Глубина теней

Боевые операции — в том числе и набеги шэдоураннеров — предпочитают среди прочего базироваться на простых, но важных прописных истинах. Одну из них старый армейский знакомый Джейры предпочитал формулировать примерно следующим образом: относиться к плану, как к желе в аду. Его очень неплохо иметь, порой — даже катастрофически важно для успеха миссии и банальной сохранности отряда. Вот только ни один, даже самый охренительный план, написанный на листе платины расплавленными алмазами, не выдерживает такого пустяка, как столкновение с врагом. Стоит только прозвучать первому выстрелу — хаос боя вступает в свои права, наполняя воздух свистом пуль, гулом заклинаний и звоном холодного оружия. Окружающая действительность из и без того недружелюбного мира превращается в настоящий ад. И что характерно — ад этот является чертовски осязаемым и рукотворным. Это на себе смогли почувствовать сотрудники службы безопасности Зета-Империал Кемикалс. Это, а также взрывную волну, пламя и фрагменты слоёв металла и углепластика, что летели прямо в контрольно-пропускной пункт охраны. Сметая и решётку металлодетектора, и стол, и ограждающий барьер и, конечно же, самих охранников. Двое людей, орк и эльф были отброшены взрывом, обожжены пламенем, раздавлены и раскроены обломками того, что, что ещё секунды назад было противовзрывными дверьми. Из защитников пропускного пункта остался в сознании — и в относительно живом состоянии — лишь один человек. Оказавшись под грудой остатков дверей, он не мог пошевелиться. Бронежилет был пробит в нескольких местах кусками высокопрочных сплавов, что не смогли противиться взрыву. Боли охранник не чувствовал — эту малую услугу ему оказало шоковое состояние. Ноги потеряли чувствительность полностью, грудь и руки придавило то, что когда-то было энергоретранслятором арки детектора. Из образовавшихся ран от переломов и проткнувших его осколков дверей и инвентаря КПП медленно вытекала кровь. Голову удавалось поворачивать лишь на несколько градусов в обе стороны, но раб зарплаты чувствовал оголёнными краями ран, как под ним разрастается карминовая лужа. Во рту явственно чувствовался привкус соли и металла. Тело била мелкая дрожь, дыхание спёрло. Зрачки глаз в панике вращались и бегали из стороны в сторону, силясь найти выход из ситуации, но обнаружили лишь быстрое движение сверху и спереди. Там, где царствовала ночная тьма, вспарываемая всполохами огня, вспышками искр из повреждённой проводки и клубами дыма. Бегающий взгляд, наконец, смог определить, что же отвлекало на себя внимание — большой чёрный параллелепипед. Похож на трубу, всплыла в голове корпората жидкая мысль, или на бетонную колонну, только чёрный — как ночь. Или сон, когда укладываешься спать после изнурительной смены. Зета-импу очень хотелось спать. Параллелепипед, тем временем, вертикально приземлился — как на зло — на оставшегося в живых охранника. Тяжёлый металл, пахнущий смесью неприятных, тягостных веществ, с глухим ударом упал на подбородок и горло мужчины. Лишь в этот момент он смог распознать в странном объекте ракетомёт — или, по крайней мере, что-то похожее. Последнее, что охранник успел почувствовать перед тем, как его поглотила уютная темнота — ужасное нестерпимое давление. Пусковая установка же, раздавив кости подбородка и шею ГРЕшника, накренилась и начала падать вперёд — медленно, будто подрубленное дерево. Ствол «Тирса» с грохотом приземлился на голову «пиджака», сокрушая лицевой щиток, разрывая кожу и мышцы, смешивая кровь с глазной жидкостью и серым веществом мозга и разбрызгивая получившийся «коктейль» по полу и стенам. Как только корпус ракетомёта с грохотом достиг поверхности пола, в помещение ворвались пять тёмных фигур. Шэдоураннеры и дрон преодолели «парадную» область пологого спуска, полностью игнорируя дым, огонь, обломки, погребённых под ними охранников и даже «Тирс». Ракетница так и осталась лежать в луже крови и мозгов мрачным напоминанием о прорыве. Двигалась группа пятиугольником — первую линию составляли «Аид», Болдер и Декстер, вторую — Мокси и Джейра. Со стороны их движения казались излишне плавными и быстрыми, размытыми, двоящимися и троящимися перед глазами. опытные раннеры, глядя на это, лишь одобрительно бы закивали. Магические техник вкупе с увеличенными с помощью действия хрома физическими показателями Сильверхэнд осечек не давали. Отряд преодолевал пологий спуск залитых мягким жёлтым светом стерильных помещений бегом, не заботясь о скрытности. Оглашая потерявшую свою стерильность кишку топотом и гулким стуком подошв сапог о металлический пол. Время от времени, сверяясь с информацией, что предоставляли им базы данных имплантов, металюди извлекали из мешков бомбы, крепили их на стены и активировали. Мигание маленьких красных огоньков на детонаторах сопровождал тихий размеренный писк. От подобного следовало бы нервничать, но раннеры находили в звуках, издаваемых оставляемой позади дорогой смерти, успокоение. Не расслабление, но уверенность — чувство не оставляло в разуме места для тревоги и нервозности. Помогало сосредоточиться на цели, чуть ли не «понять и принять» комплекс. Будто бы звуковые сигналы детонаторов, оглашавшие коридор в унисон, были пульсом здания. Сердцебиением прямиком из Преисподней. «Встретимся в аду, » — усмехнулась про себя Джейра, прикрепляя на стену очередную бомбу. Именно таковы были последние слова в предсмертном послании, что оставил ей с Декстором их общий друг, Сэм Уотс. Уже год с лишним как кормивший червей, пав от руки Потрошителя Изумрудного Города и своей повёрнутой сестрёнки. Пообещав гному и эльфийке сто тысяч нюйен на двоих если — когда — они найдут и покарают его, Сэма, убийцу. Пообещав — и оставив с носом. «Интересно, сколь же велика была твоя пьяная уверенность в тот момент, мой добрый друг?» — думала Джейра, активируя взрывное устройство. Огонёк на его корпусе приветливо моргнул, присоединив своей писк к общему хору. — «Точки зрения могут безусловно, разниться, но сотворяемое нами здесь вполне себе претендует на гордое звание филиала Преисподней. Рукотворного, что характерно. Держу пари — уже вовсю кусаешь локти.» Вот уж верно. По крайней мере, в части «срывания кушей» они с Декстером Уотса обставили. Через пару минут спуска и минирования стен, команда натолкнулась на первое настоящее препятствие — группу из шести сотрудников службы безопасности. Столь же тяжеловооружённые, как и пара «обезглавленных» на входе. Двое из них несли с собой ростовые баллистические щиты. Одетые в сине-серую форму, они заметно выделялись на фоне общей желтизны металлической «кишки». Тем хуже для них, так и не заметивших приближение вторженцев. — Контакт! — вслед за голосом Джейры пространство заполнил грохот выстрелов и свист пуль. Град свинца застал охрану врасплох, голова одного из корпоратов оказалась буквально разбитой надвое вместе со шлемом по линии глаз от очереди из «Альфы» магессы. «Неврэнд» Болдера, выплёвывая дождь свинца и пробивая щит и броню другого раба зарплаты, вырывал из тела куски мяса и алые облачка крови. Огонь шестиствольника оставил в своей жертве россыпь сквозных ранений — досталось и стоявшей позади рослого орка колдунье. Клыкастый щитоносец, попав под шквальный обстрел своего «собрата», по инерции отступил на несколько шагов назад, выронил пистолет-пулемёт и ставший бесполезным ростовой кусок баллистического пластика. Увлекаемый очередью, крутанулся вокруг своей оси и рухнул на пол, повалив раненую напарницу и придавив её своей тушей. Дух он испустил ещё до того, как и тело его убитого товарища, и его собственная голова рухнули к ногам их напарников. Гибель двоих сослуживцев и вывод из игры третьей будто вырвала «Зета-Импов» из транса. Пара охранников рванулись влево, решив укрыться за выступом в спине — один из них был пойман в вихрь свинца, порождённый пулемётами и крупнокалиберными пушками «Аида». Выстрелы орудий дрона нещадно обошлись с бронёй охранника, превращая укреплённый композитный бронежилет в ветошь. Самого человека — в месиво из раскуроченных костей и перемешанных остатков внутренних органов и мышц. В воздух взметнулись куски кишечника и печени, появился смрад желчи и полупереваренной сои. Второго корпоративщика догнали пули, выпущенные из выхваченного Мокси на опережение «Реклеймера». Горячий свинец врезался в открывшуюся шею, кроша позвоночник и трахею. Вдогонку уже мёртвым телам подрывница отправила кластерную гранату и переключила внимание на оставшихся противников, ведя огонь по-македонски. Долетев до трупов, снаряд разорвался, отбросив тела. Взрывы осколков, последовавшие за первым, ещё сильнее обезобразили погибших и повредили пол и стену, превращая их в развороченный обугленный прогал. У двоих оставшихся боеспособными корпов, в отличие от их пытавшихся спрятаться коллег, был другой взгляд на ведение боевых действий. Был ли он продиктован верностью корпорации, излишней смелостью или презрением к укрытиям — неизвестно, но тролль с эльфом, каждый по-своему, всё же решили пойти на риск. Первый, укрывшись за щитом, стал медленно смещаться под градом пуль и снарядов в сторону товарища, тогда как тот, крепко сжав в руках электродубинку, отчаянно бросился вперёд. Рывок стремительно перерос в скачок, а затем — в падение: манёвр был упереждён Декстером. Выпущенный из дробовика заряд разрывной дроби, с диким рёвом уничтожившей и шлем охранника, и его голову. На их месте образовался красно-чёрный пузырь, с бульканьем лопнувший и оставивший после себя лишь мелкие осколки костей и укреплённого многослойного пластика. Обезглавленный труп, прежде чем приземлиться, грустно пролетел ещё полметра, испачкав пол льющейся из разорванной шеи кровью. Второй заряд «Панишера», тем временем, устремился к троллю, героически выдерживавшему сконцентрированный обстрел раннеров. Здоровяк сносно держался под пулями и взрывами, но при всей своей подготовке и качестве снаряжения всё же долго выстоять был не способен. Пропустив как минимум два десятка пуль, он выпрямился и вздрогнул, получив в бок сгусток брошенного Мокси магического пламени. Огонь быстро охватил исполинскую тушу, заставив выронить щит и дробовик. К общей какофонии добавились крики боли и ужаса, общность запахов пополнилась горящей плотью и жжёного углепластика. Впрочем, страдать троллю пришлось не долго — он рухнул навзничь, сражённый разрядом молнии. Заклятие Джейры ударило прямо по лицу, снося половину головы и дополнительно коптя то, что осталось. Оглушающий раскат грома и шипящий гул магических формул стали последними звуками сражения — сам бой занял всего считанные секунды, пусть они и казались минутами. Осталось лишь подчистить концы — и можно было двигаться дальше. Придавленная трупом орка эльфийка вздрогнула, когда в потолок вонзилось копьё «Мизары». С противным шипением, под гадкий тихий смех Мокси, оно начало заполнять воздух сине-зелёной дымкой. Пах реагент хвоей и спиртом, но назвать его раздражающим не получалось. Куда большую тревогу в охранницу вселил подходивший к ней Болдер. — Что вам нужно?! — она попыталась придать своему голосу окраску гнева и строгости. Но общий ужас ситуации, внезапность нападения и навалившееся на неё тело сослуживца превратили фразу в напуганный отдышливый визг. Эльфийка с ужасом разглядывала приближающегося с неестественной скоростью орка. Объятый паникой взгляд рассекал внушительное, мощное даже для представителей его расы, телосложение, чёрно-тёмно-серую экипировку, устрашающий шестиствольный пулемёт, который раннер нёс в своей серебряной киберруке. Но больше всего пугал жестокий оскал и искусно изготовленная секира, вытащенная из-за спины и занесённая над головой. В глазах «Зета-Импки» появились неподдельная паника и слёзы, зрачки расширились. — Нет, пожалуйста! Нет, не… Сорванное дыхание и вопли прервались взмахом — двойное лезвие топора рассекло мышцы и кости черепа как кусок топлёного масла. Удар пришёлся поперёк головы, от левого виска до нижней оконечности правой скулы. Покрытие пола отреагировало лишь тихим заунывным звоном, когда лезвие оружия прошло сквозь эльфийскую плоть и вошло в металл. — Чисто, — голос Болдера прозвучал дежурным, ничего незначащим рапортом. Орк вернул топор за спину, задержав взгляд на Мокси. Та поправляла убранный в крепежи за спиной пистолет-пулемёт и, по всей видимости, была рада избавиться от дезинфектора. — Отлично. Продолжаем, — проверив счётчик боеприпасов, Джейра двинулась вперёд, увлекая за собой отряд. Шэдоураннеры, спешно обшарив тела на предмет кред- и датастиков, вновь перешла на лёгкий бег. Более трупы внимания не удостаивались — впереди находилась их настоящая цел. Только она имела значение. А если сопротивление будет столь же некомпетентным, то достигнет Сильверхэнд её крайне быстро. Не забывая устанавливать в нужных местах бомбы, раннеры продолжили свой путь вглубь «тоннеля». Расслабляться было рано.

***

Когда блики пламени и мерцание осветительных панелей и ламп внутри комплекса прекратили слепить приземлившегося на ноги Хэвока, время для него превратилось в один большой океан тягучей патоки. Внутренние помещения главного входа здания, даже неприбранные, давали понять — всё здесь подчинено максимальной эффективности и принесено в жертву оптимизации. Вместо ожидаемого парадного фойе с ресепшоном, фонтанчиком, растениями в горшках и удобными столиками и диванами, взору эльфа предстал обширный транспортно-погрузочный отсек. Треть залы отдавалось заставленной на данный момент несколькими небольшими кучками ящиков парковке. Остальное пространство занимала возвышавшаяся на уступе учётно-распределительная секция. Её наполнял нехитрый лабиринт из разнообразных контейнеров, нескольких закутков с терминалами, погрузчиков и стоявшего в глубине контрольно-пропускного пункта. Соединялись части помещения тремя пологими пандусами, которые сторожили несколько охранников. Ещё несколько их сослуживцев находились в пропускной будке, но разглядывать их и высчитывать точное количество противников эльф не стал. Вырванные из блаженного состояния скуки и ничегонеделания, корпораты уже целились в стремительно наполнявших помещение раннеров. Машинально, Майк рванулся вперёд и влево. В укрытие, за проклятые ящики, прочь с линии огня. Боковым зрением справа он уловил летящий предмет — что-то чёрное и большое, похожее на трубу. По мере того, как штуковина двигалась всё дальше, она явственнее начинала принимать знакомые чароплёту очертания. Ракетомёт, который нёс с собой раннер с серебристой киберрукой. Теперь, использованный и пустой, экземпляр тяжёлого вооружения летел по низкой дуге, вперёд и вверх. Его же хозяин, подобно Хэвоку, уклонялся от взоров и стволов корпоратов — уличный самурай чёрной расплывчатой молнией рванулся влево, обгоняя эльфа. Прыжок на кучу ящиков, затем на ещё одну, отскок — и вот уже он бежал по стене, оставив за собой на одной из секций какой-то странный небольшой чёрный предмет. Промчавшись несколько метров, раннер перескочил на потолок, совершил ещё одну краткую пробежку вперёд, соскочил, перевернулся в воздухе, оттолкнулся от всё ещё летящей ракетницы, скорректировав её траекторию. Хэвок, тем временем, призвав магические силы и ускорив своё тело с помощью узнанных у знакомых бандитов приёмов, метнулся за ставшие отправной точкой пируэтов самурая ящики. Спрятавшись за спасительным нагромождением и опасливо выглядывая, слегка приблизившийся к раннеру в тёмной броне по части реакции колдун наблюдал за акробатическими этюдами лидера атаки. Тот, завершая начатый после толчка прыжок, приземлился на плечи одного из охранников и вогнал в его позвоночник свою катану. Не теряя ни секунды, он следом выхватил из-за спины штурмовую винтовку и открыл огонь по стоящему слева «Зета-Импу». Пули нещадно впивались в плоть попавшего под обстрел эльфа, вылетая с другой стороны и вместе с частями костей, мышц и ткани. Превратив тело в кровавое месиво, самурай исполнил сальто, распарывая движением клинка спину охранника изнутри и спрыгивая с его плеч, подбросил в воздух свою винтовку, прикрепил на стену ещё один чёрный предмет, поймал оружие и метнулся по направлению к уводящим в глубь комплекса коридорам. Пробегая мимо ещё одного корпората, он дважды крутанулся вокруг своей оси, выставив вбок меч — лезвие вспороло бок и шею, окрашивая стены новыми брызгами крови. Раннер, смахнув кровь с оранжевого клинка отточенным движением, скрылся в ведущих прочь из гаража проходах. В то же время, сбитая с пути ударом ноги своего хозяина, ракетница начала кривое падение вниз, прямиком на двоих стоявших перед спуском вниз охранников. Штуковина рухнула на человека и гнома по диагонали и припечатала к полу, дробя рёбра и кости черепов. Одновременно с этим раздались первые выстрелы из пистолетов, дробовиков и пистолетов-пулемётов сотрудников службы безопасности. Ситуация полетела к чертям. Перебегая в присяде от одной группы контейнеров к другой, уворачиваясь от летящих с обеих сторон пуль, Майк никак не мог уложить произошедшее — происходящее — у себя в голове. Всё это очень, слишком походило на сцены тридов про шэдоураннеров, которыми он с друзьями засматривался по ночам, представляя себя на месте их героев. Тогда их компашка думала, что это путь лёгких денег вне силков закона и когтей корпораций, что эта дорога быстро выведет их к славе и богатству. Сделает звёздами, разбрасывающимися нюйенами направо и налево, и ни в чём не знающими отказа. Оказалось же, что дорога, которая должна была закинуть их на Олимп жизни, привела их в адскую бойню. Тем раннерам, что ворвались в пролом раньше всех и не сообразили занять укрытие, пришлось особенно несладко. Они оказались первыми на очереди для пуль охраны, сзади на них напирали их «товарищи», толкая и наступая на ноги, припирая к стене из плоти и выбивая из равновесия и ритма боя. А творившийся пандемониум не проявлял жалости и не прощал промедления и ошибок. Несколько из «лидирующих» налётчиков, поймавших бездушный свинец, мешками с мясом пали на холодный пол отсека. Среди этих обезображенных, окровавленных и служивших подмостками для идущих следом был и Думэдж. Энди, получив несколько пуль в грудь и одну — аккурат в центр лба, рухнул подобно молодому деревцу и смотрел остекленевшим взглядом своих некогда вечно задорных глаз прямо на Хэвока. Из дыры в голове медленно, ленивыми каплями, вытекала кровь, из-под живота выступал верный мачете парня — даже умерев, он не выпустил своего клинка из рук. Эльф в этот момент почувствовал, что что-то холодное и склизкое спускается вовнутрь его тела, вниз, от языка к животу, выталкивая в горло комок. Это был не первый раз, когда он видел смерть. О нет, на улицах Пустошей не проходило и дня без чьей-нибудь кончины — насильственной или хотя бы относительно «естественной»: насколько таковой можно назвать передозировку наркотиками, сгорание мозга от ЛЧЖ-чипов или проигрыш в борьбе с раковой опухолью или отказавшей печенью. Но по крайней мере эти смерти чувствовались… правильными? Закономерными? Понимаемыми? Он не мог подобрать к этому верного слова, всё казалось каким-то неподходящим и хрупким. Даже забыл о том, что из своего дробовика следует палить по ребятам в форме. Но то, что происходило здесь — это было просто нечестно и бессмысленно. Бессмысленность этой кровавой свалки, скоропостижность смертей по обе стороны — вот что оглушало и выворачивало на изнанку. Неужели это и есть настоящая жизнь шэдоураннера? То чего, Майк и его друзья, его чаммеры, так долго и неистово жаждали? Их золотой билет из Редмонда? Дорога к славе и нюйенам?! Во что, чёрт подери, они только ввязались?! — Хэвок! — из шокового состояния его вырвала Вибра — она подползла со стороны стены и вцепилась в полу плаща. Гномиху пробирала мелкая дрожь, в глазах стояли слёзы — глазах, полных ужаса, отчаяния… и надежды на то, что у их лидера найдётся план. — Ч-что нам делать? План… Это правда. У него всегда был план. Практически на любую ситуацию, и их всегда проносило, во всяком случае — до сего момента. Что же изменилось? Окружающая обстановка подсказывала, что именно, с ехидством бьющего поддых рекетира. Сзади прогремел мощный взрыв. Было не ясно, что стало его причиной — то ли попали по незатронутым попаданием ракеты газовым трубам, то ли кто-то подорвался на принесённой с собой взрывчатке, а может, ещё что. Гораздо важнее был тот факт, что взрыв дополнительно обрушил заднюю стену и взрастил пламя, полностью отрезая всей — уже полностью ввалившейся во внутрь — ватаге раннеров путь к отступлению. Делать ничего не оставалось, кроме как прорываться вперёд. — Так… — Майк сжал рукоять и цевье дробовика до боли в костяшках и фалангах пальцев. Время не паниковать и истерить, а что-то придумать. Что-то, что поможет им вылезти из этой огненной ямы. Точно. Вылезти. — Нам нужно выбираться отсюда, как можно скорее. По пути поломаем пару штук, остальные и без нас справятся. Пушка при тебе? — Д-да, — декерша, наконец, отпустила плащ Хэвока и достала из-за пазухи свой пистолет. Взгляд её рванулся вправо, мимо колдуна, к трупу Думэджа. На это Вибра лишь тяжело взглотнула и облизала губы. Её руки начали трястись, голос пробрала новая волна дрожи. — Но я нигде не вижу Нору. И… и Гринча тоже. — Это… — Хэвок попытался выдавить из себя улыбку — как можно более обнадёживающую, учитывая происходившее вокруг. — Это пока ничего. Мы с ними встретимся. Потом, обязательно встретимся. А сейчас нам нужно свалить из этого котла — у них тут должны быть другие места, через которые можно выйти. Пока что давай попробуем вон те двери, видишь? — эльф ткнул дробовиком по направлению к походам, где скрылся самурай в чёрном. — Угу, — пару раз вздохнув, чтобы окончательно прийти в себя, Вибра мрачно кивнула. Её пальцы столь крепко вцепились в рукоять пистолета, что, казалось, сейчас его раздавят. Или сломаются сами. — Тогда побежали, — Майк усмехнулся про себя, перелезая через укрытие и таща за собой подругу. Самое то для шэдоураннеров — бежать. — Давай! Факт того, что теперь он оказался в досягаемости пуль, дроби и заклинаний, так ещё и увлёк за собой Вибру, подействовал на Хэвока отрезвляюще. Но отступление было лишено всякого смысла и поэтому эльф с гномихой маневрировали в хаосе боя и укрытиях, подобно лисам в толпе охотников. Дробовик и самопальный пистолет разражались выстрелами, но больше для вида и в попытках помочь другим раннерам. В затылке колдун ощущал странное чувство — будто бы кто-то одновременно сжимал его голову, тянул назад и высасывал содержимое черепной коробки. Но ему было плевать — они неслись с маленькой декершой бок о бок, практически в ногу, убегая от самой смерти. Парковка была оставлена позади, пандус — пересечён в миг. Оказавшийся на пути корп, занятый перестрелкой, получил заряд дроби в ухо — дробинки превратили череп человека в выдавленно-изорванную мешанину, удар от выстрела повалил уже мёртвое тело на бок. Перезаряжая дробовик, Хэвок позволил себе оглядеть помещение — раннеры, хоть и представляли собой неорганизованную хаотичную толпу, сумели оттеснить паникующую охрану назад. Впрочем, к рабам зарплаты постепенно подходило подкрепление, а налётчики рассеивались, убегая через проходы глубже в здание. Ситуация выравнивалась, но сказать, сколько ещё потребуется времени службе безопасности, чтобы одержать верх, было сложно. Секундное попустительство не прошло для Хэвока безнаказанным. Прилетевшая неизвестно откуда и отскочившая неизвестно от чего осколочная граната оказалась аккурат между ним и бежавшей впереди Виброй. Эльф наспех выдавил из себя заклинание защитной ауры и рванулся в бок. Вовремя — граната разорвалась буквально в следующей момент, обдавая созданный магический щит взрывной волной. Осколки оказались не страшны заклинателю, но вот высвобожденная мощь сбила с ног и, заставив вертеться волчком по полу, отправила в скольжение прямиком к стене. Приготовившись было к неприятному столкновению, Хэвок обнаружил, к чему именно его несёт безжалостная инерция. Широкая решётка вентиляции, повреждённая выстрелами и взрывами, не внушала доверия по поводу своей крепости и неумолимо приближалась. Не успев ухватиться хоть за что-нибудь, раннер сгруппировался, вынес ногами хлипкий кусок изрешечённого металла и оказался в системе вентиляции — лишь для того, чтобы с воем и визгом улететь по вертикальной шахте вниз. Краем глаза колдун успел заметить, что его подруга всё-таки успела покинуть мясорубку, в которую превратился приёмный зал комплекса. Приняв положение, которое, как казалось, поможет ему не разбиться, Хэвок начал пытаться затормозить падение, упираясь ногами и руками за сочленения блоков четырёхугольной трубы. Битву с гравитацией он проигрывать не планировал. Не после того ада, через который он прошёл.

***

Катана распорола очередную глотку. На забрызгавшую стену и заложенную бомбу кровь Райдж даже не взглянул. Пока всё шло достаточно гладко и без особых проблем. Охрана бегала за раннерами и от них, не мешая уличному самураю закладывать бомбы — за исключением отдельных любителей путаться под ногами. Раннеры бегали за охраной и от неё, честно отрабатывая обещанные им нюйены и представляя прекрасное отвлечение. С некоторой натяжкой, но происходящее можно было назвать «молочным бегом». Только именно это больше всего и настораживало, заставляя превращаться в саму готовность и бдительность. Для Райджа не существовало «молочных бегов». Во всяком случае, он не верил в их существование. Как и некоторые из «группы селёдок», Чжоу вырос на улицах — если так это можно назвать — Редмонда. Жизнь в Редмондских Пустошах приносит очень много ценных и важных уроков — тем, кто готов их слушать и внимать, иных она просто стирала в порошок. Среди знаний, что получали безГРЕшные на этих «занятиях», было и знание об истинной сущности времени. А оно для редмондцев делилось на два неравнозначных промежутка — плохое и безблагодатно хреновое. И если вдруг получалось так, что ты чувствовал себя, скажем, хотя бы неплохо, то это означало лишь одно: скоро, очень скоро всё полетит к чертям. Состояние постоянного боя, хождение по пороховым бочкам — вот, что впитывалось в кровь Райджа и ещё десятков тысяч таких же мальчишек и девчонок, как он. День за днём, год за годом. В конце концов, режим «срывайся с места, ломай и стреляй» становился не изнурительной муштрой улиц, а чем-то самим собой разумеющимся. Сродни радиоактивной пыли, что въедалась в кожу редмондцев. Кто-то назвал бы эту деформацию ужасной, равно как и условия, в которых детворе приходилось расти — но этот же ад на земле помогал и, как ни странно, выжить. Для Роберта это было особенно правдиво. Именно эти законы уличных джунглей превратили из мельтешащего по помойкам и в притонах банд Йоджи в Райджа. Помогли ему и его «бригаде» выжить до того, как их подобрали с улицы. Помогли ему самому понять, что та тихая сытая жизнь, что готовил им приютивший их старик, уничтожит душу будущего боевика. Привели в Тени, позволив кое-как влиться в сообщество и вместе с этим — подрабатывать капитаном местной дружины ополчения. Протащили через огонь и свинец, когда он попадал в переплёт и земля уходила из-под ног. Наконец — свели с Сильверхэнд. Пожалуй, ночь, когда он впервые встретил свою вторую — единственную настоящую — семью, Райдж не забудет никогда. Одна из немногих ночей, заслуживавших подобной чести. Нападение на склад «Фучи», перестрелка, вылившаяся в бойню, вырвавшиеся из клеток грифоны. Вспышки выстрелов и взрывов. Ранение, выбившее его из колеи и заставившее осознать тот дрек, в котором она оказался. Перебитая команда. И — они. Ужасы на крыльях ночи, выкосившие то, что осталось от службы безопасности корпы, а заодно — и подоспевших как всегда к финалу «звезданутых». Говорили, что видели, на что он, Райдж, способен. Что наводили на него справки. Тогда он, держась за простреленный бок, который залатала с помощью аптечки Мокси, лишь усмехался. Неотрывно смотрел на полное уверенности, доброты и решительности лицо Джейры, сжимал её киберруку. Эльфийка казалась чем-то, ради чего только и стоило держаться за эту чёртову жизнь. А он, дурак, только и думал, увидит ли ещё когда-нибудь Рейчел, Дункана, Рэймонда. Спрашивал себя — неужели всё закончится именно так? Мрачные мысли нагоняло онемение и вкус крови и желчи во рту. Много он тогда знал, в какое месиво Шестого Мира попадает, как же… Затем был офис «Лайонхарт» и клиника. Сыворотка, новая печень, хром. Много хрома… И это состояние — будто ты становишься больше. Чем ты есть, чем ты был, чем ты когда-либо мечтал стать. Роберт так и не сумел прознать, что именно было в том препарате, но эффекта не почувствовать не мог. Все его чувства обострились, отшлифовались. Способности, дарованные Пробуждением стали… глубже. Только так он мог описать и окрепшую связь с Орлом, и расцвет способностей адепта… и вкус магии. Той, дикой, грубой и стихийной, что оперировала отточенными потоками и применялась по вполне конкретному назначению. В целях, лишённых таинства и гармонии шаманских практик, но требовавших острого ума и выверенного движения. И — что-то ещё, где-то на грани сознания, еле-еле уловимое… Даже его новые братья и сёстры по оружию не могли объяснить, что это, пусть и чувствовали то же самое. Но нельзя сказать, что подобный «коктейль» из магических сил, приправленный мощнейшей системой имплантов, которую только можно было вообразить, был помехой в жизни. Как раз наоборот! Именно помощь хитросплетения маны, ци и технологий позволила Райджу отреагировать на новую угрозу. Трое появившихся из-за угла и открывших огонь охранников никак не ожидали того, что уличный самурай ринется навстречу к ним. Удивление сменилось паникой, когда их противник начал отбивать катаной летящие в него пули, а затем и вовсе метнул меч вперёд. Один из корпоративщиков решил не дожидаться исхода и тут же ринулся направо по коридору. Когда клинок уже вонзился в грудь его товарища-эльфа по самый эфес, а раннер перекатом сократил дистанцию до «Зета-Импов» до минимальной, улепётывающий гном уже скрывался за следующим поворотом. Не теряя ни секунды, Райдж выдернул катану из оседающего на пол трупа и вышиб мозги оставшемуся противнику очередью из автомата в подбородок. Ударная сила пуль оказалась столь сильна, что голову охранника сорвало с позвоночника. Повалившись навзничь, тот выглядел жалко и комично. Его убийца же, как только прогремел последний выстрел «Альфы», ринулся за беглецом. Преодолев расстояние до поворота, Райдж уже видел, как низкорослый корпорат скрывается в боковом коридоре. Но погоня принесла сомнительный успех — рывком достигнув места, где только что был враг, самурай попал под огонь прикрывавших гнома сослуживцев. Пули прошли мимо, но заставили раннера укрыться за углом. — Эй, малыш! Кавалерия уже здесь! — по «Реле» раздался голос Эйнджел. В тот же момент турель, находившаяся между охраной и Райджем, активировалась. Её крупнокалиберная пушка без промедления выпустила очередь по только что проскользившему мимо гному. Воздух пронзился возгласом ужасной боли, во все стороны полетели кровавые брызги и ошмётки позвоночника, желудка, печени, лёгких. Затем огонь турели переключился на оставшихся охранников, уже осаждаемых дюжиной дронов. «Доберманы» и «Смоукеры» толпой механических кровожадных фанатиков выкатились из коридора, занимаемого раннером, а также из бокового прохода, во фланг корпоратам. Дроны стойко сносили пинки и выстрелы, осыпая тех, кому изначально были призваны помогать, градом пуль и маломощных гранат. Сзади к ничего не подозревающим «Зета-Импам» повозкой смерти катился дрон-погрузчик с несколькими бочками химикатов на грузовом лотке. Увидев это, уличный самурай решил воспользоваться предоставленной возможностью и выстрелил. Выпущенная из штурмовой винтовки пуля, пролетев над суматохой боя металюдей с машинами, ударила промеж двух бочек в тот момент, когда погрузчик сбил с ног одного из охранников. Контейнеры взорвались друг за другом, будто лопающиеся мыльные пузыри. Толпу поглотило ядовито-зелёное облако с янтарно-жёлтыми гранулами взвеси, в нос ударили запахи гнилой капусты, прелой земли и плавленой меди. Часть выстрелов и ударов о металл сменилась криками и воем, затем — ужасающим хрипом и стуком падающих на пол тел. Трупы представляли собой отвратное зрелище — ставшая иссиня-чёрной кожа начала шелушиться и стянулась, сдавливая внутренности. Кости из открытых переломов, ногти рук и обнажившиеся из-за стягивания губ зубы превратились в сизые мутные кристаллы. Кровь обернулась зловонной тёмно-коричневой жижей, похожей на пластилин, скукожившиеся глаза стали похожи на высохшие кусочки экскрементов. — Спасибо, крошка, — Райдж продолжил путь по коридору вперёд, мимо ответлвения, ставшего полем боя и братской могилой. Мимо него резво катились дроны, в поисках новых жертв. — Чтобы я без тебя делал. — Всё для тебя. И кстати, на следующей развилке сверни направо, — вторя голосу декерши, камера наблюдения на потолке мигнула самураю диодами. — Если пойдёшь прямо, то напорешься на свалку, которую устроили салаги, и пожар. А так дорога будет свободнее, пусть и чуть дольше. — Хорошо. Как там остальные? — Райдж взглянул в сумку с бомбами, прикрепляя одну из них на стену. Ещё примерно половина… — И как ты? — Всё в шоколаде. У меня проблем — ноль, а Джейра с ребятами уже на полпути к нужной лаборатории, — Эйнджел позволила себе небольшой смешок. — Так что поторапливайся, если не хочешь, чтобы мы тебя ждали. Но… — Что такое? — самурай нахмурил брови, проверяя поворот. Было чисто, лишь вдалеке слышалась пальба, крики и шипение то ли пара, то ли химикатов. — Хм, странно… — голос декерши на мгновения стал задумчивым, но почти сразу же вернулся к доброй и весёлой тональности. — Тут какая-то активность в вентиляции. Дьяволокрыса, скорее всего, пустяки. Я сообщу, если дрек ударит в вентилятор. — Ладно, — слегка улыбнувшись, Райдж кивнул в очередную камеру видеонаблюдения. Та ответила жужжанием объектива. Эйнджел встретилась отряду примерно через пару недель после того, как в него вступил Райдж. Бывшая сотрудница элитного подразделения «Эхелон-Четыре» корпорации «Зарпан», вместе со своими сослуживцами она шаталась по трущобам. Троица бывших «спецназовцев» — сама декерша, а также её напарники, угрюмый боевик с позывным «Апекс» и эльфика-маг, ходившая под кличкой «Сокс» — помогала движению оборванцев под предводительством эльфа Шаэйя. Целью этой кое-как организованной толпы было — ни много, и ни мало — обрушение «Зарпан Корпорейшон» за то, что ты пыталась снести квартал, где жили бунтовщики. Планы Шаэйя и его товарищей на удивление хорошо совпадали с новым делом Сильверхэнд, равно как и силы отряда Джейры и бунтовщиков. Результатом полуторанедельной кампании стала смерть президента и CEO «Зарпан», Генри Уайта, обрушение и поглощение его детища «Лайонхарт» и вздохи облегчения последовавших за Шаэйем и Грейхем. Последняя почти сразу же согласилась на предложение вступить в Сильверхэнд, а вот ни о главе трущобников, ни о Апексе или Сокс, ничего слышно с тех пор не было. Впрочем, это никого особо и не волновало. В команду Эйнджел влилась совершенно без проблем и радовалась не только новообретённым способностям и урокам Декстера, но и возникшему самому собой роману с Райджем. Отношения были кроткие, как сонный котёнок, но оба раннера были вполне рады и довольны такому развитию событий. Тем более, что остальные члены команды не возражали — и, что немаловажно, не подначивали и не отпускали шуточек ниже пояса. Не обожать Эшли было просто невозможно. Добродушие, живой ум и чуткое отношение буквально ко всему, за что бы она ни бралась и с кем бы ни разговаривала, делало риггершу и замечательным другом и боевым товарищем. Было ли это следствием её тотема — Голубки, или же духом противоречия бездушной корпоративной культуре «Зарпан», оставалось неизвестным, да и не имело значения. Райдж был искренне рад, что в этом беге Эйнджел прикрывала их удалённо в качестве «паука». Держала в руках ниточки управления дверями и дронами, подглядывала из каждой камеры и сенсора, помогала в движении и бою. Была их настоящим ангелом-хранителем. Конечно, Декстер проявил бы себя в этом ничуть не хуже, а если уж совсем честно — даже лучше, но надзор Эш вводил Райджа в особое расположение духа. Вооружившись, помимо верных винтовки и катаны, этим чувством, шэдоураннер двинулся дальше по хитросплетению коридоров комплекса. Сделать предстояло ещё порядочно, прежде чем маховик бойни не раскрошит этот ад в труху окончательно.

***

Джейра никогда по-настоящему не понимала, почему адреналин называли гормоном страха. Это никоим образом не вредило её познаниям в области химии и метачеловеческой биологии и анатомии. Однако на личном, более практическом и милитаризированном опыте ей всегда казалось подобное прозвище не совсем… корректным. Адреналин был для эльфийки не зловредной ледяной струёй, бежавшей бешеным гепардом по венам и вниз по позвоночнику, но чем-то совсем иным. Чертовски удобным сёрфингбордом, на котором так приятно ловить гигантские волны. Или — почему нет — основой для коктейля. Если уж доводить аналогию до ума, поймала она себя на мысли, то в это адское пойло входили здоровая паранойя, трезвый анализ ситуации и бронебойная решительность. Смесь, с которой далеко не каждому под силу совладать, в нужных же венах творившая чудеса. Тем более печальной и расточительной, по мнению Джейры, оказывалась трата этого коктейля на комплекс еврокорпы. Плавно уходивший вниз коридор не предложил никакого сопротивления с момента первой стычки с охранниками. Ни металюдей, ни духов, ни стационарных орудий. Даже дронов в этой залитой светом кишке не было — впрочем, возможно за это стоило поблагодарить Эйнджел. Та следила за отрядом через часто встречающиеся камеры видеонаблюдения и то и дело сообщала об изменении обстановки по «Реле». Хотя бы на это «Зета-Импы» не поскупились, но факт оставался фактом. Корпорация либо не могла, либо не хотела — пока не хотела — предоставлять шэдоураннерам достойную оппозицию. Для магессы подобное отношение к её команде было почти оскорблением. Почти. — Таааак… Ребята, небольшой косяк, — Эйнджел вновь вышла на связь, когда спуск выровнялся почти до прямо-горизонтального коридора. Впереди виднелось около полутора десятка фигур, в схожем с предыдущими бедолагами облачении. — Не неожиданно, но… — Уже добралась до второго сервера, я угадал? — в ответ на лёгкую усмешку Декстера пулемёты «Аида» начали медленно раскручивать свои стволы. — Вовремя, детка. — Оу… — голос декерши стал гораздо более заинтересованным. — Да нам тут Зета-Импы бросили косточку! Поставили переход между серваками, но он завален файерволлом. Похоже, вскрыть его и не выкинуть всю систему в окно можно только… с другой стороны. — Кристальные два пальца об асфальт, — гном фыркнул, мысленными командами повелевая дрону обнажить оружие ближнего боя. Два манипулятора с мономолекулярными циркулярными пилами молниеносно вышли из «брюха» махины на холодный свет ламп. — Выпотрошу этот забор при первой же возможности. — Прискорбно прерывать, дамы и господа, но у нас снова компания! — Джейра перекинула ремень винтовки через плечо, как только ожидавшие корпораты заметили приближавшихся раннеров. Семеро из них двинулись вперёд, выхватывая мечи и топоры, остальные решили обеспечить товарищам огневую поддержку. Остальные шэдоураннеры, вслед за командиром, убрали огнестрел. — Мокси! — На твою отмашку, Джей! — на лице шаманки блеснул озорной оскал. Синхронно с Джейрой, она поравнялась с Декстером, Болдером и «Аидом». Левые руки магесс засветились неприятным на вид искрящим карминово-лиловым пламенем. С губ срывались слова инкантаций — отчасти формулы, отчасти — призыв к духам. Декстер и Болдер сорвали с поясов газовые гранаты и приготовились к броску. Расстояние между группами стремительно сокращалось. Сильверхэнд уже могли видеть без труда и помощи имплантов заливающий лица их противников пот. — Контакт! — собственный голос показался Джейре будто отодвинутым на второй план завесой магии и боевого задора. Вместе с Мокси они синхронно ушли в подкат, пропуская бросок «дымовух». Аккуратные цилиндры гранат производства корпорации «Шевалье», пролетев по низкой дуге, оказались за спинами надвигавшихся бойцов корпорации. Дымовая завеса, а за ней и вызванные магией стены лилового инфернального пламени, окончательно разделили группы противников. Те охранники, что ринулись вперёд, оказались полностью отрезаны от своих сослуживцев. Ни свинцового дождя из-за дыма, ни физического присутствия из-за вспыхнувшего сзади магического огня ждать от них не приходилось. Внезапные рёв и жар заставили «Зета-Импов» замешкаться на несколько секунд и потерять бдительность. Более чем достаточно для Сильверхэнд. — А ну в очередь, Hurensöhne! — размашистым ударом локтя Болдер отпихнул ближайшего к себе охранника и отрубил половину его левой ноги, вонзив тем же движением свой топор в пол, — В очередь, кому сказал! — на его ладонях появились чёрные гудящие от напряжения пластины. Выпустив на свободу пробный разряд электричества, орк встретил летящего вслед за своим товарищем-человеком охранника-тролля безжалостным кроссом. Усиленный разрядом импланта удар пришёлся прямо по лицу, сокрушая шлем, нос и верхнюю челюсть. Не давая корпорату ни упасть, ни опомниться, Болдер уничтожил его нижнюю челюсть апперкотом с левой руки. Ужасающий удар двумя руками сверху вниз, повлёкший за собой треск троллиного черепа, завершил комбинацию. Но орк лишь только вошёл в раж — схватив оседающего на пол и изрядно воняющего палёным мясом тролля за рога, он поднял тушу над головой и с размаху опустил вниз. Затем последовал удар о стену, которого не выдержала уже броня корпората. Полированный лист металла от удара вмялся, брызги крови — свежей и уже запекающейся — испортили доселе незапятнанный блеск. Электрошок нещадно продолжал бить жертву, превращая залитое кровью и ставшее тёмно-оливковым лицо в шмат обугленного мяса. Злобно скалясь, Болдер отпустил серебряной рукой оппонента, дабы схватиться за рукоять своей секиры и нанести удар. Мономолекулярное лезвие с гулом и чавканьем пропороло то, что осталось от бронекостюма, а затем и плоть. Из зияющей дыры в животе охранника начали вываливаться рассечённые внутренности, падая на пол или повисая на лезвии и рукояти оружия орка устрашающей гирляндой. Болдер, шумно вдохнув наполненный запахами палёной плоти и троллиных потрохов воздух, вновь схватился обеими руками за рога поверженного корпората. Раннер, скалясь торжествующей улыбкой, вновь поднял противника над головой и швырнул его вперёд, за стену колдовского огня и завесу дыма. Сослуживец убитого, лишившийся стараниями орка куска конечности, по инерции напоролся на одну из пил «Аида». Мономолекулярные зубцы, движимые сервомоторами, спешно и упорно прорубались через слои брони в поисках мягкой эльфийской плоти. Нервы изменили другому охраннику — наблюдавшему за этим человеку, когда орудия робота добрались до грудины его коллеги. Под сдавленные хрипы эльфа и бульканье полившейся из его рта и ноздрей крови, он кинулся на механоида. Однако, Декстер среагировал быстрее — его детище, наконец распилив свою жертву на две неравные части, схватило своей громадной лапой атакующего. Огромное нарастающее давление металлических когтей выбило дух из «Зета-Импа». Ужас от взгляда в бесчувственные красные диоды сенсоров дрона перемешался с волной боли, когда под нажимом конечности машины начали ломаться оставшиеся под раскрошенной бронёй кости. Не успел охранник осознать всю глубину своей агонии, как обнаружил, что опора ушла у него из-под ног. «Аид» утянул его вниз, вдавив своей конечностью в пол. Удар о металл вновь сбил корпорату дыхание и сшиб с его головы шлем, а приближающиеся к лицу пилы начали двоиться в глазах. В ушах охранника его же собственный преисполненный ужаса крик заглушился жужжанием орудий механоида. Мономолекулярные диски без проблем изорвали кожу, мышцы, глазные яблоки, преодолели сопротивление костей черепа и с чавканьем вгрызлись в мягкие ткани мозга. В воздух поднялись два нестройных фонтана крови. Когда же череп полностью был разделён на три части, а сам корпорат перестал подавать признаки жизни, дрон наступил на то, что осталось от его головы и шеи. Нетронутые давлением и пилами кости со смачным хрустом сломались, оказавшись под холодной металлической ногой. Бежавшую без оружия позади всех сотрудников службы безопасности эльфийку остановила, метнувшись с пола вперёд и вверх, Мокси. Из её рук, закрывая пальцы подобием перчаток, выдвинулись боевые когти. Поражающие своей бритвенной остротой, они с силой пронзили бронекостюм адептки и вонзились в ключицы, разрывая плечевой пояс. Вцепившись в противницу, шаманка повалила её на пол. Мощное движение руками в стороны — и плечи охранницы оказались практически оторваны от тела. Не давая жертве опомнится, Мокси начала полосовать своими когтями шею и лицо врага. Вены, артерии и дыхательные пути порвались подобно дешёвым гитарным струнам. Горло эльфийки превратилось в слабый кашляющий гейзер, заливая руки нападающей и пол под корпораткой кровью. Прицелившись в глаза, раннерша одним резким ударом запустила руки прямо в голову врага, разбивая лицевой щиток надвое. Пронзившие кору головного мозга когти прикончили корпоратку, но Мокси не унималась. Без труда оторвав левой рукой нижнюю челюсть и отдирая верхнюю часть головы правой, она с диким победным воем отправила «трофеи» в воздух, разбрызгивая кровь и серое вещество по полу и стенам. Выйдя из подката аккуратным кувырком на месте, Джейра наметила для себя цели. Двое охранников, человек и эльф, затормозили, сконцентрировавшись на ней. Перекат лидера раннеров превратился в прыжок, из предплечий — металлического и «мясного» — выпали небольшие ромбовидные фигурки. Грузила мономолекулярных плетей — одних из самых опасных образцов кибероружия, до какого только мог додуматься Шестой Мир. Хлысты развернулись на всю двухметровую длину ещё до того, как ноги Джейры коснулись пола. Не дав противникам опомнится, раннерша взмахом рук запустила еле заметные нити в воздух. Пасы, которыми она управляла своим оружием, больше походили на элементы причудливого танца. Подчинённые ему, плети двигались в пространстве заколдованными змеями и издавали едва слышимое гудение. Обвиваясь вокруг тел жертв, они без усилий резали броню, оружие, плоть и кости. В стороны, будто щепки, летели щедрые брызги крови и отрезанные куски обмундирования и плоти. Удовлетворившись эффектом, Джейра замедлила «танец» и перехватила хлысты. Зажатые между большими и указательными пальцами, смертоносные нити по велению своей хозяйки начали вертикально раскручиваться. Получившиеся «пилы» начали высекать из металлического покрытия пола искры, а из тел «Зета-Импов» — особо щедрые порции крови. Под окулярами «очков» глаза раннерши загорелись багровым пламенем, по имплантам начали бегать чёрные электрические разряды. Прыжок — и эльфийка закрутилась в горизонтальном пируэте. На несколько мгновений её фигура, крутясь вокруг своей оси, будто бы повисла в воздухе. Нити кибероружия, следуя за хозяйкой, также сменили положение — будто бы охранники «падали» на раскрученные лопасти вертолёта. Высекаемая из их тел кровь, казалось, сворачивалась вокруг терзаемых металюдей в коконы. Вместе с приземлением последовал финальный, сокрушающий удар моноплетями, разрезавший врагов практически надвое. Но агония доживавших свои последние секунды корпоратов на том не кончилась. Джейра взмахнула руками вверх, увлекая ввысь и импланты, и потоки магической энергии. Щелчок свернувшихся в кольца и вошедших в пазы плетей совпал с двумя воплями ужаса и мучений. Изрезанные тела ещё мгновение назад живых «Зета-Импов» оседали на пол бесформенными кусками мяса и разжиженных костей. Кровь же, вместе с почти осязаемыми душами, поднималась вверх, принимая форму чего-то, что миру было противно. Кровавые духи зависли в воздухе омерзительными пародиями на то, чем убитые были при жизни. Вывороченные астральные проекции мышц и костей, превращённые в неразборчивую мешанину «лица», длинные кристаллические когти — всё в этих существах вызывало отторжение, ужас, чувство неправильности. Повинуясь воле Джейры, уродливые существа с воем понеслись на стену из магического пламени и дыма. Не получив от адского огня по крайней мере видимого вреда, духи скрылись за созданным раннерами препятствием. Кровавое побоище, в которое превратился коридор, взял свою мзду с последнего остававшегося в живых корпоративщика. Вооружённый топором орк оказался под худшим из возможных впечатлений от увиденного. Это стоило ему оружия, баланса и драгоценных секунд. Скользящего по залитому различными органическими жидкостями бугая перехватил Декстер. Клинки-шпоры выдвинулись из его предплечий с тихим угрожающим шипением. Первый хук гнома пришёлся по левому вражескому колену, второй — по левому бедру. «Зета-Имп», казалось, и не заметил потерю половины одной ноги и почти сквозной раны от смертоносного лезвия на другой. Не давая врагу возможности отойти от шока, Декстер подпрыгнул и рывком подтянулся вверх на импланте. Провернувшись на лезвии и сконцентрировав в руках смесь из маны и Ци, он нанёс удар свободной рукой в солнечное сплетение орка. Следующая атака пришлась на плечевой пояс, затем — шея, челюсти и правый висок. Руки гнома, нанося удары, попеременно сменяли друг друга, каждый раз сотрясая тело противника и уродуя его внутренности шпорами. Завершилось «восхождение» — или, как знать, «взлёт» — мощным рывком вниз. Звук удара разбивающейся о пол орочьей главы вывел Джейру из секундного транса. Она оглядела поле боя — хотя иной назвал бы эту картину «кровавым болотом». Вся потасовка заняла… Сколько? Четверть минуты? Треть? «Мало. Удовлетворительно, пренебрежительно мало», — пронёсся в голове лидера отряда её собственный голос. Мысль, вместе с алой дымкой магического угара, покинула сознание как сдуваемая ветром палая листва. Как стираемая со стола лужица от пролитого спиртного. Эльфийка никогда не позволяла экстазу от использования магии крови задерживаться в голове. Он был приятным, обволакивающим и возбуждающим, возносящим выше любого из металюдей. Но это чувство отнюдь не было тем ингредиентом, который стоило хранить в своём нутре. Тем паче — мешать с адреналином в по-настоящему адский коктейль. Джейра знала хорошо, слишком хорошо, что могло случится, если дать этому пустить в душе корни. Проваливаться в разлом кровавого безумия у неё не было никакого желания. Не тогда, когда у неё есть её команда, есть Декстер — как бы глупо это не звучало. Магия крови была замечательным клинком с крохотным недостатком — отсутствием эфеса. Однако, магесса знала, как с ним обращаться, не калеча рук… и души. Умеренность, понимание и осторожность — как и с любым оружием, если подумать. — Ребят, вы же понимаете, что я не отлипну, пока вы меня не научите… — Эйнджел замялась, пытаясь подобрать слова. Её голос, звучащий по «Реле», пришёлся как раз кстати. Придавал ситуации форму, не давал провалиться. — Ну… Всему вот этому. — Прошу, не преувеличивай, — Джейра педантично поправила взбившиеся рукава плаща, осматривая товарищей. Залитые чужой кровью, разгорячённые и готовые снести любое препятствие на пути. Раннеры прямиком из ада, под стать ей самой. — Твои навыки в обращении с киберплетью достойны уважения по меньшей мере. — И всё равно в милях позади твоих, босс. Как бы там ни было… — ближайшая камера слежения моргнула светодиодами, реагируя на команды декерши. — У меня классные новости. Ближайшая точка соединения с внутренними узлами Матрицы комплекса прямо рядом с вами. Вон за той дверью, справа, — вместе с движением камеры, шэдоураннеры кинули взгляд на неприметную панель. Металлическую дверь выгодно вырывали из общего антуража свежие пятна крови и сползающий вниз кусок эльфийской кишки. — Премного, лапушка! Дай мне минуту… — Декстер, стряхнув с руки содержимое орочьей черепной коробки, припустил к двери. Лёгкий нажим — и та без особого труда отъехала в сторону. — И да, Джей, Аид… — В моём распоряжении и моих обязанностях. Отбрось беспокойство, всё будет хорошо, — Джейра ободряюще кивнула скрывающемуся в боковом помещении гному. Синхронный стук клавиш на ригг-панелях — и вот, массивный дрон уже перешёл под её контроль. Эльфийка осторожно повела головой из стороны в сторону. Пусть она и помогала Дексу в постройке механоида, но откалиброван дрон был всё же под нервную систему главного декера отряда. «Влезать» в настолько чужую систему — всегда как надевать перчатку, сшитую на заказ для кого-то другого. Неудобство от такого процесса могло существенно разниться — от «лёгкого» до жуткой биотдачи. Однако, долгие часы тренировок под надзором Декстера принесли свои плоды. Калибровка для Джейры оказалось почти незаметной и можно было с уверенностью ожидать полного послушания от «Аида». Как и сейчас, на команды эльфийки дрон ответил сменой циркулярных пил на пулемёты. Остальные раннеры поспешили последовать его примеру — деактивировали кибероружие и взяли огнестрел на изготовку. Мокси, ехидно оскалившись, дёрнула два фетиша из тех, что висели на её поясе — аляповатые фигурки из птичьих костей и проволоки, напоминавших грифонов. Будто оживлённые полученной от шаманки магической энергией, предметы засветились и затрещали, выпуская духов наружу. Пара больших созданий из камня и голубоватой слизистой субстанции действительно смахивали на шестикрылых грифонов — так, как их могли бы изобразить фанатики из Ацтехнолоджи или, пожалуй, древние шумерские ремесленники. Призванные духи, всё равно что зевая, утробно прокрехтели и, вскинув крылья, по велению Мокси двинулись вслед за главным декером команды. Более чем достаточная защита, пока он будет в киберпространстве. Кинув последний взгляд на Декстера и на всаживающего топор в крепежи на спине Болдера, Джейра сняла «Альфу» с предохранителя. Сквозь неутихающее магическое пламя и только начинающую рассеиваться дымовую завесу, шэдоураннеры открыли огонь по оставшимся охранникам. Из штурмовой винтовки, пистолета-пулемёта, шестиствольника и парных пулемётов на корпоративных работников пролился настоящий свинцовый ад. Пленных Сильверхэнд брать не планировали.