Будь что будет

В небольшом книжном магазинчике, приютившимся в переулке, всегда было не очень светло. Здесь торговали старыми, прочитанными кем-то книгами. Огромные стеллажи, практически полностью загораживавшие окна и достающие до потолка, были забиты до отказа. Дешевые бульварные романы, детективы, классическая литература, фантастика и фэнтези, дорогие старинные фолианты, подписки газет и журналов за разные года… Здесь каждый мог найти себе что – то свое. Если знал, где искать. А если не знал – то на помощь ему приходил мистер Вернер, единственный продавец и бессменный хозяин. Сухонький, живенький шестидесятилетний старичок мог бы дать фору любому юнцу, так ловко он управлялся с тяжелой стремянкой, раз за разом перетаскивая ее от одного стеллажа к другому, доставая нужные книги с самого верха. Мистер Вернер обладал абсолютно уникальной памятью: он помнил не только каждую книгу, что была в его магазине, но и каждого автора, и каждый сюжет. Он никогда не забывал того, что раз прочтет. Стив очень любил это место. Наткнувшись на магазинчик случайно, пару месяцев назад, он заходил сюда каждую неделю за новой книгой и поболтать с милейшим Вернером. И вот теперь, прихватив непрочитанный еще роман Фолкнера и обсудив с хозяином последние новости, он вышел на улицу и вдохнул полной грудью. У него был выходной. Пройдя пару кварталов, Стив наткнулся на маленькое кафе с летней террасой, где в такое время, чуть за полдень, не было посетителей. Заняв угловой столик и заказав кофе, он откинулся на спинку стула и стал ждать заказ, перебирая в памяти события прошедшей недели. Никаких супер – злодеев, только вооруженные до зубов террористы на Бродвее. Ничего особенного. Кроме неожиданного появления Локи в Башне пять дней назад и не менее неожиданных его действий. - Стив, я решительно не понимаю, - покачал головой доктор Беннер, еще раз сверяясь с мониторами. Как только он увидел вполне себе здорового Капитана и оправился от шока, то сразу затащил его в набивший всем оскомину медицинский бокс и начал обследование, поражаясь такому внезапному выздоровлению. – Даже шрамов не осталось! Нет, не понимаю. - Брюс, ты зануда, - протянул Тони, раскачиваясь на стуле. – Что ты хочешь от него? Только глянь, он здоровее всех нас! - Я хочу понять, как это случилось, - упрямо заявил ученый. – По моим расчетам, с такой скоростью восстановления, которая, к слову, не изменялась за три дня, ты, - он посмотрел на Стива, оторвавшись от записей, - должен был очнуться через неделю или около того. - Послушай, это только твои предположения. Сыворотка Эрскина до сих пор не восстановлена и не изучена, мы не можем знать ее действий, - снова встрял Тони. Стив большее их не слушал. Нет, он честно пытался прислушиваться к их дискуссии еще минут пять, но понимал из всей этой научной тарабарщины только предлоги, поэтому, никем не замеченный, вышел из бокса. - Ваш кофе, - молодой невысокий официант принес ему полный кофейник и чашку. Немного смущенно улыбнувшись, он сунул под чашку салфетку с написанным телефонным номером и бесшумно ретировался. Стив, чуть приподняв брови и проводив официанта взглядом, едва заметно пожал плечами и налил себе кофе. Его это не удивило. Такое уже было, и не один раз, но все заканчивалось одинаково, то есть, никак. Капитан никогда никому не перезванивал. И дело было не в гомосексуализме, он относился к нему достаточно лояльно, но так было не всегда. Поначалу, в юности, он воспринимал однополую любовь в штыки, как и все вокруг. Но в середине 30-х годов, когда ему было пятнадцать, все изменилось в один день. Тогда его преподаватель, Джейсон Ривз, попросил занести ему домой какие – то эскизы, какие он уже точно не помнил. Войдя в почему - то незапертую дверь Стив увидел своего учителя, одного из лучших людей, которых он когда-либо знал, в объятиях его соседа, мистера Саймонса. Шок и смущение невозможно было описать словами, настолько это было дико. Мистер же Ривз, выпроводив своего… партнера, начал практически умолять своего ученика не выдавать их тайны. Оказалось, что эти двое любят друга со школьной скамьи и все это время скрывают свои отношения. В случае раскрытия секрета, их жизнь бы разрушилась в мгновении ока. И дело здесь было не только в публичном позоре, но и в химической кастрации. Стив согласился с доводами мистера Ривза и ничего никому не сказал. Он впервые видел своего учителя таким счастливым, он словно светился изнутри. С того момента мнение Стива о гомосексуалистах начало медленно, но верно меняться. Он видел насильно насаждаемую пропаганду против них, подкрепленную псевдо – буржуазной моралью и доводами ярых религиозных фанатиков, видел загубленные жизни тех, кому не удалось скрыть свою ориентацию, видел… Слишком много он всего видел, благо, всегда был наблюдательным. Видел и запоминал. А после «разморозки» он сильно удивился изменением отношения в мире к однополым отношениям, но вскоре привык к виду обнимающихся и целующихся мужчин на улице, и даже где – то испытал облегчение, что, наконец – то, людей перестали ограничивать и в этом выборе. Больше его это не смущало, как бы не ярился по этому поводу Старк, ожидавший, видимо, наткнуться на непробиваемую стену гомофобии. Ну что ж… Всегда было приятно видеть шокированного Тони Старка. Тряхнув головой, отгоняя ненужные мысли, он налил себе кофе и открыл книгу. Погода была отличная, и он планировал провести здесь пару часов, читая и не о чем больше не думая. Но его планам не суждено было сбыться. - Добрый день, Капитан, - прозвучал над ухом знакомый голос, и не прошло и десяти секунд – перед ним сидел печально знакомый асгардец. - Локи, - выдохнул Стив, закрывая книгу. Он был слегка раздражен, только и сам не понимал, чем именно. То ли тем, что его уединение нарушено, то ли долгим ожиданием визита. А с тем, что он действительно ждал трикстера, он примирился пару дней назад. Он был абсолютно уверен тогда, когда Локи испарился из Башни, что они еще увидятся. И, как бы это парадоксально не звучало, сейчас он был рад его видеть. Возле столика нарисовался официант, заметно расстроенный появлением второго мужчины и уже не такой любезный. - Зеленый чай, - холодно бросил ему Локи, предвосхищая стандартный вопрос. Молодой человек кивнул и удалился, стрельнув глазами в сторону Капитана. Трикстер недовольно прищурился, заметив это, но ничего не сказал. Они молчали, изучая друг друга. Локи не нравилось то, как посмотрел на Капитана этот малолетний выскочка. Он ни в коем случае не отрицал того, что человек, сидящий перед ним и сейчас пристально на него смотрящий, был довольно красив. Такие всегда привлекали внимание окружающих. Но вот только его, казалось, это абсолютно не волновало. Локи привык к тому, что люди, и асы тоже, пользуются своей внешностью напропалую, воспринимают комплименты как должное и требуют признания своей красоты. Капитан же вел себя диаметрально противоположным образом. Почему? Еще один вопрос без ответов в уже довольно большую копилку. - Ваш чай, - официант поставил перед трикстером его заказ и поспешно ушел, словно съежившись под презрительным взглядом бога обмана. - Итак… - Локи позволил себе чуть расслабиться. – Наслаждаешься выходным днем? - Да, - ровно ответил Стив, доливая себе кофе. – А ты здесь, чтобы его испортить? - Нет, совсем нет. - Тогда зачем? - А ты имеешь что – то против моего присутствия? - Нет, - признался Стив, вызвав довольную ухмылку на лице собеседника. – Не имею. Локи видел, что человека буквально распирает от любопытства, но терпеливо ждал. - Кхм… Слушай, - наконец заговорил Капитан. – Могу я тебя спросить? - Ну, попробуй, - усмехнулся трикстер, наливая чай. - Расскажи, где ты провел те два месяца, - движимый искренним любопытством спросил Стив. - В Льесальфахейме, - пожал плечами бог обмана, пристально смотря на человека напротив. Казалось, что им действительно руководит только любознательность, что вопрос без подвоха. - Это мир светлых эльфов, верно? Альвов? – задумчиво произнес Стив, смотря куда – то мимо собеседника и вспоминая германо – скандинавскую мифологию, которую когда -то изучал. Локи кивнул, соглашаясь. – Расскажи мне о нем, - неожиданно попросил Капитан. - Зачем? - Ну… Знаешь ли, я никогда там не был, - улыбнулся Стив, которому хотелось узнать побольше о других мирах. Он пытался расспрашивать Тора, но тот был не слишком красноречив и все его истории в итоге сводились к какому-нибудь сражению. О битвах он рассказывал великолепно, и о них они могли говорить часами, обсуждая тактику, стратегию, сравнивая земные и асгардские методы ведения войн. Тони, наткнувшись как – то вечером на солдата и бога, оживленно спорящих о преимуществах и недостатках разного построения полков и фортификации, выдержал в их присутствии ровно десять минут, потом залпом выпил стакан коньяка и молча ушел, что было уж совсем нонсенсом. – Мне интересно. И Локи, удивляясь самому себе, рассказал. Потом он и сам себе не смог объяснить, почему. Но Стив слушал с таким неподдельным интересом, чуть приоткрыв рот и внимая каждому слову… Не было никакого подвоха, никакого двойного смысла в его вопросах, никакого сарказма или недоверия… Только чистое любопытство ребенка, которому рассказывают новую сказку. Возможно, Капитан и воспринимал эти рассказы как сказки, но от этого они не становились менее интересными. Локи рассказал о светлом Льесальфахейме и бессмертных, красивых альвах, населяющих этот мир. Об их белых замках с высокими, тонкими башнями с огромными окнами, изящной архитектуры. О лучших кузнецах и их искусной работе. Рассказал о Свартальхейме, о мире гномов. О трудолюбивом, но озлобленном народе, живущем в каменных пещерах, полных сталагмитов и сталактитов, и чистейших подземных озерах. Рассказал о Хельхейме, окруженном непроходимой рекой Гьёлль, темном, холодном и туманном мире мертвых душ, где бродят они, не зная покоя. О Ванахейме, земле древней Асгарда и богах плодородия, населявших ее. О вечнозеленых лесах, изобилующих дичью, о бескрайних морях, о роскошных каменных замках. Обмолвился о древней войне между асами и ванами, которая завершилась еще до его рождения, и о старой ведьме, начавшей ее. Рассказал о Муспелехейме, вечно жарком мире огненных великанов, свирепых и грозных созданий. О Сурте, охраняющем вход в огненную бездну. Рассказал о холодном Нифльхейме и населяющих его ледяных чудовищах. Нахмурившись, упомнил Йотунхейм и вечный холод… Но он не заговорил об Асгарде, даже словом не обмолвился. А Капитан, будучи весьма тактичным, не стал об этом упоминать. Стив слушал бога обмана, не перебивая, только изредка задавал вопросы. Локи был красноречив. Хотя это слово мало подходило тому, как он говорил. Перед Капитаном, с каждым произнесенным его собеседником словом, словно вырастали из воздуха роскошные дворцы, сменявшиеся огненными созданиями или бородатыми цвейгами с лицами, измазанными копотью, и блеклыми, никогда не видевшими света, глазами. Не удержавшись, он придвинул к себе пачку салфеток и набросал несколько особенно ярких образов, подумав о том, что не зря Локи называют Медоустом*. Они не заметили, как пролетело два часа. Кофе и чай были давно выпиты, но хотелось еще о многом расспросить… - Спасибо, Локи, - улыбаясь, сказал Стив. – Это было безумно интересно. - Не за что, Капитан, - усмехнулся весьма польщенный трикстер, ему редко когда удавалось блеснуть красноречием. - Мне пора, - Стив поднялся, бросив на стол несколько долларов. Ему действительно нужно было уходить, он обещал сегодня быть в Башне. – Еще раз спасибо. И, пожалуйста, прекрати называть меня Капитаном. Я же не в костюме и не на поле боя. Меня зовут Стив. Ну, или Стивен, как угодно. - До свидания, Стивен, - губы бога обмана дернулись в ухмылке. Интересно…. Оставшись один, он подвинул к себе пачку изрисованных салфеток. Гномы, альвы, замки, портрет Фрейи, написанный только со слов… Впечатляюще. Ему не откажешь в мастерстве, безусловно. Еще несколько минут он смотрел на наброски, а потом растворился в зеленоватой дымке, бросив злой взгляд на подошедшего официанта, у которого внезапно пропал голос. Будет знать, как глазеть на Роджерса…. Стив медленно шел к Башне. Идти было недалеко, всего несколько кварталов, а ему хотелось немного подумать. Разговаривая с Локи, он чувствовал себя странно. Словно одиночество, преследовавшее его по пятам с того самого момента, когда он очнулся в новом мире, отступило, испуганное мягким голосом трикстера и яркими зелеными глазами. Это могла бы быть какая – то магия…. А может, стоило просто признаться себе, что он чувствует себя неожиданно спокойно и комфортно в обществе бога обмана, и не искать подвох в каждом его слове? Парадокс. Но тут уж ничего не попишешь. Тряхнув головой, отгоняя навязчивые мысли, он вошел в Башню. Перекинувшись парой слов с Наташей, читавшей в гостиной, пошел в спортзал с Клинтом. Удивительно, но сегодня он не уничтожил ни одной груши и не обратил внимания на острые шпильки неугомонного Старка, напрочь проигнорировав их. У него было прекрасное настроение. * Медоуст – вольный перевод английского прозвища Локи – Silvertongue.