Raising Hel

Саммари: Бог наносит визит! И наконец рассказывает, что происходит с Касом. А еще, ну, может, он не очень хороший Отец. Неисповедимы пути и так далее. Но он станет лучше, не переживайте. Габриэль первым примчался в комнату, услышав крик Кастиэля. Частота которого сначала была так высока, что никто из людей в бункере не смог бы его распознать, но Габриэль услышал его сразу же. Он появился в комнате, Сэм, Чарли и Хель ворвались пару секунд спустя, тут же глядя на Кастиэля, лежащего на полу, и Дина упавшего на колени рядом с ним. — Дин, — позвал Габриэль, привлекая внимание охотника, — что случилось? — Я-я не знаю. Он просто… он просто прилетел, а потом он… он упал. Хель начала плакать, и Габриэль обратил все внимание к своей дочери. — Папочка, что-то идет, — плакала она. Габриэль забрал ее из рук Сэма, взволнованно распахнув глаза, беря ее в свои руки. — О чем ты, Хель? Что идет? — спросил он, поднимая девочку к своему лицу. Хель только покачала головой, по ее лицу текли слезы. — Он идет! — сказала она. Габриэль посмотрел на остальных в комнате, и все встретили его взгляд взволнованными выражениями на лицах. Габриэль собирался спрашивать дальше, когда земля вдруг начала трястись под их ногами, а книги падать с полок. Дин быстро встал и схватил демонский кинжал с тумбочки. Сэм вытащил пистолет из заднего кармана и загородил собой Чарли. Комната продолжала трястись, а потом ее заполнил пронзительный звук. Руки Сэма начали трястись, а глаза закрылись. — Габриэль, что происходит? — громко спросил он. Габриэль не ответил, но защищающее прижал Хель к своей груди, крепко сжал в руке свой клинок архангела и встал рядом с братом. Он не знал, что приближалось к ним, и это пугало его. Через пару секунд тряска прекратилась, и комнату заполнил ослепляющий яркий свет. — Закройте глаза! — прокричал Габриэль. Когда свет утих, охотники и Чарли начали открывать глаза, часто моргая. В комнате появился еще один мужчина, склонившийся над телом Кастиэля. — Чак? Чак кивнул и сухо улыбнулся. — Здравствуй, Дин. Сэмюэль. Мисс Миддлтон, — сказал он, вставая и глядя в их сторону. Он подошел к Габриэлю, который стал непривычно тихим с прибытия своего Отца. Чак ничего не сказал ему, но потянулся и забрал Хель из его рук. Девочка тут же перестала плакать и уставилась на Чака, широко распахнув глаза. — Привет, птенчик. Я так рад, наконец, познакомиться с тобой, — сказал он, погладив ее по волосам. Затем он опустил Хель на пол, и она тут же подбежала к своему отцу. — Я прошу прощения, но, может, кто-нибудь объяснит мне, какого черта происходит?! — проверещала Чарли, выглядывая из-за Сэма. Винчестер сглотнул: — Эм, Чарли. Это Ча… эм Бог. Полагаю. Чарли сглотнула и сделала шаг назад. — Святое де… — На твоем месте, я бы не стал заканчивать эту фразу, — предупредил ее Чак, скромно улыбнувшись. Чарли снова пискнула, прижав руки ко рту. Чак прошел по комнате обратно к Кастиэлю и опустился на пол рядом с ним. Он провел рукой над его лицом, переворачивая на спину. — Все хуже, чем я думал, — сказал он, поворачиваясь к остальным в комнате. Заметив недоумение на их лицах, он вздохнул и сказал. — Полагаю, будет верным предположить, что Кастиэль не рассказывал подробности его нынешнего… затруднительного положения. — Так, слушай сюда… — начал Дин, указывая пальцем на бывшего пророка. Чак заткнул его, прищурившись, подходя ближе. — Нет, ты слушай сюда, обезьянка. Я могу стереть твое существование с лица земли в одно мгновение, так что на твоем месте, я бы не был таким агрессивным. Дин чуть отступил, с трудом сглотнув. — Эм, прошу прощения, — тихо сказал он. Чак улыбнулся. — Хорошо. Итак, мисс Миддлтон, я так понимаю, Вы поклонница моих книг, — он повернулся к Чарли, которая молча кивнула. — Хорошо. Винчестеры вот не были в восторге, когда впервые узнали про них. Сэм вдохнул сквозь зубы, проводя рукой по затылку. — Да, эм… прости за это. Чак небрежно махнул рукой. — Все прощено. А теперь, возвращаясь к насущным проблемам, я полагаю, вы бы хотели знать, что случилось с Кастиэлем. Я прав? — все кивнули. Чак сжал руки вместе, опустив взгляд в пол. — Тогда, я с сожалением должен сказать вам, что Кастиэль в процессе своего падения. Габриэль резко ахнул, широко распахнув глаза. — Отец, нет, — прошептал он. — Боюсь, что так. Он провел слишком много времени вдали от Небес, не подчинялся своему начальству и не только. Это должно было случиться. — Так восстанови его! — сказал Габриэль, делая шаг к отцу. — Нет, — невозмутимо отозвался Чак. — Что значит нет?! Восстанови его! — потребовал Габриэль, рука все еще крепко сжимала клинок. Чак только сухо усмехнулся. — О, Габриэль, — вздохнул он, — ты продолжаешь все больше напоминать мне своего старшего брата с тех пор, как мы встретились. Пожалуйста, воздержись от поведения, так схожего с Люцифером, или ты окажешься в таком же затруднительном положении, как и он, — последние слова он произнес, понизив тон, и это без сомнения была угроза. Габриэль сглотнул и сделал шаг назад, пряча клинок в рукав. — Пожалуйста, прости меня, Отец, — сквозь зубы сказал он. — Ты прощен. — Но, эм, Бог или Чак или… неважно, — начал говорить Дин, игнорируя неодобрительный взгляд Чака. — Ты… То есть, ты Бог, разве ты не можешь… я не знаю? Наполнить его силой, подзарядить батарейки или что-нибудь? Ты можешь остановить его падение, так? Чак кивнул. — Конечно, могу, Винчестер. Я могу сделать все, — фыркнул он. — Однако я не буду спасать Кастиэля от падения. Дин напрягся. — Почему нет? — спросил он, сжав руку вокруг рукоятки кинжала. Чак вздохнул. — Потому что Кастиэль нарушил слишком много Небесных правил. Естественное продолжение его действий — это падение. Жить здесь вместе с вами, людьми, ну, стать одним из вас в его же интересах, я полагаю. — Но… — хотел перебить Габриэль прежде, чем Чак прервал его. — Тихо, Габриэль. Я ни слова не хочу больше слышать от тебя. Не сегодня. Габриэль сглотнул и отчаянно попытался затолкать подальше чувство брошенности и предательства, которые медленно грозили вырваться из него. — Пару недель назад я позвал Кастиэля к себе и предложил ему ультиматум. Либо он вернется на Небеса и будет служить, как примерный солдат, либо он падет и останется здесь, с вами. По какой-то причине он любит тебя, Дин Винчестер, и выбрал остаться с тобой… чего я, признаться, не ожидал, — он чуть качнул головой, задумавшись на мгновение, а потом продолжил. — Полагаю, Кастиэль думал, что сможет до последнего скрывать это от тебя, но… изменения уже начались. — Какого рода… изменения? — спросил Дин. Чак посмотрел вниз, на спящую фигуру Кастиэля. — Он начнет больше уставать, намного. Боли, страдания, лихорадка. Его бессознательное состояние это результат полета, который забрал его энергию. У него останется не так много силы, пока он не падет окончательно, — объяснил он, зачитывая детали, будто список покупок. Дин сглотнул, не смея оторвать взгляд от тела Кастиэля. — А потом что, у него просто вырвет крылья, и он станет человеком, так все будет? — спросил он. Чак покачал головой. — Конечно, нет, — чуть улыбнувшись, сказал он. — Все будет намного сложнее. Есть вполне реальный шанс, что Кастиэль не переживет этого, и падение убьет его. Все четверо ахнули, переводя взгляд с Кастиэля на Чака. — Реальный шанс? — спросил Сэм. — Это типа 50 на 50 или? Чак пожал плечами. — Скорее 40 к 60 шансов выжить. Однако Кастиэль был ясно предупрежден об этом и вполне охотно принял такой риск. Что не удивительно. Удивительно, что Кастиэль не пал раньше. Он всегда так сильно… отличался от остальных ангелов. Габриэль чуть напрягся, услышав, как Отец говорит про его брата, но знал, что не может ничего сказать. К счастью, они с Дином были на одной волне, потому что Винчестер сказал: — Но… но ты не можешь просто выгнать его с небес! Чак фыркнул. — Я могу и сделаю это, как сделал уже со многими ангелами. Что до тебя, Габриэль, — он обратил взгляд на своего старшего сына, — единственная причина, по которой ты не пал точно так же, в том, что ты единственный оставшийся в мире Архангел. Ты отлично прятался от меня все это время, но теперь знай, что я присматриваю за тобой. Очень внимательно. Чак исчез из комнаты, оставляя Габриэля с парализующим чувством страха и стыда, а людей с тысячей вопросов без ответа. — Что за мудак, — прошипел Дин, проводя рукой по черным волосам Кастиэля. Снаружи раздался раскат грома, и Сэм поморщился. — Ну да, я бы не стал называть Бога мудаком, Дин, так к слову, — сказал он, убирая пистолет обратно в джинсы. Он взглянул на Габриэля, который сосредоточенно смотрел в каменный пол. — Ты в порядке, Габриэль? — В порядке, — выдавил Гэйб перед тем, как исчезнуть из комнаты, оставляя Хель. Она тут же подбежала к Дину, который все еще сидел рядом с Кастиэлем, и обняла его руками за шею. — Не волнуйся, Дин. С Касом все будет хорошо, — сказала она. Дин обнял ее в ответ и устроил подбородок у нее на макушке. — Да, надеюсь, будет. =***= Когда Кастиэль проснулся, небольшая, теплая тяжесть на его груди было первым, что он почувствовал. Перед глазами поначалу все плыло, но он моргнул пару раз и смог ясно разглядеть Хель, устроившуюся на его груди, закинув ноги ему на плечи. — Кас! — сказала она, широко улыбнувшись, и слезла с него. Кастиэль был озадачен, когда он успел оказаться в постели? Сквозь занавески пробивался солнечный свет, и вдруг Кастиэль ясно почувствовал, что в комнате есть кто-то еще. Он посмотрел влево и заметил Дина, сидящего в кресле рядом с кроватью, охотник крепко спал. — Дин! — позвала Хель, залезая на него. Дин чуть заерзал, просыпаясь, бормоча что-то невнятное. — Кастиэль проснулся! — сказала малышка. Глаза Дина тут же распахнулись, и он, моргнув несколько раз, уставился на ангела в кровати. — Здравствуй, Дин, — сказал Кастиэль. Он не знал, какого ответа ждать. Дин опустил Хель на пол и встал. На его лице было нечитаемое выражение, и Кастиэль гадал, вдруг Дин, что вероятно, все еще зол на него. Он имел на это полное право, конечно, но… Вдруг Дин резко подался к Кастиэлю, крепко обнимая его за шею и утыкаясь лицом в плечо. Кастиэль обнял его за пояс, совершенно озадаченный происходящим. — Никогда больше не делай так со мной. Никогда, — прошептал Дин. — Дин, объятия очень приятны, но я не понимаю. Что-то случилось? Почему я в постели? Дин отстранился от Каса, давая ему прийти в себя. Выражение его лица сменилось, и Кастиэль распознал в нем беспокойство. Дин вздохнул: — Мы знаем, Кас, ясно? Кастиэль нахмурился. — Что знаете? — спросил он. Дин сел обратно в кресло и устроил подбородок на сложенных руках. — Когда ты отключился, эм, Чак… Он, эм, пришел с визитом. Он сказал, что ты пал. Кастиэль с трудом сглотнул, но ничего не сказал. Дин поднял взгляд на ангела. — Почему ты ничего не сказал, Кас? Почему ты скрывал такое от меня? Кастиэль пристыженно опустил взгляд. — Я-я не хотел никого волновать. Я уже принес вам, Винчестерам, достаточно проблем в прошлом и… — Кас, — почти взвыл Дин, прерывая ангела, — сколько раз я должен повторять тебе — мы команда. Никаких секретов, так? — Сейчас я понимаю это, Дин, — признал Кастиэль. — Если подумать, то, наверное, было бы лучше сказать тебе. Дин сухо хмыкнул и поднял Хель с пола, где она ползала, к себе на колени. Его официально назначили сидеть с ребенком, пока Чарли с Сэмом пытались обнаружить Габриэля. — Ну да, если подумать, эм, с-у-ч-к-а. Но не важно что и насколько плохо будет, я буду рядом с тобой, Кас. Ты знаешь это, так? Кастиэль кивнул и улыбнулся малышке на коленях Дина. Он потянулся к своему карману и достал для нее вишневый леденец. Она хихикнула и взяла его. — Спасибо, Кас, — сказала она, помня, чему ее научил Сэм. Дин улыбнулся, глядя вниз, на смеющуюся Хель, и снова поднял взгляд на Каса. Он уже давно не видел ангела таким расслабленным и счастливым. Никто из них не упоминал тот факт, что Кас мог не пережить то, что его ожидает. Это может подождать. Все это может подождать. =***= Сэм смотрел в свой кофе, покачивая его в кружке. Уже двадцать часов прошло с тех пор, как они видели Габриэля. И Сэм волновался. Он слышал, что сказал ему Бог, видел разочарование в его взгляде. Он знал, что Габриэль, возможно, был не лучшим сыном для него, но, может быть, Бог был слишком суров. — Вау, — подумал Сэм, — я так влюблен в этого ангела, что даже вступаюсь за него перед Богом. Сэм начал признавать тот факт, что он до нелепости влюбился в Габриэля. Он все еще не особо видел шанс на взаимность и был довольно удивлен, что это, в принципе, не слишком его волновало. Ему было достаточно просто быть рядом с Габриэлем. — О чем думаешь, Сэм? — спросила Чарли, переворачивая страницу одной из тридцати новых книг по Сверхъестественному, которые появились в библиотеке после визита Бога. — Об этих книгах, — соврал Сэм, криво улыбнувшись, — поверить не могу, что ты их читаешь. Чарли фыркнула и закатила глаза. — О, да ладно. Я просто хочу посмотреть, что написано про меня. И не ври, что тебе не интересно, как вы тут сошлись с Габриэлем. Сэм чуть покраснел и снова уткнулся в кофе. — Неважно. Вообще-то, мы должны искать Габриэля, к твоему сведению. Чарли застонала. — Прекращай, Сэм. Он буквально второе самое могущественное существо в мире. Если он не хочет, чтобы его нашли, поверь мне, так и будет. Сэм вздохнул. Чарли, конечно, была права, но это не значит, что он не будет волноваться за Габриэля. Он решил послать ему последнюю молитву, просто на всякий случай, и, закрыв глаза, начал громко произносить слова в своей голове. Он знал, что Габриэль не мог читать его мысли, но знал, что, если будет молиться достаточно сосредоточенно, то сможет пробиться к нему. — Эм, дорогой Габриэль, сущий, скорее всего, далеко не на Небесах. Это, эм, это просто я, Сэм, проверяю все ли в порядке. Мы уже давно ничего о тебе не слышали, и, кхм, я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке. С Хель все хорошо, можешь за нее не волноваться, и я уверен, что Кас скоро проснется, но… я скучаю по тебе, вот. Так что пообещай, что вернешься, хорошо? Я просто хочу знать, что ты в порядке.