Вверх!

С того момента, как я открыл в себе способность путешествовать душой по разным местам, прошло более чем полтора года. Я несколько раз посетил свою комнату в академии, куда к моим соседям успели заселить двух новых студентов. Я каким-то образом заснул днём и перенёсся совершенно невольно в комнату к блондинистому другу. Тот в этот момент громко кричал, что три года отвоёвывал моё место, не позволял туда кого-то заселить, а тут комендантке надоело слушать в четвёртый раз и заселила какого-то паренька. Я когда посмотрел на него, так жалко стало, что с моим отношением к людям просто не вязалось. Но там был совсем молодой паренёк и без моего друга затюканный жизнью, а тут ещё и недовольный его присутствием сосед. Конечно, Соши ругался больше на Ацеру, которая не прислушалась к его воплям, но нет-нет да кинет разъярённый взгляд в сторону мелкого первогодки. Альба пытался угомонить блондинчика, но тот начал кричать на него о том, что я ещё жив и что все идиоты, что не верят в это. Грозился найти меня, как только станет сильнее и займёт главенствующее место в семье. И, кажется, это было не в первый и даже не в десятый раз, так как Альба выслушал всё с постным лицом и кивнул под конец, сделав тем милость. Я же смеялся, когда видел воинственное выражение лица друга, а ведь у него холёная мордашка с детскими чертами, что вкупе с гневом создаёт совсем комичный вид. Ещё немного понаблюдал за ними и отправился за другом, который немного походил по комнате, словно загнанный зверь, и выскочил за дверь, уносясь куда-то. И каково же было моё удивление, когда я увидел Соши на крыше общежития с камнем в руках, который позволил парню вызвать столь знакомого мне Олесха. И если бы они говорили по делу, о моих поисках, то нет же. Соши в первую очередь очень страстно поцеловал высокого ассассина, схватив за грудки и заставив наклониться. Дальше пошли пылкие возмущения моего друга, который рассказал о произошедшей ситуации, а Лесх в своей спокойной манере выслушал, где-то поддакнул и начал успокаивать блондинчика. Я даже за всем этим не сразу заметил, что половина лица ассассина татуирована, как и у Дарияра. Усмехнулся и вернулся в своё тело. В следующий раз я отчего-то побывал у своих родителей. Те растили ребёнка лет пяти, были всем довольны, но мать говорила, что скоро будет дата смерти меня и моей сестры, потому стоит наведаться на захоронение. Я вздохнул, понимая, что здесь более никогда не появлюсь, и вернулся в своё тело. За полтора года я делал всего несколько таких вылазок, две из которых – к Дарияру. Тот чувствовал себя всё так же, кажется балансируя между нервным срывом и убийством своих подчинённых, которые раздражали его. Он не редко забывался в пьяном угаре, оставляя на несколько дней свои дела, перекладывая те на Алиадали, который переживает за состояние Главы, но не может ничего с этим поделать. В перерывах между сном и обыденными делами я сидел у статуи Селихайя. Нагей пытался проводить со мной уроки истории, но всё чаще я стал пропадать в священном месте, отдаваясь не по своей воли, а по какому-то внутреннему зову. Я отдавал всего себя в медитации именно в этом месте. Это было похоже не то, как в самом начале моего магического пути я оказывался посреди ночи в морской воде, светясь всем телом. Нагей переживал, нервничал по этому поводу, ведь просто так это не может быть. Однажды попытался препятствовать мне, и его магия пропала, сделав самым простым смертным. Мужчина так перепугался тому, что воззвал к своему Богу-покровителю. Ровно день ничего не происходило, заставляя мучиться в неведении, а когда я вернулся домой, то передал наставнику, что всё это было его уроком. Именно это мне передали, когда я снова плавал в мареве, насыщаясь энергией, успокоением и знаниями, которые усваивались моим подсознанием. Нагей принял это благосклонно и больше не останавливал меня в подобных порывах, дорожа магическими силами. Дожди прекратились так же неожиданно, как и начались. А я успел к ним привыкнуть. И вот в один прекрасный день я решил снова отправиться к Дарияру. Лёг спать пораньше, потому что у нас с ассассином была разница в несколько часов. Солнце не тронуло ещё закат, а я уже погружался в сон. Силы откликнулись, перенося меня по щелчку далеко от дома. Открыл глаза уже в комнате Главы ассассинов. И замер. Этот алкаш недобитый сидел в кресле, развалившись в вольготной позе, отпивая вино из бокала и следя полузакрытыми глазами за передвижениями какого-то молоденького паренька, который от силы тянул на пятнадцатилетку. Дарияр сам выглядел уже старше, чем при нашей последней встрече, и тому сыграл роль стресс, состарив его на пяток лет, что для мага является большим промежутком. И вот какой-то молокосос расхаживал по чужой спальне, вертя костлявой задницей, кокетливо стреляя глазами на хозяина апартаментов и разнюхивая каждый угол, щебеча что-то о тренировках рода. Я постоял, посмотрел на всё это. Больше возмутился спокойствию Дарияра. Мальчишка остановился напротив него и, разведя его колени в стороны, присел меж них, что-то щебеча о красивых глазах. Глаза у всего рода одни! Я фыркнул такой банальщине и подхватил томик по проклятиям со стола, прицеливаясь к милому мальчишечьему затылку. Удар был такой, что паренёк боднул Дарияра в живот, а тот, не ожидавший подобное, отпихнул пацанёнка от себя со скоростью молнии. Оба хлопают глазами друг на друга, пацанёнок потирает ушибленный затылок, сидя на полу, а Дарияр медленно трезвеет. Книгу заметили быстро, поднял её Глава ассассинов, который немного повертел моё орудие справедливости в руке и приказал мальчишке убегать так быстро, как тот умеет. Я напоследок присмотрелся к ночному визитёру Дарияра, запоминая черты его лица. Так, на всякий случай. Ассассин вздохнул и вдруг разразился диким хохотом, запрокинув голову. Действие резко прекратилось, когда я начал бояться за его психическое состояние и приблизился, вставая почти впритык. Захотелось прикоснуться к нему, повернуть лицо и заглянуть в глаза, увидеть там всё, что он скрывает. Дарияр резко опустил голову и дёрнулся назад, напугавшись. В этот момент меня выдернуло из сна. Пытаясь сесть на кровати, почувствовал сильное головокружение и бьющую в затылке боль. Не заметил, как оказался у статуи Селихайя. Прислонился лбом к его ногам, пытаясь охладить кипящую голову. Прикрыл глаза и уплыл, чувствуя последним, будто меня кто-то мягко обнял, укутывая в тёплую энергию. Проснулся на восходе солнца, сидящий у ног статуи. Было так легко и трезво, как никогда после похода во сне. Солнце своими яркими утренними лучами слепило глаза, заставляя те слезиться. Потянулся, вздохнул и поднялся на ноги. Когда я шагнул в обеденную дома, то застал тишину. Гробовую, хотя в комнате присутствовал Нагей, Релла и Гахер. - Ты где был? - спросил Нагей, разрывая затянувшуюся минуту молчания. - Спал... - смотрю на него с непониманием. - У статуи был. - Я смотрел там, и тебя не было рядом, - ещё сдержанно, но через плотно сжатые зубы. - Брат, подожди! - вдруг осадила его Релла и подскочила ко мне, заглядывая в глаза. - Ты сам посмотри! - меня жёстко повернули лицом к мужчинам, у которых стали брови ползти наверх. - Фто профхотить? - спрашиваю, как только мне это позволяют женские ладони на моих щеках. - Твои глаза, - Релла отпустила меня и крутанула перед лицом ладонью, образовывая зеркальную гладь воды. И сначала я удивился тому, что при её первом движении уже знал, что она собирается делать. А после я заглянул в своё отражение. Глаза медленно, но верно затопляло синим. Радужка пропала, как и зрачок, а синий цвет глаз, словно растекался по белку, закрашивая тот. Это происходило так медленно, что при пристальном взгляде можно было только заметить. - Что это значит? - спрашиваю у Нагея, отводя взгляд от отражения и мысленно прощаясь с обычным видом глаз. - Что ты встретился с Богом-покровителем. Но, насколько я помню, такое происходит не так рано... - Мне пришлось больше десяти лет прожить здесь, прежде чем я встретился с Исхаррой, - произнёс Гахер. - Ну... Встретился с Богом. И что дальше? - спрашиваю, смотря то на одного, то на другого, то на третьего. - Теперь тебе необходимо пройти обряд, в котором ты предстанешь перед пантеоном Богов, - ответил мне Нагей. - Для чего это? - спрашиваю, проходя к столу и усаживаясь на подушки. - Чтобы познакомиться с ними и засвидетельствовать своё послушание им. Через два дня я стоял на площадке перед десятком статуй Богов и не знал, чего ожидать. Отчего-то на это пришли посмотреть многие жители Земель Богов, большее количество которых я даже не знал. Все поздравляли Нагея, который скупо отвечал и, кажется, больше желал оказаться подальше ото всех. Ночь наступала, солнце зашло за горизонт, и луна уже набирала силы. Вспышка света озарила пространство вокруг меня неожиданно, ослепив на мгновение и влив в тело немереное количество энергии, которая просто распирала меня изнутри. Пространство вокруг смазалось, а всё происходящее за пределами площадки замерло. Оглянулся, видя, что собравшийся народ просто обездвижен, и не успел заметить, как передо мной предстал молодой мужчина. Совершенно нагой с прекрасно развитым телом, выше меня на голову и копной длинных белоснежных волос. Он глядел на меня синими глазами, подобными моим, и улыбался. Мягко, тепло. Пара шагов разделяла нас. Я не знал, что делать, потому просто стоял и пялился на Божество. Мужчина приблизился мягкой походкой и протянул руку, беря мою в свою. Тёплый. - Я рад смотреть в твои глаза, - тихий грудной голос, вызывающий мурашки. Что-то внутри меня дрогнуло. - Я... - и замолк, не зная, что сказать. Мне же никто ничего не подсказал! Даже текста не дали, что надо выучить и оттарабанить перед Богом. Богом? А где же остальные? Он улыбнулся сильнее, тихо хмыкнув. - Они не придут на нашу встречу, Сехиси, - произнёс тихо и так ласково, что у меня в груди всё сжалось. Было противоречиво, ведь всё это время я грезил о возвращении к Дарияру, но голос Божества что-то задевал внутри меня и манил. Но... Он ведь на то и Бог, что трогает до самого нутра. - Согласишься ли ты пойти со мной? - спрашивает. Я хлопаю глазами. Аккуратно отбираю свою руку из его захвата и отхожу на шаг. Уголки его губ дрогнули, словно я обидел его. Так... Либо меня заберут куда-то, либо раскатают в ничто на этом самом месте. Он вдруг улыбнулся, забавляясь. А у меня прокралась мысль, что меня читают. Кивок. Эх... - Так... И куда мне предлагаете пойти? - спрашиваю с промедлением, убирая руки за спину. - Просто идём со мной, Сехиси, - голос спокойный, мягкий, и я чувствую, что сейчас решается моя судьба. Что-то значимое у меня спрашивают. Или просят? - Я должен вернуться к Дарияру, - выдыхаю, плюнув на всё. Будь, что будет! - Понимаю, - кивает степенно. - И принимаю, - он разворачивается и бросает мне из-за плеча. - Убийца смертен. Потому я подожду ещё немного, - яркий свет вспыхивает и исчезает, возвращая меня в реальность, где народ ожил. Кажется, никто и не заметил ничего. Я подошёл к Нагею, который тут же заглянул мне в глаза и нахмурился. - Не понимаю... - пробормотал. - Ты уже встретился с ними? - Да. Так что не знаю, чего вы тут ещё ждёте, - отвечаю и переношусь в дом. Хотелось пить. Меня трясло после разговора с Богом. Трясло так, что я поскорее хотел выпить что-то горячительное и укутаться в одеяло. И так как в доме не было и капли алкоголя, пришлось наливать в кружку горячий отвар из ягод и топать в свою комнату, зарываться в кокон одеяла. Трясти перестало нескоро, а заснул я с пустой головой. Сны были тяжёлыми, отчего на утро чувствовал себя разбитым. Появился в обеденной только после того, как искупался в прохладном после ночи озере. Мысли не хотели посещать больную голову, и вот таким я предстал перед привычными гостями дома и самими хозяевами оного. - Ничего не спрашивайте, - произнёс, поднимая руку и предвосхищая всех. Рты некоторых тут же захлопнулись. Сел за низкий стол, ощущая взгляды на себе, и принял из рук Реллы кружку с чаем. Некоторое время троица учеников Гахера молчала, покорно принимая участие в поедании восхитительных булочек и блинчиков, сотворённых Реллой без помощи магии. Однако стоило только хозяйке обители убрать со стола, как вопросы посыпались как из рога изобилия, причём даже молчаливый Нег не удержался от парочки заковыристых. Но я молчал. Слушал их нытьё и негодование напополам с интересом и молчал. Как рыбка. Раскрыл рот лишь тогда, когда Нагей спросил моё имя. Вот на этом моменте комната погрузилась в тишину. - Что ты имеешь в виду, Хес? - спросил Гахер за всех. - Когда мы с моим будущим учеником плыли сюда на корабле, я получил распоряжение моего Бога-покровителя, которое гласило: не давать имя ученику, тому его дадут однажды. Сначала я не понял, что к чему. А вот теперь... - мужчина, сидя в стороне от меня, посмотрел выжидательно. Все затаили дыхание. - Что? - спрашиваю. Шиги – ученица Гахера сплюнула, обозвав меня недоумком. - Имя! - нетерпеливо вскрикнул рыжик. - Имя... Селихай называл меня как-то... - попытался припомнить. - Сагуси... Сешихи... Не помню. - Сехиси, - твёрдо произнёс Гахер. - Один? - удивлённо спросил рыжик, уставившись на своего наставника. - Нет, ученик. «Единственный», причём со странным наклонением. Последняя "и" говорит о наклонении, которое применимо к детям или любимым существам, - все снова недоуменно взглянули на меня. - Ну ладно! - недовольно вскрикнул, подняв руки. - Хватит уже этих рож. Спасибо за перевод моего нового имени. Но лучше скажите, что мне теперь делать? - Ты свободен, - пожал плечами Нагей. Я воззрился на него. - Что? Вот так просто? А... Уроки истории или ещё что-то? - спрашиваю, пытаясь унять в голове хаос. В душе поднялась волна радости от того, что я могу побывать за пределами Земель Богов, но и растерянность разбавляла её. - Если тебе необходимо что-то знать, то я обучу тебя. Ты навсегда останешься моим учеником. Но теперь ты свободен. Если желаешь отправиться странствовать по миру, то отправляйся. Если хочешь остаться тут — пожалуйста. Мы с Реллой всегда будем рады видеть тебя дома, - его речь тронула меня, почти доведя до скупой мужской слезы. - Я исполнил то, что обещал — освободил тебя. - Спасибо, - выдыхаю, благодаря от всей души и склонив голову. Рыжик завопил радостно, кидаясь мне на шею и поздравляя, портя момент. Пришлось шипеть и пытаться отодрать его от себя, пока не оглох на одно ухо. Закат солнца. Багрянец, пылающий на горизонте, на стыке небесного полотна и морской пучины. Ветер обнимает со всех сторон, а я лечу вниз, раскрыв объятия. Поворачиваю голову, смотря на пышущее последними силами светило. Ещё один виток моей жизни заканчивается. Мгновение и моё тело исчезает в переходе. Тёмное помещение, в которое проникает свет луны. Мужчина сидит за столом, склонив голову над бумагами и что-то вдумчиво читает. Так вдумчиво, что не замечает чужого появления. Выдыхаю, усаживаясь на спинку диванчика. - Дорогой, я уже скоро... - бормочет мужчина, а я перевожу взгляд на бледнеющего «дорогого», который прижимает к груди руки и с ужасом смотрит на меня широко раскрытыми глазами, лёжа на диванчике. - Неасс, не помню, чтобы мы становились супругами, - говорю с лёгкой ехидцей. Ректор вздрогнул и медленно поднял голову, а я почувствовал, как он был уже готов спустить на меня парочку заклятий из своего самого сильного арсенала. - Сет? - острожный вопрос и напряжённое тело. - Был им когда-то, - протянул и оттолкнулся от насиженного места. - Поговорим? - он сглотнул и кивнул, пристально с долей страха смотря мне в глаза. Глаза, которые когда-то производили на меня такое же впечатление.