Дороже золота

- Том…Том, просыпайтесь, - Ивонн стояла у подножья кровати, упершись руками в бока, и смотрела на мирно спящих ребят. - Том, вставай, слышишь? Я обещала вас разбудить, уже утро, - женщина посмотрела на затылок Тома, уткнувшегося лицом между подушек, и перевела взгляд на Билла, закинувшего ногу на парня и точно так же не реагирующего на внешние раздражители. - Билл, доброе утро! При этих словах Билл заворочался, перевернулся на другой бок, и случайно пнул коленями по ребрам Тома, отчего тот тяжко вздохнул, отодвинулся подальше и вполне ожидаемо поудобнее подсунул подушку под щеку в надежде продолжить сладкий сон, который так нагло пытаются у него отобрать. - Том, просыпайтесь, иначе я позову папу. Ты знаешь, как он будит, - угрожающим тоном предупредила Ивонн и вышла из комнаты. От ощущения полной безысходности Трюмпер раздраженно хлопнул рукой по спинке кровати, отчего сонный Билл вздрогнул и уставился на него чуть опухшими ото сна глазами. - Просыпайся, - парень сел на край кровати, положив голову на подставленные ладони. Сон на своей привычной, невероятно удобной постели в родительском доме оказался довольно крепким и настойчивым, наотрез отказываясь отпускать Тома из своих нежных объятий. - Не спи, Билл, - тихо, будто для себя пробормотал он, продолжая сидеть с закрытыми глазами как лунатик. - У нас есть пять минуточек? Всего пять минут…- мальчик жалобно взглянул на Тома, чуть приподняв голову с подушки, но тот в первую очередь обратил внимание не на вопрос, а на необычную сиплость в голосе Билла, пусть даже еще не разговорившегося ото сна. Том вообще парадоксально внимательно подмечал все изменения, происходящие с мальчишкой, хотя раньше мог не замечать смену цвета волос матери неделями. - Ты можешь полежать, пока я не схожу в душ, - ответил Том и направился в сторону ванной комнаты. Пытаясь разогнать сон почти экзекуционным способом – холодной водой – он пытался сообразить, что запланировал на сегодня. Том точно помнил, что намечал какие-то дела, но вот что именно… Отвратительное чувство, когда мысли бродят где-то в сознании, но никак не могут оформиться и всплыть ясным текстом. В итоге, спустя 15 минут он сдался, решив положиться на случай: вспомнит, значит, это действительно что-то важное, а на нет и суда нет. Немного повеселев от такого замечательного умозаключения, Трюмпер вышел из ванной и обнаружил крепко спящего Билла, подложившего кулак под щеку, от чего его губы комично скривились, а возле носа образовалась забавная складка. На секунду Том даже умилился, а потом в нем проснулась шкодливость. Он тихонько подошел к кровати со стороны Билла и аккуратно ткнул указательным пальцем ему в плечо. А затем еще раз и еще. Он прекрасно знал, как это раздражает, и поэтому продолжал тыкать его в одно и то же место на торчащей лопатке, словно это надоедливая капля воды методично капает на макушку. На десятый раз Билл подал признаки жизни и теперь жалобно кряхтел и сучил ногами по кровати, пытаясь показать, что подобные методы пробуждения ему совсем не нравятся, но это вовсе не остановило Тома: теперь он еще сопровождал каждый тычок словом «Вставай». Его дико забавляла реакция мальчика, который сначала пытался возмущаться, а потом, казалось, смирился со своей незавидной участью и лежал неподвижно, лишь накрыв несчастное плечо одеялом. Трюмпер сдаваться и не думал. - Я тебе что говорил? Чтобы ты полежал, пока я не приду. Я пришел? Пришел. А ты лежишь? Лежишь. Поэтому получай! – произнеся вступительную речь, он впился пальцами в хрупкие мальчишеские ребра, тут же начиная ожесточенно водить по ним вверх-вниз. На Билла это подействовало незамедлительно: от неожиданности он вскрикнул и стал активно вырываться из цепкой хватки Трюмпера, брыкаясь и выворачиваясь в разные стороны. - Том, пожалуйста, не надо! Тооом, - не выдержав, он попросил о пощаде, пытаясь отползти на другую сторону кровати. - Том, ну отпусти, пожалуйста… - Что-что? Кто-то что-то сказал? – издевательским тоном переспросил Трюмпер и дернул Билла на себя, зажимая его лодыжки у себя между колен во избежание второй попытки побега. - Отпусти! Ну, Том! – заливисто хохоча, вырывался мальчик, при этом выпятив маленькую задницу, отчего его широкая футболка съехала до лопаток, открывая вид на полуобнаженную из-за сдвинувшихся трусиков, мягкую ягодичку. Это не могло скрыться от глаз и, к сожалению, не могло оставить Тома равнодушным. Внезапный жар окатил его с ног до головы, и он на несколько секунд даже перестал щекотать мальчишку, который вовсе этого не заметил и продолжал беспечно мельтешить полуголой попой перед его глазами. Вопреки воле Трюмпера в его голове возникли совсем не невинные ассоциации, отчего в животе разлилось легкое тепло. Наругав себя, на чем свет стоит, за проявившуюся способность все неимоверно опошлять, он понял, что завис, и Билл может что-то заподозрить. Спасла ситуацию вошедшая Аделина, которая, к счастью, из-за спины Тома не видела всю картину. - Так, что тут происходит? – «сердито» уперев руки в боки, поинтересовалась она. - Он меня обижает! – Трюмпер был неимоверно рад женщине, поэтому решил подыграть. - Это он меня обижает! – выпучив глаза от услышанной несправедливости, оправдывался Билл, выглядывая из-за парня, продолжавшего сжимать его лодыжки. – Он меня щекочет! - Не верь ему! – продолжал отстаивать свое мнение Том, тихо посмеиваясь. - Я выслушаю ваши мнения за завтраком, там мы и разберемся кто прав, а кто виноват. Собирайтесь, - назидательно произнесла женщина, еле сдерживая улыбку, и вышла из комнаты. Уязвленный Билл хотел было возмутиться по поводу ярко выраженного вранья Тома, и для пущего эффекта все-таки освободился и отполз от парня на середину кровати, но затем взглянул на него, беззвучно сотрясающегося от смеха, с закушенной губой и такими озорными глазами и не смог не рассмеяться в ответ, понимая, что над ним просто подшутили. Быстро позавтракав и собравшись, Том отвез Билла на учебу, где его снова ждал раздражающий элемент – Андреа. Увидев ее возле высокого забора гимназии, Том невольно сжал зубы и взглянул на улыбающегося Билла, который, быстро попрощавшись, предупредил, во сколько его забрать, и вышел из машины. Быстро прикинув, что по дороге домой нужно заехать купить какого-нибудь кофе, желательно с ароматом корицы, Трюмпер свернул с улицы, на которой находилась гимназия, и, когда он пропускал девушку с маленькими мальчиком на пешеходном переходе, его осенило. Он вспомнил, что должен сегодня сделать: съездить наконец в опекунский совет! Самодовольно улыбнувшись, он достал мобильный и набрал номер Рудольфа Мейера, того самого дедушкиного помощника, который с самого начала помогал ему урегулировать все вопросы с документами Билла. Выяснив все подробности и узнав адрес организации, Том, совершенно забыв про кофе, быстро съездил домой за необходимыми бумагами и уже через 40 минут был на месте, у трехэтажного темно-серого здания и только на пороге он понял на какой серьезный шаг идет, полностью забирая под свою ответственность, под свое крыло Билла, который теперь даже документально будет принадлежать ему. Будет его мальчиком. Прикрыв глаза от волнения и глубоко вздохнув, Трюмпер толкнул дверь и прямиком направился в указанный кабинет. Вопреки ожиданиям нудной и тягучей процессии, это действо оказалось совсем недолгим: ему разъяснили его права и обязанности опекуна, а затем вручили целую стопку документов, часть которых он должен был подписать. Наконец, дойдя до постановления о назначении опеки, где четко были прописаны их с Биллом имена, рука Тома слегка дрогнула, а спустя секунду на листе бумаги красовалась его подпись, подтверждавшая начало нового этапа в жизни. Выслушав последние напутствия и попрощавшись, Трюмпер вышел из кабинета с непонятными, смешанными чувствами: вроде бы в его жизни сейчас изменилось многое, но, по сути, не изменилось ничего. Побродив по городу оставшееся время до назначенного, Том подъехал к гимназии ровно в 13.00, где его уже ждал Билл, сидя на бордюре со своей неизменной спутницей, которая первой заметила белую Ауди и указала на нее Биллу. В какой-то момент Том даже увидел некое разочарование на лице мальчика, что за ним приехали так скоро, но затем он просветлел, обнял на прощание Андреа, которая, по мнению Трюмпера, уж слишком крепко притянула его к себе за шею, схватил рюкзак с зеленой лужайки и направился к машине. - Привет, - бодро поздоровался мальчишка, открыв заднюю дверцу, чтобы кинуть на сидение вещи. Затем, быстро подняв скатившийся тубус для черчения с пола, он уселся на свое место впереди. - Привет, - Том улыбнулся, глядя на неуклюже пытающегося натянуть ремень безопасности Билла, а затем боковым зрением увидел в упор смотрящую на него через лобовое стекло Андреа и улыбка мгновенно исчезла с его лица. - Почему ты все время ходишь с этой кучерявой? Как не увижу, ты все время с ней! - Она моя подруга, вот я с ней и хожу, - Билл немного недоуменно посмотрел на парня. - У тебя что, других друзей нет? – Том понял, что ведет себя глупо, но сдержаться не мог. - Нет у меня других друзей. Хорошо, что хоть кто-то со мной общается, а не так, как в предыдущей школе, - обидевшись, буркнул мальчик и отвернулся к окну, не проронив больше ни единого слова до самого дома. Да и Том больше не предпринимал попыток завести разговор, раздумывая, как реабилитировать ситуацию, по-видимому, задевшую душу Билла неприятными воспоминаниями. Ничего стоящего так и не придумав, он припарковал машину и, взяв документы об опекунстве из бардачка, поднялся с Биллом в квартиру. Не зная, когда лучше сообщить своему теперь уже официальному подопечному новость, он остановил его возле двери своей комнаты. - Билл, у меня для тебя кое-что есть, - он протянул обернувшемуся мальчику бумаги. - Почитай. Нахмурившийся ребенок, сначала сдвинув брови, посмотрел внимательно на Тома, а затем несмело развернул папку и всмотрелся в документ. Несколько мучительно долгих для Трюмпера минут мальчик изучал содержимое и, наконец, поднял на парня глаза. - Это что значит? – тихо спросил Билл, ткнув пальцем в их фамилии на бумаге. - Это значит, что я теперь официально твой опекун, - от волнения также тихо ответил Том. От услышанного, мальчик ошарашенно захлопал глазами, а потом задумчиво закусил нижнюю губу, на несколько секунд скосив глаза в сторону, а затем снова сфокусировал взгляд на Томе. - Ты мне теперь как папа, что ли? - Ну… вроде того, - настала очередь Тома слегка оторопеть от такого неожиданного вопроса. Внезапно Билл просиял улыбкой, отдал документы обратно Тому, развернулся на пятках и зашагал к себе в комнату, где, предварительно закрыв дверь, рухнул на кровать и крепко-крепко обнял подушку, зашептав: «Томми, теперь ты мой, родной», еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться от эмоций, от того, что он теперь чей-то, от того, что теперь у него есть семья, пусть и состоящая из одного человека и он теперь точно не один, не сирота. И в этом состоянии эйфории Билл вдруг понял, что позарез хочет увидеть Тома. Вот прямо сейчас, в сию секунду. Просто посмотреть, сказать ему хоть что-то, даже глупость, несуразицу, сейчас неважно все это, просто увидеть его, его улыбку, услышать голос. Он подскочил с кровати, вышел в коридор, осмотрелся и, поняв, что Тома на первом этаже нет, побежал по лестнице к его комнате. Тихонько постучав и получив разрешение, вошел и наткнулся на уже переодевшегося Тома, искавшего что-то у себя в тумбочке. - Том, пойдем кушать? – мальчик пролепетал первое, что пришло в голову. - Да, пойдем, сейчас, - Трюмпер на секунду обернулся, а потом переполз по кровати к другой тумбочке, продолжая что-то искать уже в ней. Спустя полминуты бесполезных поисков таинственного «что-то», он снова взглянул на продолжавшего улыбаться Билла, подошел к нему и только успел кивнуть в сторону двери, как тот вприпрыжку поскакал к лестнице, при этом выронив из заднего кармана джинсов… презерватив. Заметив это, Том сначала было подумал, что промелькнувшее блестящее нечто – это какая-нибудь конфета, но, когда он поднял квадратную упаковочку, его сердце пропустило удар. Внезапный приступ ревности словно сжал его грудную клетку: зачем это Биллу? Нет, умом он вроде бы понимал, что его застенчивый, наивный мальчишка вряд ли может пользоваться им по назначению, да и мал он еще для этого, но мозг услужливо подбрасывал Тому картинки с участием ненавистной кучерявой девицы, которая очевидно так и вьется вокруг Билла, да и разочарование, промелькнувшее сегодня на его красивом личике, когда Том за ним приехал… Взяв себя в руки, Трюмпер надел на себя непроницаемое выражение лица и зашел на кухню, где радостный ребенок пытался сотворить для них вкусный обед. - Ты кое-что потерял, - как можно равнодушнее произнес Том, а когда Билл обернулся, потряс перед его носом упаковкой с презервативом, наблюдая как мгновенно тот побледнел. - Это не мое, Т-том, - мальчик как завороженный смотрел на золотистую упаковку и пытался сообразить, как объяснить опекуну появление этого предмета. – Точнее, мое, но оно мне не надо. Том, ты не подумай ничего, я не какой-то там р-развратный, - он наконец-то взглянул на парня, а потом снова опустил глаза. - Это все Андреа, она меня потащила на этот факультатив, я не хотел, а ей не с кем было идти, и там рассказывали всякие гадости, учили, как этим пользоваться, и меня заставили его взять, чтобы я дома трен-н-ировался, - мальчишка тараторил без умолку и не замечал, что Том еле сдерживается, чтобы не расхохотаться. - А зачем оно мне?! – Билл в отчаянии всплеснул руками и взглянул на Тома, который не выдержал и расхохотался. От вида возмущенного Билла, от облегчения, потому что он такой идиот, выдумавший себе невесть какую историю, оказавшейся такой невинной. – Ты чего, Том? – мальчик нахмурил брови. - Ты чего так оправдываешься? – веселящийся Трюмпер не мог теперь не поддеть его. - Ничего, - буркнул Билл и отвернулся к барной стойке, прикидывая, насколько глупо он смотрелся со стороны. - Эй, ну ты чего? – Том подошел сзади и потрепал по волосам на затылке. – Ты такой смешной сейчас был, тарахтишь, тарахтишь… Держи, - он засунул презерватив обратно в карман мальчишке. - На память. *********** В четверг вечером сидя за, казалось, невыполняемым домашним заданием по алгебре, Билл вдруг вспомнил, что Андреа всю эту неделю приглашала его к себе в гости с ночевкой. На всех уроках, переменах, в столовой, на спортивной площадке, где они позавчера прогуливали урок истории, после занятий, когда они дожидались, когда за ними приедут – она постоянно твердила об одном и том же и в итоге Билл настолько загорелся этой идеей, ведь прежде он никогда не оставался у друзей с ночевкой, что решил прямо сейчас спросить разрешение у Тома, несмотря на то, что он явно куда-то собирается. Лучше спросить сейчас, ведь он точно вернется поздно ночью, а утром лучше об этом не говорить, потому что злой и не выспавшийся Том точно ничего не разрешит. Билл прислушался к шуму в коридоре, вышел из комнаты и застал уже обувающегося Трюмпера на пороге, который разговаривал по телефону и почему-то очень нервничал. Мальчик, конечно, понимал, что сейчас не лучшее время, чтобы отпрашиваться в гости к не полюбившейся Тому однокласснице, но выбора не было. - Том, - он на секунду взглянул на мальчика, затем что-то сказал в трубку и продолжил зашнуровывать ботинки. - Можно я завтра после занятий поеду к Андреа с ночевкой? – Билл с надеждой смотрел на мечущегося по прихожей Тома, который явно не обратил внимания на слова подопечного. – Мы будем хорошо себя вести, - на всякий случай добавил он. - Можно? - Можно, можно, - словно от назойливой мухи отмахнулся Том. - Я ушел. Удивленный такой быстрой победе Билл довольно улыбнулся и, зайдя в комнату, безразлично посмотрел на задания по алгебре, выключил свет и лег спать. Завтра спишет у подружки. Утром, прогнозируемо недовольный ранним пробуждением Том отвез мальчика в гимназию, как всегда хмуро посмотрел на приветственные объятия Андреа и сорвался с места, желая как можно скорее оказаться дома и лечь спать. Он совершенно не обратил внимания на необычно большой рюкзак Билла, набитый вещами для ночевки, и, конечно же, не обратил внимания на вчерашние слова мальчика. Ровно в 2 часа дня, значительно отдохнувший и посвежевший Том проснулся, не спеша потянулся, поворочался на кровати, разминая застывшие мышцы, и взял с тумбочки телефон, чтобы посмотреть, через которое время ему нужно ехать за Биллом. 14.05. «Черт, проспал!» - единственные цензурные слова, прозвучавшие в голове Трюмпера в тот момент. Подорвавшись с кровати, он быстро натянул на себя первые попавшиеся вещи, параллельно удивляясь, почему это Билл ни разу ему не позвонил, и спустился на парковку, к машине. По дороге он придумывал, как бы объяснить свое опоздание перед наверняка обиженным, но не подающим вида мальчиком, ведь говорить, что он банально проспал, совсем не хотелось, и как можно лучше перед ним извиниться. В голову приходили лишь стандартные варианты с покупкой каких-нибудь вкусностей и, как ни странно, плюшевой игрушки, но, решив, что это совсем банально и по-девичьи, Том пришел к выводу, что лучше всего разобраться со всем на месте и спросить у Билла. В ожидании увидеть мальчика, он подъехал к гимназии и, бегло осмотрев видимую территорию внутреннего дворика, не увидел никого, похожего на Билла; более того, никого, кроме двух девочек не спеша вышедших из ворот и направившихся в противоположную от гимназии сторону, он не заметил. Том удивленно приподнял бровь и, подождав пару минут, вышел из машины в намерении пройтись по территории учебного корпуса и, наконец, найти свою потерю, которая наверняка зависает где-нибудь с другой стороны здания со своей подружкой. Том обошел всю округу, заглянул в, казалось, самые укромные уголки немаленького парка вокруг гимназии и наткнулся только на дворников и озеленителей, стригущих кусты в овальную форму и приводящих в идеальный порядок потрепанный неугомонными детьми газон. Вернувшись на то место, с которого он начинал свой обход, Том почувствовал, как что-то неприятно-острое укололо его в район солнечного сплетения. Билла нигде не было. Волнение начинало пробираться в сознание и набирать обороты подобно урагану, и сейчас единственная надежда была на то, что мальчик где-то в здании, но, зайдя в фойе, Трюмпер увидел лишь охранника, который со скучающим видом рассматривал что-то на мониторе камер наблюдения. На всякий случай он еще раз набрал номер Билла, но снова услышал сообщение о том, что телефон абонента недоступен. Вот тут-то Том и начал по-настоящему нервничать, понимая, что совершенно не знает, как нужно действовать в подобных ситуациях, и чтобы убедиться в том, что Билла на самом деле нет на территории гимназии, он решил это уточнить у охранника. - Здравствуйте, - Том обратился к статному мужчине в форме, сидевшему при входе в гимназию. - Я ищу мальчика худого, высокого, темноволосого, Вы не видели? Он должен меня здесь ждать. - Нет, молодой человек, к сожалению, здесь никого нет, - мужчина покачал головой. - Занятия во всех классах уже закончились, и я лично проверил все аудитории. Никакого мальчика я не видел. - Но как же… - Том задумчиво потер лоб. - Он должен быть где-то здесь. Я не успел его вовремя забрать, и он должен меня ждать… - Ничем не могу помочь, извините, - охранник виновато посмотрел на Тома и пожал плечами. На ватных ногах парень вышел из здания и сел на ступеньки прямо напротив двери. Не в его правилах паниковать раньше времени и предаваться приступам психоза, тогда почему сейчас так похолодели ладони и сердце стучит как ненормальное? И почему именно сейчас в голове нет ни одной связной мысли, чтобы сообразить, как поступить лучше? Что сейчас делать? Где Билл? Где его искать? Когда до Тома дошло, что он уже 20 минут сидит и бездумно водит глазами по окружавшим предметам, по деревьям, столбикам забора, камушкам гравия на дорожках, он понял, что ему нужно с кем-то посоветоваться. Саша. Она всегда знает, что делать, и у нее всегда есть план. Набрав номер подруги, он достал сигарету и с горем пополам прикурил ее онемевшими пальцами. - Саш, я Билла потерял, - сразу, вместо приветствия доложил Том. - Трюмпер, ты там пьяный что ли? – хохотнула девушка, но услышав тишину в трубке добавила уже серьезным тоном. – Что значит «потерял»? - То и значит. Я приехал за ним в гимназию, правда, опоздал немного, а его здесь нет. Я всю территорию обошел, у охранника спросил, и телефон у него отключен, - бесцветным голосом ответил Том, положив голову на согнутые колени. - Так может он домой на автобусе уехал? - У него проездного нет, мы так и не сделали. Я же его постоянно привожу и забираю. - А может, его кто-то подбросил? Ну, он же общается с кем-то, тем более ты опоздал. На сколько опоздал? – услышав ответ «на час», Саша фыркнула. – Ну, так тем более, не сидеть же ему тебя, идиота, ждать? Дома он уже. Версию о том, что мальчик на самом деле мог попросить ту же Андреа подвезти его домой, мозг Тома воспринял как исключительно положительный импульс, дающий надежду на благоприятный исход дела. - Тогда я поеду домой? – с какой-то детской надеждой в голосе спросил парень. - Нет, ты можешь продолжать торчать там. Позвони, как доедешь. Он все время повторял про себя: «Пожалуйста, будь дома». Всю дорогу, пока лавировал среди неизвестно откуда взявшегося количества машин, пока парковался на стоянке и поднимался на такой ненавистно-высокий сейчас 24 этаж и пока вставлял ключ в замок под аккомпанемент грохочущего в ушах пульса. Если он дома, Том не знает, что с ним сделает. Он обязательно отругает его, накричит, а потом обнимет. Или просто обнимет. Или просто накричит. Не важно, что он сделает, только бы его мальчик был дома. Вышел сейчас навстречу в своем плюшевом домашнем костюмчике и с таким привычным, но до жути нелепым пучком на самой макушке. Том глубоко вздохнул и открыл дверь. - Билл! Билл, ты дома? – Том интуитивно взглянул на место возле тумбочки, куда мальчик обычно ставит свои ботинки. Пусто. Сердце застучало в самом горле, неприятно щекоча его. – Билл, пожалуйста… В ответ парень услышал лишь тишину и собственное сердцебиение. Уже не надеясь ни на что, Том зашел в спальню мальчика и, лишний раз убедившись, что она пуста, обессилено сполз вниз по стене, снова набирая номер Саши, которая, услышав только три слова «Его здесь нет», поразительно быстро для такого немаленького города как Мюнхен добралась до квартиры друга. Прошел час, два, три, Билла все не было, и его телефон по-прежнему не отвечал. И если поначалу Том хоть и слабо, но держался на уговорах подруги, что Билл, возможно, где-то на экскурсии с классом или загулял с друзьями, то когда часы показали 20.37, все те оставшиеся крохи самообладания и здравого смысла канули в небытие. - А если с ним что-то случилось? А если ему нужна моя помощь, а я сижу дома и нихрена не делаю! – Том вот уже 20 минут без остановок ходил по кухне, выкуривая вторую пачку сигарет за эти несколько часов. - Вот только не накручивай себя… - Да как «не накручивай»?! – не сдержавшись парень повысил голос и присел на корточки перед сидящей на стуле Сашей. – Вдруг ему плохо стало? У него же сердце больное. А если он нарвался на каких-нибудь ублюдков? Да его же развести – нечего делать, - он на секунду опустил голову девушке на колени, но затем резко встал. - Надо куда-то звонить. Почему мы никуда не звоним? - Том, куда мы можем позвонить? Давай подождем еще немного. Ему не 5 лет. У него возраст такой, что… - Какой такой возраст?! – взбеленился парень, всплеснув руками. – Ты сейчас смеешься надо мной? Видя, что с каждой минутой Том начинает нервничать все сильнее и сильнее, Саша сдалась и следующие полчаса они обзванивали все больницы, включая пригородные, а также бесконечно набирали номер Билла, хотя уже даже не надеялись услышать гудки вместо электронного голоса. Минутные стрелки неустанно крутились вокруг своей оси, приближаясь к часу ночи. За это время Том впал в настоящую истерику, то беспрестанно нарезая круги по квартире, то сидя на диване глядя в одну точку и раскачиваясь в стороны, словно душевнобольной. А еще дрожащие руки, искусанные губы, литры кофе и пачки сигарет. Саша, не видевшая за много лет дружбы подобного состояния друга, предпочитала молча находится рядом, зная, что, нервничая, Том воспринимает все слова в штыки, тем более сейчас. Но Трюмпер сам нарушил молчание. - Если с ним что-то случится… Я не знаю, что со мной будет, правда… Господи, - он спрятал лицо в ладонях, - Если с ним что-то случилось, пусть это лучше случится со мной, пожалуйста… Сказать, что Саша была ошарашена его словами – не сказать ничего. Поглаживая его по затылку и обдумывая сказанное, девушка притянула не сопротивляющегося Трюмпера к себе, обнимая. - Что с тобой такое, Том? Где мой любимый эгоист и пофигист, м? – Саша немного отпрянула от него, чтобы взглянуть в глаза. – Месяц назад тебе было бы глубоко плевать, если бы он и неделю дома не появлялся, а сейчас что? В ответ на это Том лишь пожал плечами и предпочел банально уйти от ответа, снова укладываясь девушке на плечо. Когда-нибудь он обязательно ей все расскажет и поделится, но не сейчас, когда сердце разрывается от неизвестности, а голова не соображает от переживаний. - А если бы я пропала, ты бы тоже так нервничал? – хихикнула Саша, не давая другу погрузиться в мысли. - Я бы радовался, что, наконец, избавился от тебя, - Том невесело улыбнулся, перебирая пальцами бахрому на ремешке брюк девушки. - Ну, какой же ты все-таки негодяй, - Саша чуть дернула его за ухо, а потом подметив, что Том относительно притих, предложила немного поспать, иначе при таком раскладе завтра с утра они будут похожи на восставших мертвецов, а еще неизвестно, какой будет план действий, если мальчик не вернется. - Я не буду, спать пока не появится Билл, - вполне ожидаемо, но девушка и не думала сдаваться. - Давай тогда немного полежим с закрытыми глазами, посмотри какие они у тебя красные! – совершенно детская уловка, которая, тем не менее, сработала безукоризненно – уже через 3 минуты морально измотанный Том уснул, пробормотав перед этим, что сейчас они буду звонить Кристофу Марковицу, их начальнику охраны, который знает каждую дыру в городе, и Саше осталось только аккуратно переложить его голову на подушку. Когда Трюмпер с утра услышал хлопок входной двери, ему на мгновение показалось, что это всего лишь полусонный бред, но когда в следующую секунду послышался звон ключей, упавших на тумбочку – его сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а беспокойный сон как рукой сняло. Он резко встал с дивана, чуть пошатнувшись, и медленно побрел в сторону коридора, прося Всевышнего, чтобы это оказалось правдой. Оказалось. Билл стоял спиной и пытался повесить свою курточку на вешалку в шкафу. Услышав шаги сзади, он резко обернулся, а потом расплылся в улыбке. - Томми, привет. Ты почему не спишь? Рано еще. В этот момент Тому показалось, что его разорвет на части от эмоций, от того всплеска адреналина, который он получил, как только взглядом наткнулся на черноволосую макушку. Он молча смотрел в глаза улыбающемуся мальчишке, а внутри бурлила целая гамма чувств. Противоречивых чувств. Его хотелось прижать к себе крепко-крепко, прошептать на ухо, как он испугался, как боялся его потерять, и в то же время хотелось сделать ему больно. Так, чтобы он почувствовал, что Том пережил за эти 19 часов. Чтобы стереть с его личика эту улыбку и почти святую невинность, которая была сейчас словно издевательством для Тома. «Ты почему не спишь?» - этот вопрос звучал в голове парня эхом. «Ты почему не спишь?»… Да как он смеет?!... Эти слова стали словно катализатором для того, чтобы в сознании Тома осталось только одно чувство – ярость – и полностью исчезли другие, не давая и малейшего шанса на помилование. Он не спеша двинулся навстречу Биллу, с каким-то садистским удовольствием замечая как с каждым его шагом мальчик меняется в лице. - Ты где был? – ровный, спокойный тон без намека на что-либо. - Том… Томми, ты чего? – Билл весь съежился от холодного взгляда опекуна, который не сулил ничего хорошего, и отошел на шаг назад. В ответ на это Трюмпер сделал шаг вперед, продолжая смотреть в испуганные глаза мальчика, которые, казалось, даже чуть повлажнели от подступивших слез. Он боялся, по-настоящему боялся сейчас Тома, никогда ранее не замечая за ним подобного поведения. Что-то было в нем воистину пугающее… Шаг назад, шаг вперед, шаг назад… Это было похоже на игру. Удава с кроликом, волка с ягненком, кота с глупым, потерявшимся мышонком. - Ты. Где. Был? – четко разделяя слова, спросил парень, а потом замахнулся и со всей силы влепил Биллу пощечину, так, что его голова метнулась в сторону, больно ударяясь височной частью о стену, а у самого Тома мелкими иголочками заколола ладонь. Не ожидавший удара, хрупкий мальчишка, болезненно скривившись, начал сползать по стене, но Трюмпер не дал ему это сделать, хватая за волосы на затылке и дергая вверх. – Ты сука, я спрашиваю, где ты был? – прошипел парень, глядя, как одинокая слезинка скатилась по покрасневшей щеке. - Ну! – Том встряхнул его за волосы, ожидая ответа, но дезориентированный и напуганный до полусмерти Билл не мог произнести и слова, просто не понимая, что он должен говорить и что случилось с Томом, да и этот комок в горле, мешающий дышать…Он продолжал молча смотреть парню в глаза, стараясь не расплакаться, не разрыдаться от страха и обиды, не показывать какой он слабый и беспомощный. Выдержав паузу, Том медленно наклонился к уху мальчика и совершенно спокойно произнес: «Если еще раз, когда-нибудь, что-то подобное…», а затем переместив руку на его горло с размаху впечатал в стену. И только тонкая струйка крови, сбежавшая по губам и подбородку Билла, смогла отрезвить потерявшего над собой контроль Тома