Игра в фанты

      Пучок. Леха. Мягкий, добрый, оптимистичный. Слишком мягкий — поэтому мы принимаем его за гея. Он похож. Он так выглядит и никогда не отрицает этого — даже иногда кажется, что ему нравится наше чрезмерное внимание к его персоне. Сам же позволяет обзывать себя, издеваться над ним. Улыбается как ни в чем не бывало и идет дальше. Теперь-то я в курсе, что он попросту насмехался. Нельзя судить по внешности — она обманчива. Это знают все, но почему-то забывают. А зря. Вот я и попал. Так попал, что бля. А он тоже — еще та сволота, однако. Сложно, что ли, подыграть было? Обидки, да? Всех прощает, а меня нельзя. Урод!       Что мне делать? Уже все косятся — понимают, что я, похоже, больше не в братстве, но не в курсе из-за чего. Уверен, что это Саня постарался скрыть новость. Иначе в меня бы уже все тыкали пальцами и издевались. Но это было бы в любом случае. Так ведь? Я не знаю. Но думаю, даже если бы я выполнил фант, о таком было бы сложно умолчать, и сплетни бы разошлись по универу. И стал бы Буня педиком — получил бы то, что больше всего ненавидит. И прозвище свое ненавижу. Откопали старую обзывалку и рады. Твари.       Я еле дождался окончания лекции. Натянул кожанку, схватил солнечные очки, с которыми не расставался даже в темное время суток, поцеловал жетон на удачу и рванул. Наконец-то можно действовать.       Я был готов убить Пучка.       Пошел за ним следом, скрывался, чтобы не заметил. А эта скотина бродила долго то в магазин, то в кафе с друзьями, то на свидание с девушкой. Я уже думал, что не выйдет сегодня. Но вот он — удачный момент, который я так долго выжидал.       Он один на пустынной ночной улице — вышел погулять со своей шавкой. Где вообще Пучок откопал это мохнатое недоразумение? Собака резво бегала за палкой и довольно виляла хвостом каждый раз, когда Леха теребил ее морду. Псину бояться не было смысла — она не очень большая, только что лаять может громко. Я бы себе такую бесполезную животину никогда бы не завел.       Ладно. Аллея. Свидетелей не будет. Шагнул ближе.       Но.       Я передумал. Почему это я из-за него должен потерять все? Избить его всегда успею, а пока…       Следующим вечером я был решителен, как никогда. Отважился и пришел в DIGS. Все по-прежнему. Элита тусила на своем излюбленном месте, Леха за пультом. Отлично. Подвалил к парням, а они уставились на меня, как на привидение. Не поверили, что я перед ними.       — Привет, — поздоровался с ними смущенно.       — Надо же, кто явился, — съехидничал Сланец. — Присаживайся.       — Потом, — отрезал сухо. — Собирайтесь в подсобке — будет вам зрелище.       — Он рехнулся? — Жека занервничал. — Заманит нас в ловушку и изобьет — может ведь?       — Не гони, — отмахнулся Магнат. — Я, кажется, догадываюсь, что он задумал. — Пальцами забегал по коленке, потом хлопнул ладонью по бедру, тяжело вздохнул и неохотно поднялся. — Пошли, пацаны.       Саня поманил остальных за собой. Вот умничка. Быстро все понял. Хотя, что это я? Он же сам меня уговаривал подумать — вот я и послушался его. Надеюсь, что не пожалею о принятом решении — отступать было поздно.       Пока парни отчаливали в нужном направлении, я нашел пару охранников, надеясь, что еще мог им приказывать, попросил их об услуге и понял, что да. Они согласились, удивились, но лишних вопросов не задавали. Шустрые, резвые — всегда бы так работали.       Вскоре все было готово. Я шагнул в тесную комнатку, где меня обеспокоенно ждали все четверо из Элиты. Останусь ли я пятым? Сейчас проверим.       — Еще в силе возможность вернуться к вам? — спросил я у них таким тоном, что возразить бы они побоялись.       Братаны кивнули. Дружно. Стояли скованно, боялись шевельнуться, только пристально глядели и не сводили с меня глаз. Да я готов. По самые гланды ему готов запихнуть. Так я был зол на Пучка, что уже не воротило от мысли о том, как буду иметь его. Наоборот — дождаться не мог этого момента. Надо проучить подонка, чтобы было неповадно перечить мне.       И вот он зашел. Увидел нашу шайку. Напрягся. Сжался и намылился к выходу. Но поздно. Его не выпустят. Подергал ручку — бесполезно. Уставился на нас — переводил испуганный взгляд с одного на другого, в пол, на меня. Стоял на месте, но в душе метался, как загнанная мышь, — это было заметно по бешеному взгляду, хаотично осматривающему подсобку.       — Вы же не поверите моим словам еще раз? — После небольшой паузы я нарушил тишину и ухмыльнулся, когда спросил это у парней. — Поэтому увидите все сами.       Они ничего не ответили, а только молча ждали. Замерли в шоке. Но я не виноват. Правила нельзя менять… Бля.       Я посмотрел на свою жертву, ухмыльнулся и кивнул.       — Иди ко мне, пупсик, — поманил я к себе Пучка. — Будешь расплачиваться за свой нрав.       — Ты сдурел? — прошептал он испуганно, запинаясь на каждой букве.       — Да, — кивнул я и шагнул к нему, потому что Леха с места так и не сдвинулся.       Схватил его за предплечье, потянул за собой и толкнул к уставленной швабрами стене. Развернул его к ней лицом, прижал к метелкам и ткнул коленом в задницу.       — Хочешь меня? — спросил я издевательским тоном. — Знаю — хочешь, иначе бы подыграл мне. А так сам напросился, чтобы я отымел тебя.       Он дрожал. Превратился в сжатый комок нервов, но не сопротивлялся. Куда ему? Не убежит, не вырвется. А даже если попытается, то все будет тщетно — это он понимал.       — Орать не вздумай, — приказал ему.       Он кивнул, но я на всякий случай заткнул ему рот первой попавшейся тряпкой, кажется, для пыли — не хотел лишних воплей. А ему будет больно — это я постараюсь устроить.       Грубо расстегнул его ширинку и сразу до колен резко стянул с него джинсы. С боксерами замешкался — скорая перспектива увидеть Лехину задницу не впечатляла, как бы я ни убеждал себя, ни бравился. Но надо. Схватил за резинку и так рванул, что несчастная ткань треснула и начала расползаться. Еще пару таких движений, и остатки трусов полетели вниз, а передо мной обнажились волосатые ягодицы.       Черт! Где те, к которым я привык? Гладенькие. Упругие — но в этом плане и эти тоже ничего. Бля. О чем я думаю?       На хрен, надо кончать с этим! Только одна сложность — не стоит. Фак!       И эти упыри таращились квадратными харями. Морщились от отвращения, но они же сами настаивали. Или смотреть не так интересно, как просто толкать на это и знать, что было? Подавитесь, твари!       Локтем уперся между лопаток и крепко прижал Пучка к стене, потрогал его напряженные булки и с силой шлепнул по ним.       — Расслабься, а то больнее будет, — прошипел я ему в ухо.       У него проступили мурашки на коже. Почти не дышал. Шерсть дыбом встала. Я ощущал, как он затрясся мелкой дрожью. Но не проронил ни звука, ни писка. Отважный, однако.       Его страх возбуждал. И мысли о том, кто это, как и зачем, уходили на задний план. Я задышал чаще. Сейчас отомщу ему по самое не хочу.       Нервно расстегнул свою ширинку и выпустил на волю оживающий член. Порылся в кармане и достал заранее купленную смазку. Не мог найти резинку. Черт. Кажется, последнюю истратил на случайную девку, чтобы отвлечься, и забыл купить еще.       Хрен с ним. Не баба — не залетит.       Открутил крышку, которая тут же выскочила из трясущихся рук. Зачерпнул из баночки половину содержимого — не знал, сколько надо. Впервые же, епрст, мужика иметь буду.       Небрежно наляпал на ягодицы и в промежность Пучка приторно пахнущий клубничный лубрикант, зачерпнул еще и покрыл обильно им свой ствол.       Особо не напрягался, чтобы подготовить Леху. Там надо как-то растягивать, добавлять по пальцу за раз. Бля. Не хочу я ковыряться в его жопе!       Подставил головку к анусу и попробовал сразу войти. Ага, щас. Размечтался. Не прорвешься просто так в эту чертову нору. Больно!       Придется делать, как надо.       Матюгнулся, плюнул в сторону и зачерпнул остатки смазки. Указательным пальцем начал ковыряться в дырке. Туго. Как туда войдет мой член?       Я разозлился и треснул Пучка по башке.       — Расслабь булки! — А затем я оскалился, на меня напал истеричный смех — сам готов был взвыть от ироничности ситуации. — Или ты хочешь подольше наслаждаться моментом нашей близости? А, сладенький?       Я лизнул его шею. Бля. Что я делаю? Но моя маньячная душа вошла в раж, и уже нереально притормозить. Было бы неинтересно, если бы Леха не сопротивлялся. А он наивно делал ошибку за ошибкой.       Он. Бля.       Потянулся к его макушке, схватил пучок и стянул резинку. Волосы мягко рассыпались по плечам. Хм, если сильно не приглядываться, то сойдет для затуманивания разума — можно принять за бабу. Но все, что ниже…       У Лехи обычная мужская фигура — ни капли женственности. И как мы могли принимать его за гея?       Сейчас не важно. Сунул палец в его нутро. Уже пошло легче — смазка сделала свое дело, смягчила стенки и помогала скользить. Нетерпеливо добавил второй, а третий с большим сопротивлением — Пучок пыжился, не хотел, но не вырывался.       Думаю, достаточно растягивать его. Обхватил Лехины бедра, подстроил его таз поудобнее и засадил. Вошло, как по маслу. Я принялся азартно наяривать, не жалел парня. Ебал его быстро, грубо, не церемонился и наслаждался криками несчастного.       Ему было больно — видно, как покраснели от напряжения уши. А я, дебил, обхватил губами мочку, помусолил ее и прикусил. Он пискнул от новой боли. Да-а-а-а!       Мне хотелось взвыть от злости, но я стиснул зубы и продолжал. Так горячо и узко. Еще несколько толчков, и кончил прямо в парня. Отвратительно. Мерзко. Приятно. В шоке я долго не мог прийти в себя и не сразу вышел из Пучка. Когда сообразил, что все еще прижимаю его к себе, то встрепенулся и резко отстранился. На душе хреново — чувствовал себя опустошенным, выжатым, побитым.       Гадкое месиво из непонятных ощущений: это было ужасно, возбуждающе, неправильно. Но это хотелось повторить. Ненавижу себя за это.       Леха тоже не сразу зашевелился. Я давно не в нём, а он все стоял неподвижно. Из его раскрасневшейся задницы по бедрам медленно стекала моя сперма, а потом так же медленно Пучок сполз вниз по стенке — весь бледный, дрожащий и с опустошенным взглядом.       Мои душевные метания прервал хлопок в ладоши. Я посмотрел в сторону парней. Все стояли со сморщенными лицами, а Кира заторможенно аплодировал.       Бля…