Песнь отвергнутых.

Весна уже стала лениво прогонять зиму, а солнце робко выглядывало из-за пушистых облаков, лишь слегка пригревая землю. Работа Римской Курии наконец-то отладилась, лишь иногда возникали проблемы с пропажей некоторых документов, которые не были особо важны. Про инцидент, что произошел полтора месяца назад, практически все забыли. Все еще велись сборы информации и попытки разобраться, в чем дело, но не особо интенсивно, ибо внезапно снова появившаяся организация «Флер-дю-Маль» попыталась воспользоваться сбоем работы Конгрегаций, и совершить еще несколько терактов. Обнаружить их местоположение было крайне сложно, ибо эти вампиры неплохо скрывали свои улики. АХ и Инквизиция тщетно пытались найти и уничтожить их, но все попытки не увенчались успехом. Именно поэтому о недавнем разрушении на время позабыли, и все поиски были приостановлены. Франческо, разъяренный разрушениями и назойливой организацией, разругал всю Инквизицию до такой степени, что довел Петра до красных пятен на лице, а вследствие – очередной разнос сотрудникам инквизиции был обеспечен. Орсини, вдохновленный проникновенной руганью Франческо, видимо решил выполнить все миссии, даже если дедлайн намечался через несколько месяцев. Поэтому все сотрудники инквизиции пахали, как проклятые, а Петр лишь сурово отпускал редкие замечания. То же самое творилось в АХ – Катерина, мило улыбаясь, обещала срезать всем зарплату в случае плохо выполненной работы. Авель опять плакал над своими четырьмя динарами, а Леон даже волосы пригладил. Короче, все работали, не покладая рук. Катерина подошла к окнам, открывая их. Легкий ветерок мгновенно раздул полупрозрачные занавески, невесомо коснулся волос кардинала, чуть приподняв их. Тонкие лучи солнца косо проникли сквозь окно, внося в больше света в немного мрачный кабинет Сфорцы. Женщина слабо улыбнулась, протягивая руку к робкому солнцу. Вокруг красивых серебряных глаз залегли темные круги, лицо осунулось, а руки были намного костлявее чем раньше. Даже ее волосы, прекрасного золото-пшеничного оттенка чуть блекли с каждым днем приходящей весны. Будто весна разморозила ледяную красоту герцогини Миланской, и с каждым днем она незаметно старела. Кардинал улыбнулась своим мыслям, кладя руку на массивный золотой крест на груди. - И где же ты, мой милый? Я слишком устала ждать, - в ее глазах плескались почти физически ощущаемые боль и грусть. Внезапно появившаяся голограмма Кейт отвлекла Катерину от ее мыслей. Вечно веселый голос монахини, немного искаженный связью, сообщил о том, что кардиналу адресовано письмо, а также, что скоро наступит время дневной мессы, а Сфорца и так пропустила утреннюю из-за ужасного самочувствия. Кардинал лишь слабо улыбнулась, устало кивая монахине. Время, отпущенное ей, медленно заканчивалось, а способа продолжения она еще не нашла. Устало вздохнув, женщина вызвала служанок, что бы те помогли ей одеться. *** - Что значит, они опять сбежали? – рев Петра можно было услышать, даже не находясь во дворце Инквизиции. - То и значит. На момент, когда я прибыла в указанное в задании здание, вампиров там не было. мне удалось обнаружить одного молодого вампира, что прятался в шкафу, но в следствии допроса, выяснилось, что он всего лишь являлся уборщиком по вызову. Также в квартире были найдены вещи быта, но ничего, что могло бы натолкнуть нас на след этой организации, не было обнаружено, - Элиза умудрилась сказать это без капли язвительности – то ли усталость мешала, то ли она за свою жизнь опасалась. Во всяком случае, никто, включая снайпера, не хотел оказаться на месте стола, ножки которого подломились от удара Вепря. - И как же ты выяснила, что он всего лишь уборщик? Он мог бы соврать, - грохот его голоса донесся до Симоны, что находилась в больничном крыле. Девушка тихо выдохнула, сжимая руки в кулаки. Она провела три бессонные ночи, сторожа выход из здания, ни на минуту не смыкая глаз. Когда наконец, Франческо дал разрешение на нападение, в квартире никого не оказалось. И после такой изнурительной миссии, ей даже не дали дойти до кельи, а сразу же приказали отчитываться. - Начальник, вампира отчитывала сестра Паола. Лично. Так что, если у вас есть претензии к допросу – выскажите сестре все лично. Надеюсь, вопросов больше нет? – Элизе просто на душе похорошело, от того, что бы можно было немного съязвить. Еще один раздражающий фактор был тем, что практически все офицеры Инквизиции сидели в кабинете, и с увлечением слушали ее. Петр успокоился, услышав про сестру Паолу. Голос его немного стих, и он тяжело сел за многострадальный стол. - Хорошо, вопросов нет. Можешь быть свободна. Элиза коротко кивнула, спешив выйти из комнаты, где было столько людей. Как только она вдохнула прохладный воздух коридора, ей тут же стало лучше. Она улыбнулась самой себе, и тихо насвистывая какую-то песенку зашагала к себе в келью. Но не успев пройти и десяток шагов, ее чуть не сбил бежащий со скоростью звука, Андрей. - Ой, извините, сестра Элиза, - личико молодого инквизитора будто светилось изнутри от счастья. - А что ты так светишься? Неужели кардинал Франческо успокоился, и мы больше не будем бегать по миссиям, будто проклятые? Андрей улыбнулся улыбкой, половина которой явно была скопирована с Петра. - Вы не представляете, я наконец включил Дуо! Я бегу рассказать начальнику, еще ведь нужно отчет составить! – после этих слов Андрей ринулся в кабинет. Элиза несколько минут стояла в ступоре. Если она была всего лишь заменой Дуо, то значит... значит она опять возвратится в АХ. Пожав плечами, она продолжила свой путь к келье, пытаясь отогнать от себя странное чувство одиночества, которое лишь обострилось с момента ее прихода. - Госпожа герцогиня Миланская, Инквизиция смогла включить Дуо Икуса. Катерина устало вздохнула, поправляя монокль. Ей это было совершенно не на руку. она раздраженно схватила чашку чая, но не успела отпить и глотка. Тело скрутило ужасающая судорога, она упала грудью на стол, задыхаясь. Подавить еще один приступ болезни ей не удалось – она закашлялась, прижимая платок ко рту. Теряя сознание, она краем уха услышала, как Трес зовет подмогу. Времени осталось категорически мало.