы аккуратно забраны в пучок сзади. Девушку поставили за ограждение метрах в пятнадцати от Кирка. Он смотрел в упор, ловил движения и все пытался хоть как - то уловить ее взгляд, дабы посмотреть ей в глаза. Но она даже головы не понимала. То ли от стыда, то ли что - то другое. — Мисс Мунлайт Вы обвиняетесь в предумышленном отключении свой матери Оливии Мунлайт от аппарата жизнеобеспечения. Вы нарушили закон. Признаете ли Вы себя виновной? Нори молчала, и молчание длилось достаточно долго, чтобы судья вновь повторил вопрос. — Так Вы признаете? Нори не плакала, нет! Она гордо подняла свою голову и посмотрела прямо на Кирка, прямо в его бездонные глаза, которые служили для нее маяком. Лицо капитана напряжено, губы приоткрыты, дыхание свело, и даже грудь почти не вздымалась при вздохе. — Признаю. Зал охнул. А ее любимый капитан закрыл глаза и пошатнулся. — Джим… — Боунс подпер его дружеским плечом. — Тогда приговор Ваш таков: т. к. убийство было произведено из жалости (учитывая Ваши показания), и что суд еще не успел решить будет ли миссис Мунлайт отключена, но скорее да; Вы будите заморожены в криокапсуле сроком на четыре года, со всеми смягчающим обстоятельствами. И конечно, речи не идет о дальнейшей службе Вас на Флоте. Нори чуть опустила голову и помотала ею. — Но. Учитывая Ваше нынешнее положение, приговор откладывается на четыре месяца. Эти месяцы проведете в тюремной больнице. Вам будет предоставлен полноценный уход. Дальнейшие инструкции объяснят медицинские сотрудники. Суд окончен. Нори увели, а команда капитана Энтерпрайза все еще не могла пошевелиться. — Я не понял? — первым вступился Боунс. — Откладывают? Почему? Что? Она больна чем - то? Почему не могут сейчас, а откладывают? — МакКой, что ты такое говоришь? — Ухура схватила доктора за руку. — Тебя волнует, почему не сейчас? Ты не понимаешь, ее на четыре года заморозят. И мы не в силах ничего сделать. — Джим, что ты молчишь? — Боунс потрепал друга за плечи. Но Кирк лишь посмотрел на собеседника и не смог вымолвить ни слова. В горле как ком стоял, который он не мог проглотить. А мозг до сих пор никак не мог обработать полученную информацию. — Джим… — Узнай все, Боунс, — наконец - то выдал Кирк. — Сделаю, — он мгновенно покинул своего капитана, и направился к медицинскому персоналу тюрьмы. Ухура крепко держала руки Джима в своих ладонях и немного потряхивала их. — Пойдем, пойдем Джим. — она кое - как увела его из зала суда в коридор. В коридоре удачно стояли стульчики, и Ухура посадила капитана на один из них. Боунс прибыл минут через пятнадцать. Оглядев сопровождающих, скомандовал им отправляться на борт. Сам же сел рядом и осмотрелся по сторонам, прежде чем начать диалог: — Джим, все серьезно. Я многое узнал, но… конечно ты вправе все решать сам. — Не тяни, — Кирк приподнял голову с облокотившейся руки на подлокотнике стула. — Приговор отодвинули по одной причине, что обвиняемой является лишь она. Только она. — Боунс! Ты можешь нормально объяснить! Я же дурак, не понимаю твоего сленга. — кровь в жилах капитана закипала от злости и непонимания. — Джим, — Боунс взял его за свисающую кисть руки. — Нори беременна. Ей осталось четыре месяца. Сразу после родов ее поместят в сон и в криокамеру. Глаза Джима округлились до невероятных размеров, что казалось, вот вот вылезут из орбит. Лицо осунулось еще больше, и он откинулся на спинку. — Ее не имеют права отправить в заморозку с ребенком. Это нанесет вред, да и мало ли. Поэтому вот так. Джим… — позвал он друга. — Я во всем виноват… — шепнул он, глядя отрешенно в сторону. — Если бы мы не… Ребенок. Боже мой. Что же я… Я буду отцом. Что я буду с ним делать на звездолете? — вдруг Кирк перевел свой взгляд на Лео. — А вдруг мне его не отдадут? Боунс, они знают кто отец? — По - видимому, нет. Нори все держала в тайне. Но теперь, я так думаю, все придется подтвердить. Иначе и вправду ты его не увидишь. — Тогда немедленно отправь подтверждение. Я не откажусь от него. Никогда. Он мой. — Все сделаю. Иди в отель. Выключи все средства связи, зашторь окна, двери на ключ. Джим, спать. Ты должен отдохнуть. Через четыре часа, я лично приеду за тобой. Мы решим, как поступить.***
— Значит, мистер Кирк, Вы подтверждаете отцовство? — Да. Более того, я требую передачи ребенка после рождения мне. — Ну конечно. Как только отцовство подтвердиться анализами, Вы будите вправе взять его себе. Это будет весьма хорошо, учитывая, что будет с его матерью. Совет не против. Но… Вы же капитан звездолета. И Ваша миссия не окончена. Неужели ребенок будет еще два года находиться под угрозой в космосе? — Нет. На этот счет я уже решил. У меня есть мама, ей я и передам ребенка. У нее свой домик, небольшой огород, кое - какие животные. Свежий воздух. — Прекрасная идея. Мы удовлетворяем Ваше дело и ждем результатов анализов. Я думаю, что исход будет положительным, и Вы добьетесь опеки над своим ребенком. С Вашей репутацией и связями на Звездном Флоте, все будет хорошо. — Мне можно увидеть Нори? — безнадежно спросил он. — Не думаю, что разрешат. Но Вы сможете присутствовать на действии самого приговора. — То есть когда ее… — Да. Когда ее положат в заморозку. Да. Есть еще вопросы? — Что мне делать теперь? — Выполнять поставленные миссии. Вам почти четыре месяца еще летать. Потом Вам доложат о рождении ребенка и пригласят на Землю. Скорее всего, ей будет дано два - три дня. Затем приговор приведут в исполнение.***
«Приговор. В исполнение», — эти слова советника эхом звучали, нет, орали, кричали и «звонили» в его голове, уже и так уставшей от мыслей и переживаний. «Нет, этого просто не может быть!» - повторял Кирк, заглатывая еще порцию какого - то алкоголя, который уже был в его номере. Боунс велел спать, но какой тут сон. Он и не ожидал, что все настолько серьезно. А теперь еще и ребенок. Это усложняло его жизнь вдвое. Он не сможет быть ему настоящим отцом, придется отправить к бабушке. А что он еще хотел? Он бы и мужем стал никудышным. Личная жизнь или Энтерпрайз. Энтерпрайз или личная жизнь. Такая чаша весов его просто не устраивала. Он не мог бросить ни семью, ни корабль. А где выход? Таскать жену и детей с собой на корабле? Или заставлять их летать по всему космосу за Энтерпрайзом и встречаться на станциях на несколько часов? Что же это тогда за семья то получится. Вечно он не думает о последствиях! — Как всегда, исполняешь, все что скажут, — в номер ворвался его «личный» доктор. — Я просто не смог, — на выдохе произнес Кирк, отхлебнув глоток. — Мозг не отключался? — Можно и так сказать. Боунс мгновенно подлетел к другу и вновь что - то сканировал, проводя своими приборами по лицу, плечам, грудной клетке. — Убери, — Джим вновь злостно кинул свой взгляд. — Не - а. — Боунс понял, что ни сил, ни желания у капитана не осталось это всего лишь угроза. — Значит, я правильно сделал. — Сделал что? — Надеюсь, количество принятого на грудь не помешает действию. — Чего? Секунда. Укол в шею, довольно болезненный. И мрак. Лишь тишина звенящая в ушах и полный мрак. — Ох, хоть чуток отдохнет. Ребята, загружай. — Доктор МакКой, что потом будет? — Шею мне свернет, наверное и все, — доктор развернулся, окинул взглядом номер отеля и вышел прочь за ребятами, несущими капитана Энтерпрайза на его корабль.
