Лунный рассвет

      Аромат запечённой индейки, только что выгруженной из духовки, был безупречен. Вдыхая пряный запах, можно было почувствовать любовь того, с какими нежными чувствами её готовили. На круглом столе стояли разнообразные и прекрасные по цветовой гамме блюда. Аккуратно уложенные тарелки, салфетки и столовые приборы, расставленные по правилам этикета, красовались на белоснежной скатерти. Хозяйка дома постаралась на совесть. Глядя на безумие красок, появлялось эстетическое удовольствие. Кристофер осмотрелся: по количеству еды создавалось ощущение, что ждут несколько гостей. Однако, если судить только по пятерым стульям, куда все мигом расселись по кругу, то никого постороннего не будет — простой семейный ужин. Мистер Брауман поднялся со своего места и прочистил горло. Он убрал в сторону салфетку, не хитро прикрепленную к рубашке, которую использовал, чтобы не запачкать дорогой деловой костюм. — Я хочу поднять этот чудесный бокал вишнёвого сока, — мужчина добродушно улыбнулся, по-отечески посмотрев на детей, от неудобства старающихся слиться с интерьером, — За наших взрослых ребят! Года пролетели незаметно, одиннадцать лет наступило несколько месяцев назад. Кажется, ещё совсем недавно они были крохотными и ходили в младшую школу вприпрыжку. Но с этого учебного года всё будет иначе. За вас! Отец Криса потянулся чокаться стаканами, после чего, удовлетворённый, обратно занял нагретое место. Наступила практически идеальная тишина — звенели лишь столовые приборы, и чавкала маленькая Эли в прелестном нежно-розовом платье. Взрослые явно были заняты важными размышлениями, как и положено взрослым, а старинные друзья боялись шевелиться просто так, ведь вдруг они привлекут внимание и посыпятся вопросы! — Солнышко, может, расскажешь нам, как ты отдохнула в летнем лагере? — мама закончила пережевывать и решила завязать непринужденную беседу. — Мне очень понравилось! Я была главной в группе! — самодовольно усмехнулась малышка, стукнув туфелькой по ножке стула. — Из-за чего весь этот праздник? У меня такое чувство, что мы отмечаем второе Рождество… — осмелилась спросить Линда, желая перейти к давно мучившему вопросу, хотя по её дрожащим коленкам и белым пятнам на лице было ясно, что ничуть она не смелая. — Дорогуша, для вас, — приобняла девочку за плечи мама, приятно улыбнувшись одними уголками губ. В её глазах плескалась вина, на лице выражалось смущение, а движения были несколько дёрганными, но причину этого выяснить не удавалось. — Мы понимаем, ты хотела бы провести этот вечер со своим папой, и нам жаль, что у него слишком много работы. Ты ведь понимаешь его? Насладись этим ужином, детка, мы любим тебя как родную. В конечном итоге, ужин так и проходил под завесой тайн. Блюда были действительно хороши: легкие, вкусные, таящие во рту. Когда-то девочка, будучи помладше лет на двадцать, умела ничуть не хуже.       Похоже, Линда всё-таки жила с ними и вопросов по поводу ночёвки не возникало. Семейка, насладившись прекрасным ужином, разбежалась по своим обыденным позициям: мама перемывала гору посуды, папа, со включенным стареньким телевизором, читал последние новости из газеты, а младшая из семейства бегала туда-сюда за несчастным котом. Дети смылись в комнату мальчика, закрыли щеколду на двери и плюхнулись на одну кровать, издав протяжные вздохи — они готовы уснуть прямо здесь. Тут же Крис заёрзал от неудобства: нечто больно впивалось в голову. — Не крутись! — локтем ткнула его подруга. Прошипев, мальчик набрался последних сил и полез под подушку. — Лег бы на другую, я вообще-то первая её заняла! — Вообще-то, это мой дом и моя комната, так что… — Тогда ты уступишь эту кровать гостю, а сам пойдёшь на другую! Не вредничай. Так сложно что ли? — Погоди-ка, — напряженным голосом прошептал Крис, что-то вытаскивая из-под подушки. Там была спрятана небольшая книга, обложка которой была вся в узорах, словно ежедневник или блокнот в твердом переплете. — Ого, похоже, это личный дневник! — удивился парнишка. — Парень, и ведет дневник? — блондинка приподняла бровь, привстала на локтях и прыснула от смеха, — Прям твоя копия. — Эй, а сама-то? — обидчиво нахмурился он. — И вообще, этот дневник может стать ключом ко всему произошедшему! Стоило лишь открыть первую страницу, как из книжки вырвался на волю почтовый конверт и шлёпнулся на одеяло. Один лишь немного помятый конверт, тяжёлый и толстый, сделанный из желтоватого пергамента, а адрес был написан изумрудно-зелёными чернилами, и закреплён красной восковой печатью. Марка на конверте отсутствовала. Впрочем, стоило уже догадаться, что оно, заставившее обновлённых пенсионеров застыть, в одночасье, прекратив дыхание, письмо предложения поступления в школу чародейства и волшебства — Хогвартс. — Это же… — потерял дар речи Крис, дрожащими руками держа конверт. — Так это всё-таки правда?.. — отрывисто прошептала Лин бегая глазами по бумаге. В голову рвался гул посторонних мыслей: от безумной радости, до ужасающего страха, простых воспоминаний детства и легкомысленной мечты, и даже посторонней памяти рекламы. Линда была уже готова к тому, что они оба пойдут в самую обычную школа, а тут такой сюрприз. Тело озябло, дыхание участилось, как после марафона, глаза неприятно защипало. Сомнение. Желание. Потеря себя в чертогах разума. Это сон? Вновь пришли догадки реальности волшебного мира. Стало так же неуютно, как тогда, когда они только пришли в себя на платформе, мир казался чужим и неприветливым. Ребята замерли, нависла безмолвная тишина, что можно было услышать домашний шум на первом этаже, звуки телевизора, топанье Эли в соседней комнате и жалобные стоны кота. Дети осторожно достали бумаги из конверта, словно бы при одном неосторожном движении они могут превратиться в прах. Достаём титульный листок…

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Директор: Альбус Дамблдор (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов) Дорогой мистер Брауман! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора!

Слёзы радости скользнули по лицу. Да, этот мир не родной. Да, множество вопросов так и осталось без ответа. Однако, фортуна улыбается лишь однажды, и именно сейчас она благоприятствовала им. — Но… — тихонько прижала Лин руки к груди. — Есть ли письмо у меня? — Что? — озадаченно посмотрел на подругу Крис с ещё искрящимися от счастья глазами, после схватил её за руки и придвинулся. — Ты чего? Конечно есть! Нам двоим по одиннадцать, да и мистер Брауман, ну то есть, папа, говорил тост именно про нас! Что в этот раз всё изменится! Напряжение атмосферы снялось, вновь пришло чувство реальности, спокойствия и жизни. Вернулась и усталость за день. Сон пытался пробраться в тела детишек, но пришедший недавно адреналин не позволял даже задуматься о нём. Из коридора доносилась тихая колыбельная песенка, напевающаяся приятным голосом матери. — С другой стороны, я бы не поехал без тебя,  я ведь уже говорил это, — дурашливо улыбнулся парнишка. — Вот дурак, — показала язык блондинка. — На всякий случай отопри защелку, мало ли что, чтоб не подумали о нас чего дурного. Кряхтя, будто он снова стал стариком, мальчик соскочил с кровати, и, тем не менее, беззвучно достиг цели, звонко щёлкнув замком. Поглядывая на такие махинации, Линда закатила глаза, хотя в чувствах хотелось сказать нечто язвительное. Желая спрятаться от уличного фонаря, назло светящего в окно и делающего атмосферу какой-то жуткой, они с головой накрылись одеялом, пристально таращась друг на друга. В соседней комнате стихли голоса, от чего приятели расслабились и вот-вот хотели завязать новый разговор, но никто не решался стать первым, предоставляя слово невидимому в темноте собеседнику. Возможно, в таком положении прошло полчаса. Возможно, меньше или больше — в темноте время идёт по-другому. — Ты не боишься заснуть? — сильно прокусив губу, всё-таки задала мучивший вопрос шёпотом девочка. — Я боюсь, что мы сейчас во сне. — Если это сон, то ночной кошмар или сладкая мечта, словно ребёнку дали его любимое мороженое? — Не всё так однозначно, пойми-… — Кристофер едва не подавился, когда его рот заткнула маленькая ручонка соседки по одеяльному укрытию. Мальчик хотел отмахнуться и нетерпеливо узнать в чём дело, как дверь, ведущая в спальню, со скрипом приоткрылась… Тишина стояла секунду, три, пять. Напряженность взрастала всё больше и больше. Семь. Нечто неторопливо двинулось в сторону детей. Было слышно, как оно наступает на старые половицы и первой его жертвой будет именно Брауман-младший, лежащий с краю. Линда немо выругалась, ведь её идея обернулась словно в сюжет фильма ужасов. С одной стороны, разумнее посмотреть на нежданного гостя и успокоиться, а с другой, может этот самый покой разрушится на части. Тела все больше каменели, движения становились невыносимо медленными. Какая-то конечность существа проскользнула по спине, через плотное одеяло не понять его строения. В этот же момент что-то звонко заклацало по паркету. Их двое, или оно такое длинное? — Мрпф-… — глухо чихнул пушистый монстрик, и протискивался внутрь, толкаясь лапами по лицам детей, желая устроиться ровно между ребятами, заранее начиная мурлыкать. — Кот? — разочаровались полуночники. Но не тут то было. Сзади кровати отчётливо можно было услышать чей-то глоток, последовавший за собой внезапно исчезновение одеяла. «Это конец?..» — Вы почему не спите? Обескураженно ребята переглянулась. И всего-то? Перед их взором стояла мама в домашнем милом халате, цвет её лица, выразительность глаз и подчёркнутость скул слегка изменились, видимо, был смыт дневной натуральный макияж, волосы были аккуратно заплетены в незамысловатый пучок, закреплённый на макушке головы мягкой резинкой. — Ох, всё с вами ясно. Опять страшилки рассказываете? Ей-богу, не на ночь же. — Да, наверно… — Кристофер сел, с подозрением смотря на женщину, ни с того ни с сего решившею заглянуть к ним в поздний час. — Чувствую, не уснёте, даже если я выйду и попрошу ложиться. Так уж и быть! Спускайтесь, заварю травяной чай, который вы приобрели минувшим днём. — Но мы не-… — начала было Линда, как тут её напористо, но мягко, перебили: — Я настаиваю. И мне, и вам, должно быть, не терпится поговорить об этом. Время пришло. Чем раньше, тем лучше. Слишком долго тянуть бесполезно. Миссис «Я-Люблю-Держать-Интригу» ещё раз хлебнула что-то из чашки и пошла к выходу. Через некоторое время послышались её шаги по ступеням. — Мне это уже нравится. — Что? — Крис отмер, недоуменно глядя на подругу. — Тайны, тайны, тайны! — девочка звонко хлопнула в ладоши, начав их потирать друг о друга. — Единственное, что мне пока нравится, так это кот, — парень надул губы, спрыгивая с кровати на прохладный пол. — И письмо в Хогвартс. — И письмо в Хогвартс, да. Знаешь, конечно, наше перемещение и всякие эти намёки родителей очень странные, но это же Хогвартс, понимаешь? Это же какой-то выдуманный замок, где учатся волшебники! Мы выросли на этой книге и на фильме, но это нереально! — Кажется, у тебя сейчас начнётся истерика. Я тоже переживаю и буду переживать до самого момента, как мы переступим порог Хогвартса, что его не существует. — Удивлен, что ты так хорошо держишься. Возможно я даже немного счастлив, что у меня такая мама, да отец вроде хороший. — Слушай, Крис… — Линда замолчала, не ожидая от себя, что назовёт приятеля новым именем, — Кристофер. Просто дыши. Мы оба очень напряжены. Мама позвала нас вниз, так что давай спустимся, выслушаем её и вернёмся обратно. Мы сможем немного расслабиться и просто полежать здесь. Лады? — Да, — Крис кивнул, совладав с собой, но… — Эй-ей, кота-то оставь! Ты же не своя сестра. Он, бедный, настрадался.       В ночное время на первом этаже горел свет лишь двух домов на улице Черч Райз. Теплота приятного чая наполняла тело, вызывая даже комфортные в прохладе помещения мурашки. Делая несколько глотков на пробу, в тишине сидели родственники, перебравшись с кухни, откуда ещё доносился насыщенный аромат заваренных чёрных сортов чайных листьев, на диван в гостиную. Приглушённо освещалась обстановка от настенных кухонных ламп, вызывая мягкую сонливость, нежели если бы была включена общая люстра. Даже так, нельзя было не заметить бюджетности мебели: её тускловатые цвета, простота в дизайне и ткани. Впрочем, это всё являлось частью времени. Новыми зрячими глазами можно было рассмотреть чёрно-белые фотографии на однотонной стене, и сиротливую картину золотого пейзажа, манящая своей композицией. Сквозь полупрозрачные шторы просвечивали множество белоснежных крупинок звезд на тёмном безоблачном небе, и среди них блуждала одинокая спутница — луна. Женщина, нервно бегающая взглядом по обоям, вдруг прикрыла глаза и с усилием перестала тарабанить ногтями по столу. — Так, довольно! — она глубоко вобрала воздух, строго, с некой безысходностью взглянув на детей. — Я обещала вам разговор. Знаю, для вас это будет запоздалым заявлением, но я против, чтобы вы ехали в это учебное заведение. В Хогвартс. Кристофер поднял бровь, выражая общее удивление. Она что, серьёзно? — Конечно, — продолжила мама, — Мне нельзя заставить вас — я не имею на это никакого права, отнюдь. Настаиваю, чтобы вы всё-таки поступили в обычную среднюю школу нашего города. Мир магии… Мы не говорили о нём никогда. Магический мир не такой прекрасный, как пишут в сказках, но вы и так не особо любили сказки. Поймите, именно сейчас может начаться самое опасное время, и ни меня, ни твоего папы, Линда, не будет рядом. Если согласны на Хогвартс, то прямо завтра, накануне Экспресса до школы, мы пойдем в Косой переулок и купим необходимое. — Почему мы должны не хотеть в Хогвартс? — Линда отодвинула чай, вызывающий успокаивающий эффект и сложила пальцы в замок. Несомненно, после чая можно было задавать прямые вопросы, так сказать, «в лоб», и не чувствовать дискомфорта. — Ваш дом здесь, в безопасности. За все одиннадцать лет не было нужды снова вспоминать о магии, о другом измерении. Можно продолжить жить, словно ничего не произошло. Если вы поступите туда, то мы сможем видеться лишь по праздникам, семь лет… Я родилась там. В том мире. Выросла, отучилась. Не то, чтобы это плохо. Но не все волшебники добрые, поверьте! Мы очень беспокоимся за вас, вашу безопасность. Вдали от дома, мы не сможем защитить, быть рядом с вами. Ведь наш переезд состоялся только ради вас. — миссис Брауман, вспоминая прошлое, стала печальна. В её глазах блестела горечь страха будущего детей, — Это очень серьёзное решение-… Сзади раздался шорох, ребята подскочили и тут же повернулись в сторону звука. — Ма-а-а-м? — Эли, стоя на предпоследней ступеньке, держала в руках оранжевого мишку, сонно потирая глаза кулачками. — Я не могу уснуть, вы шумите. — Прости, детка. — мама поднялась, ступая в сторону ребенка. — Я спою тебе ещё колыбельную, пока ты не заснёшь. Тут она затормозила, обращая внимание на старших детей. — Что вы решили? Кристофер переглянулся с подругой и, сперва засомневавшись, положительно кивнул. — Завтра в семь. — уходя на второй этаж предупредила, как оказалось, «мама — бывший маг». Ребята ещё немного молча сидели в гостиной смотря на остывающий чай, быстро допили, и в такой же апатии тихонько побежали в кровать. Поспать сегодня не удастся.