Это моя жизнь

— Ты изменился, — говорит Кай, слегка поворачиваясь к Лухану. Лухан удивленно взглянул на него: — Правда? — он неловко засмеялся. — Как именно? Кай снова опустил взгляд на дорогу. Он задумался. Ему действительно показалось, что этот парень изменился. Каким он был в самом начале их знакомства? Высокомерный и заносчивый, знающий себе цену, прославившийся своей жестокостью джанг школы. Тогда Кай мог с уверенностью сказать, что он ненавидит этого наглого китайца. Его бесил один его вид, его отношение к Сехуну, его странное, необъяснимое поведение… А теперь? Кай подумал, что изменился не Лухан, а его отношение к нему — теперь Кай видел перед собой не злобного мальчишку, а вполне приятного человека. Так почему же вначале Лухан вел себя так по-дебильному? — Ты перестал быть кретином, — озвучил он свои размышления одним, не очень лестным словом. Лухан заливисто рассмеялся. — Я и не был никогда кретином. — Да ну? — фыркнул Кай, бросив на Лу насмешливый взгляд. — Йа! Тебе жить надоело? — Лухан слегка ударил Кая рукой по плечу. — Тогда почему? — не сдавался Кай. Лухан перестал смеяться и опустил взгляд на носки своих кед. — Когда я учился в младшей школе, я был мальчиком для битья, — начал он тихим голосом, явно погружаясь в ту атмосферу, когда жертвой был он сам. — Я не мог выйти из этого положения, всегда был омегой среди сверстников. У меня не было друзей, а о девушке и речи быть не могло. Кай удивленно посмотрел на него. Он и представить себе не мог, что у этого внешне уверенного в себе парня могла быть такая жестокая юность. Теперь он окончательно утратил к нему ненависть и взглянул на него по-другому. — Уже в средней школе я решил, что не могу больше это терпеть, и я решил заняться собой, — продолжил Лухан. — Я записался на ушу, где познакомился с Тао. Мы хорошо с ним поладили и даже стали друзьями. И вышло так, что в средней школе я был самым обыкновенным учеником, который уже не был жертвой издевательств и насилия. Лухан тяжело выдохнул и поднял голову, возвращаясь в насущную реальность. Затем ободряюще улыбнулся. — А уже в старшей школе в первый же день кто-то снова решил меня подавить. А я просто показал на нем все свои навыки ушу. И так я и стал тем, кем являюсь — тем, кого все боятся, даже не пытаясь узнать меня ближе. Чен и Сюмин — друзья Тао, а не мои, но мы ходим с ними вместе. У меня же лишь один друг — Лэй. Он единственный знает обо мне все. Лухан замолчал и посмотрел на Кая многозначительным взглядом. — Теперь и ты знаешь. Кай вдруг почувствовал неловкость. Ведь Лухан, и правда, рассказал ему о себе нечто личное, что он никому не рассказывал. Как теперь ему себя вести? — А ты? — вдруг нарушил тишину Лухан. Удивлённый взгляд Кая заставил его пояснить. — Ничего о себе не расскажешь? Кай тут же отвернулся. Ему не хотелось говорить о себе. К тому же, ничего он из себя не представляет, чтобы кому-то было интересно слушать о нем. — У меня и в половину не такая интересная жизнь, как у тебя, — пытается он уйти от ответа. — Я и не жду чего-то эпичного. Мне просто интересно узнать о тебе чуть больше. Кай удивился напористости китайца, но понял, что избежать разговора о себе не удастся. — Я вырос в богатстве и роскоши. Учился в частных учебных заведениях. Хожу на танцы с самого детства. Вот и все. Лухан захлопал своим огромными глазищами. — И все? — Да. — А личная жизнь? — Ты тоже ничего не говорил о личной жизни! — взвился Кай, которому неловко было говорить о таком. — Скажи ты. Я потом тоже расскажу, — улыбнулся Лухан. — А может, мне неинтересна твоя личная жизнь. — А я в любом случае от тебя не отстану, — ухмыльнулся Лухан. Кай тяжело выдохнул. Что за парень! Аж бесит. — В средней школе я понял, что девушки мне не нравятся. Первым моим парнем был китаец. — Китаец? — удивился Лухан, а затем коварно усмехнулся. — Понятненько. — Что тебе понятно! — до Кая только сейчас дошло, что Лухан тоже китаец. — Крис вынудил меня с ним встречаться! — Вынудил? — на этот раз Лухан и правда всерьёз удивился. — Как это? — Я проиграл спор и должен был месяц быть его парнем. Кай слегка покраснел, вспоминая то время, когда вокруг Криса крутилась вся его жизнь. — И как? — заинтересовался Лу. — Но я влюбился в него уже через неделю, — уныло закончил Кай. — Он был первым, кого я полюбил. Затем он уехал без слов в Китай и больше я о нем ничего не слышал. Лухан видел, как больно было Каю говорить об этом, поэтому не стал настаивать. — А Кенсу? Кай оживился. — Кенсу был вторым кого я любил, — улыбнулся он. — С ним я познакомился совсем недавно. — Как вы познакомились? — Лухан слушал Кая и сам того не осознавая расплывался в улыбке. Кая трудно разговорить, но если он начнёт рассказывать, то забывается и выкладывает все. — Он меня сбил на своём велосипеде, — улыбнулся воспоминаниям Кай. — Что? — рассмеялся Лухан. — Сбил? — Да, — тоже засмеялся Кай. — А потом обвинил меня в том, что я сам прыгнул под колёса. Кай и Лухан весело и в унисон засмеялись. — Он что-то кричал, обзывал меня последними словами, а я просто сказал, что со мной все в порядке. Он выпучился на меня своими глазищами и я понял, что все — попал. — Влюбился? — Да, — улыбнулся Кай. — Почти с первого взгляда. — Оу… — выдохнул Лухан. — Снова мы встретились уже в кафе, где он сидел в одиночестве и пил кофе. Я подсел к нему. Он хотел тут же встать и сбежать, но я сказал, что мест больше не было, так как их и правда не было. В тот день я ему сказал, что он мне нравится и попросил один шанс, чтобы понравиться и ему. Одно свидание. И этого свидания на следующий день хватило, чтобы и он понял, что я нравлюсь ему. Вот так все и началось… — Интересно… — протянул Лу и Кай в этот миг понял, что его занесло. Он тут же залился краской смущения, ведь выложил все о себе тому, кого хотел когда-то убить. Даже ЧанЕль не знал о его отношениях с Кенсу, так как тогда Чан думал, что Кай натурал и Каю не хотелось этого опровергать. Кай ускорил шаг. — Эй, стой! — кричал ему вслед Лухан. — Мы уже пришли, — буркнул Кай, заходя в стеклянные двери танцевальной школы. По пути в танцкласс Кай встречал многих знакомых ребят, которые улыбались ему и желали удачи на предстоящем соревновании. — У тебя много друзей? — спросил Лухан, когда они вошли в раздевалку. Благо там никого не было, и они могли танцевать одни. — А ты чрезмерно любопытный, я смотрю, — Кай злился на себя за то, что выложил все этому мелкому китайцу просто так. Придурок! — Я просто спросил, — обиделся Лухан, надув губки. — Друг у меня только один, — ответил Кай, снимая с себя футболку и открывая свой шкафчик. — И это ЧанЕль. Лухан не стал ничего больше говорить, потому что его взгляд задержался на оголенном торсе Кая. Он сглотнул, но как бы не старался, отвести взгляд не смог. Он и не думал, что Кай и под одеждой так же прекрасен. Кай замер, заметив взгляд Лу. Он сразу же вспомнил Сехуна, который при виде голого Кая сразу же отвернулся, что-то причитая. Лухан же прям глаз не отводил и от этого Каю было немного неловко. Кай мог с лёгкостью различать взгляды. И огонь желания в глазах китайца было трудно с чем-то перепутать. Поэтому он сразу же нацепил на себя майку, решив, что останется таки в своих джинсах, а не станет менять на лёгкие бриджи. А то снимать с себя больше одежды перед Луханом чревато. — Эй, пошли! — дёрнул он китайца. Лухан тут же пожалел, что ещё не принёс сюда сменную одежду для танцев и ему не в чем было репетировать. — А, да, — очнулся он и поплёлся вслед за Каем. Прошло полчаса. Этого времени Лухану хватило, чтобы понять, что более прекрасного создания, чем Кай он никогда не видел. Эта его грация, плавные и, в то же время, порывистые движения… Трудно не стать фанатом Ким Чонина. Это осознание первое, что пришло в голову китайца при первом же взгляде на него. Когда Кай вошёл в их класс и в жизнь Лу. Теперь, когда Лухан все понял для себя, он не намерен так просто отступать. С таким, как Кай, у него явно будут соперники. Если его уже нет в лице Сехуна… Когда Ким Чонин танцует, его мир ограничивается лишь танцевальной комнатой и ощущением свободы. Эта свобода течёт по венам, вдыхается лёгкими, пульсирует в висках… Танец — это транс. Это эйфория. Это жизнь. Танцы не нужно любить. Танцами нужно жить. Чонин сразу понял своё призвание и танцы стали его отдушиной, его счастьем. Пот мелкими градинками стекал вниз по спине, майка неприятно прилипала к телу, лоб покрылся испариной, сердце бешено колотилось, а ноги дрожали от нахлынувшего адреналина… Вот он, рай для Чонина. Последнее движение, последний рывок… И музыка перестала звучать с динамиков. В наступившей тишине слышно было лишь тяжёлое дыхание Кая, который никак не мог прийти в себя. Он уже давно так не выкладывался, не тратил столько энергии. И сейчас чувствовал себя так, будто с него высосали все соки… И это прекрасно, черт возьми! Отдышавшись, Кай вдруг вспомнил, что все это время был не один. И в этот миг чувство смущения затопило его с головой. Он повернулся в сторону Лухана. Лухан сидел на мате, скрестив ноги друг с другом и не отводил от Кая восхищённых глаз. — Теперь понятно, почему ты лучший в группе, — говорит Лухан, нарушая тишину в зале. Кай чувствует, как в атмосфере между ними что-то меняется. А когда Лухан встаёт с места и идёт к нему, по телу проходится электрический разряд. Он шумно сглатывает. С каждым шагом китайца в душе Кая что-то обрывается. Лухан становится перед ним. Он долго смотрит ему в глаза, а затем приближается ещё ближе. Так близко, что Кай чувствует его горячее порывистое дыхание на своём лице. — Можно? — спрашивает Лу и не успевает Кай понять, о чем он, как его губ касаются мягкие губы Лухана. Этот поцелуй отличается от их первого поцелуя. В этом поцелуе было больше нежности и мягкости, романтики и тепла… Руки Лухана ложатся на талию Кая, обжигая его кожу сквозь тонкую ткань майки. Все мышцы Кая напрягаются, а по коже бегут мурашки от прикосновений. Сам Кай не знает, что делать в такой ситуации, не знает, как вести себя. Но одно он знает точно — ему нравится. Нравится целоваться с Луханом и быть к нему так близко. Сейчас Каю не хочется думать о чем-либо, ему просто хочется продолжить… Он льнет к китайцу ещё ближе, зарываясь в его светлые волосы, перебирая их между пальцами. Сам не понимая, что творит, он углубляет поцелуй. — Теперь ведь моя очередь рассказывать о своей личной жизни? — улыбнулся Лухан. Они уже лежат обессиленные на том самом мате, разглядывая свои отражения в зеркальном потолке. — Если, конечно, тебе есть, о чем рассказывать, — усмехнулся Кай, поворачиваясь к нему. — На самом деле, — замялся Лухан, — нет. — Ты никогда не влюблялся? — удивился Кай. Разве такой, как Лухан, мог никого не любить? — Почему же? Я влюбился однажды, — на лице Лухана промелькнула улыбка. — Лишь однажды? — Да, — Лухан тоже повернулся к Каю. Они смотрели друг на друга и Кай хотел уже было отвести взгляд, ибо не мог выдержать такого пронизывающего взгляда Лу. — Я влюбился в одного человека, — начал Лухан, все же, отвернувшись и снова смотря на потолок. — Он был очень красивым — я таких отродясь не видел. Этот человек был ещё наглым, с чем я давно не сталкивался, ведь меня все априори боялись. Этот человек никак не поддавался моего обаянию, хотя я мог пленить любого. Этот человек заставляет меня чувствовать себя маленьким мальчишкой. С ним я ощущаю лёгкость и радость. Мне хорошо рядом с ним. Этот человек ты, Ким Чонин. В отражении зеркального потолка их взгляды встретились и Кай ощутил жуткое желание исчезнуть. Оказаться где-нибудь подальше отсюда. Подальше от этих чувств и эмоций. Он запутался и не знает, что делать… Как быть в такой ситуации, когда сердце отказывается принимать лишь одного человека, но когда там мало места для двоих? — Кажется, я люблю тебя, Чонин, придурок ты эдакий, — добивает его Лухан, счастливо улыбаясь.