Алкогольная зависимость

      Хёкдже как можно быстрее постарался разобраться с надоедливым администратором. Откровенно врав про то, что всё ему понравилось и претензий нет, он расплатился и поспешил на выход. Оказавшись на улице, он замер.       Утренний воздух мягко обнял его, как будто успокаивая. Вдохнув полной грудью, Хёкдже оглянулся, осматривая презрительным взглядом вход в бар. Цокнув языком, он покачал головой и направился по направлению к дому. Немного поплутав, брюнет всё-таки добрался до своего жилья.       Ложась на кровать, Хёкдже понял, что в нём сейчас есть только какая-то странная пустота. Никаких чувств, мыслей, эмоций. Через минуту он уже спокойно заснул, иногда безмятежно похрапывая.       Проснувшись от стука в дверь, Хёк потянулся и сел на краю кровати. Протирая заспанные глаза, он мельком глянул в телефон. Почти полдень, пропущенное смс с работы, ещё несколько звонков с неизвестного номера... Вздохнув и состроив недовольную гримасу, Хёкдже встал и пошёл открывать дверь незваному гостю.       ‒ Не помешал?       На пороге стоял блондин, в том же костюме, что и вчера, но уже слегка потрёпанном, даже в некоторых местах порванном. Хёкдже сразу понял, что парень слегка пьян. Не удивительно при такой работе... Смерив блондина ещё раз холодным взглядом, Хёкдже молча закрыл дверь.       ‒ Нам надо поговорить. И чем скорее ты меня выслушаешь, тем быстрее я уйду. ‒ снова несколько раз постучали. Хёкдже прислонился спиной к двери и думал, как же ему лучше поступить. ‒ Открой, умоляю тебя.       Закатив глаза, Хёкдже снова улёгся на кровать. Смотря на кусок дерева, разделяющий их с Донхэ, он размышлял, о чём же таком срочном им надо поговорить. Пошарив рукой под кроватью, Хёк нашёл завалявшуюся недопитую бутылку дешёвого коньяка. Откупорив зубами пробку, он прикончил её в один присест. По телу снова разлилось мягкое тепло. Как же он скучал по этому состоянию! Забыв о том, что он вроде бы собирался прекращать пить, Хёкдже достал из тайника ещё бутылку и осушил её почти полностью. Развалившись на кровати, он тупо улыбался потолку. Сейчас ему было абсолютно всё равно на происходящее, что бы ни случилось.       Через пятнадцать минут ручка осторожно дёрнулась. Донхэ, поняв, что дверь открыта, осторожно вошёл внутрь. Его встретили абсолютно пьяные глаза и издевательская полуулыбка.       ‒ Ну и чего там у тебя? ‒ Хёкдже растягивал слова, махая двумя пустыми бутылками. Капельки недопитой жидкости вылетали из горлышек, орошая всё вокруг и самого пьяницу. ‒ Пришёл отрабатывать вчерашнее? Я ведь, считай, заплатил ни за что.       ‒ Примерно об этом я и хотел поговорить, ты прав. ‒ Донхэ взял одну из бутылок из шкафа, который был набит алкоголем. Смотря на Хёкдже, он принялся медленно пить. Почти давясь кошмарным напитком, Хэ откинул к стене недопитую бутылку, не обратив внимания, что она раскололась и содержимое стало выливаться прямо на пол.       Стремительно подойдя к Хёкдже, Донхэ схватил его за волосы и притянул к себе, завлекая в долгий поцелуй. Хёкдже, позабыв о всех своих принципах и решениях, обхватил блондина руками за талию и прижался к нему всем телом. Расстегивая пуговицы на пиджаке, он зашипел, сетуя на свои грубые пальцы, которые не умеют делать такую мелочь. Решив всё же помочь, Донхэ отдёрнул от себя чужие руки и несильно толкнул Хёкдже, заваливая его на кровать. Наскоро сняв пиджак и рубашку он навис над брюнетом.       Грубо лаская Хёкдже, Донхэ изучал губами его шею, иногда проводя языком по уже оставленным им проявляющимся укусам. Резко приподняв его, Хэ стянул мешавшую майку и набросился с новой силой на оголившееся тело. На его пах осторожно легла рука Хёкдже, заставляя блондина невольно тяжело выдохнуть. Хёкдже впился пальцами в руку, когда почувствовал, что и Донхэ скользнул вниз по его животу и уже почти разобрался с ширинкой на джинсах.       ‒ Хочешь меня? ‒ Донхэ выдохнул слова прямо в ухо донельзя возбуждённого Хёкдже. ‒ Ну же, говори. Я жду...       Проигнорировав слова блондина, Хёк только ближе прижался и впился ему в губы. Прервавшись, Донхэ отстранился, победно смотря на полуголого парня под ним. Вглядываясь в его прикрытые от удовольствия глаза, он стянул брюки с обоих, а потом та же участь постигла и нижнее белье. Проведя пальцами по животу брюнета, Донхэ ухмыльнулся. Хёкдже тяжело выдохнул, когда Хэ осторожно провёл тыльной стороной руки по его возбужденному органу.       Донхэ уже надоело играть и он резко перевернул Хёка и поставил его на четвереньки. Положив его руки на изголовье кровати и приказав держать их там, Хэ вставил первый палец. Слегка подождав, он вставил ещё сразу два и продолжил растягивать, слушая напряжённые болезненные всхлипы Хёкдже. Без лишних слов, Донхэ сменил пальцы на свой член. Всё-таки пожалев парня, Хэ начал с медленного темпа, но вскоре перешёл на более быстрый, наслаждаясь протяжными стонами. Не останавливаясь, он наклонился и внезапно укусил за плечо, доводя брюнета до края и через минуту тот кончил. Немного удивившись этому, Донхэ фыркнул, но не остановился, а наоборот начал ещё пуще издеваться над Хёкдже. Шлепки, укусы и засосы посыпались на Хёка. Не выдержав и отпустив руки с назначенного места, Хёк сразу же отхватил намеренно сильный толчок и клок своих вырванных волос. Матерные фразы Донхэ были уже не так неприятны...       Сделав последнее движение, Донхэ кончил и повалил еле дышащего парня на бок. Отдышавшись, Хэ вытерся о простынь и, не торопясь, оделся. Сев на полу неподалёку, блондин начал что-то искать в своём телефоне.       Спустя минут десять, Хёкдже приподнялся и почему-то стыдливо прикрылся одеялом, искоса смотря на Донхэ. Игра в гляделки закончилась безоговорочной победой светловолосого.       ‒ Ну, как тебе? ‒ Донхэ встал и подошёл к Хёку, беря его за подбородок. ‒ Хорош же? Ну, чего ты молчишь, я привык разговаривать после секса...       Но Хёк продолжал молчать, испепеляя его взглядом. В своих мечтах он представлял не такое, совершенно не такое... Донхэ должен был быть более ласковее, да и роли он распределял абсолютно по-другому. Всё получилось не так. Но, в любом случае, получилось.       ‒ Впрочем, я тут задержался. Ты же сказал, что заплатил вчера? Я всё отработал и удаляюсь, мой господин. ‒ Донхэ ухмыльнулся и, развернувшись, направился на выход.       ‒ Просто отработал деньги? ‒ Хёк сел на край кровати и задумчиво наклонился за майкой и надел её. ‒ Так значит я был прав? Обычная проститутка?       ‒ Называй, как хочешь. Я всегда честно делаю свою работу, в чём бы она не заключалась. ‒ Донхэ облокотился о стену, водя пальцем по ручке двери. ‒ А ты на что рассчитывал? Что я начну с тобой встречаться? Романтика и нежности?       ‒ Хм... Да, ты угадал. ‒ Хёкдже потянулся. ‒ Жаль, такой красивый, а так низко пал... Обидно. Кстати, твоя жена как смотрит на твою работу? Или так и познакомились?       ‒ Нет... ‒ Донхэ стушевался, услышав о семье. ‒ Она ничего не знает и, надеюсь, ещё долго не узнает.       ‒ А вдруг узнает? ‒ Хёк самодовольно улыбнулся, подходя к Хэ. ‒ Или кто-то поможет ей это узнать? А?       Донхэ испуганно посмотрел на брюнета. Не находя, что ответить, он истерично хватал ртом воздух. Спустя несколько секунд бешенных размышлений, он замахнулся и со всей силы ударил Хёкдже в челюсть. Тряся онемевшей от резкой боли рукой, Донхэ поспешил удалиться из комнаты, захлопывая за собой дверь.       Хёкдже лежал на полу и тихо посмеивался, не обращая внимания на неприятнейшие ощущения. Теперь победа полностью за ним и это нужно было срочно отметить! Заодно и продезинфицируется... Подползя к заветной тумбочке, Хёкдже достал оттуда очередную бутылку и с удовольствием сделал несколько больших глотков.       Пролежав на холодном полу какое-то время, иногда посасывая всё тот же паршивый коньяк из бутылки рядом, Хёкдже задумался над сложившейся ситуацией. Он не знал, как же ему поступить, да и стоит ли продолжать всякие отношения с Донхэ? Всё же блондин действительно хорош, кем бы он там ни являлся... Может, стоит снять этого парня ещё разочек? Соблазн слишком велик, но ведь... Семья, ребёнок. Как он может вообще с ними так поступать? Впрочем, это не проблемы самого Хёкдже. Если произойдёт что-то из ряда вон выходящее, то он сориентируется по обстоятельствам.       Успокоив себя такими мыслями, Хёкдже допил бутылку, отбросил её куда-то к осколкам, оставленным его гостем, и, забравшись на кровать, заснул глубоким и мирным сном до самого вечера.