Танцуй со мной!

Грэг в который раз, заглянул в кабинет Майкрофта. Сидит… Низко склонившись над бумагами, напряженно вчитываясь… Половина первого ночи… И так уже третий день. Сколько подобное будет продолжаться? Грегори тяжело вздохнул и шагнул в рабочую зону Холмса. Да, у них был договор, да, он обещал не тревожить Майка, когда тот работает, но нужно же иметь хоть какие-то границы? У Холмса-старшего, как и у его безумного брата, оказалось совершенно не было тормозов. Конечно страна переживает не лучшие времена, но это не значит, что мистер Холмс обязан вогнать себя в гроб, решая нескончаемые проблемы. Как, например, сейчас… — Я занят… — не поднимая головы от чертовых бумаг, буркнул Майкрофт, — извини… — Не извиню! — Грэг решительно шагнул к столу и резким движением опустил ладонь поверх отчета, в который вчитывался Холмс. — Я не позволю тебе угробить себя. Так нельзя, Майк. Ты за последнюю неделю превратился в тень… — Отца Гамлета? — Хмыкнул Холмс, поднимая покрасневшие от недосыпа глаза на любовника. Ухмыляется, значит все не так уж и плохо. Грегори фыркнул, усаживаясь на край стола — форменное безобразие, такое позволяется лишь избранным. — Нет, брата Шерлока! — Грэг, слегка склонившись, скользит свободной рукой по заострившейся скуле Холмса. — Еще немного и ты сможешь догнать своего младшего по степени истощения. Так нельзя, Майк! — Очень много работы… — Холмс откидывается на спинку кресла, отстраняясь от ласки и устало трет ладонями лицо. — Ее всегда много. — Сейчас особенно — смена кабмина, проблемы с беженцами, — вздыхает железный Холмс, — страну лихорадит. — Ее всегда лихорадит! — начинает злиться Лестрейд, он-то понимает, что в Англии все не блестяще, но даже если Майкрофт упадет без сил, проводя ночь за ночью за этим проклятым столом, стране лучше не станет. Нужно что-то… — Потанцуй со мной, — вдруг шепчет Грегори, соскальзывая со столешницы. — Что? — На лице Холмса читается удивление. — Давай, — Грэг дергает его за руку, заставляя подняться из кресла. Он, улыбаясь, любуется озадаченным лицом Майка, — мы не делали этого уже сто лет! — Мы многого не делали уже сто лет, — снова бормочет Холмс, с удовольствием потягиваясь и разминая мышцы, — но сейчас на это нет времени, совсем… — На любовь и танец время есть всегда, — парирует Грэг, быстро водя пальцем по смартфону выбирая музыку. Ага, танго … то, что нужно! — Серьезно? — Майкрофт выгибает бровь, услышав первые аккорды, и улыбается, впервые за последние несколько дней. От этой улыбки, немного хищной и такой живой, по спине Грегори пробегает холодок. — Вполне… Кабинет слишком мал для подобного, танец требует простора и свободы, но… Грэг привык использовать то, что имеется, к тому же стол Холмса весьма хорош и удобен для того, что случится, когда мелодия закончится. А оно случится, Грэг в этом не сомневается. Это же подтверждают вспыхнувшие страстью ореховые глаза, с силой сжимающая его талию горячая рука и лукавая полуулыбка на губах Холмса. Грегори танцует, с чувством, отдавшись чужим рукам и радостно думает о том, что сегодня он победил и смог отобрать Холмса у его работы, о том, что Майкрофт в конце концов уснет в кровати, а не за рабочим столом, бессильно опустив голову на руки, о том что завтра Грэг придумает что-нибудь еще, чтобы не позволить любимому окончательно превратиться в тень. — Танцуй со мной, Холмс, — шепчет Грэг одними губами, растворяясь в музыке и жаре исходящем от Майкрофта, — и пусть весь мир подождет!