Наша связь

— Так и знала, что это ты, Цубаки! — окликнул меня женский голос, в то время как я рассматривал журнал о знаменитостях у лавки. — Ока? — Удивился я. — Так необычно, встретиться в таком месте, — продолжила Окава, поправляя сумочку висящую на плече. — Угу, ты права… — не зная что ей ответить, я ответил это. — И что, по магазинам ходишь? — стала расспрашивать она меня. — Ага, в Ашон ходил… — назвал я название местной лавки с всякой всячиной. — М-м-м… — Она сделала паузу, затем добавила. — На свидание? Я лишь нервно хихикнул, промолчав. — Эй, Цубаки! Раз уж летние каникулы кончаются, и мы вот так вот встретились, то может зайдем в какое-нибудь кафе мороженное? — ни с того, ни с сего предложила Окава. — Ну… Это как бы… Ну… — мысли растерялись, я не мог понять, почему вдруг ей захотелось пойти туда со мной. — Да ладно тебе, мы же одноклассники как-никак, — кинула она аргумент и потащила меня за руку в кафе. В кафе за столиком. — Цубаки! Держи, это тебе! — Ока протянула мне рожок с мороженным. Я еще несколько секунд смотрел на нее, словно задумавшись, но затем опомнился. — А, спасибо, — я взял рожок и принялся его есть. Окава тут же о чем-то заговорила, но я погрузился в мысли. «Вот ведь… Ведет себя как первоклассница… Вот только грудь огромная…» — рассуждал в мыслях я. — Но, разве это так плохо… — положив голову на руку, мечтательно сказал я. — А? О чем ты? — Если бы нас сейчас увидел Уэно, он бы мне точно тумаков отвесил… — с иронией в голосе сказал я. — Ха-ха! Не стоит переживать, он ведь доверяет тебе, Цубаки. Кохей рассказывал о тебе много хорошего, когда мы с ним говорили: «В спорте он так себе, но все равно парень он отличный!» — рассказала Ока. — Это точно комплимент? — хмыкнув, пробубнил я в ответ. — Ну конечно! — Кохей? Кохей это… — опомнился вдруг я и вопросительно посмотрел на собеседницу. — Так зовут Уэно… А ты не знал? — Нет, я не об этом… Просто удивился, что ты зовешь его по имени, — разъяснил я и стал ожидать, что она скажет. — Иногда… Думаю… — промямлила Окава. — Тогда, выходит, Уэно тоже тебя зовет по имени? — Ага, так и есть, — кивнула она, — Меня зовут Аюку, а он зовет Аю. Наступила секундная тишина. — Вот оно как… — наконец вымолвил я и принявшись за мороженное, снова погрузился в мысли. Тут же представил Урабэ, которая открыв лицо от челки мило говорит: «Акира» Даже представить не могу тоже самое со мной и Урабэ… — Акира, — Ока вдруг прошептала у меня под ухом. Я даже не заметил как она подошла. От неожиданности я клюнул носом прямо в сладкое мороженное. — Ты, ты, ты чего? — заикаясь возмутился я, — зачем ты меня по имени назвала? Вместо ответа она пальцем смазала с моего носа мазок и погрузила его себе в рот. — Сладкая, — заявила она, улыбнувшись, — неужели, Цубаки, ты только что представлял, как твоя девушка зовет тебя по имени? — Да вот еще, — буркнул я, на что получил в ответ многозначное мычание. Первый день учебы. На перемене в классе. — Первый день после каникул всегда самый долгий, — посмеялся Уэно, стоя у моей парты. — А я чуть не проспал… — ответил я, — хорошо, что сеструха разбудила. — Больше не могу-у… Ненавижу первый день, — шатаясь протянул Кохей. — Вот бы каникулы длились еще месяц… — Доброе утро… — позади Уэно прошла Окава, словно они и не общаются и заговорила с еще одной девочкой из класса. — Слушай, а вы с Окай не говорили вчера? — осторожно спросил я Уэно. — С Окай? Не-а, не говорили… — мысленно пробежавшись по предыдущему дню, ответил он. — Ясненько… — невинно сказал я и стал копаться в рюкзаке, доставать книгу. — Эй, а ты это к чему? Выкладывай! — насторожился Уэно. — Да ни к чему… — Э-э? — он еще больше прищурился, в то время как я доставал тетрадь. Уэно приподнял мой рукав рубашки и заметил отличие цвета кожи. — Ты что, загорел? На море ездил? — Ну… Вроде того, — мой любимый ответ. — Быть не может… Неужели со своей девушкой… — предположил Уэно. — Не говори глупостей… С сестрой ездил! — соврал я. — С сестрой? Ну все же лучше, чем с другим парнем… — Тебя вообще не спрашивали, — Уэно стал меня доводить. После школы, по пути домой снова наступила жара. — Жара… Словно в печи… — обдуваясь ладошкой, я шел подле Урабэ. — Может зайдем в парк ненадолго? — Ага… — апатично ответила Микота. — Пойду куплю попить, — на входе в парк я отлучился чтоб купить что-нибудь освежающее. — Урабэ, я купил сок, — вскоре я вернулся с двумя баночками сока. Микота мирно дремала на лавочке. Я сразу заметил это, судя как она запрокинула голову и как ее грудь вздымалась и опускалась. — Урабэ… Уснула… — тихо сказал я сам себе, наблюдая за происходящим. Я так же тихо сбросил рюкзак и присел рядом, продолжая смотреть на нее. — Наверное не стоит ее будить… — мысли вслух. Я взглянул на ветви дерева, под которым находилась лавочка, затем на баночки с соком, что держал в руке. Все же решил разбудить и поставил баночки на лавку. — Урабэ… Подъем… — я легонько постучал по спинке лавки, рассчитывая, что она проснется. Постучал еще раз и сильнее — ноль реакции. Наконец я ее потеребил за плечо, но она словно уснула глубоким сном и не реагировала. — С концами отключилась… — сделал я для себя вывод. Когда я отпустил ее плечо, она облокотилась на спинку оголив ухо. Я вмиг вспомнил разговор с Окавой. — Микота… — прошептал я, приблизившись к ее уху. Урабэ зашевелилась и челка открыла ее лицо, отчего-то красное. Она повернулась и челка открыла оба глаза, красные щеки, такие милые и нежные. — Чего? — ответила Урабэ. Я застыл обворожено смотря на сие чудо. — Чего? — повторила она. — Вот… Я попить взял, — опомнился я и протянул ей баночку. — Спасибо. — Я думал дать тебе поспать, но когда сок теплый, он не вкусный… — Урабэ стала пить, а я ошарашенно обдумал произошедшее и тоже отхлебнул глоток. — Цубаки… Только что, когда ты разбудил меня, — начала говорить Урабэ, — ничего… — Э-э? — удивился, как быстро меняется ее желание говорить. — Ничего, — повторила Микота. — Ну ладно… — что же поделать, раз передумала? «Она что ли слышала? Но… Она улыбнулась мне… Значит, она была рада, когда я назвал ее по имени?» — я допил сок и повернулся к ней.\ — Мик… — она смотрела прямо на меня, — Ми… Ми… М… — Наступила неловкая пауза, — Ми… Ми… Цикады так громко гудят… И как они не устают за все лето? — Я заинтересовано посмотрел на дерево, вроде выкрутился из неловкого положения. — Еще я слышал, что наши цикады самые громкие, — продолжал сводить тему я. Перед сном я вновь пустился в размышления. «Наверно еще рано звать ее по имени. Но… Ее сегодняшняя улыбка… Была такой милой» — я перевернулся на бок и улыбнулся.