Потом состоит из множества сейчас

      Ей снился сон. В нем на город опустилась очередная осень. Мягкий солнечный свет золотом осыпал все с небес, проникая сквозь еще не до конца опавшие листья кроны большого дуба. Под ним, опираясь спиной о широкий ствол, сидел Северус,… только выглядел он на много моложе. Хотя, быть может, он выглядел бы так, как если бы жил не ведя жизнь двойного шпиона. Если бы его жизнь проходила в спокойное время, если бы он не был вынужден скрываться за маской ненависти или равнодушия, если бы мог принадлежать самому себе… Возможно, он был бы именно таким, сложись жизнь иначе.       Ей снилось, что она одета в коричневую юбку до щиколотки и терракотовую рубашку, что поверх этого на нее надета кожаная куртка, а на ней лежат красивыми локонами волосы. Во сне Миона улыбалась Северусу и кружилась перед ним, широко разведя руки, а вместе с ней кружилась опавшая пестрая листва. Все вокруг было наполнено теплом и пряным запахом. Где-то вдалеке жгли костры и горьковатый аромат от них пьянил не хуже рубинового вина, которое обычно успевали сделать к началу сентября. Кружась, волшебница засмеялась и, сделав еще несколько оборотов, легко оторвалась ногами от травы, воспарив в воздухе. Она чувствовала на себе такой знакомый взгляд, от которого по позвоночнику проходила дрожь, а по телу разливалось приятное тепло.       А в следующий момент смутная тревога резко пробудила ее от грез. Открывая глаза, первым, что она увидела, был ничего не понимающий взгляд Северуса. Впрочем, слишком быстро непонимание сменилось на негодование. Обведя незнакомую комнату взглядом, задержанным им на миг на проеме в кухню, и сообразив, что находится не в Мунго, маг тут же попытался заговорить. Но из горла его едва вырывался хриплый шепот. Ужас промелькнул в черных глазах, он был настолько велик, что профессор не смог скрыть его. Тут же, подняв левую руку к шее, он коснулся пальцами свежей повязки.       В этот момент Гермиона наконец-то смогла сбросить с себя оцепенение. Заснув накануне в кресле у его кровати, она подалась ближе к мужчине и накрыла его руку своей.       - Профессор…       С облегчением вздохнув, девушка нежно улыбнулась Снейпу. Желая поскорее успокоить его и вести в курс происходящего, она торопливо заговорила:       - Голос вернется. Уэйзек обещал вернуть его. – На миг помрачнев, Миона усмехнулась уголком губ. - Не думаю, что он мог лгать под империо. – Обрадованная тем, что мужчина пришел в себя, она не заметила, как при упоминании о том, что использовала непростительное, в его глазах промелькнет изумление, слишком похожее на шок. - Боги, наконец-то ты пришел в сознание! – Не в силах сдержать свою радость, по этому поводу, она сильнее сжала его пальцы своими. - Сегодня 14 июня. Прошло уже больше месяца с тех пор, как закончилась война. Лорд мертв. На этот раз навсегда. Все закончилось, Северус.       На последних ее словах в комнату вошел колдомедик. Увидев, что пациент наконец-то пришел в себя, он тут же начал диагностировать его состояние, задавать вопросы и что-то помечать в своем блокноте, который вел все то время, что наблюдал за зельеваром. Отойдя к окну, девушка не мешала парню осматривать профессора, но вполне могла пояснять происходящее.       - Это Лойнер. Этот молодой человек недавно окончил Дурмстранг. Он признан самым лучшим колдомедиком столетия. – Улыбнувшись в ответ на польщенный кивок парня, она на миг представила себе, что он находится здесь по своей воле, а не по принуждению. - Молодое дарование, о котором писали во всех газетах магического мира. – Замолчав на минуту, Миона решила, что пока магу не нужно знать обо всем, что случилось. Хватит и самого основного, а то, как она рисковала, пусть останется до времени ее секретом. – Мы находимся в доме моих родителей в маггловском квартале. Я позаботилась о том, чтобы здесь было безопасно.       Достав из рукава серой рубашки палочку Лестрейндж, Грейнджер, будто бы впервые, принялась рассматривать ее. Бросив взгляд на слизеринца, девушка поняла, что он обо всем догадался, вот только ей не нравилось, как при этом спокойствие его сменилось настороженностью.       - Пожалуй… вам, профессор, не стоит утомляться.       Спрятав палочку обратно, девушка сделала пару шагов к коридору и лестнице, ведущей на второй этаж. Но прежде чем уйти, она обернулась и одарила мужчину улыбкой. Кинув быстрый взгляд на колдомедика, она рассудила, что он, в любом случае, не будет помнить об этом времени, и вернулась к Снейпу. Склонившись над ним, она легко коснулась поцелуем уголка губ. Прикрыв глаза, Грейнджер впервые за долгое время чувствовала, что все правильно. Теперь, когда он пришел в сознание, все будет хорошо. Уверенность в этом, взявшаяся непонятно откуда, дарила крылья.       – Тебя оправдали и наградили Орденом Мерлина первой степени. Правда посмертно, но это ненадолго… - Подарив еще один поцелуй в другой уголок губ, она легко коснулась ладонью щеки мага. - Отдыхай, Лойнер позаботится о тебе, а мне нужно привести себя в порядок. Я скоро вернусь и успею надоесть.       Оставив Северуса привыкать к обстановке, гриффиндорка едва ли не взлетела на второй этаж. Все то время, что она принимала душ и одевалась в своей спальне, перед ней стояли полные непонимания глаза зельевара в момент, когда он пришел в себя. Если бы палочка была в его досягаемости, то он наверняка сжал бы ее в тонких пальцах, но Миона предусмотрительно спрятала ее под подушку мужчины и собиралась сказать об этом вернувшись.       Впереди у них были долгие недели восстановления. Время, за которое они пытались научиться жить по-новому, не опасаясь за свои жизни и не вздрагивая от каждого непонятного звука, выхватывая при этом палочку. Гриффиндорка запрещала себе думать о поступках, которые совершила на пути к спасению своего любимого мужчины из лап смерти. Маг же пытался понять и принять тот факт, что оказался для молодой, красивой и способной девушки не просто капризом, не способом получения адреналина, а единственным необходимым человеком. Долгое время он не мог принять той одержимости, с которой она действовала, вынашивая идею вернуть его. Он вообще не понимал, почему героиня войны вцепилась в воспоминания об их связи, возникшей столь внезапно. Он считал, что Грейнджер может связать свою жизнь с кем-то более достойным, а она смеялась, напоминая ему о используемой ею темной магии.