Наша связь

— Акира! — позвала меня Ёко. — Что такое, сеструх? — выглянул я из-за двери. — Я его нашла! — в ее руках была юката, да и сама она была в еще одной юкате. — Ты чего так оделась? — уставился я на сестру, так странно разодетую. — Так фестиваль же! Летний фестиваль у храма Казами сегодня вечером! Забыл? — судя по всему Ёко собралась его посетить. — Точно, а я и забыл про него совсем… — Ну же, давай, примерь! — она протянула мне мой халат. Сто лет его не надевал. — А? — Ведь такое событие! Тебе тоже стоит пойти в юкате! — настаивала сестрица. — Да мне как-то… — стремно, что-ли. — А когда был маленький, ты обожал ходить в юкате, — улыбнулась Ёко, — и рассказывать, что ты самурай. Сестра стала вспоминать былое. Стыдное для меня былое. — Когда это было-то? — нашла чего вспоминать. — Да ладно тебе! Просто одень ее и пригласи с собой свою девушку! — Ёко решила меня взять на слабо… Стоп, что? Девушку? Откуда она… — От того, что парень и девушка одеваются одинаково, их любовь становится только сильнее! «Урабэ… Пойдет ли она со мной, если ее пригласить?» — главный вопрос дня.

***

— Сандали не забудь! И смотри, не заблудись! — наставляла сестра-зануда. — Раньше ты каждый раз терялся, а мне приходилось искать тебя. — Сеструх, блин… я же маленький был, — вроде оправдался убедительно. — Ха-ха, ну ладно, я ушла, — сестра направилась к двери. — Пока, пока, — простился я и остался в доме один. «Интересно, а с кем она пойдет?» — мимолетная мысль не нашла своего ответа. Я направился к телефону и в смятении замер перед ним. Рука стала медленно тянуться к трубке, чтоб набрать заветный номер. Сердце забилось чаще от одной мысли, что я услышу ее голос в телефоне. Давай же, сделай это. — Хаюшки! — дверь внезапно отворилась и в дом влетел нежданно-негаданно Уэно. Как я еще с инфарктом не слег с таким другом? — Цубаки! — Уэно? — приятель уже был в своей юкате темно-серого оттенка. — Братан! Узнаю моего Цубаки! Ты подсознательно знал, что я приду пригласить тебя на фестиваль! — ха-ха, наивный глупец. — Ты о чем вообще? — Я не прав? — Уэно остановил этот поток веселья. — Просто увидев тебя в юкате, я подумал, что ты уже в готовности пойти на фестиваль! — Да это все моя сестра! — хорошо, когда есть на кого свалить вину. — Да неважно! — Уэно вернулся к тому состоянию, когда только вошел. — Повторю еще раз: Цубаки! Идем со мной на фестиваль! — Ну уж нет. Люди лишнего подумают, если пойдем вдвоем, — мне таких слухов даром не надо. — Да… Это я тупанул… Пожалуйста, пойдем на летний фестиваль с НАМИ! — исправился Уэно. — «Нами»? — я вопросительно взглянул на приятеля. — Хе-хе, ну… я уже пригласил мою девушку Оку пойти со мной… Но будет полный пипец, если кто-то из класса увидит нас вдвоем… — разглагольствовал он. — Так что я решил, что если нас будет четверо, никто нас не раскусит! — Четверо? — стоп, стоп, стоп! Я, Уэно, Ока…, а четвертый? — Цубаки, такой шанс выпадает раз в жизни! — его очки отразили свет, сделав его похожим на сумасшедшего, — я пригласил и ту, которая тебе нравится. — Ты это о чем? — держась молодцом, я и ему тайну старался не выдавать. — Ока приведет с собой Урабэ, — хитро шепнул он мне на ухо. — А остальное оставь на меня! Двойному свиданию быть!

***

Естественно, что мы с Уэно пришли к месту встречи раньше девочек и уже пять минут дожидались их. — А, вот они! Эй, извините за задержку! — еще издалека завопила Окава. От вида девушек в «одежде для ванны» — юкате, мы с Уэно синхронно покраснели. — Давно ждете? — Не, не, не, не, совсем нет! — Уэно, оказывается, еще тот нервозный тип. — Да? — А? Ага! — вместо тысячи слов. — Ну и хорошо! — улыбнулась Ока. — Вашу ж мать, моя девушка такая миленькая! — шепнул мне перевозбужденный Уэно. Я же глянул на Микоту. Миленькая… Урабэ… — Ну, раз все в сборе, фото на память! — из своей малюсенькой сумочки Окава вытащила фотоаппарат. Мы встали втроем, без Оки. — Тебе так идет юката! Потрясающе! — хвалила Ока. — Правда? — Уэно смутился и заулыбался. — Урабэ, — с Кохая как рукой сняло. — Следующая только Урабэ. — Ага, — мы с Уэно отошли в стороны. — Шикарно! — ох уж эти фотографы. Как вспомню… — А теперь вот так… И так… Шел двадцатый снимок, а мы с Уэно решили дождаться конца этой фотосессии в сторонке, дабы не злить дам. — Че за нафиг? — только и выдал он. — Ну…

***

Когда мы добрались-таки до фестиваля, уже совсем стемнело. «В конце летнего фестиваля в храме Казами всегда запускают фейерверки. Это одно из знаменитых событий нашего города. Какая необычная ткань… Ну, это же юката. Только в ней Урабэ выглядит более женственной», — топая позади девушек, я рассматривал узоры на юкате моей девушки. — Народу-то сколько… — разочарованно шепнул Уэно, оглядывая снующие толпы. — В самый раз, если бы фейерверки начали пускать сейчас. — Ага… «Если подумать, у нас четверых весьма странные отношения… Я знаю, что Уэно и Ока встречаются, но Уэно не знает, что я встречаются с Урабэ. Я без понятия, обсуждали ли эту тему Урабэ и Ока… Но не думаю, что Ока в курсе про то, что мы встречаемся», — скорее надежды, чем мысли, крутились в моей башке. В этот момент Урабэ вдруг глянула на меня. Все что я успел заметить — ее лицо было с румянцем. «О чем это они там говорят таком?» — я отвел взгляд и отхлебнул кофе из баночки. — Цубаки! — Уэно повис на плече и заговорил шепотом. — Сегодня я… Обниму Оку! Велико достижение! Однако, я отчего-то все равно смутился. — По-любому! — мимо нас прошла парочка. — Смотри туда! Тот парень с красным браслетом на руке! Это любовный талисман, который можно купить только тут! — Любовный талисман! — переспросил я, разглядывая плетеный красный браслетик. — Если та, кто тебе нравится, оденет его, ваша связь станет сильней и вы будете счастливы вместе! — разгорячено тараторил Уэно. — А на следующий день, после того, как я подарил его Оке, мы поцеловались! Ы-ы-ы! Вот только этот талисман можно купить только во время этого фестиваля… Уяснил, Цубаки? Не упусти шанс и купи его сегодня! «Поцеловать Урабэ… Точно, если подумать, то что у Уэно было уже год назад, у меня до сих пор не было!» — мне привиделась Урабэ, тянущая свои губы ко мне. Уже хочу его! — Это твой шанс! Понял, Цубаки? А я пока затеряюсь с Окой! Двойному свиданию конец! А потом Ока и я — обнимашки! — Уэно стал похож на быка, которому показали красный платок. — Звал меня, Уэно? — позади объявились девочки. Кохай аж весь выпал от неожиданности. — Думаю, оттуда будет куда лучше вид на фейерверк! Идем! — Слушай, их продают у храма, где есть маски! Там его и купи! — напоследок шепнул мне приятель. — Давай быстрее! — торопила его Ока. — Адьос, Цубаки! — завопил Уэно, утаскиваемый Окой куда-подальше. — Эй! — Ока! — безрезультатно позвала ее Урабэ. — Да что это с ними такое? — вздохнул я, смотря, как эти двое затерялись в толпе. — Неужели они это все спланировали? — Планировали? — переспросила Микота. — А, нет, нет, ничего, — отмазался я. — Ясно… — Ну, как бы… Урабэ, добрый вечер, — нервно сказал я. — Добрый вечер, Цубаки, — все-таки Урабэ в юкате такая миленькая! — Твоя юката… — одновременно начали мы и одновременно замолкли. — Прости, давай ты, Урабэ, — я залился краской. Наши мысли сходятся, прям как у самый настоящих парочек! — Лучше ты первый… — Ну… ну… ну… ничего такого… — стал заикаться я. — Вот как… — мы отвели взгляды в разные стороны. — Давай найдем Оку и Уэно. — Ага, куда же это они ушли? — лучше нам остаться вдвоем. — Но сначала… я хотела бы кое-куда сходить. — Правда? — неужели она думает о том же? Она кивнула в ответ. — Но, на самом деле, я тоже, — застеснялся я. Бах. Бах. Слабенькие хлопушки взорвались недалеко слева. — Разве это не сигнал к началу фейерверков? — в тот же миг хлынула толпа, и подобно реке, разъединила нас с Микотой. — Урабэ! — течение толпы было слишком плотным, не протолкнуться. — Цубаки! — ее голос удалялся.

***

— Че? Странно, то как… Куда же она делась? — когда толпа разошлась, я стал искать Микоту, однако, ее нигде не было видно. — Урабэ! — я побежал искать ее по пути к храму.

***

— Что за дела? — запыхавшись, я прибежал шатру, у которого, к слову, вовсе не было народа. — Это еще что-такое? Музей монстров?! Вряд ли их тут продают… Урабэ сюда что-ли пошла? Любопытство взяло верх, и я вошел внутрь. — Темень, хоть глаз вырви, — нога задела что-то легкое. — Что за? Крохотная сумочка Урабэ, что была при ней сегодня, лежала здесь. — Сумочка Урабэ! — я положил ее в карман и пошел дальше, ка вдруг зажегся яркий красный свет. Предо мной, посреди шатра, находилось переплетение кучи красных нитей, висящее с потолка. Мой взор устремился вверх, и о боже! Там, наверху висела Урабэ, подвязанная за пояс. — Урабэ! Ты как там оказалась? — я подбежал ближе, стал энергично думать, как снять оттуда мою девушку. — Не шевелись, я спущу тебя. — Только одну… — раздался голос позади. Я обернулся и к своему удивлению увидел парня и девушку в масках, в углу шатра. — Ты можешь потянуть только одну лотерейную веревочку. — Лотерейную веревочку? — как меня за эту манеру переспрашивать еще никто не убил… — Что, не слышал о такой? — удивился парень в маске. — Это она и есть. У каждой на конце прикреплен приз. Другими словами — обычная лотерея. Разница в том, что шанс только один. Если ты потянешь не ту веревочку, кто знает, что с ней может случиться?  — Что еще за «кто знает»? — возмутился я, в то время как парень в маске встал. — Пока мы тут стоим и разговариваем, у той девушки наверху незавидное положение, так что лотерея пока не завершена. И еще, если потянешь не ту веревку — все упадет вниз. Бабах! — негодяй напугал меня. — Не может быть! Урабэ! — я подбежал ближе, как мне в лоб прилетел ее шлепанец. — Ай-ай-ай. — Не заглядывай мне под юбку! — негодовала Микота. — Сейчас не время беспокоиться о таком! — потирая лоб, ответил я. — Нельзя — значит нельзя! — завопила она. — Что такого в том, что ты увидишь ее труселя? — задумчиво шепнул мне парень, сняв маску. — Не повезло тебе с девушкой. — Но, как же мне потянуть за веревку, ведущую к Урабэ? Что же делать? Как мне поступить? — занервничал я. — Цубаки, потяни за ту, которая тебе больше нравится, — раздался сверху голос Урабэ. — Но ведь… — Все хорошо, — еле видный отблеск красного огня в ее глазах выглядел очаровательно. — Ведь у нас тоже есть то, что связывает нас. — Урабэ… — тогда Микота дернулась и ухватилась губами за конец веревки, которой была привязана. — Что это она делает? — для организатора представления шоу стало не менее интересным, чем для меня. — Странная девушка… Я заметил отблеск, это слюна, стекает по веревке! Тогда веревку чудным светом показала мне путь к той, за которую тянуть. Она почти дошла до конца, но затем потухла. Как же так? Наша связь с Урабэ… Точно! Я схватил зубами побрякушку на сумочке Урабэ, найденной на полу. Веревка ярко засветилась. Вижу ее! Слюна Урабэ! Парень и девушка, уже оба сняв маски, стояли и смотрели на сие безумие. Я же — подошел к веревке, которую заранее запомнил, ту которая светилась. Стоило мне ее попробовать, как… Сладкая! Фонтан крови брызнул из носа, так что я чуть не упал. — Эта ведет к Урабэ! Понеслась! — я потянул за нее, да так, что вся эта карусель из веревок взвилась, закружилась… — Бинго! — парень позади звенел колокольчиком под поздравительное хлопанье девушки. Я с довольным видом спускал Микоту на пол. — Урабэ… — я спас ее! — Цубаки! — она смущена, красное лицо выдает ее. Руки разжались и веревка вырвалась из рук. Микота плюхнулась на пол, благо с небольшой высоты. — Прости, Урабэ! — я подбежал к ней. — Цубаки… — мы обернулись к парочке в масках. — Ну все, все, спасибо, молодцы, — он махали нам. — Вы показали нам нечто невероятное, спасибо. Ну, а теперь, удачного дня! Следом что-то взорвалось, заволакивая все пылью. Я открыл глаза, как… ЧТО? Мы сидели посреди тропинки, прямо перед храмом. — А где музей? Это святыня Казами? — справа был храм, однако пустующий, без людей. — Похоже на то… — Урабэ все еще сидела на земле. — А где же мы были тогда? — я наивно оглядывался, не понимая, оптическая иллюзия это или глюки… — Это что, все был сон? — Но… у меня попа болит, — Микота поднялась с земли. — Ой, точно! Ты в порядке? — Да. — Прости, рука соскользнула… — виновато сказал я, как увидел грязное пятно на ее юкате. — У тебя юката испачкалась! — я тут же стал отряхивать ее, сам не замечая, что хлопаю ей по ягодицам. «Стоп, тут чего-то не хватает…» — я провел пальцем по ее бедру и не нащупал резинки от трусов. — Цубаки! — вся бордовая воскликнула Урабэ. — А-а-а! — заорал я. — Прости, увлекся! Микота прыгнула, готовая доставать ножницы. — А, точно, — спохватилась она и выпрямилась. — Что не так? — Я… сегодня без… нижнего белья… — сохраняя более менее серьезное лицо, произнесла она. — А? Т… т… то есть… неужели… под юкатой у тебя… — кровинка из носа вновь побежала по своим делам. — Ничего? — Да. Поэтому ножницы у меня тут, — она достала их из кармана на поясе. — Так вот почему ты тогда… — я понял, почему она так волновалась за то, чтоб я не смотрел ей под юбку. Урабэ кивнула. Так вот почему у слюны в этот раз был такой экстра вкус. А еще она сегодня выглядит такой уязвимой… Что-то мне это напоминает… Точно, когда я был маленький, сестра тоже ничего не одевала под юкату. — Цубаки, что-то не так? — спросила Микота. — А, нет, ничего, кстати, Урабэ, когда мы разделились, почему ты пришла именно сюда? — спросил я. — Это потому… — Неужели ты хотела купить любовный оберег? — заметив позади себя лавочку с горящим внутри светом, предположил я. — Ока сказала, что я могу купить его тут, — в этот миг один ее глаз освободился из челки-тюрьмы и… ее лицо выглядело божественно мило. «Урабэ-э-э…» — я готов был затискать ее до смерти. — Ну, раз пришли, давай купим, — предложил я. — Постой, Цубаки, — она вытащила ножницы, на которых болталась красная веревка. — Вот. — А, ты уже купила?! — когда успела? — Нет, только что обнаружила его на ножницах, — ответила Микота. — Мир странная штука… — только и выдал я. — Цубаки, протяни руку, — попросила Урабэ. Затем она завязала его у меня на руке. Мило то как. — Может это подарок от бога любви? — улыбнулся я, воззрившись на мой браслет. — Спасибо, Урабэ. Урабэ! Твои сандалии! Только сейчас я увидел, что она босая. — Помнишь, они спали тогда, — в ответ на это я присел, приглашая ее сесть мне на спину. — Забирайся, я понесу тебя! — Да не стоит, все хорошо! — она вся аж покраснела. — Давай, — она была не против, потому что долго сопротивляться не стала и села мне на спину. — Урабэ, тут опасно, держись крепче. Тогда Микота обхватила мою шею теплыми руками, еще посильней прижавшись ко мне. «Интересно, кто были те двое в масках? Это был сон или глюк?» — с этими мыслями я нес мою девушку домой.

***

Когда любишь кого-то, все охватывает тайной. Эта тайна сохраняется до тех пор, пока ты не узнаешь человека полностью. — Цубаки. — А? — Вот, сегодняшнее, — перед носом показался ее палец. Конечно же я принял ее слюну. Такая сладкая, особенно сладкая, словно небесный нектар. — Урабэ, в следующем году мы… — мои слова прервал фейерверк. — Красота! — милым голоском молвила Урабэ. — Ага… «Если бы не этот фейерверк, кто-нибудь точно бы услышал как сильно бьются наши сердца. Нечто странное случилось на этом фестивале. В следующем году мы придем сюда вдвоем». — Слушай, Цубаки, — ее прелестное личико повернулось ко мне. — Чего? — В следующем году придем сюда вдвоем? — читает мои мысли! Я кивнул. Вот такая вот наша связь. Появившаяся из дурной идеи попробовать натекшую на парту слюну, заставившая окунуться меня в таинственность и загадочность, она скрепила меня с Урабэ Микотой. Моей загадочной девушкой.