Она - Его дитя

***

В комнате, наполненной запахом страсти и похоти, находились двое. Это была парочка возлюбленных, которые решили наконец-то уединиться вместе и отдохнуть приятным для обоих способом — сексом. Находиться в разных враждующих друг с другом деревнях было сложно, но, если не хочешь стать ниндзя отступником, лучше жить с этими трудностями. Девушка имела сиреневые волосы и глаза черные, словно сама ночь. Прямой, слегка вздернутый, нос, слегка пухлые губы, которые в данный момент были красными от частых поцелуев и все искусаны. Ее фигура была грациозная и подтянутая, как-никак она — воин, но и формами, привлекающими мужчин, она не была обделена. Облокотившись спиной о стену, особа закурила. Да, у каждого есть свои вредные привычки, и вообще, почему бы после хорошего секса не покурить? — Нара, ты точно решила посвятить всю себя их Богу? — взволновано спросил свою возлюбленную парень со шрамом, пересекающим почти все лицо. Он много слышал о религии Джашинкьё, поэтому не хотел, чтобы в этом была замешана его любовь. Мужчина выглядел полной противоположностью девушки. В нем не было грации, лишь грубая сила. Все его тело было покрыто большим количеством шрамов и ожогов, от разных огненных техник. Его волосы имели оттенок пепла, а глаза были цвета неба. Когда-то он был красив не только телом, но и лицом, однако сейчас его портил безобразный шрам, полученный в сражении с каким-то ниндзя. — Милый, став жрецом их Божка, я получу великую силу, ты это понимаешь?! — сверкнув на него недовольным взглядом снова начала эта девушка. Ее уже начинали бесить его глупые вопросы. Как он не может понять, что девушке нужна великая мощь, чтобы наконец-то… Да, именно так. Она лишь играла с парнем, чтобы он ее защищал. Ведь сама по себе девушка была слаба, а со слабыми шиноби в ее деревне могли сделать все что угодно… Фыркнув, Нара легла на подушку и, придвинувшись к парню, уснула.

***

В темном помещении раздался безумный смех. — Скоро все станет так, как этого хочу я, — мурлыкал брюнет, рассматривая душу будущей подопечной. — Да, ее память стерта о прежнем мире, но вот то, что касается моего мира… — и снова смех, ведь его брат просчитался, считая, что она будет словно новорожденный ребенок. Усмешка с губ так и не исчезла, но он на нее уже не обращал внимание, выпуская наружу маленького светлячка. Да, души умерших выглядят как светлячки, чем ярче свет — тем чище душа. Маленькая душа, ярко сверкнув, пыталась найти способ вырваться из темноты помещения, но тщетно… Чем больше она пыталась, тем больше окутывала ее противоположная стихия, медленно пробираясь в глубь этого существа. Разместившись на своем троне, Бог стал ждать, когда тьма полностью ее поглотит, изменив содержимое души. Через несколько минут ничего больше не выделялось здесь, зрению представала только темнота. Оскалившись, мужчина хлопнул в ладоши, и зажглись факела, которые были единственным источником света. Перед тронам лежала девочка, сущий ребенок, но так лучше. Ведь полное изменение взрослые пережить не смогут, а вот дитя, что еще полностью не сформировалось, вполне возможно… Облизнув вмиг пересохшие губы, Джашин поднялся со всего места и направился к бессознательной девочке. Ее каштановые волосы закрывали лицо, что очень огорчало Кровавого, ведь любопытство есть даже у него. Присев на корточки, Бог осторожно убрал их с ее лица, рассматривая открывшийся вид. Совсем непримечательная девочка, внешность вполне часто встречающаяся, милая, маленький носик, приоткрытые розовые губы, и недлинные, но густые ресницы. Трудно только ей придется первое время на тренировках, тело-то неспортивное, хрупкое и изящное. Ну, раз решил, то нельзя бросать все, даже не начав. Вздохнув, мужчина оставил особу и отправился в подвальные помещения, где обычно проводил опыты на жертвах, принесенные ему жрецами при ритуале. Она не может быстро очнуться.

***

POV Анна

Приходить в себя было сложно, все тело болело, но надо было узнать, где я… Через силу, я, все же, заставила себя открыть глаза, получилось только по прошествии третей попытки. Поморщившись, я осмотрелась, в этом месте было темно, а тусклый свет не давал хорошего обзора. В моей многострадальной голове была звенящая пустота и обрывки воспоминаний про какого-то блондина. — Где я? — хрипло спросила я, удивляясь своему голосу. Над головой послышался смешок, я вздрогнула и посмотрела на это существо. Им оказался мужчина с темными волосами. Глаза у него были толи серыми, толи белыми, рассмотреть его было легко, ведь в своей руке он держал зажженный факел. Короткие волосы находились в беспорядке, словно он только-только проснулся. Левая бровь была проколота тремя сережками, вторая же была рассечена шрамом. Тонкие губы тоже были проколоты, но на этот раз одной серьгой. Пока я рассматривала его, он рассматривал меня. Неизвестный, облизнув губы, склонил голову к плечу, а мне удалось увидеть гвоздик в его языке. Заметив направленный на его рот взгляд, мужчина хмыкнул и, развернувшись, направился прочь от меня. Я же, не зная, что делать, вскочила и побежала за ним, еле успевая за его широкими шагами. Заговорить с ним было страшно, но необходимо, поэтому вздохнув побольше воздуха, я начала: — Послушайте… — мужчина резко остановился и, слегка повернув ко мне голову, прожег недовольным взглядом. — Я не давал тебе разрешения говорить, — прошипел он и продолжил свой путь. Я же стояла и смотрела ему в спину. Это что получается… без его одобрения я вообще ничего не могу сделать? Это меня разозлило, но я решила все же потерпеть, ведь чувство самосохранения вопило о том, чтобы не брыкалась, являя на свет свой характер. Пришлось продолжить идти за ним и сверлить взглядом его спину. Рано или поздно ему это надоест… я уверена.

***

В тишине с этим мужланом мы проводим уже почти 4 часа… Чем мы все это время занимались? Ничем, просто смотрели друг на друга в более освещенном помещении. Он явно о чем-то задумался, а мне было откровенно скучно… — Твое имя — Джаши, я же — Джашин, — нарушил такую привычную тишину этот неизвестный, из-за чего я вздрогнула. — Джаши? — выгнув бровь, переспросила я, имя резало слух, будто оно и вовсе не мое. Мужчина кивнул, снова о чем-то задумавшись, а я зависла на «Джашин», это имя казалось безумно знакомым… — Отныне, ты — моя ученица, тебе понятно? — я и заметить не успела, как он оказался возле меня. Схватив меня за подбородок, он заставил меня посмотреть на себя. На его лице была растянута хищная улыбка, мне стало страшно. Он ведь явно задумал что-то нехорошее. Вскоре я поняла, что именно… Он тренировал меня физически, гоняя по всему залу, где я очнулась. Обязал обучаться, использовать любое холодное оружие. Мне казалось, что я попала к садисту, ведь он даже не давал мне время на передышку, заставляя учиться, учиться и еще раз учиться. Ночью же я могла делать что угодно, но только пока… Так он сказал. Поэтому я все чаще рылась в оставшейся памяти, все время, морщась от боли в мышцах. Это копание принесло плоды, я стала понимать, каким оружием он учит управлять, но вот с чем связано его имя так и не могла вспомнить. Проснувшись, я привела себя в порядок и, еле волоча ноги, отправилась в главный зал на тренировки. Желания учиться вообще не было, но Джашин не потерпит такого отношения, поэтому, затолкав свое недовольство подальше, я продолжала идти, пока не услышала странный звук из одного прохода. Там обычно скрывался мужчина после наших тренировок, он строго-настрого запретил мне туда входить, но бли-ин… Это глупое любопытство я никогда не могла пересилить. Подкравшись к коридору, я воровато оглянулась и прошмыгнула в проход, чуть не упав с лестницы. Схватившись за перила, я молила всех о том, чтобы здесь не оказалось моего учителя. Я стала медленно спускаться, ведь света у меня-то нет. Время на спуск пришлось потратить достаточно, лестница казалась бесконечной, но то что там предстало предо мной было ужасным…