Наша связь

— Я начинаю! — Урабэ стояла прямо передо мной, ожидая, в то время как я держал в руках фотоаппарат. — Три, два, один! Улыбочку! — На фотографии запечатлелась милое лицо Микоты, которая расплылась в прекрасной улыбке. От такой милой картины я вздрогнул и проснулся. Я встал с кровати и направился к шкафу, заполненному всем, чем только можно. — Так-с… — немного порывшись внутри, я вытащил свой фотоаппарат, которым довольно давно не пользовался. — Слушай, Урабэ, ты ведь моя девушка, верно? — Будучи уже на улице, по дороге домой, спросил я Микоту. — Верно, — спокойно донеслось из ее уст. — Тогда, не против, если я тебя сфоткаю? — я достал из рюкзака заранее положенный туда фотоаппарат. — Зачем? — недоумевая, спросила Урабэ. — Хочу, чтобы фото моей девушки всегда было с собой… Урабэ остановилась. — Хорошо, фотографируй, я не против, — Урабэ встала у моста, как раз там, где мы обычно обменивались слюной. Я стал подбирать лучший ракурс. — Тогда начнем, насчет три улыбнись, — я посмотрел на нее через фотоаппарат. — Не буду! — стоя ровно и непринужденно, с челкой, как обычно, закрывающей ее лицо, сказала Микота. — А? — Сними меня такой, какая я есть, фальшивая улыбка бессмысленна. — Отрезала Урабэ. — Но я хотел фото с улыбкой… — с грустью в голосе протянул я. — Тогда извини, — Урабэ сдвинулась с места, готовая дальше идти домой. «Разве нельзя было хоть немного улыбнуться?» — Когда я пришел домой, плюхнулся на кровать и погрузился в свои мысли. На следующий день, с утра я дожидался Урабэ на нашем месте. «Сегодня она задерживается…» — подумалось мне. — Цубаки? — голос, явно не принадлежащий Урабэ, но хорошо знакомый, донесся справа от меня. — Это ведь ты, Цубаки, — передо мной стояла Айка Хаякава, бывшая одноклассница и по совместительству та, на которую я смотрел всю среднюю школу. — Хаякава… — удивленно, но без выражения радости произнес я. — Так ты не забыл меня! Но ведь мы три года учились вместе в средней школе, — у нее были длинные черные волосы, прямо как тогда, несколько лет назад. — Ну да… — В одной группе были, так что я тебя тоже не забыла, — отметила она, что меня малость смутило. Что бы это значило? — Эй, Цубаки, а может зайдем в какое-нибудь кафе, если ты не занят? — вдруг предложила мне Хаякава. — Вспомним старые времена. — Сейчас? — Предложение было конечно заманчивое но… — Ага! — Прости… Я жду здесь кое-кого, — извинился я. — Она уже должна подойти. Прости, но сегодня не выйдет. — Вот как, ну что же, очень жаль. Раз так, то ничего не поделаешь. Тогда обязательно сходим, в следующий раз. Пока. — Хаякава отправилась обратно, помахав мне рукой. — Ага… Пока… «Ну где ты, Урабэ? Что же ее так задержало…» — проскользнули мысли в моей голове. Я сошел с моста, огляделся по сторонам, как вдруг... За небольшой колонной пригнувшись сидела Урабэ. — Урабэ?! И давно ты тут сидишь? — удивился тут же я. Урабэ поднялась в свой полный рост. — Только пришла, — ответила она, — похоже тебе было весело разговаривать с ней, поэтому я решила не мешать и ждала тут. — Она прошла мимо меня. — И вовсе мне не весело было! — Стал оправдываться я. Мы шли домой, при этом я был позади Микоты. — Та девушка... Это та девушка с фото, что ты мне показывал? Которую ты любил в средней школе. — Вдруг заговорила Урабэ. — Но больше не люблю! Так что... Так что... Когда она мне предложила выпить кофе, я отказал ей, — говорил я, продолжая идти следом. Проходя мимо зарослей, покрывших железный забор, я остановился. — Урабэ... А если бы я пошел выпить с ней кофе, ты бы обиделась? — спросил я. Микота повернулась. Ее глаза не были спрятаны под челкой, но они излучали не то вселенское добро, а скорее хладнокровие и апатичность. — А... Ну... Просто теоретически... Я бы так не поступил! — когда она безмолвно посмотрела на меня, добавил я. — Цубаки... — Урабэ облизала палец. Ежедневная процедура. — Открой рот. Слюна вроде как всегда, такая же, но... Почему из глаз полилось? — Почему я плачу? — в то время как безэмоциональные слезы стекали по щекам, спросил я. — Цубаки, если бы ты пошел с ней, оставив меня позади, я бы не злилась... Мне было бы очень грустно. Вот почему, эти слезы, которыми ты сейчас плачешь, это те слезы, которыми бы плакала я, если бы ты... Пошел с ней. А слезы не останавливались. — Урабэ, — Микота подняла на меня свои глаза, — действительно, Хаякава была той, кого я любил в средней школе, но увидев ее сегодня, я подумал, что она симпатичная... И что внутри меня сказало, что я что-то упустил, увидев ее снова. Но... — я протер глаза, — та, кого я люблю, это ты, Урабэ. И так будет всегда, — смотря ей в глаза, сказал я. На ее лице появилась улыбка. — Вот так, — она улыбнулась шире. Так красиво... — А... Урабэ! Не шевелись! — я стал копошиться в рюкзаке. — Чего? — Твоя настоящая улыбка... Позволь мне ее снять, — ее взгляд стал равнодушным. — Если позволишь, я буду хранить ее вечно. Микота приняла задумчивый вид. — Хорошо... — неуверенно донеслось из ее уст, — твоя взяла. — Три, два один, ноль, снимаю, не забудь улыбнуться, — проговорил я и уставился в фотоаппарат, — Три, два, один, ноль... Щелк. Урабэ в последний момент сделала забавную, но очень милую гримасу. — Урабэ?! А улыбнуться? — Возмутился я. — Я не улыбалась тогда, но теперь у тебя есть мое фото, — ответила Микота. — Но... Я ведь хотел с улыбкой... — серое фото просветилось и я смог разглядеть то, что на нем вышло. — Раз не надо, давай ее сюда, порежу на куски, — она показательно клацнула ножницами. — Я буду дорожить им... Это фото, я буду хранить его, — уставившись на фото, произнес я и улыбнулся. Затем достал бумажник и бережно засунул в него фотографию с моей девушкой. — Бу-э, — донеслось от Микоты. — Урабэ?! — Ее слюна упала на землю. — Все хорошо, идем, Цубаки, — ее пунцовое лицо выглядывало из под челки. — Ага, — я вновь улыбнулся и мы продолжили идти домой. Теперь я ношу ее фото в своем бумажнике. Загадочное фото моей девушки с высунутым языком. Загадочное фото загадочной девушки...