Veni, vidi... Dilexi?

Сильф отлично выспался, обнимая русала, даже первым проснулся на рассвете. Можно было вдоволь полюбоваться несколько нетипичным для водных стихиалей лицом Каллиса. Оно не было узким и вытянутым, как у чистокровных русалов, скорее, треугольным. Резкие скулы и приподнятые к вискам глаза он явно унаследовал от огненных, а чувственные губы и некоторую тяжеловесность фигуры — от матери-Земляной. Даже типичный русалочий широкий рот на его лице не смотрелся отталкивающе. Элана не удержался и поцеловал Каллиса, хотелось узнать, как он отреагирует на такое пробуждение. Ему повезло, что чутко спящий русал проснулся, но не открывал глаз, позволяя сильфу изучать себя. Поэтому хватать его он не стал, просто погладил по спине, укутанной волосами, как туманом. — Уже утро, — Элана нехотя отстранился. — Тебе пора вставать, наверное? — Да, пора. Приходи в наш дом к обеду, Элана. Я буду тебя ждать, хорошо? — А твои родители ничего не скажут по поводу того, что я так часто являюсь? — Тебя пригласила мама, так что никто ничего дурного не скажет. А на ежегодном осеннем балу я назову тебя своим женихом, если ты согласен. Элана прикрылся распущенными волосами и часто закивал. Согласен ли он? Еще бы! До бала еще много времени, но это ничего, зато узнают друг друга получше. — Надо тебя завтраком накормить, — спохватился он. — Было бы очень хорошо, потому что домой я уже не успеваю, — согласился Каллис, вскакивая и отправляясь умываться. Сильф накрыл на стол. — Ветер меняется, наверное, родители скоро прибудут. Ты хочешь с ними познакомиться? — Если помнишь, я хотел этого с самого начала, — мягко улыбнулся русал. — Это хорошо, что они скоро будут. — Ты им очень понравишься, я уверен. После завтрака сильф обнял Каллиса, не желая отпускать от себя. — Ну, что ты? Мне нужно идти… Идем со мной, если хочешь. Сегодня я не буду работать, буду готовиться к поединку. Ты можешь помочь. — А чем я могу помочь? — удивился Элана, но последовал за Каллисом на дно моря. — А вот мы сейчас спросим у матушки, — усмехнулся русал. Через пару минут, сдав будущего жениха матери с рук на руки, с обещанием, что о нем позаботятся, Каллис умчался. Ему предстояло проверить, не забыл ли он, как держат в руках меч. А лучше «акульего котла», небольшой впадины, где собирается множество этих хищников по непонятным причинам, для такой тренировки не было. Акулы заметили русала и сразу кинулись на него, намереваясь полакомиться нежным мясом. Не обошлось, конечно, без царапин — шкура у акул такая, что вроде бы прикосновение вскользь сдирает кожу напрочь. Вода покраснела от крови далеко окрест, привлекая все больше хищников. Каллис предпочел покинуть этот кипящий телами «акулий суп», ни к чему было дразнить хищников еще больше. К тому же, следовало еще залечить полученные царапины. Он не знал, как там тренируются скальные стихиалии, можно было порасспросить матушку. Но ему на сегодня хватило. Нужно было подкрепиться, дать Стихии заживить повреждения и отдохнуть перед поединком. Элана его встречать не вышел. Он был занят на кухне, учился готовке под руководством Итайлы. — Аккуратней, наливаешь вот так, не бойся, тесто не кусается… И это к счастью. Не стоило ему видеть результат схватки с акулами, хотя ничего серьезнее содранной шкуры на Каллисе не было. К обеду русал явился уже вполне здоровым, веселым и готовым рискнуть и попробовать результат труда Эланы. На удивление блины вышли неплохими, если не принимать во внимание их внешний вид и драные края. Каллис с удовольствием запихнул в себя десяток, заворачивая в них кусочки смазанной медом рыбы. Благодарно улыбнулся обоим: — Спасибо, это было бесподобно! — Я старался, — Элана осмотрел его. — Ты не пострадал? — Пара царапин, — отмахнулся Каллис, — мелочи. Уже зажило. Хотя кожа на плече и боку, куда пришелся удар хвоста акулы, все еще была очень чувствительной. — Я за тебя боюсь, — признался Элана. — Тогда тебе не стоит присутствовать на поединке. Мама? — Я присмотрю за ним, родной. Элана посмотрел на нее, кивнул, потом встрепенулся. — Родители прилетели. — Вот и хорошо, пока ты будешь их расспрашивать, а они — тебя, все уже закончится. Познакомишь меня с ними? — Конечно. Прямо сейчас? — Ну, не думаю, что заявляться прямо сейчас — хорошая идея. Они, наверное, ждут только тебя, да и видеть хотели бы только тебя, — пожал плечами русал. — Это мои родители, Каллис. Идем. Ну пожалуйста! Я хочу похвастаться, что я не урод, что я тоже могу найти пару! — Хорошо, я сейчас. Такая трактовка знакомства Каллисом не рассматривалась, а стоило бы вспомнить себя в возрасте Эланы. Пришлось надеть самую нарядную юбку, браслеты и самое скромное ожерелье — из жемчуга и перламутра. Гребень в волосы — и внешне он готов. Внутри скрутилась пружиной смесь чувств и эмоций: страх не понравиться родителям избранника, предвкушение и радость. Родители Эланы оказались спокойными и совершенно далекими ото всего земного, если это применимо к сильфам. Каллису они обрадовались, поздравили его с обретением пары и снова уставились друг на друга влюбленными глазами, не замечая никого и ничего вокруг. А русал в который раз подумал, как же был прав дед, говоря, что сильфов надо защищать. Вот таких как Элана и надо — на родителей надежды мало. — Они тебе не понравились? — уточнил Элана. — У них, кажется, очередной… как это называют люди? Медовый год? — уклонился от прямого ответа Каллис. — Медовое тысячелетие, кажется, они с ума сошли от счастья при моем рождении. Сколько себя помню, вечно воркуют и целуются. Но это же хорошо? — До определенных пределов, — пожал плечами Каллис. — Понимаешь, у русалов, не нашего рода, отношение к потомству и связям совсем иное. Я уже говорил тебе: кто сильнее, тот и взял, кто сумел спрятать икру даже от самого себя, тот получает потомство. У нас все немного иначе, и это заслуга деда Археша. О детях заботятся, пока те не решают уплыть в полностью самостоятельную жизнь, а пару любят, но не удушают заботой, и любовь к супругу не застит весь мир. — Я не понимаю, о чем ты, — сильф начал злиться. — Ты говоришь какие-то непонятные и странные вещи. — Что именно тебе непонятно, Элана? — вздохнул русал, понимая, что разговор завел не ко времени. — У тебя замечательные родители. Они мне понравились. Сильф сразу же заулыбался: — У тебя тоже. Такая заботливая мама. Она ведь наверняка тебе печет что-нибудь вкусное? — Конечно. И тебе будет печь. Про себя Каллис думал, что прежде, чем получить супруга, он получит ребенка, которого придется осторожно, учитывая вспыльчивость сильфа, воспитывать, учить, растить, чтобы после не сожалеть об упущенных возможностях. Вот, казалось бы, воздушные стихиалии не должны долго хранить обиды. Это о них говорят «Отомщу и забуду». Но только не Элана почему-то. — А она умеет печь сладкие пирожки? Такие маленькие? — Элана, — родители сильфа явились, держась за руки, словно порыв ветра мог растащить их в стороны, — деньги в гостиной, не забывай хорошо питаться. А мы навестим южные земли. Каллис подавил порыв рявкнуть на них. С точки зрения сильфов в их поведении не было ничего неправильного: первое совершеннолетие Элана уже справил, значит, прожить один сумеет. И пара вот появилась — тем более сумеет. — Ладно, — согласился Элана. — Увидимся. Родители упорхнули моментально, сильф побрел в гостиную, посмотрел на сундучок на столе. Каллис молчал, представив, что откусывает обоим головы. Только это и позволяло сдерживаться. — Ну, что ж, пойдем назад? Матушка присмотрит за тобой и накормит. Потом явятся мелкие, если захочешь, пообщаешься с ними. — Давай, одному здесь будет скучновато, — согласился Элана. — Только переоденусь во что-нибудь поскромнее. Переоделся он в свои обычные тряпки, только они были у него на выход. Каллис пообещал себе, что обязательно подарит ему кучу… пусть не платьев, но нормальной одежды. Хотя Элана и в своих безразмерных балахонах смотрелся неплохо, особенно если знать, какой он без них. — Я готов, — сказал сильф. — А твои родители не рассердятся, что я часто тебя навещаю? — Они б тебя с радостью и жить в Морском Дворце оставили, — хмыкнул русал. — Идем. Солнце потихоньку катилось вниз, скоро он должен будет встать на Кругу поединков. И лучше, чтобы Элана в это время на что-нибудь отвлекся, хоть на пересчитывание ракушек на дне. Мать он попросил проследить за этим, загрузить сильфа помощью на кухне, чем угодно, и наказать то же самое братьям. По возрасту тот недалеко от младших русалов ушел, им должно быть интересно вместе. — Хорошо, милый. А ты возвращайся поскорее, — Итайла погладила его по волосам. — Конечно, мама. Перед тем, как идти и переодеваться в удобную для драки одежду, Каллис поцеловал сильфа. На удачу. Элана никак не хотел от него отцепляться. — Ты вернешься? Пообещай мне, что вернешься! — Обещаю, вернусь — голодным, как стая акул. Приготовишь мне что-нибудь? — Сегодня меня научат печь пироги, — закивал Элана и выпустил Каллиса. Можно было не сомневаться — сильф вообще забудет про русала на весь вечер. И это было воистину хорошо. Страх сильфа не будет отвлекать его от поединка. Цитадель Стихий в этот вечер была отнюдь не пуста. Очень многие стихиалии собрались, чтобы посмотреть поединок, да еще и по такому поводу. Совет был и вовсе в полном составе: все двенадцать Лордов. Не хватало только Дракона-Жреца, но его никто не видел уже пару тысячелетий точно. А может быть, он и был где-то рядом, незримый, как и всегда. — Пусть Стихии рассудят сегодня, кто из вас двоих защищает честь, а кто недостоин жить, — напутствовал их Лорд Тарнэ. Скальный выглядел более чем внушительно. Похоже, все время до поединка он провел, подпитываясь от своей Стихии. Проще говоря, выпивая жизнь из всего, что могло относиться к Земле. Значит, где-то засохли на корню поля и сады, превратился в топкое болото лес или вместо степи стала пустыня. Или сошел сель. Против него русал выглядел совсем не таким крепким, как если стоял рядом со своими сородичами. Но Каллис был спокоен и собран. Он знал, что сегодня правда на его стороне. Тейс ринулся первым, нанес удар. Своим оружием он выбрал такой же внушительный, как и он сам, меч. Каллис сначала думал воспользоваться родным ледяным клинком, который он мог преобразовывать и в щит, и в копье. Но потом, поразмыслив, выбрал привязанное кровью оружие — скованные дедом парные клинки. Увернувшись от первого удара, он их и призвал. Пальцы крепко и нежно обхватили обмотанные акульей кожей рукояти, русал оскалился в частичной трансформации, и поединок начался всерьез. Тейс был очень силен, хоть и менее ловок, чем его противник. Однако он намеревался вбить его в землю и прикончить. Когда-нибудь русал выдохнется. Каллис не собирался ему этого позволять. Океан подпитывал его своей силой без принуждения, благословение матери-Земляной было покрепче, чем сила выпитой горной долины. На дубленой шкуре Тейса уже расцветали алым пока еще неглубокие — Каллис собирался устроить настоящее зрелище, — царапины. И с каждым его движением их становилось все больше, и они были все глубже. Сила — в крови, кровь — это влага. Лорды кивали друг другу — здесь уже все было ясно. Особенно злобно улыбался Аэллэ. Хоть кто-то заступился за сильфа. Острия клинков прочертили по груди скального крест-накрест, Каллис отступил на пару мгновений, отбросил один меч, сжал руку в кулак, и вся кровь Тейса, пролитая им, превратилась в длинное, волнистое лезвие в его руке. Именно его он вбил в сердце своего врага, поднырнув под замедлившийся замах. Тейс тяжело рухнул, мгновенно рассыпаясь мелким черным песком. Разгоряченный схваткой, Каллис обвел Лордов и стихиалий горящими глазами, скаля внушительные острые зубы. — Клянусь Стихиями! Так будет с каждым, кто не понимает и не слышит слова «нет», учиняя насилие! Лорды медленно склонили головы. — А где же юный сильф? — Тарнэ обвел толпу взглядом. — Я… я тут, — Элана вылетел из-за спин стихиалей, кинулся на шею Каллису. Он пропустил почти весь бой, в самом деле отвлеченный Итайлой и близнецами. Но все же вспомнил и примчался, и за последние минуты поединка успел до крови искусать губы и пальцы, не разбираясь в том, кто побеждает: кровь была на обоих бойцах, правда, на Каллисе — только чужая, он так и не позволил себя задеть. — Ты не пострадал? Нет? Что-то болит? — он тормошил русала так, что будь тот ранен, уже немедленно истек бы кровью изо всех ран. — Тихо, тише, — Каллис рассмеялся, выдыхая и успокаиваясь. — Со мной все в порядке. Это не моя кровь. — Надо тебя помыть. Пойдем к тебе? — Погоди. Я думаю, не стоит ждать осеннего бала, сейчас здесь все Лорды. Русал обнял его за плечи, разворачивая к зрителям, возвысил голос: — Я прошу внимания Лордов. На них устремили взгляды, ожидая, что еще вытворит эта пара. — Я знаю, что объявлять имя жениха или невесты принято в дни балов, когда собираются все. Но вы все сегодня здесь, и я хотел бы назвать Элану Нэтери своим женихом. Сильф повис у русала на шее, наградив его поцелуем, символизирующим согласие. Лордам ничего иного не оставалось, как поаплодировать. Лорд Аэллэ, усмехаясь, взмахнул рукой, отчего одежда на обоих очистилась, а безразмерные тряпки сильфа превратились в переливающуюся всеми цветами заката юбку и полупрозрачную накидку. Лорды Археш и Иллэр не остались в стороне, и головы новонареченных женихов украсились венками из нетающих ледяных цветов, внутри которых мерцали искорки живого пламени. — А когда вы намерены сыграть свадьбу? Надеюсь, хотя бы это вы сделаете после сезона осенних балов, как и принято? — уточнил Тарнэ. — Я тоже надеюсь, — усмехнулся Каллис. — И на то, что родители Эланы будут на ней, как и полагается. — Притащим, — пообещал Аэллэ. — Они не посмеют ослушаться приказа. — Благодарю, Лорд Аэллэ. Для русала присутствие родных и близких жениха на свадьбе было важным, он подозревал, что и для Эланы это тоже было не менее важно, как бы тот ни старался выглядеть беспечным и ничуть не тревожащимся от отсутствия родителей, это было не так. — А теперь пойдем к тебе? Я должен осмотреть тебя и убедиться, что ты в порядке, — сильф потянул Каллиса за руку. — Хорошо, но я в полном… уоу! Элана! Комнаты Каллиса сильфу показали, видимо, братья-близнецы, ничуть не заботясь о том, что после подготовки к поединку там… не совсем прибрано. Сильф размел вещи по сторонам, свалил русала на кровать и принялся ощупывать, не пропуская ни единого участка тела Каллиса. И это было совсем не преувеличение. — Элн… ветерок, там у меня точно не болит… ох… Элана, что ты… — Я должен все-все проверить и ощупать. Мешавшаяся одежда с русала была стащена молниеносно. Ощупывание превратилось в ласки незаметно, но стремительно, и Элана, спровоцировавший это, только улыбался, уже не боясь ничего. Уж своего-то жениха — точно. — Рыбина, надеюсь, ты не рассчитываешь, что мы не будем заниматься сексом до свадьбы? — Мы будем заниматься им только тогда, когда ты сам этого захочешь. Сильф решил, что хочет сейчас. То, что он ничего не умел, не могло помешать насладиться ласками. Заодно, нужно же получить полезный опыт к первой брачной ночи? Каллис, пораскинув мозгами, тоже решил, что обучить кое-чему будущего супруга будет полезно, и опытом своим делился щедро. — Значит, вот так бывает, когда по согласию, да? — после сильф нежился под боком у русала. — Только так и должно быть, — Каллис поцеловал его. — Нам нужен будет свой дом. Маленькое убежище ото всех. — А где бы ты хотел жить? — Где-нибудь, где море и воздух сходятся. На скале, возможно. Уединенной и высокой скале. И у дома должен быть балкон над морем. Каллис задумался, перебирая в памяти все места побережья Западного материка. — Мне кажется, я знаю, где тебе понравится. — Правда? Там красиво? Видны будут закаты? — И рассветы тоже. Завтра я перенесу нас туда, хорошо? А теперь нам обоим следует отдохнуть. Сильф послушно закрыл глаза, но будущего мужа для надежности обхватил поперек груди. В голове, стоило только попытаться уснуть, мгновенно зароились тысячи вопросов и обрывочных мыслей, словно расшалившиеся ветерки. У них будет свадьба. Значит, Каллис готов даже… А еще он прикончил Тейса. И всем сказал про то, что Элана — его жених. У них будет свой дом, обязательно нужно поставить кресло на балкон, чтобы смотреть на закаты. И рыбина такой ласковый в постели… Он не мог уснуть, не мог просто так лежать в постели. Как и любой сильф, он должен был двигаться, испытывая волнение или другие сильные чувства. Но его обняли теплые сильные руки, и все мысли куда-то ушли. Было спокойно, словно на летнем облаке. Элана задремал, уложив голову на грудь Каллису. Наверное, он сейчас был… счастлив? Это была последняя мысль, промелькнувшая в его голове перед тем, как он уснул крепко-крепко. Будить сына Лорен не стал, Каллис заслужил немного отдыха. — Сегодня справимся и втроем, а они пускай отдохнут, — решил он. — Но завтра сразу же с зарей погоню Каллиса работать. Быть хранителем побережья — это, все-таки, не развлечение, а работа, каждодневный и нелегкий труд. Итайла проводила мужа и младших сыновей, заглянула в спальню к старшему, убедившись, что он спит, как и его жених, и пошла ставить тесто для пирогов, молодежь ведь нужно кормить. Проснувшийся Элана долго принюхивался, потом принялся тормошить Каллиса. — Рыбина, проснись, там так пахнет! Ты прислушайся! — М-м-м… мамины пироги с «надом», — сонно пробормотал тот, совершенно не желая просыпаться. Но выбора ему не оставили, так что пришлось вставать, умываться, чтобы вернуть бодрость телу, ледяной водичкой. Потом Элана поволок его в столовую. Пирогов хотелось очень сильно. — А что такое «над»? Каллис рассмеялся: — Не «над», а «надо». Это когда доставал-доставал маму, что пирогов бы надо, а потом спрашиваешь, с чем они. А мама говорит: «с надом». — Смешная шутка, — оценил Элана. — М-м-м, какая корочка, рыбина, смотри, она такая золотистая! Итайла только посмеивалась, глядя, как сильф уплетает пироги. Да уж, до поры взросления придется постараться, чтобы прокормить Элану. Но это уж забота Каллиса — ему ловить рыбу и охотиться на китов и прочую морскую живность. А уж приготовить скоро сумеет и Элана. Тут главное — проявить внимание и научить малыша всему, чему не научили его ветреные родители. После завтрака Элана затребовал показать ему скалу, на которой будет стоять их дом. Итайла улыбнулась: дом — это хорошо. Дом, который сумеет сочетать в себе обе стихии — это просто чудесно. Сама она предпочла не требовать от Лорена изысков, согласившись жить в Морском дворце. Хотя он и выстроил для нее маленькое уютное убежище, где она восполняла силы. Земля и Вода — не самое лучшее сочетание, хотя Огонь и Вода — вообще несовместимы, но ведь умудрились Лорды Археш и Иллэр как-то совместиться? А уж Воде и Воздуху сам Дракон-Жрец наказал обитать в мире и согласии. — У нас будет собственный дом! — сильф даже подпрыгивал от восторга. — Покажи скалу, покажи-покажи-покажи! — Хорошо, держись, — Каллис обхватил его за пояс. — Там ветрено. — Напугал, — фыркнул Элана. Но в первый миг его едва в самом деле не унесло вихрем. Конечно, ничего бы с ним не случилось, оседлать ветер для сильфа не проблема, но испугался бы он изрядно: высота скальной площадки, где они оказались, вернее, ее обрыва была колоссальна. Внизу глухо ворчало и пенилось море. За их спинами возвышался срез скалы, по какой-то прихоти стихий похожей на кошку, высунувшую слегка загнувшийся вверх язык. Сильф отогнал ветер, подошел к краю, заглянул вниз. — Впечатляюще. Это просто потрясающе! Можно поставить два кресла прямо здесь! — Тебе нравится это место? Значит, я могу начинать работать над нашим будущим домом? — Каллис обнял его, придерживая за талию. Почти как в тот раз на террасе Цитадели Стихий. — Конечно! Но мы ведь поставим тут кресла? Скала похожа на кота, а мы стоим на его языке. Это так забавно. Я отполирую ему уши, придам морде более кошачьи очертания. Только у него нет хвоста. — Вместо хвоста можно пустить родник под скалой. И обязательно поставим кресла, ветерок. Элана повернулся и напрыгнул на него, обхватывая ногами бедра. — Я так тебя люблю! Русал широко открыл глаза, осмысливая сказанное, потом поцеловал его и улыбнулся: — И я люблю тебя, Элана. — Но хвост у кота будет! — Обещаю.