Встреча выпускников

      В десять двадцать утра волейболисты прибывают на станцию Мияги. Там их уже ожидает заранее заказанное такси, которое в течении получаса привозит их в гостиницу. Они подтверждают бронь, оплачивают номера и расходятся по комнатам, чтобы через час вновь встретиться в холле.       Всё это время Ойкава продолжает думать. В последнюю неделю он так много это делает, что голова начинает болеть.       «Я снова увижу бывших товарищей» — Тоору чувствует приятное тянущее чувство в душе. Он не виделся с ребятами из клуба уже очень давно и честно признал, что соскучился. И хочется, как раньше, собраться командой и обсудить план атаки, комбинации, тренировки. Просто увидеть усталые, но счастливые улыбки парней после тренировочного матча. И снова почувствовать это — Иваизуми рядом.       Но то прошлое, а они в настоящем, где реальность холодным потоком воды сметает тёплые воспоминания. Сейчас всё по-другому. Об этом думать не хочется.       С Котаро он встречается внизу, готовый выполнить сегодняшний план. Первым делом они едут в салон, чтобы купить смокинг Ойкаве, который не жаловал подобное, поэтому в гардеробе его не было. «А встреча всё же официальная» — повторял про себя мужчина, соглашаясь на покупку.       В специализированном магазине их встречает приятной наружности брюнетка и вежливо интересуется: «Нужно ли Вам что-то конкретное, или Вы будете выбирать?»       Ойкава даже не смотрит на неё, сразу отправляясь к манекенам, а Бокуто не оставляет возможность пофлиртовать с девушкой.       Тоору останавливается рядом с тёмно-синим костюмом, оценивая его вид. Затем просит одного из консультантов разрешение на примерку.       Надев смокинг и тут же подобранные туфли, Ойкава смотрит на себя с зеркальной поверхности. Он видит в отражении немного уставшего, но всё же красивого мужчину, чьи достоинства выгодно подчёркивает хорошо сидящий костюм. Широкие плечи; узкие бёдра; длинные ноги.       — Хорош собой, — тихо говорит себе Тоору и улыбается.       — Выбрал? — спрашивает Бокуто и оглядывает друга, отмечая наличие привлекательности. Ойкава поворачивает голову в сторону и смотрит на девушку, с которой Котаро беседовал. Та стояла с румянцем на щеках и прикушенной губой, пытаясь, видимо, сдержать улыбку. А ещё продолжала смотреть на Бокуто.       — Я расскажу всё Акааши, — выдал Тоору и ухмыльнулся.       — Ты!.. — задохнулся в возмущении и театрально схватился за сердце. — Ты хочешь разрушить мою жизнь? Как ты можешь, Ойкава, с лучшим-то другом!       Тоору приподнимает бровь и откровенно веселится, смотря на товарища.       — С каких пор мы лучшие друзья?       — С тех самых, как мы попали в одну команду? — вопросом на вопрос отвечает Бокуто и широко улыбается. Ойкава просто закатывает глаза и продолжает смотреть в зеркало. Определённо, ему нужен именно этот. И цвет хороший, и подчёркивает всё, что надо подчеркнуть.       — Покупаю, — оповещает Тоору и идёт переодеваться.       Вторым делом стало посещение парикмахерской. Там Ойкаве подстригают отросшие волосы, а Бокуто покупает процедуру по восстановлению.       — Зачем тебе это? — спрашивает Тоору, глядя на довольного жизнью Котаро.       — За компанию, — смеётся тот и подмигивает.       К трём часам дня мужчины возвращаются в отель, чтобы передохнуть и подготовиться ко встрече.

* * *

      В назначенное время Тоору и Котаро открывают двери ресторана. Их встречает негромкая, медленная композиция, служащая фоном для разговоров, снующие официанты и полсотни глаз, смотрящих прямо на них.       Тоору обводит всех присутствующих спокойным взглядом, а затем вежливо кланяется.       — Ойкава, ты ли это? — сбоку, с бокалом шаманского, стоит невысокая блондинистая особа в красивейшем бежевом платье до колен и внушающим вырезом декольте. Она восхищённым взглядом осматривает мужчину своими зелёными глазами и явно остаётся довольна уведенным.       Тоору честно пытается вспомнить, кто это, но почему-то не получается.       — Боже, Ойкава, только не говори, что не узнаешь?       Пока Тоору усиленно думает, женщина усмехается и понимающе кивает.       — Аяка. Хирушима Аяка, мы учились в одном классе. Хотя, я не удивлена твоими попыткам вспомнить, в школе я была забитым аутсайдером в очках. — Аяка звонко смеётся, смотря, как вытягивается от удивления лицо Тоору. Перед его глазами всплывает картина десятилетней давности, где темноволосая девочка с косичкой на правое плечо признаётся ему в симпатии, но он, в силу своей самовлюблённости и глупости, отказывает ей весьма некрасиво. И сейчас, видя такие изменения, действительно удивляется, думая, что время повлияло на неё как нельзя лучше.       — Ты сильно изменилась, Хирушима-сан, — сумел-таки выдавить Тоору.       — Иваизуми.       — Что?       — Говорю, что теперь я Иваизуми.       Женщина переводит взгляд за спину Ойкавы и выражение её глаз становится мягким, даже нежным. Она снова смотрит на Тоору, а затем внезапно кричит: «Дорогой, здесь Ойкава Тоору, подойди, поздоровайся!»       Волейболисту кажется, что его ударили. Ладони похолодели, а внутренности словно узлом стянули. Ойкава впервые чувствует потребность уйти прямо сейчас. Убежать. Потому, что если это то, о чём он думает — он не сдержится и разрыдается.       — Мы ненадолго отлучимся, а потом обязательно поговорим с вами еще, — молчавший до этого Котаро хватает побледневшего друга за локоть и вещая что-то про напитки утаскивает того в гущу толпы.       И Ойкава на самом деле ему безумно благодарен.       Бокуто останавливается только тогда, когда Аяка совсем скрывается из виду. Он берёт пару бокалов с коричневой жидкостью (у мимо проходящего официанта) и всучает один Тоору, чуть ли не приказным тоном говоря: «Пей!»       И мужчина одним глотком осушает стакан.       — Фу, гадость какая, — морщится Ойкава. — Ненавижу виски.       Котаро внимательно смотрит на товарища.       Тоору нервно дергается, постоянно оглядывается и кусает губы. Так дело не пойдёт.       — Твоё поведение отнюдь не зрелое, — сердится Бокуто. — Ты приехал отдохнуть, повидать друзей и бывших товарищей. Веди себя согласно своему положению и включай уже способность прятать эмоции, а то так и просидишь в углу, напиваясь до чёртиков.       — Слушай...       — Нет, это ты слушай! Ты знал, что он тут будет, знал, и всё равно поехал! Возьми уже себя в руки, бро, и прими как факт то, что происходит, — у Котаро сжаты кулаки, потому что ему совсем не нравится видеть перед собой этого разбитого парня, а не Ойкаву Тоору, который одним своим присутствием может довести человека до белого каления.       — А ещё днём я был «лучшим другом», — усмехается волейболист и вздыхает. — Теперь уже «бро».       — Да, у меня два бро: ты и Тецу. Но этот говнюк уже месяц, как не отвечает на сообщения, — негодующе бубнит Бокуто, переключаясь уже на злость к Куроо.       — У них же сезон начался, матчи почти каждый день, не говоря уже о тьме интервью и тренировках. Всё же в этом году его команда в фаворитах. Глядишь и на чемпионат мира попадут, — пожимает плечами Тоору, принимая такую резкую смену темы.       — И тогда мы с ними встретимся на площадке, — задумчиво тянет Котаро. — Блоки Тецуро или наши спайки? И вообще, какого чёрта он умчался в эту Америку? Предатель.       — И ты мне ещё про незрелое поведение втираешь.       Тоору покачал головой и натянул на лицо жесткую ухмылку.       — Но если мы встретимся — победу не упустим. Пусть почувствует, какая сила у нашей сборной.       — И вернётся к нам! — довольный такими планами, Бокуто сцапывает ещё пару бокалов ненавистного Тоору виски, и они выпивают его, предварительно стукнув бокалы друг о друга.

***

      Вечер проходит в расслабленном темпе. Ойкаву периодически кто-то вылавливает и начинает задавать вопросы о его жизни, но Тоору отвечает односложно, постоянно следит за маячившим где-то на периферии Котаро, который уже успел налакаться и теперь пристаёт, кажется, к Мацукаве.       Увидев последнего, мужчина обрадовался и, попрощавшись с очередным не-помню-кем-то-там, спешит к нему, чтобы не быть схваченным кем-то другим с очередной порцией ненужных вопросов.       Но чем ближе Тоору приближается, тем отчётливее чувствует как грудную клетку сдавливают невидимые оковы. Рядом с Мацукавой и Бокуто стоит Иваизуми Хаджиме собственной персоной.       Ойкава останавливается, тяжело дышит и смотрит. Не может отвести взгляда от того, кого любит уже так долго.       — Ива-чан, — бормочет мужчина и кусает кончит языка.       Иваизуми выше Иссея и Бокуто, у него широкие плечи, длинные руки (Тоору ещё помнит, какие они без этого закрывающего костюма. Мускулистые и сильные. А ещё тёплые, потому что когда Ива-чан обнимал его, всегда было тепло), только причёска не изменилась — всё тот же чёрный ёжик. И Ойкава готов задохнуться, видя прямой, уверенный и тяжелый взгляд тёмных глаз, направленный прямо на него.