То ли трио, то ли пара

Чашка с чаем - зеленым, горьким и неприятным - была уже опустевшей, но наливать вторую ты не собирался. На языке неприятно перекатывались недосказанные слова, на плечах тяжело висела скорбь, а на веках поселились опасения и ночные кошмары - к ним ты относился уже с плохо скрываемым равнодушием. Тебе остался лишь чай, оставляющий после себя противно-тянущий привкус, погруженная в прозрачную синеву темноты кухня и звонкая, хрустальная тишина. Чай и кучка несбывшихся мечтаний. Луна серебрила твою и так довольно бледную кожу, когда ты обводил мозолистыми подушечками неловких пальцев тонкий блестящий ободок узора на своей чашке и думал о чем-то постороннем, чуждом, и это все было таким привычным, практически полюбившимся за последние месяцы. Твое одиночество было личным, и ты, наверное, наслаждался им гораздо больше, чем всегда, иначе зачем каждый раз спускался сюда? Сейчас, после смерти Фреда, ты запутался так, как никогда до этого. Твое понятие хорошего и плохого будто бы резко рванули куда-то в сторону, смешав белое с черным. Раньше ты вообще над этим как-то не задумывался, не было времени, а сейчас, вдруг, все изменилось. Чай пах почему-то морозной мятой, хотя был разгар лета. Тихие шаги - мягкие и скользящие, словно чешуей по деревянному настилу - ты услышал не сразу, лишь когда они раздались совсем близко, и дернулся, выхватив было палочку и запоздало вспомнив, что оставил ее в спальне. Зашелестел смех, и Поттер, исполосованный кривыми дорожками света, сел напротив. - Давно сидишь?- голос звучал глухо и хрипло, слова наждачкой прорывались из горла - Гарри не разговаривал слишком давно.- Сейчас три ночи. Покинутый обожаемым Джорджем и затасканный по деловым встречам - Поттер сейчас был именно таким, измученным и нервным. Национальный гребанный герой всю последнюю неделю старательно прятался в комнате даже от Джинни с Гермионой, пытаясь как-то пережить смерть Фреда, но у него явно не получалось, судя по воспаленным глазам и какому-то-затравленному виду. Взгляд Гарри почти панически, без остановок, скользил по деревянной раме окна, столу, твоей чашке, и ты, если честно, тоже потихоньку перенимал это нервозное настроение. - Нет, только пришел,- соврал непонятно зачем, с трудом сглотнув,- Джордж, он... Глаза Поттера, видно было даже в обесцвечивающем лунном свете, странно заблестели, на миг вспыхнув зеленым. - Пока нет. - Ясно. Ты кивнул, наблюдая, как ерзает Гарри, не в силах усидеть на одном месте. Внезапно подняв навстречу твоему взгляду голову, он непонятно вздрогнул, задохнувшись, вскочил и замер. Ты почему-то подумал, что Джинни бы не одобрила, встал с места, оказавшись близко-близко к Поттеру, прикусил внутреннюю сторону щеки. Пять колечек, обвивающих чашку с выпитым чаем; три крупных, развернувшихся в кипятке листочка; один большой лунный блик на кромке, мерцающий, как будто в танце, на самом краю. - Рон,- тихо и немного нерешительно раздалось в темноте, одновременно с кружащим голову травяным, мятным, запахом. Чашка, все еще пахнущая зеленым чаем, опрокинулась и, кажется, разбилась, когда ты впечатал Поттера задницей в стол, делясь остаточной горечью от противного пойла, коим твоя мать поит всех подряд, с Гарри. Тот, весь податливый и послушный, как глина в руках скульптора, тем не менее больно кусается и царапается, как-то слишком незаметно запустим свои холодные, мать их, ладони под твою рубашку. Ты шипишь, морщась, и мстишь, жестко впиваясь зубами в самое основание поттеровской шеи. Вы третесь друг об друга, шумно дышите, сопите, и ты берешь Поттера прямо там, на чертовой кухне, торопливо и жадно, как будто Гарри исчезнет, если ты замедлишься хоть на секунду. Твоя ожившая мечта разложена на прочном деревянном столе, вплетает пальцы в твои рыжие волосы, позволяет целовать себя и сжимает бедрами твою талию на грани боли. Все заканчивается почему-то слишком быстро, с тихим стоном "Фред" в твое ухо, ваши грудные клетки тяжело вздымаются, в воздухе висит глухая и плотная атмосфера похоти, и ты выжат до нуля в эмоциональном плане. Ты ощущаешь себя преданным, хотя никто ничего и не обещал, наблюдая, как Поттер приводит в порядок свою одежду. Он открывает окно, нашаривает выпавшую палочку, шепчет заклинание, восстанавливая ту дурацкую чашку, а ты теперь знаешь, как пахнет твое собственное утекающее счастье - холодной мятой. На миг в мысли закрадывается ужасающая мысль, что ты бы мог заменить Фреда, но отогнать ее проще простого, представив реакцию Гарри. А тот, не обернувшись, уже ускользнул из твоих рук. В проветрившейся кухне ничего не намекнет на то, что происходило минутами ранее.