Playing Madness

— Николь! — взорвалась криком сестричка, и я для пущей убедительности, потерла ухо, демонстрируя ей — вот как ты орешь, я же глухая буду, — что это?! — Волосы, — пожала плечами, но сестра не оценила юмора, лишь сжала руки на волосах, и явно мысленно себя успокаивало, ибо мне казалось еще мгновение и она сорвет с меня скальп. — Почему они красные?! Поразительный вопрос. — Наверное, потому что они в краске, — медленно подвела итог, сидя на кресле, лениво перебирая в руках прядку красненьких волос, пока сестра металась вокруг с дикими огнями в глазах. — А почему они в краске? — и такой нервный голос, что я едва сдерживаю усмешку. — Потому что я их покрасила, и заметь не всю голову, а лишь концы… по-моему мне идет. — Я тебя на лысо побрею, это тебе точно пойдет! — снова выкрикивает сестра и отпускает волосы, и выдыхая садиться на стол, напротив меня, глядя в глаза, — зачем? — Ну-у-у-у… — протянула, убирая волосы за спину от греха подальше, — в современном обществе принято выражать себя через внешность, внутренний мир — это устарело, да… примерно так бы я хотела сказать, но нет. Мне просто нравиться и плевать, на все плевать, ага, — и для убедительности кивнула под конец. У Василисы сейчас через уши пойдет пар, зато хоть на чем-то вскипятим чайник, а то старый совсем сломался, об стенку так сломался, красиво летел, жаль я заснять не успела. Сестра вообще довольно эмоциональная особа, тогда, как я совершенно спокойна. Даже сейчас. — Иди за ножницами, — требует сестра, и я киваю головой, но вставать не планирую, она еще чуть-чуть порет, успокоиться, и будет подметать осколки с пола, чашка случайно пострадала от ее руки, совершенно случайно. — Вась, да расслабься, неделя и тоник сойдет… — И будут волосы не красные, а синие! — возмутилась сестра, напоминая, что мои волосы уже не первый раз страдают от моей головы. — Зеленые, — поправила и сестра непонятливо нахмурилась, — синие уже были, будут зеленые. — Ты еще и смеешься! Я бы хотела сказать, что мне совсем не смешно, мне грустно, что сестра не может понять, что в этом нет ничего плохого, я же не иду в таком виде позорить ее в офис, тем более я не понимаю, что в этом такого позорного. Видимо, я настолько тупа. Ну да ладно. — Так ладно, — сокрушительно выдала сестра, — сегодня идти в парикмахерскую поздно, — я кивнула на ее слова, кидая взгляд на часы, уже было восемь вечера, и сестре пора бы поесть, но заметив мой «сюрпрайз» в виде цветастого волоса, меня за эти самые волосы потащили на лекцию, — сходим завтра. Я снова кивнула, зная, что утром она опять порет, но уйдет на работу и не станет меня трогать. — Вась… я тортик купила, твой любимый… — намек не сработал, сестра волком на меня взглянула и я заткнулась. — Ведь взрослая вроде девка, — пожурила сестренка и я закатила глаза. — Тебе двадцать шесть, а ведешь себя так, словно сорок, прими тот факт, что ты молода и не обязательно вести себя как мамочка никто не виноват, что папаша решил кинуть нас, стоило узнать, что мне стукнуло восемнадцать. Жили как-то до этого, и сейчас проживем… — Проживет она, — покачала головой сестра, — ты даже не хочешь что-то делать, почему ты не можешь как все, учиться, стремиться чему-то, ты же вставляешь в уши свои наушники, и идешь куда подальше от дома, я устала тебя искать весь день, зная что ты прогуливаешь, твои странные подруги… — Ну, — пожала плечами, не зная, что ответить, — я же хорошая. Просто немного гуляю…, а вообще как насчет клуба? — прикусила губу, понимая, что вопрос был вообще не вовремя. — Чего?! Ну все, новый взрыв эмоций, и я убираю свой телефончик от греха подальше, а то почтит его участь чайника. — А я то что?.. меня пригласили, — и стараюсь улыбнуться, а Василиса злиться, сильно, — у меня даже пропуск есть, мне парень его дал, типа приходи посмотришь. — И ты побежишь нему?! Ночью?! — Кто сказал? — хмыкнула, — пропуск есть, а парень дал его еще три дня назад, так что… — Думаешь он там сидит и ждет тебя?! — снова выкрикивает сестра, и я закатываю глаза, почему нельзя меня дослушать. — Кто сказал? Блин, Огнева, плевать на парня, у меня есть проход в один из закрытых клубов города, это плюс. — Опять парни! Николь, что я тебе говорила, это какой по счету?! Я усердно выдыхаю злобу, она переспала с парнем в свои едва шестнадцать, и теперь лечит мне мозг. Серьезно? В чем прикол становиться старухой ради меня? — Первый за три месяца, и то он не считается, — развела руками в воздухе, мол у нее нет шансов на меня наехать. — А кто до этого был, — язвительно напомнила сестра, хмуро сдвигая брови. — Подумаешь, он был придуроком, тем более ничего не было… — Ты едва с ним не переспала! — Едва, — тихим шепотом напомнила я, — едва… — Если я не пришла. Все бы у вас было, вы полуголые целовались на моей кровати, моей! Я снова закатила глаза, в который раз уже? А? мне восемнадцать и я хочу гулять, отрываться и жить на полную, а не как моя сестра сидеть в коробке офиса и волноваться за какие-то бумажки, я могу жить самостоятельно ей не обязательно меня опекать. — Так что? — спросила я с намеком глядя на дверь на кухню, где и был тортик. — Идем, — пробурчала сестра, — и никаких клубов! — пригрозила, — разберись с лекциями. Я вздохнула и согласилась, прикусив пирсинг в губе, дабы сдержать улыбку. Сестра покачала головой и поманила за собой на кухню. Эх, как мамаша блин…