Я назову тебя Рождеством!

В камине догорали поленья. Огонь уже почти завершил свой причудливый танец и теперь, как настоящий артист, готовился раскланяться под заслуженные аплодисменты и удалиться со сцены - погаснуть. День тоже догорал, по-зимнему холодно и по-зимнему неярко. И все-таки было в этом дне что-то особенное, мистическое. Ведь это был канун Рождества. Мир, после появления на свет Христа, в вихре исторических событий сильно изменил свой облик. Ныне отторгаются те традиции, что когда-то чтили наши предшественники. Теперь Рождество стало всего лишь продолжением новогоднего пиршества. И лишь единицы воспринимают этот светлый праздник правильно. Но речь сейчас не о том, совсем не о том, ведь еще совсем немного, и произойдет рождественское чудо, как раз в том самом доме, где сейчас догорает огонь в камине. По крайней мере, два обитателя этого дома даже не догадывались, что чудо, пусть и совсем маленькое, но все же произойдет. На втором этаже, в доме с камином, измученные детские глаза устало глядели в потолок, на нарисованные облака, которые порой принимали причудливые образы лошадок с крыльями. «Вот бы на лошадке покататься», - пронеслась шальная мысль в голове Аннушки. По правде говоря, у Аннушки уже давно была мечта: проснуться утром, и быстро-быстро, вприпрыжку сбежать вниз по лестнице, громко топая босыми ногами, выглянуть в окошко, а там - Ба! Что за диво! Во дворе стоит лошадь. И Аннушка знает, что эта лошадь только ее, и только для нее, и более ни для кого. Но, к большому сожалению, Аннушка даже при огромном желании не смогла бы быстро-быстро бегать и топать по лестнице... Каждый день, по часам, к ней приходит доктор в белом накрахмаленном халате, с круглыми очечками и большим саквояжем. Он очень аккуратно осматривает Аннушку, улыбается ей, а когда у него хорошее настроение - рассказывает чудесные истории про лошадок. Но все заканчивается, когда доктор выходит из детской комнаты. Он знает, что в этой семье ему не рады. Доктор в этой семье вестник недобрых вестей. Обычно, после его ухода, мама Аннушки начинает плакать, а отец всеми силами пытается утешить измученную болезнью дочери супругу. И только Аннушка в это время лежит в кровати и наблюдает за облаками-лошадками, призывно зовущими ее в свой волшебный мир. Загадкой, пожалуй, оставалось только одно: откуда у Аннушки такая бешеная, доходящая до фанатизма страсть к лошадям. Вживую Аннушка их никогда не видела, но порой, когда у нее появлялись силы, она вставала со своей кровати, выходила на середину комнаты, закрывала глаза и представляла, что гладит лошадь. Хлопает ее по шее, ласково треплет, поглаживает гриву. Как только Аннушка открывала глаза - воображаемая лошадка исчезала, как будто не было ее и вовсе, а Аннушка понуро шла к своей кровати. «Вот бы на лошадке покататься, - вновь подумала Аннушка. - «Ну, хоть разок покататься». Устало закрыв глаза, Аннушка погрузилась в беспокойный сон, который никогда не приносил ей облегчения. В небе рождались звезды. Крупный пушистый снег закружился в вальсе, плавно опускаясь на землю. Вот оно, Рождество! Его свет не виден, но любой человек с открытой душой может почувствовать его ласковое сияние. У потухшего камина сидели мама и папа Аннушки. Каждый из них думал о своем. Мысли прощания, невыносимая тоска по тем временам, когда Аннушка чувствовала себя хорошо. Как самый обычный ребенок. Когда эти мысли стали просто невыносимыми, отец Аннушки встал и направился в коридор. Там он торопливо надел куртку, ботинки, и пошел прочь из дома, который превратился в ад для его обитателей. На улице холод сразу же вцепился в свою одинокую жертву. Но, на удивление, ему стало легче. Застегнув куртку, папа Аннушки побрел в никуда, во власти своих, только ему понятных мыслей. На этом пути в никуда времени не существовало, существовали только зима, снег, который падал и падал с неба, и звезды, такие холодные и такие далекие, они жили своей бесконечной жизнью, порой игриво подмигивая одиноким путникам, отправлявшимся в ночь. Очнулся отец девочки только на пустыре. В недоумении он потер глаза. В голове закружились растерянные мысли. «Это я так далеко забрел? Казалось, прошла всего пара минут... А впрочем, какая разница, где я, если это все равно не может помочь моей дочери?» - на человека, оказавшегося один на один с зимой, ночью и беспросветной бедой, навалилось отчаяние, сменившееся глухой злобой. Он поднял голову к небесам и, что есть мочи, разрывая тишину на мелкие осколки, закричал: - Слышишь, Бог! Ну, где же ты! Где же ты со своим праздником?! Тебя нет! Ты - лгун! - в бессилии, Аннушкин папа упал на колени. На глазах выступили слезы. Сейчас ему казалось, что Господь покинул его посреди зимы. - Тебя нет!- уже шепотом повторил он. - Нет, и никогда не было. Мы одни в этом мире. Пока папа Аннушки стоял на коленях на пустыре, в доме с камином Аннушка открыла глаза. По потолку бежали все те же нарисованные лошадки, которые так будоражили детское сознание. На лице у Аннушки появилась слабенькая улыбка. -Сегодня же Рождество! - прошептала она.- Это значит, можно загадать желание, и оно обязательно сбудется! Маленькая Аннушка даже не предполагала, что свое самое заветное желание она уже загадала. Пока Аннушка, зажмурившись, загадывала свое желание, ее мама накинула на плечи пальто и выбежала на улицу искать папу. Время уже позднее, и хоть нет праздничного настроения, но праздничный стол все же имеется. Мама Аннушки замерла на месте, как вкопанная. Долго папу искать не пришлось - он успешно нашелся сам, а главное, он нашел то, что сейчас, в данный момент, в сию секунду надвигалось на маму. Лошадь! Огромная белая лошадь! Но и это было не все. Рядом с огромной лошадью трусцой бежал черный, как смоль, жеребенок. И уж очень хорош был этот малыш. Ровненькие ножки, длинная шея, большие, нет, не большие, огромные глазищи. Было не трудно предположить, что белая лошадь была мамой жеребенка. На кобыле была всадница, с румянцем и легкой улыбкой на лице. Лошадь, взявшаяся из ниоткуда. Не это ли самое настоящее Рождественское чудо? А на самом деле, этому удивительному появлению предшествовало вот что. Поднявшись с колен, Аннушкин папа решил отправиться домой и все же встретить Рождество с семьей. Ему было тяжело, но во имя дочери он обязан был всегда улыбаться. Это у него получалось неплохо, тем более, что для любимой девочки был приготовлен подарок. Подарок не пришлось даже прятать. Аннушка все равно практически не спускалась на первый этаж самостоятельно. В красочной коробке, перевязанной алым бантом, лежала лошадка. Красивый черный конь, изящный и благородный, станет украшением коллекции, которая стоит на полках у Аннушки. Как только ее папа увидел этого коня в магазине, он, не задумываясь, купил его, знал прекрасно, что дочка будет в восторге, на какое-то время отвлечется от своей болезни и превратится в обычного ребенка, который жить не может без красивых игрушек. И вот сейчас папа Аннушки заторопился домой, предвкушая момент вручения подарка. Сделав несколько шагов, мужчина застыл, руки его затряслись. Вдали, словно из ниоткуда, появился силуэт лошади, быстро приближавшейся к нему. На ней сидела розовощекая всадница, а рядом с большой лошадью бежал маленький жеребенок. В голове сразу родился безумный план. «Я должен привести этих лошадей к нам!» -судорожно запульсировала в висках мысль. - Здравствуйте!- немного охрипшим от волнения голосом произнес мужчина. - Добрый вечер!- улыбнулась в ответ розовощекая девушка. - Сколько стоит покататься на вашей лошади? - Нисколько, я не катаю. Сердце Аннушкиного папы оборвалось. Неужели мечта дочери никогда не осуществится? - Но это не мне кататься, а моей маленькой дочери! Пожалуйста, я вас очень прошу! Хотите на колени встану? - голос мужчины окреп, сделался настойчивым. - Моя маленькая дочка очень больна, ее болезнь неизлечима, и все, о чем она мечтает долгие годы - это очутиться на спине у коня! - и пока отец объяснял все это незнакомке, жеребенок, очень любопытный, подошел совсем близко к человеку и лизнул его руку. - Похоже, вы ему понравились, - улыбнулась девушка. - Дело серьезное! В Рождество должны исполняться мечты. Ведите нас к вашему дому. И вот сейчас, вся эта процессия смотрела на маму Аннушки, а мама Аннушки смотрела на них. - Света! - закричал отец - Быстрее, беги, одевай Аннушку, мы ее катать будем! Не разбирая дороги, с бешено колотящимся сердцем, ничего ровным счетом не понимая, женщина помчалась в дом. Оглянулась по сторонам, схватила детский комбинезон и валенки и побежала наверх, в комнату к своей дочери. Забежав в комнату, она увидела такую картину: Аннушка лежит на кровати с крепко зажмуренными глазами и что-то бормочет. - Аннушка! - окликнула ее мама - Тебе плохо? - взволнованно спросила она. - Нет, - открыв глаза, отозвалась Аннушка. - Я загадываю желание. Не теряя времени, быстро одевшись, мама взяла Аннушку на руки, а дальше все было прямо как в мечтах ребенка. Мама быстро-быстро, топая ногами, спускалась вместе с ней по лестнице. Когда последняя ступенька была пройдена, женщина встала отдышаться у окна. А за окном, на заснеженном дворе - Ба! Что за диво! Лошадь, да еще и не одна! - Получилось,- прошептала Аннушка, - Сбылось! Наступил тот самый сказочный момент, которого так долго ждала маленькая девочка. Те лошадки, что раньше обитали только в мечтах Аннушки, вдруг ожили, по велению Рождества. Они большие, стоят и нетерпеливо пофыркивают, ожидая, когда же, наконец, их маленькая всадница займет свое место. Очень осторожно папа взял Аннушку из рук матери и посадил на белоснежную лошадь. Девочка рассмеялась в восторге. Такого заливистого смеха ее родители еще никогда не слышали. Она хохотала, и уже не шепотом, а в полный голос, оповещая весь мир, что желание ее, самое сокровенное, наконец-то сбылось. - Сбылось! - захлебываясь восторженным смехом, все выкрикивала и выкрикивала Аннушка - Оно сбылось! Белая лошадь покорно катала ребенка по маленькому кругу. Глаза у лошади большие, грустные, в них вся тоска мира. Интересно, о чем она думает, везя Аннушку на своей спине? Догадывается ли, что осуществила самую сокровенную мечту? Думаю, да. Эти глаза знают все. Им ведома радость, ведома боль, ведомы встречи и разлуки. Даже сейчас, бредя по кругу, лошадь знает, что идет она не напрасно. На спине ее находится ценный груз. Он очень легок, но в то же время тяжел. Это такой крест лошадиный, они невольно становятся чьей-то радостью. И нет в них ни злобы, ни зависти. Есть только ценная ноша, и нести ее надо столько, сколько возможно. Когда Аннушка вдоволь накаталась, крепкие руки отца бережно сняли ее с лошади. И тут внимание девочки привлек жеребенок, который все это время робко переминался с ноги на ногу в сторонке. - Как его звать? - любопытно сверкнул глазами ребенок. - Мы еще не придумали, - растерянно призналась девушка. - Может быть, ты хочешь придумать ему имя? Глаза Аннушки засверкали еще сильнее. Сейчас в них загорались искорки гордости и чувство собственной значимости. Ей очень хотелось придумать имя. - Только очень хорошо подумай, - поддержала малышку мама. Аннушка ненадолго зажмурилась, а потом: - Я назову тебя Рождеством! Повисла недолгая пауза, а затем Аннушка, уже совсем уверенно, повторила: - Я назову тебя Рождеством! - Отличное имя, - очнулась от изумления хозяйка лошадей. - Сегодня же Рождество. Пусть так и будет. Аннушка дотронулась до мордочки подошедшего к ней жеребенка. Теплый жеребячий нос на ощупь оказался как бархат. Аннушке это очень понравилось. - Пока, Рождество! - улыбнулась девочка. Мама отнесла ребенка в дом, а отец судорожно начал доставать из кармана цветные купюры. - Сколько я должен вам? - тараторил он. - Скажите, сколько? - Ничего не надо, - остановила его девушка, садясь на белую кобылу. - С Рождеством вас! - И вас с Рождеством! - кивая на жеребенка, улыбнулся Аннушкин папа. - Мы будем вечно вам благодарны. Проводив лошадей и их хозяйку, заботливый отец поспешил в дом, чтобы вручить своей любимой дочке еще один подарок. Конечно, этот подарок никоим образом не смог бы конкурировать с первым подарком, но порадовать должен был в любом случае. Аннушка начала осторожно открывать подарок. Она медленно-медленно развязала алую ленту и так же медленно подняла крышку коробки. На ее лице, в который раз за этот волшебный день, заиграла улыбка. - Мама, папа, смотрите, это же наш Рождество! - Действительно похож, - подметила мама. - Вылитый, - подтвердил папа. Долго разглядывая игрушечную лошадку, подмечая все ее тонкости и нюансы, Аннушка, наконец, поставила подарок на полку рядом с кроватью. - Я буду спать, а Рождество будет меня охранять! - серьезно заявила она. - Конечно будет, милая,- целуя девочку в щечку, сказала мама. - Мы верим в него. Так, в Рождественскую ночь, сбылась мечта, наивная и детская, но настолько сильная, что ни гневные крики папы с отрицанием Бога, ни суровые обстоятельства, не смогли помешать ее исполнению. Белая лошадь и черный, как смоль, жеребенок неспешно направлялись домой. Многим покажется, что этот рассказ и не о лошадях вовсе, но на самом деле это совершенно не так. Мой короткий рассказ о том, что лошадь может сделать с человеком. Может утешить, может дать надежду. Я бы хотела описать лошадь одним словом, но даже тысячи слов не передадут всей ее сути. Понять ее может каждый, просто протянув руку к конской морде. Дотронуться до лошади и понять все ее тайны - то же самое, что прикоснуться к таинствам Рождества.