Игра в фанты

      — Ты че несешь? — Магнат решил, что я в хлам, и влепил мне щедрый подзатыльник. — Давай серьезно.       — Я не шучу, — с ненавистью прошептал я.        По телу пробежала неприятная, холодящая дрожь, и меня затрясло в ознобе.       От такого поворота можно. Какая тварь это написала? Кто из нашей суперэлитной команды отъявленных натуралов вдруг записался в геи?       Саня цокнул недовольно и вырвал листок из моих обмякших рук — понял, что не смогу или долго еще буду собираться, чтобы озвучить фант. Усмехнулся беззаботно, не подозревая, какая там устроена подлянка. Взглянул еще раз на меня, осуждающе мотая головой, и прищурился, чтобы прочитать мое задание вслух. Но улыбка быстро сползла с его лица.       — Бля-а-а, — озадаченно протянул друг.       А ведь Магнат очень редко матерится, но в нынешней ситуации я его понимаю. Точно, самое блядское бля.       — Да-а-а, в натуре. — Саня недоуменно хлопал глазами, а листок выпал из его разведенных рук и полетел прямо ко мне. — Очень интересно получается… Очень. Кто из нас рехнулся настолько, что поехал крышей? Какой мудак захотел трахнуть Пучка?       Готов поклясться, что у каждого отвисла челюсть. Пока они были в ступоре, я схватил бумажку и спрятал ее в карман — по почерку, даже если там печатные буквы, будет видно, чьих рук дело. Братаны начали отходить от шокирующей новости, оглядываться друг на друга, а потом посмотрели в сторону диджея.       Простой паренек у пульта, с модной нынче прической: собранный из длинных волос пучок, который начал носить еще до мейнстрима — отсюда к нему и привязалась эта кличка. Мой одногруппник. Не какое-то чмо проходное, а тот, кого я часто вижу и на учебе, и на работе, и во время отдыха. Вроде бы хороший человек — не такое дерьмо, как я. Но он парень! Была бы девка, я б и не разок ее. А выходит… Блин!       И вот же ежкин, мне так нравится его музыка. Так тащит от его дипхауса без перебора и с классными хитами. Умеет. Но как смогу наслаждаться этим после того, как я его? Да меня же воротить будет!       Кстати, тут я согласен с Лаврентьевым — это уголовное дело. За одно только домогательство могут посадить. Хорошо, у нас не Америка, все проще — не каждый пойдет жаловаться властям. Но голубизну не любят. Голубизну скрывают. А меня толкают на преступление, которое мне самому отвратно. Лучше убью того, кто написал эту хрень.       Думать долго не пришлось — на пидора из нас похож только один.       — Сосунок, — я отпустил тормоза и кинулся на новенького, — ты бы свои интересы при себе оставил! Зачем в общак эту хрень тащить?       Замахнулся, почти врезал ему, но Магнат — сама доброта и честность — остановил, схватил мою руку и потянул на себя.       — Отстань! — Я грубо отпихнул друга. — Дай мне разобраться с этим недоразумением!       — Прекрати. — Саня с завидной настойчивостью продолжал тормозить мои нападки на трясущегося от страха парня. — Это может быть и не он, а даже если он — его право. Но ты не должен решать под пеленой слепой ненависти. Условия игры таковы, что мы не выясняем, кто писал то, что другому не понравится. В том и суть, чтобы задача была сложной.       Магнат не так силен, как я. Вообще, я самый крепкий и с боевой подготовкой среди них. За это и попал в братство — спас Саню. А он теперь против меня. Подлец. Ему пришел на помощь Жека — он спортивнее. Вдвоем справились быстро — скрутили, зажали и повалили на диван. Правильно, если бы я не был таким пьяным, то фиг бы они меня остановили. И от Лаврентьева одно бы мокрое место было — я б приложился как следует, чтобы проучить его.       — Так, пацаны, — небрежно поднялся Сланец — он пошатывался и, жестикулируя указательным пальцем, продолжал невнятно говорить: — пасаны, все, брейк! Хватит меня разыгрывать, а? Не верю, чтобы кто-то из наших переметнулся на радужную планету. Девочки!       Кира махнул рукой и побрел в общую зону. Нюхнул, я уверен — поэтому и не воспринял всерьез мой фант. А мне-то как быть? Может, тоже, чтобы забыться? Хотя бы косячок? Но я клялся, что никогда не буду баловаться наркотой. Нет, не выход. Разберусь с новеньким потом, когда не будут мешать остальные. А сейчас я позвал официантку и заказал чистой водки. Когда принесла горячительную, тут же опустошил рюмку и разбил ее об пол. Схватил девушку за руку и притянул к себе, отчего она безвольно плюхнулась ко мне на коленки. Знала мою слабость, поэтому не возражала. Сама прильнула, обняла, поцеловала. А потом вдруг резко куда-то полетела.       — Иди, работай! — Это Магнат с негодованием вырвал ее у меня — он хозяин, имеет право.       Друг приказал больше ничего не приносить и держаться подальше от нашей зоны. Он сел рядом со мной, пощелкал пальцами, чтобы я обратил на него внимание. А я только фыркнул и отвернулся.       — Отвали, ненавижу!       — Угомонись, Дэн. — Саня умел успокаивать — невольно завораживал тандем его ровного, приятного голоса и искренней улыбки.       — Шутишь? Ты бы на моем месте прыгал от счастья?       — Конечно, нет. — Он подмигнул. — Но правила есть правила. Давай свой листок — я их сожгу, как обычно, чтобы потом никто не докапывался, где чье задание.       — Да забирай. — Я брезгливо отдал ему треклятую бумажку. — Все равно знаю, кто это.       — Ты можешь ошибаться. — Магнат сложил все фанты в пепельницу и щелкнул зажигалкой. — Прикинь, если это Сланец стебанулся? Он рисковый — на все способен.       — Не-не, только не Кира. — Я вяло замотал головой и зевнул — неровное пламя гипнотизировало мой взгляд, расслабляя проспиртованное тело. — Пидор — новенький. Точно он — его внешний вид так и кричит об этом.       — Не факт. — Саня вздохнул. — Я понимаю, как тяжело тебе решиться на это дело, но ты так много усилий приложил, чтобы попасть к нам. Да и мне пришлось за тебя похлопотать так, что чуть не отвернулись остальные. Не хотели брать простака. Но зато смотри, — Магнат потрепал меня за щеку, — этот дворовый бандит уже третий год в братстве. Его уважают, побаиваются, ценят. Ты хочешь лишиться всего?       — Конечно же, нет, — неуверенно ответил я. — Просто не могу — в голове не укладывается, как быть с этим чертовым фантом.       — Ну... — Саня замолчал, обдумывая ответ. — У тебя есть два варианта.       — Да-да, знаю. И ни одному из них не позавидуешь! — Я надулся, набычился и скрестил руки.       — Если не сможешь — я пойму. — Он прикоснулся к моему предплечью. — Друга ты не потеряешь, что бы ни выбрал.       — Но для тебя так важно это братство! А если я уйду, то, соответственно, не буду с вами — отдалюсь. Забудете.       — Зато мужиком останешься. — Магнат заржал, но увидел мой злой взгляд и быстро спрятал зубы за поджатыми губами. — Извини, просто…       — Конечно, не тебе же трахать Пучка — значит, можно поглумиться над несчастным другом.       — Не бухти, Буня, — и новый подзатыльник. — Сложно о таком серьезно говорить — до сих пор самому не верится, что кто-то это написал. Я тоже подозреваю, что новенький. Но мы не можем на него наезжать — не по правилам.       — А к черту эти правила! — Я приподнялся. — Пойдем веселиться и забудем все?       — Решил отказаться? — осторожно спросил Саня.       — А что? Это же будет исторический позор. — Мне стало смешно и грустно. — Я первый, кого прогонят. Это запомнят. Особенно, если узнают причину.       — Да ты сразу в университетского героя превратишься. — Магнат загоготал. — Но, может, попробуешь удержаться? В братстве есть свои преимущества, а так ты лишишься всего достигнутого с большим трудом.       Ведь не хочет, чтобы я уходил. Неужели лучший друг готов меня толкнуть на еблю с другим мужиком? Знает же, как я к этому отношусь.       — Сань, мне надо это переварить. Подумать на трезвую голову.       — Нафига? — К нам подсел Жека. — Иди прям щас — по пьяни легче, потом даже не вспомнишь. Да и че там, ну представь, что это не Пучок, а очередная твоя девка, которых ты меняешь так часто, что не интересуешься, как их зовут.       — Меня тошнит от одной мысли о Лехиной заднице, член в трубочку сворачивается, а ты говоришь «нафига?».       — Раскрути свой агрегат — вот беда, — отмахнулся Жданов.       — Я б посмотрел, как ты так же легко пошел бы трахать Пучка, как легко рассуждаешь об этом. — Магнат встал на защиту, отчего в моей душе разлилось приятное чувство благодарности.       — Короче, дайте мне время, — выпалил я в горячке, потому что больше не мог выдерживать издевок под пытливые взгляды друзей. — Имею право сделать это позже.       — Да, — согласно кивнул Магнат. — Но не забывай, что срок не больше недели.       — Помню я, — огрызнулся со злости. — Мало. Как мне найти контакт с этим парнем? Мы же его загнобили — он нас ненавидит.       — Зачем тебе с ним разговаривать? — Жека ехидно засмеялся. — Пошел, подловил в туалете и…       — Заткнись! — Я захотел врезать этому выскочке. — Не хочу слыть насильником! Тем более Пучок — гей. Не может он быть нормальным. Ему польстит мое внимание — еще добровольно согласится отдаться.       — Ну-ну. — Саня скептически замотал головой. — Я б на его месте бежал от тебя подальше и попутно благим матом крыл.       — Буду надеяться, что он не такой трус.       — А вдруг ему, наоборот, понравится эта идея, и будет после за тобой ухлестывать — не отвяжешься? — Жека покатился со смеху.       — Вот тогда точно прибью, — шикнул я. — И тебя тоже, если будешь так ржать над моим горем.       — Ладно-ладно, извини. — Жданов замахал руками, пытаясь успокоиться. — Ничего не могу поделать — рад, что это задание не мне выпало.       — Ладно, чуваки, — я отчаянно вздохнул, — один раз — не пидорас. За неделю постараюсь управиться — только попробуйте мне потом это припомнить — порву.