Playing Madness

— Первым представителем правителей в роду Романовых был… — монотонно бубнила я, стоя у кухонного стола, неуклюже облокотившись холодный край раковины, попивая из стакана купленное пиво. Мерзкая жижа со странным вкусом клубники. Похуже чем намешанная дрянь на вписках у Рознева. Сестра должна была скоро вернуться, а я ведь девочка послушная, я учила историю, по которой через пару месяцев должен был быть экзамен. Будь проклята экзаменационная сессия. Покручивая в губе шатнгочку пирсинга, я изучала взглядом переписанный у подруги конспект. Может на обум галочки расставить в тесте? В школе же прокатывало. Щелкнула дверь, и моментально вылила в раковину пиво из стакана, и промыла рот под водой, как и стакан. Запах был зажеван жвачкой и забрызган освежителем. Сестра вечно ругается, что я перевожу баллон, я вру говоря, что мне так нравится, а она морщится и твердит, что это воняет. Пусть лучше для нее будет вонять освежителем, чем она схватится за сердце и ремень, мне ее даже жаль, какая-то безумная сестричка ей досталась. — Привет! — кричу, когда она заходит в гостиную и я вижу ее силуэт. — Ненавижу! — выкрикивает она и я удивленно смотрю на это: учуяла запах, или узнала? Но как? — Вась, что случилось? — осторожно интересуюсь, прижимаясь задницей к столу, кто знает, вдруг реально решит ремнем меня наказать. — Ненавижу! Ненавижу этих придурков! О, это не мне. Это уже расслабляет, видимо на работе опять проблем. Точнее ее проблемы сводятся к тому, что ее начальник полная сволочь, в которого даже я когда-то была влюблена, но мне было шестнадцать, и я начиталась романов, так что я через неделю на это забила. — О, поверь я тоже, — неуверенно поддержала сестру, но что я еще могла сказать, — учти судимость нам в семье не нужна, так что сделай все осторожно. Сестра хмыкнула не оценив юмора, или же уже задумывалась об этом. Это к слову еще страшнее. — И что опять случилось? — поинтересовалась я у сестры, открывая холодильник и наливая ей в стакан холодненькой воды, но глядя на сестру, хотелось влить бренди, желательно прямо в нее. — Он не выносим! Если я женщина это не значит, что я тупа! Между прочим, у нас в стране равноправие еще с прошлого столетия! — поделилась исторической справкой сестра и медленно кивнула, подтверждая ее слова и подала ей стакан. — Подстригись под полубокс, и он сразу увидит в тебе не девушку, а равного противника. Сестра не оценила мой тонкий юмор. — В лезбиянки я не записывалась! — пробурчала та и разом осушила стакан, я хмыкнула, ну да, сестричка по приличнее меня будет, только я могу полупьяная целоваться с подругой. Я поджала губы соглашаясь с ней. — Учишь? — поинтересовалась сестра, глядя на конспект, не скажу, что ее это интересовало, просто ей видимо надоело пить воду в тишине. — Виски? — спросила ее, безнадежно рассматривая ее дикий вид, — нет так — нет, — расценив ее недовольный взгляд, обезоруживающе подняла руки вверх, — у меня будет презентация проекта в конце месяца, я собрала достаточно учебных часов на следующий год. То ли похвасталась, то ли выразила свое мнение. Теперь молча кивнула сестра. — Мне нужна будет библиотека… — как бы намекнула я, что могу пару дней не приходить домой ночью, или же очень поздно, сестра снова отстраненно кивнула, она отрешенно посмотрела на меня, и так же кивнула. Похоже мне придется напомнить об этом еще пару раз. На деле никакая библиотека мне не нужна была. Мне хватало конспектов и лекций, братство в стритбола собирало вписку на днях, и девчонки позвали и меня, я то уж точно не могу пропустить такое яркое событие как вечеринка. Глава снова накурится травки и будет загонять про мир во всем мире, а кто-то из моих переберет и будет блевать в ванной. — Вась… так может, — осторожно начала я, но сестра фыркнула и отмахнулась рукой, мол, знает, что я сейчас скажу. — В кампус не переедешь, тогда ты совсем забросишь учебы, и кто знает, что будешь творить. Я закатила глаза. Я могу быть самостоятельной, у меня есть голова на плечах! Серьезно! Чего она придолбалась, со своей самостоятельностью, я всего лишь перееду в студгородок, и все! — У нас есть, что выпить? — после минуты молчания интересуется сестра. И я думаю, сказать ей, о том, что у меня в комнате стоит пиво или лучше остаться в живых. — После последней твоей ссоры с этим козлом у нас ничего не осталось… и что на этот раз? — напомнила я, о том как и когда пострадал наш новый чайник, и я явно не хочу чтобы страдал и этот. — Я сделала весь отчет! Я! А он… он просто выгнал меня из конференц-зала, сказав, что девушка! — Мать вашу девушкам! — Там не место! Нормально? Да он без меня и слова не скажет, потому что даже не читал отчет. то-то я не знаю, они там пить будут и смеяться, а отчет им до задницы! Дерьмо… Мечта сестры — карьера, высокое звание, и мысль, о том что больше не надо будет экономить, считать каждую копеечку, и доказать отцу, что она не так слаба и глупа как он считает. Упрямая и гордая сестричка ненавидит свою работу. Точнее начальник, та тварь действительно многих достает, но больше всего получает моя сестричка. — О, как знакомо, — театрально вздохнула я, прикладывая руку к сердцу, точнее к тому место где по теории должно быть сердце, — великий и ужасный Жаб, держит своих наложниц на цепи, и подавляет их волю… какой рассказ, какая драма… это должно начаться так: в далекой-далекой галактике… — прогундосила я. Василиса с улыбкой закатила глаза, и послал меня к черту со своими шутками, — черт обиделся, расстроился, и испугался. — Хочу напиться, — неожиданно, но ожидаемо выдала сестричка, и я фыркнула. — А как насчет меня… — Тебе восемнадцать, а не двадцать шесть, так что… все равно пить нечего? — я покачала головой на ее вопрос, — эх, ладно, идем в твой крутой клуб, куда у тебя есть проход. Я сначала удивилась, потом подумала, что это пиво так действует, а затем осторожно, очень осторожно согласилась, кто знает. Что за тараканы у сестры в голове устроили дебош. — Идем, — усмехнулась я, на зверскую улыбку сестрички, эх доводят же людей.