Сборник драбблов

Если смотреть в небо достаточно долго, не отрывая глаз, можно увидеть, как там проступают одна за другой звезды. Сперва появляется одна, затем достаточно просто моргнуть, чтобы высыпала целая горсть. Малфурион любил это время, когда его спутником был лишь покой. Нет, когда рядом был брат, было тоже прекрасно, но временами хотелось остаться в совершенном одиночестве. - Там есть только я и вечность… - неуклюже попытался объяснить Малфурион однажды. - Я понимаю, - кивнул Иллидан. – Ты и вечность. И никого больше. И никто ничего не требует. И он рассмеялся. Если улыбаться достаточно дружелюбно, рано или поздно губы немеют, улыбка становится приклеенной надолго. Жена верит этой улыбке и уходит, успокоенная. Брат улыбке не верит, но сделать ничего не может. - Значит, я тебе больше не брат? – уточнил Иллидан. Малфурион кивнул. - Что ж, по крайней мере, теперь у тебя будет твоя вечность, из которой больше никто не станет тебя вытаскивать. Если однажды ночью вздергивает на ноги огненная вспышка в груди, вечность начинает скалиться прямо в лицо, напоминая, что владеет и смертью. Приходится собрать все искусство друида, чтобы силой природы победить боль. Причину Малфурион понял гораздо позже, когда смотрел на ладонь, отчего-то испачканную кровью. Кажется, связь между близнецами не разрывается никогда. Когда вторая вспышка выдирает что-то из груди, становится ясно – брата больше нет, во всяком случае, увидеться им не придется никогда. Если закрыть глаза и попытаться думать о чем-то светлом и теплом из прошлого, почему-то первым делом вспоминается брат. Почему нужно было его трижды потерять, чтобы хоть что-то понять? - Когда твоего близнеца убивают, а его тело похищают, ты внезапно понимаешь, что ничего непоправимого он не натворил. Только становится поздно – брата больше нет. - Что, милый? – переспросила Тиренд. Малфурион покачал головой. Ничего. Просто вечность, которая больше не радует. - А что с иллидари… - Брат им доверял, думаю, мы тоже можем. Это все, что он может сделать. По крайней мере, сейчас. Брату не понравится, если Малфурион не сохранит его наследие. Придется сохранить.