Подарок на Рождество

POV Фрэнк Наконец-то мы остались наедине в его пустой комнате, и я не хотел терять ни минуты. Я накинулся на Джерарда и принялся страстно его целовать. Похоже, он не ожидал такого напора и слегка пошатнулся под моим натиском. Его зрачки были расширены, волосы растрепаны, и он отвечал на мои поцелуи, крепко прижимая меня за шею. Я тонул в нем. Тонул в пряном запахе его волос, в этой пьянящей близости, в его крепких объятиях. Реальность для меня исчезла, границы стерлись, остался лишь он: его влажные губы, требовательные поцелуи и горячее сбивчивое дыхание. Я внезапно остановился и открыл глаза, чтобы удостовериться, что все это не снится мне. Джерард недоуменно смотрел на меня, тяжело дыша, его щеки украшал легкий румянец. Я улыбнулся и осторожно провел ладонью по его лицу, будто слепой, пытаясь запомнить кончиками пальцев каждую его черточку. Его губы растянулись в улыбке, веки опустились, и он принимал мои прикосновения, пытаясь выровнять дыхание. Я мягко проводил рукой по гладкой коже, нежные губы легко касались моей ладони, а я закрыл глаза и изучал каждый сантиметр любимого тела. Так же медленно я опустился вдоль шеи к его выступающим ключицам. Мои прикосновения срывали с губ Джерарда легкие стоны, заставляющие все мое существо изнывать от желания. Я чувствовал, как с каждой секундой завожусь все сильнее, а еще я чувствовал, что Джи испытывает то же самое. Его стоны становились жарче и требовательнее, а его тело так импульсивно реагировало на мои прикосновения, что сдерживать себя уже не было сил. Я медленно провел рукой по внутренней стороне его бедра, в ответ Джи застонал настолько сладко, что я принялся нетерпеливо расстегивать ширинку на его брюках, запуская пальцы в тесные боксеры друга. О Боже, такой реакции я не ожидал, стоило мне прикоснуться к горячей плоти Джерарда, он резко подался бедрами вперед и выгнулся, как последняя шлюха, приоткрывая рот в протяжном, почти жалостливом стоне. Я подавился воздухом, пытаясь оставаться в сознании. Голова кружилась, руки тряслись, а брюки стали настолько тесными, что, казалось, вот-вот разойдутся по швам. Джерард будто прочитал мои мысли, и его ловкие пальчики без труда освободили меня от этого ненужного предмета одежды. Я чувствовал себя ограниченным в движениях, сломанная рука мешала принять удобное положение. Я отвел ее в сторону и здоровой принялся стягивать с Уэя тонкий галстук. Наконец, лоскут алой ткани был сорван и брошен на пол, вместе с ним, будто, были сняты и все запреты между нами. Некоторые пуговицы на его черной рубашке мне удавалось расстегнуть, остальные я, попросту, срывал. Плевать, куплю ему новую рубашку! Сейчас это абсолютно неважно! Джерард заходился стонами, умоляя меня сделать уже хоть что-нибудь, но я медлил, проводя языком по его груди и скользя свободной рукой по возбужденному члену. Внезапно, Джи схватил меня за плечи, резко перевернул, закидывая на кровать, и наваливаясь сверху. Я несколько растерялся, но внезапно почувствовал, как он обхватил напряженную плоть губами, слегка облизывая головку. Я задержал дыхание и через пару секунд рвано выдохнул, сам издавая похотливый стон. Джерарду это понравилось, и он продолжил, а я откинул назад голову, жадно хватая ртом воздух, чтобы не задохнуться от наслаждения. Его пальцы, тем временем, скользили по моей груди, нежно лаская чувствительную кожу, срывая очередные стоны, отвечая на них и заставляя волну возбуждения накрыть меня с новой силой. Я потерял счет времени, я наблюдал за красивым лицом Джерарда: его приоткрытым ртом, легкой испариной на лбу, за подрагиванием его полуоткрытых век. Я наблюдал за гибкостью его прекрасного тела, за каждым движением, каждым вздохом и стоном. Я был болен им до беспамятства, я был полон и завершен во время близости с ним. И эта точка, что он так настойчиво искал во мне, она открыла заново границы моего наслаждения. Я хватался за влажное тело Джерарда, как за спасательный круг, чтобы не потерять себя в этом удовольствии, чтобы не потерять его в этом бешеном ритме. Я сорвался раньше, чем он. Я не мог больше сдерживаться, мой громкий стон заполнил комнату, оседая на стенах, застилая мои глаза плотной пеленой, заставляя Джи вторить мне. В сладкой истоме Джарард прижался к моей мокрой груди своим жарким телом. Наше дыхание смешивалось, успокаивая и накрывая волной нежности. Я провел пальцами по его влажным волосам, вдыхая их аромат. Джи пах сексом, сексом и мной, от чего я невольно улыбнулся. - Я уже говорил, что люблю тебя? – спросил я. - Что-то не припомню, - ответил Джерард. Я не видел его лица, но чувствовал, что он улыбается. - Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить, - сказал я. - Все так говорят после секса, - засмеялся он. - И еще обещают позвонить, - добавил я. – Тебе не кажется, что это немного другая ситуация? - Кто тебя знает, - протянул Джи, обводя пальцем контуры моих татуировок. – Вдруг ты меня использовал? - он изо всех сил старался не засмеяться. - Стоп! По-моему, это ты меня только что трахнул, так что волноваться стоит мне, - я пытался придать голосу как можно больше серьезности, чем заставил Джи истерически хохотать. Я тоже едва сдерживался и принялся смеяться вместе с ним. Боже, я был счастлив, как никогда раньше. Мне было одновременно радостно и страшно. Я уже боялся потерять то, что так внезапно получил. Надо гнать от себя эти мысли! «Сейчас Джерард со мной, он любит меня, и все зависит только от нас!», - повторял я, пытаясь успокоиться. Если бы я знал, как ошибался в тот момент. POV Джерард Я лежал на груди Фрэнка, пытаясь перевести дух и переварить все, что только что произошло. Когда я прокручивал в голове сцены прошедших минут, мое тело реагировало новой волной возбуждения. Это было похоже на сумасшествие, на преступление, свидетелями которого стали стены моей маленькой комнаты, старые комиксы, разбросанные по полу и мои рисунки, покоящиеся на письменном столе. Мое тело и мои чувства существовали отдельно от разума. Я не думал, что с ним все будет ТАК. Так неистово, долгожданно, жарко и совершенно иначе. Я никогда не испытывал такого с девушкой. Возможно, потому что я никого не любил по-настоящему. А Фрэнк, Фрэнк полностью занимал мое сердце, и мои мысли. Во время секса я был с ним душой и телом, я чувствовал его и думал лишь о нем. В отличие от многочисленных девушек, от которых я хотел только наслаждения, и мне плевать было на то, как они выглядят, сколько им лет и что у них в голове. Фрэнка же я чувствовал, как никого другого, и хотел, чтобы он чувствовал меня. Я ощущал себя гребаной девчонкой, когда он признался мне в любви. Как хорошо, что Фрэнк не видел эту глупую улыбку на моем лице, она просто кричала, что я тупая восьмиклассница, которая отдалась капитану футбольной команды на заднем сидении новенького Форда. Я водил пальцем по рисункам на его теле, чтобы потом повторить их на бумаге. Я готов был заниматься этим вечно – просто лежать на его груди, изучать его татуировки, вдыхать аромат его тела. Но внезапно раздавшийся шум в гостиной заставил меня вспомнить, что в доме мы не одни, сегодня Рождество, и ребята ждут нас внизу. Я медленно встал и потянул Фрэнка за собой в душ, покрывая его плечи поцелуями. Слегка приподняв больную руку вверх, чтобы не намочить гипс, я принялся водить мочалкой по влажному телу Айеро, стараясь не потерять контроль от открывающейся мне картины. Закончив с ним, я направил теплые струи на себя, смывая следы недавнего безобразия. Я не хотел терять частичку Фрэнка, что успела впитать моя кожа, я осторожно водил руками по своему телу, боясь смыть лишнее. Внезапно, я резко дернулся и прижал Фрэнка к стене, жадно целуя его губы и прижимаясь к нему всем своим существом. Он крепко обнял меня, зарываясь носом в мои волосы. Я не мог представить, что столько нежности может уместиться в одном человеке. Она переполняла меня, вызывала желание заботиться и оберегать Фрэнка. Я закутал его в полотенце и вынес из душа. Он слегка удивился, но все же обвил мою шею руками, позволяя донести себя до кровати. Я достал из шкафа чистое белье, но затем обнаружил, что мне необходима еще и новая рубашка, у нынешней пуговицы были вырваны с корнем, и она была безнадежно испорчена. Я достал старую толстовку и джинсы, а испорченную рубашку бережно свернул и спрятал в верхнем ящике винтажного комода. - Я не смог больше сдерживаться, - смущенно произнес Фрэнк, поднимая с пола оторванную пуговицу. - И не стоило, - ответил я, забирая кружочек черной пластмассы из любимых рук. - Стой, можно я оставлю это себе? – спросил он. – В память о первом… - он слегка замялся. – В память о сегодняшнем дне. Я улыбнулся такому интересному желанию, но протянул пуговицу обратно. Через пару минут мы уже спускались по лестнице в гостиную. Я едва не споткнулся, когда увидел в прихожей знакомую фигуру. - Лин? – удивленно спросил я. Вот уж кого я точно не ожидал сегодня увидеть. Да что там говорить, я не ожидал, что она вообще появится в моей жизни снова. - Чем обязан? – холодным тоном продолжил я. Она широко улыбнулась, обнажая белоснежные зубы. Что-то не понравилось мне в этой улыбке, ничего хорошего от нее ждать не стоило. - Я беременна, - выждав небольшую паузу, ответила она, а затем добавила. - Беременна от тебя, Джи.