Если это в параллельной вселенной.

Гажил шагал впереди, его тяжёлые шаги хрустели по маленьким камушкам в тоннеле, а за ним следовали Венди, Нацу, Грей, Люси, Лили, Шарли и Хеппи. Каждый из них был погружён в свои мысли, и напряжение витало в воздухе, ощутимое, как холодный туман. Люси вдохнула глубже воздух. С каждым шагом он казался всё тяжелее, будто впитывал её тревогу. Она бросила взгляд на Нацу, чьё лицо было необычно серьёзным, и на Венди, чьи маленькие плечи слегка дрожали. Что-то подсказывало ей, что этот поход изменит всё. — Вот мы и пришли, — голос Гажила разрезал тишину, когда он остановился у огромных развалин. Перед ними раскинулся пейзаж, от которого захватывало дух: огромные белые кости, выщербленные временем, возвышались над волшебниками, словно молчаливые стражи забытой эпохи. Останки драконов. Венди шагнула вперёд, её большие глаза расширились от смеси страха и благоговения. Она протянула руку, будто хотела прикоснуться к этим древним реликвиям, но замерла. — Это… драконы? — прошептала она, её голос дрожал, как лист на ветру. Гажил кивнул, скрестив руки на груди. Его взгляд был твёрд, но в нём мелькнула тень печали. — Да. Здесь покоятся те, кто пал в древних войнах. Их сила давно ушла, но память осталась. Люси почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Она слышала истории о драконах — о их величии, мудрости, мощи. Но теперь перед ней были лишь кости, пустые и молчаливые. Её сердце сжалось, когда она вспомнила Стинга и Роуга — их детские лица, полные надежды, и холод в их глазах теперь. Когда Венди начинает читать заклинание, столб света поднимается из круга и начинает сиять, и кости Дракона на земле начинают дрожать, пугая Люси. Когда она ищет душу, Венди отмечает, что оставшиеся души поблизости старые и слабые, но ей удается найти одну. Когда она складывает руки, душа выходит, начиная концентрироваться и материализовать свою форму. Все потрясены и напуганы, когда большой Дракон начинает медленно появляться. Дым вскоре рассеивается, и появляется Дракон, оказываясь прямо перед магами. Видя их лица, Дракон начинает улыбаться, говоря, как ему нравится видеть испуганные лица людей, и представляется Зирконисом, Нефритовым Драконом. Заметив, что заклинание, которое вызвало его душу, принадлежит Грандине, Цирконис оглядывается в её поисках. Когда он осматривается, он замечает Венди, задаваясь вопросом, является ли она тем, кто призвал его. Нацу приказывает Цирконису держаться подальше от неё, но Цирконис отказывается, вместо этого заявляя, что собирается съесть ее, что злит Нацу. Тем не менее, Цирконис начинает смеяться над Нацу за то, что он поверил ему, заявив, что он призрак и, следовательно, не может причинить никому вреда. Затем котята просят Циркониса рассказать им, что произошло на кладбище, и почему так много мертвых Драконов. Изначально Нефритовый Дракон отвечает, что не будет что-либо рассказывать людям, но они указывают на то, что являются кошками. Цирконис начинает рассказывать им, что 400 лет назад Драконы правили миром и жили свободно. Люси слушала, её сердце колотилось. Она вспомнила, как Стинг и Роуг рассказывали о своих драконах-учителях, о том, как те исчезли. В те времена люди были пищей для Драконов, пока один из них не задумался о сосуществовании с ними, что вызвало войну между драконами. Люси спрашивает Циркониса, был ли он на стороне противников, на что он отвечает, что любит людей только как еду. Цирконис рассказывает, что драконы-союзники научили людей магии, способной убивать драконов, и вскоре началась победа тех, кто выступал за сосуществование. Однако люди начали убивать и своих союзников. Среди них был Акнология, который убил множество драконов и стал черным Драконом, известным за массовые убийства, которые привели к войне, названной «Пир Короля Драконов». Когда Цирконис заканчивает историю о том, что было 400 лет назад, он прощается с ними и исчезает, из-за чего маги возмущаются, что он не всё рассказал, на что Венди отвечает, что его аура полностью исчезла. Когда дракон исчез, группа осталась в тишине. Грей нарушил её первым, его тон был мрачным: — Теперь мы знаем больше. Но что нам с этим делать? Неожиданно послышался голос издалека. Все обернулись, готовые к бою. Из теней вышел полковник Аркадиус, его форма блестела в лучах солнца. За ним следовала Юкино, её взгляд был направлен строго на волшебников. — Что вам нужно? — Нацу шагнул вперёд, его голос был резким, как удар. Аркадиас поднял руку в примирительном жесте. — Мы пришли с предложением. Пойдёмте с нами во дворец. Там вы узнаете о проекте «Затмение». Люси напряглась, её пальцы сжались. Она не доверяла Аркадиусу, в его глазах было что-то… безумное? Она переглянулась с друзьями. Нацу нахмурился, Грей скрестил руки, Венди выглядела растерянной. Но любопытство и надежда на ответы пересилили. — Хорошо, — сказала Люси, её голос был твёрд, несмотря на сомнения. — Ведите. Аркадиус и Юкино провели группу к огромным вратам. В центре двери находится Солнце с затемненной Луной под ним. Нижняя часть от Солнца и Луны покрыта золотыми вертикальными линиями с темно-синими промежутками, а верхняя часть ярко-золотыми тонкими линиями похожими на лучи с зелеными промежутками. Лучи разбивают верхнюю часть на двенадцать сегментов. Люси почувствовала, как её сердце забилось быстрее. — Это врата «Затмение», — начал Аркадиус, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась тяжесть. — Они позволяют путешествовать во времени. Мы хотим использовать их, чтобы раз и навсегда покончить с Зерефом и Акнологией. Люси ахнула. Путешествие во времени? Это звучало как сказка, но магия в их мире не раз доказывала, что невозможное возможно. Она бросила взгляд на Юкино, которая стояла рядом, гордо держа руки по швам. — Но для открытия врат нужна магия заклинателей духов, — продолжила Юкино, её голос был тихим, но уверенным, совсем не так, как когда она пришла в гостиницу к Хвосту Феи. — Нам нужны вы, Люси, и я. — Я не уверена. Это слишком опасно — влезать в законы времени. Это может непредсказуемо обернуться для настоящего. Аркадиус кивнул, его взгляд стал строже. — Мы знаем. Но это наш единственный шанс. Внезапно двери зала распахнулись с грохотом. Вошёл министр обороны Датонг, за ним следовали солдаты в полном вооружении. Его лицо было искажено гневом. Люси ощутила, как её кровь застыла. Она была магом S-класса, владела звёздной магией и звёздным одеянием, её сила росла с каждым днём. Но противостоять целой армии королевства? Даже её магия имела пределы. — Арестовать их! — рявкнул он, указывая на Аркадиуса, Юкино и Люси. — Они угрожают безопасности королевства! Заклинательницу из Хвоста Феи тоже берите! Люси инстинктивно хотела использовать магию, что бы защищаться. Нацу, который начинает использовать свою магию, останавливается из-за того, что его силу начинают забирать Врата. Дартон говорит, что Врата на Магических Играх забирали только часть силы магии, но если использовать Магию возле Врат, то они поглотят всю силу. Захватив Люси и Юкино, Дартон говорит, что никто не откроет Врата. На улице, где теперь находится Маги Хвоста Феи, Дартон говорит, что Королю нравится их гильдия и, если они выиграют в Магических Играх, то получат аудиенцию у короля. Люси бросила последний взгляд на друзей, её сердце сжалось. Солдаты схватили её, и она не сопротивлялась. Её увели вместе с Юкино и Аркадиусом, но в её глазах горела решимость. Она не сдастся.

***

Последний день Великих Магических Игр начался с гулом толпы и напряжённой атмосферы. Макаров, узнав о случившемся, собрал совет в гильдии. Его голос гремел, как гром: — Мы не оставим Люси в беде. Нацу, Миражанна, Венди, Лили, Шарли, Хеппи — вы отправитесь во дворец. Джувия и Грей заменят Люси и Нацу на Играх. Действуйте быстро.

***

Холодные стены тюрьмы в королевском дворце Фиора сдавливали пространство, словно каменные объятия. Сквозь крошечное окошко с решёткой пробивался тонкий луч света, отбрасывая длинные тени на сырой пол. Люси сидела, прислонившись спиной к стене, её пальцы нервно перебирали длинные рукава ее топа. Напротив, в углу, Юкино свернулась в комок, подтянув колени к груди, её глаза были опущены, а белые волосы падали на лицо, скрывая выражение. Тишина давила, нарушаемая лишь далёким эхом шагов стражи. Юкино подняла голову, её голос сломался на первом же слове, дрожа, как лист на ветру. — Люси-сан… Я… я снова всех подвела. — Она сжала кулаки, её плечи опустились, словно под тяжестью вины, а губы задрожали, сдерживая слёзы. — Сначала проиграла на Играх, а теперь… из-за меня вы здесь. Если бы я не согласилась на этот план с Вратами… если бы я была сильнее… Люси вздохнула, её голос был твёрд, но без осуждения. Она протянула руку, но остановилась, не касаясь Юкино, давая ей пространство. — Юкино, перестань. Ты не виновата. — Она отвернулась к стене, её пальцы на миг замерли в воздухе, как будто она вспомнила свою собственную вину — Акнологию, остров Тенрю, семь потерянных лет. — Это не твоя вина, что Датонг решил нас арестовать. Он боится «Затмения», боится, что всё пойдёт не так. А ты… ты просто хотела помочь. Юкино подняла глаза, в них блестели слёзы. Её голос стал чуть громче, но был пропитан самоиронией. — Помочь? — Она горько усмехнулась, её пальцы сжались на коленях. — Я только и делаю, что подвожу всех. Саблезубый Тигр выгнал меня, как мусор, а теперь… теперь я в тюрьме с вами, Люси-сан. — Она выпрямилась, её взгляд стал восхищённым, но с ноткой грусти. — Вы… вы всегда такая сильная. Вы не сдаётесь, даже когда всё против вас. Люси усмехнулась уголком губ, но в её глазах мелькнула усталость. Она перебралась ближе, опираясь на стену рядом с Юкино, их плечи почти касались — молчаливый жест поддержки. — Сильная? — Она фыркнула, её голос был полон сарказма, но мягкого, дружеского. — Ха, спасибо за комплимент, но давай не будем преувеличивать. Я просто… упрямая. Как Нацу, только без огня и разрушений. Она посмотрела на свои руки, они согнулись, её пальцы легко коснулись локтей. Подтекст был ясен: она думала о Стинге и Роуге, о своей неспособности достучаться до них, но не хотела раскрывать эту боль. Юкино рассмеялась — тихо, но искренне, её напряжение немного спало. Она слегка наклонилась к Люси, словно черпая силу от её близости. — Нет, правда, — сказала она, её голос потеплел. — Вы всегда находите способ выбраться. Даже здесь, в этой клетке… вы не паникуете. Вы думаете о друзьях, о том, как вернуться к ним. — Она посмотрела на Люси, её глаза встретились с её взглядом на миг, создавая момент уязвимости. — Я видела, как вы смотрели на эти решётки — не со страхом, а с… вызовом. Люси кивнула, её улыбка стала чуть шире, нужно было разрядить тяжёлую атмосферу. Она легонько толкнула Юкино плечом — дружеский жест, полный тепла. — Выбраться? — Она закатила глаза, её голос был пропитан шутливой насмешкой. — О, да, у меня большой опыт сидения в тюрьмах. Это уже… какая по счёту? Третья? Четвёртая? Скоро буду коллекционировать ключи от камер. Она откинула голову назад, опираясь на стену, её глаза закрылись на миг, показывая усталость. Подтекст был в том, что её шутка скрывала тревогу, но Юкино видела сквозь этот фасад. Юкино улыбнулась, но слеза скатилась по её щеке. Она сжала край своего платья, её пальцы дрожали от нервозности. — Вы шутите, но… это правда вдохновляет, — сказала она, её голос стал тише, почти интимным. — С вами здесь… даже тюрьма кажется не такой страшной. Она помедлила, собираясь с духом, её взгляд опустился к полу, затем вернулся к Люси. — Люси-сан… а вы… вы говорили со Стингом и Роугом? — Она сглотнула, её голос стал ещё тише. — После того, что я рассказала… всё прошло хорошо? Люси замерла, её улыбка стала кривой, хрип просочился в голос, как яд в мёд. Она отвернулась к решетке, её пальцы начали барабанить по колену — знак раздражения, но не злости. — О, да, «хорошо» — это слово дня, — сказала она, её тон был острым, но с ноткой боли. — Мы поболтали о погоде, о старых добрых временах, и они пригласили меня на чай с печеньем. Она фыркнула, её глаза потемнели, было очевидно: присутствовала боль от их отказа, но она не хотела раскрывать уязвимость. Юкино почувствовала это, её взгляд стал сочувствующим. — А если серьёзно… ну, скажем так, они были в своём репертуаре. Высокомерные, как всегда. — Люси пожала плечами, но её голос дрогнул на последнем слове. — Но я не сдаюсь. Никогда не сдавалась, когда дело касается семьи. Юкино кивнула медленно, её глаза наполнились сочувствием. Она наклонилась чуть ближе, её голос стал ещё мягче. — Я понимаю… — Она помедлила, её пальцы коснулись рукава Люси — робкий, почти незаметный жест, показывающий её восхищение и привязанность. — Стинг и Роуг… они изменились. Но вы… вы не меняетесь, Люси-сан. Вы всегда боретесь. За друзей, за тех, кого любите. Люси вздохнула, её голос смягчился, она посмотрела на Юкино с теплотой. Она накрыла её руку своей, сжав слегка — сестринский жест, полный заботы. — Может, и борюсь, — сказала она тихо, её глаза встретились с глазами Юкино. — Но иногда кажется, что это как биться головой о стену. Она посмотрела на решётку, её глаза сузились, показывая решимость. Её борьба за Стинга и Роуга, за Юкино, за гильдию — это то, что держит её в движении. — Но знаешь, Юкино… быть здесь с тобой — это не так плохо. Мы выберемся. И ты тоже. Ты сильнее, чем думаешь. Просто… верь в себя, как я верю в тебя. Юкино сжала руку Люси в ответ, её глаза блестели от слёз, но она улыбнулась, её голос дрогнул от эмоций. — Спасибо, Люси-сан… — Она сглотнула, её плечи расправились, словно она впитала часть силы Люси. — С вами… я верю, что смогу. Мы выберемся вместе. Тишина окутала их, их руки всё ещё соприкасались. Напряжение в камере не исчезло, но теперь оно смешалось с надеждой. Вдалеке послышались шаги стражи, добавляя угрозы, но их дух стал крепче в этом моменте уязвимости.

***

Команда проникла во дворец. Миражанна вела их. — Мы должны быть осторожны, — сказала она, её голос был мягким. — Здесь немного стражи, почти все ушли на Игры, но не будем расслабляться. Венди кивнула, её маленькие руки сжались в кулачки. — Я могу использовать магию ветра, чтобы отвлечь их. — А я — демоническую силу, — добавила Миражанна, её улыбка была холодной, как лезвие. Они двигались тихо, избегая патрулей, пока не добрались до тюрьмы. Люси и Юкино сидели в камере, их лица были бледными. Увидев друзей, Люси вскочила. — Нацу! — крикнула она, её голос дрожал от облегчения. — Люси! — Нацу подбежал к решётке, его кулаки вспыхнули. — Сейчас мы вас вытащим. Нацу ударил по решётке, и та разлетелась на куски с оглушительным треском. — Пойдёмте, — сказала Мира, протягивая руку Люси. Но их побег не остался незамеченным. Принцесса Хисуи, узнав о случившемся, отдала приказ. Стража окружила их, и голос принцессы эхом разнёсся по коридору: — Бросьте их в Адские залы. Пусть встретят свою казнь.

***

Адские залы были лабиринтом, полным ловушек и теней. Люси шагала впереди, её ключи сверкали мягкими бликами. Нацу шёл рядом, его кулаки сжаты, а Венди держалась за Шарли, её лицо было бледным. — Как думаете, Грей и Джувия справятся на Играх? — спросила Венди тихо, её голос дрожал. Нацу фыркнул, но в его глазах мелькнула тревога. — Грей — ледяной придурок, но он сильный. А Джувия… она не подведёт. Но всё равно, мне неспокойно. Люси кивнула, её сердце сжалось. — Я верю в них. Но если мы не выберемся, всё будет напрасно.

***

Отправляя своих противников в стену, которые ломают её, Команда спасения встречается после обвала в подземелье, разделившего их. Испытывая гнев, Нацу спрашивает Орден Волков, где находится выход, или они будут казнены.

***

Глубины Пропасти Дворца были лабиринтом теней и эха, где каждый шаг отдавался, как удар сердца. В воздухе висел запах сырости и древней магии, а стены, покрытые мхом и трещинами, казалось, шептали забытые секреты. Нацу шёл впереди, его кулаки сжаты, готовые к любой угрозе, за ним следовали все остальные. Люси чувствовала, как её кожа покрывается мурашками — не от холода, а от странного предчувствия, которое сжимало грудь, словно невидимая рука. Она оглядывалась по сторонам, её пальцы невольно касались ключей на поясе, ища утешения в их знакомом холоде. "Что-то здесь не так, — думала она. — Как будто... время смотрит на меня." Внезапно впереди мелькнула фигура — человек в капюшоне, шедший медленно, шаркая ногами по каменному полу. Группа замерла, Нацу инстинктивно поднял кулаки, пламя вспыхнуло на них, освещая тени. — Кто там? — рявкнул Нацу, его голос эхом отразился от стен. — Выходи, или я сам тебя вытащу! Фигура остановилась, её плечи дрогнули. Человек медленно поднял руки и снял капюшон. В свете пламени Нацу все увидели лицо — лицо Люси, но старше, измождённое, с тёмными кругами под глазами и рваным шрамом на щеке. Волосы, коротко обрезанные, торчали неровными прядями, а в глазах горел нездоровый, лихорадочный блеск. Люси настоящая замерла, её мир сузился до этой фигуры перед ней. Она почувствовала, как внутри всё переворачивается — как будто она смотрела в зеркало, которое показывало не отражение, а приговор. Это я? — подумала она, её дыхание стало прерывистым. — Я... из будущего, — сказала она, её голос сломался на последнем слове, и она упала на колени, слёзы текли по щекам. Люси настоящая замерла, её мир сузился до этой фигуры перед ней. Её собственное лицо, но... не её. Она почувствовала, как внутри всё переворачивается — как будто она смотрела в зеркало, которое показывало не отражение, а кошмар. Кожа покрылась мурашками, а в груди возникло ощущение падения в бездну. Но будущая Люси не плакала. Она окинула группу взглядом — цепким, оценивающим, как хищник, выбирающий жертву. На мгновение её взгляд задержался на Нацу, и что-то дрогнуло в её глазах — тень былой привязанности, тут же затоптанная яростью. — Живые, — прохрипела она, и голос её был как битое стекло. — Все... живые. Вы даже не представляете, что вас ждёт. Нацу шагнул вперёд, его пламя угасло, оставив лишь слабый свет. — Люси... из будущего? — переспросил он, его голос был полон шока. — Что... что случилось? Почему ты здесь? Мира стояла рядом, ее глаза расширились. — Это... невозможно, — пробормотала она, ее голос дрогнул. — Путешествие во времени? Хэппи и Шарли парили рядом, их мордочки выражали смятение, Лили скрестил руки, его взгляд был настороженным. Она резко вскинула голову, и в этом движении было что-то звериное. — Я пришла предупредить вас, — сказала она, и каждое слово сочилось горечью. — Врата «Затмение» откроют портал. Из него хлынут драконы. Тысячи. Они сожрут всё, что увядят на своем пути. — Она обвела их рукой, и на мгновение её голос дрогнул. — Я видела, как вы умирали. Видела, как твой огонь погас, Нацу. Как Эрзу разорвали на части. Как Венди... — Она осёклась, стиснув зубы. Венди, прижав руки к груди, смотрела на Люси из будущего с широко открытыми глазами, её маленькое тело дрожало. — Люси... — прошептала она. — Что... что с вами произошло? — Со мной? — Будущая Люси издала короткий, лающий смешок. — Я выживала семь лет в мире, который превратился в кладбище. — Она шагнула ближе, и Люси настоящая заметила, как дёргается её рука, как пальцы скребут по бедру, словно пытаясь нащупать несуществующее оружие. Миражанна, стоявшая рядом, нахмурилась. — О чем ты говоришь? — Семь лет я смотрела, как мир умирает. Акнология. Его драконы. От городов остались скелеты. От людей — пепел. Я пришла предупредить вас о Вратах. О том, что будет, если вы их откроете. Она говорила быстро, проглатывая окончания, словно боялась не успеть. Рассказала, как в её времени Врата «Затмение» исторгли десять тысяч драконов, как небеса почернели от крыльев, а земля обратилась в пустыню. Люси настоящая почувствовала, как мир накренился. Драконы. Акнология. Стинг и Роуг — их лица мелькнули в её сознании, и предчувствие усилилось: это не просто катастрофа, это конец. — Драконы? — эхом повторил Нацу, его глаза загорелись гневом. — Как это возможно? Люси из будущего кивнула, её плечи опустились. — Врата... они связывают времена. Из прошлого пришли драконы, чтобы уничтожить настоящее. Я... я пришла, чтобы остановить это. Люси настоящая шагнула ближе, её ноги были как ватные, но она заставила себя подойти. Она опустилась на колени рядом с своей будущей версией, её руки дрожали, когда она коснулась её плеча. Ощущение было странным — как прикоснуться к призраку, к самой себе, но чужой. Кожа была холодной, как будто жизнь уже уходила из неё. — Я... я не смогла спасти их, — прошептала она. — Всех... Драконы уничтожили всё. Люси настоящая почувствовала, как мир рушится. Её руки задрожали сильнее, она сжала плечо своей будущей версии, как будто могла удержать её от исчезновения. "Это не может быть мной, — думала она. — Я не дам этому случиться. Почему... почему она выглядит такой сломленной? Что сломало меня?"

***

Они продолжили путь. Будущая Люси шла впереди, её шаги были неровными, дёргаными, но быстрыми. Она не оглядывалась на остальных, не проверяла, идут ли они следом. Она вела их, как гончая, взявшая след. — Где... мы? — прошептала она. Люси настоящая села рядом, её сердце колотилось. — В столовой дворца, — сказала она мягко. — Ты в безопасности. Расскажи подробнее, что произошло в будущем. Люси из будущего кивнула, её глаза встретились с глазами своей настоящей версии. В этом взгляде была боль, но и надежда. — В будущем... — начала она, её голос набирал силу, — 10 000 драконов напали на Крокус. Они пришли через Врата "Затмение". Убивали тысячи людей... гильдию... всех. Нацу, стоявший рядом, его кулаки сжаты, кивнул. — Мы должны придумать план, — сказал он, его голос был полон решимости. — Мы не дадим этому случиться. Мы спасём город. Люси из будущего посмотрела на него, её глаза расширились от удивления. — Ты... ты веришь мне? — прошептала она, её голос дрогнул. — Почему? Как вы можете доверять? Нацу усмехнулся, но в его улыбке была теплота, он положил руку на её плечо. — Потому что ты — Люси, — сказал он просто, его глаза встретились с её. — Мы никогда не сомневаемся в словах Люси. Ты — часть нас. Всегда. Мира кивнула, ее голос был твёрдым. — Нацу прав, — сказала она. — Ты — наша Люси. Будущая или настоящая — не важно. Мы верим тебе. Люси из будущего вздохнула, её плечи опустились. — Когда драконы напали, я решила вернуться назад во времени. Я прибыла в начало Великих Магических Игр. Но... я не знала, что делать, не знаю, как работают Врата. Они... они связывают времена, но... Нацу нахмурился, его брови сошлись. — Время? — переспросил он. — Как человек может попасть на 400 лет в прошлое? Если у тебя получилось вернуться лишь на начало Игр. Люси из будущего покачала головой. Она повернулась к Люси настоящей, её голос стал увереннее. — Я встретилась с Жераром. Рассказала ему всё. Надеюсь, он работает над планом.

***

Коридоры Меркурия были лабиринтом из холодного камня и тусклого света, где каждый шаг отдавался эхом, как предвестник беды. Воздух был тяжёлым, пропитанным пылью веков и магией, которая, казалось, шептала предупреждения. Люси из будущего вела команду через комнаты, где не было рыцарей Фиора. Её шаги были медленными, но уверенными, её фигура, измождённая временем, отбрасывала длинную тень, которая сливалась с тенями стен. Люси настоящая шла рядом, её сердце колотилось от смеси страха и решимости. Она бросала взгляды на свою будущую версию, чувствуя, как внутри всё сжимается — это было как смотреть в зеркало, которое показывало не отражение, а кошмар, полный потерь. — Здесь чисто, — прошептала Люси из будущего, её голос был хриплым, как после долгого крика. — Рыцари не патрулируют эти комнаты. Но будьте осторожны — они могут появиться в любой момент. Нацу кивнул, его кулаки сжаты, пламя едва тлело на кончиках пальцев, готовое вспыхнуть. — Веди нас, — сказал он тихо, его глаза сканировали тени. — Мы выберемся отсюда и спасём всех. Группа вышла в коридор, но внезапно сзади раздался топот сапог. Они обернулись — из комнаты, которую они только что миновали, вырвались рыцари Фиора, их доспехи блестели в тусклом свете, мечи обнажены. — Они нас заметили! — крикнул Хеппи. Миражанна замерла, её взгляд метнулся назад. — Аркадиус и Юкино... они остались позади! — воскликнула она. — Я вернусь за ними! Она развернулась и бросилась обратно, её фигура исчезла в темноте, оставив команду лицом к лицу с рыцарями. — Миражанна! — крикнула Венди, её голос дрогнул от страха, но она быстро собралась, её руки вспыхнули ветряной магией. Шарли, парящая рядом с Венди, внезапно замерла, её ушки дёрнулись, как будто она почувствовала что-то неладное. — Что-то не так, — прошептала она, её глаза расширились. Но времени на размышления не было. Рыцари набросились, их мечи сверкнули. Нацу и Люси оказались плечом к плечу, их движения синхронизировались инстинктивно. — Люси, прикрывай меня! — крикнул Нацу, его кулаки вспыхнули ярким пламенем, когда он бросился на ближайшего рыцаря. Люси кивнула, её глаза загорелись решимостью. Она подняла руки, её тело окуталось золотым сиянием Звёздного Одеяния Тельца, давая ей силу. — Уранос Метиор! — выкрикнула она, её голос эхом отразился от стен. Звёздный свет собрался в её ладонях, и она выпустила поток сверкающих метеоров, которые обрушились на рыцарей, отбрасывая их назад. Один рыцарь попытался прорваться, его меч сверкнул, но Нацу перехватил его, ударив Огненным Кулаком Дракона прямо в доспех, отбросив назад с треском металла. — Не подходи к ней! — рявкнул Нацу, его глаза горели, когда он повернулся к Люси, их взгляды встретились на миг — в его была защита, в её — благодарность. Они двигались как одно целое: Нацу наносил мощные удары, разрывая ряды рыцарей, а Люси прикрывала его фланги, её звёздные заклинания ослепляли врагов вспышками света и сбивали с ног. Венди сражалась рядом, ветер создавал вихрь, отбрасывающий рыцарей. Лили трансформировался в боевую форму, его когти разрывали доспехи. — Они не кончаются! — крикнул Лилейный, его дыхание сбивалось. Внезапно коридор заполнился новыми тенями — Орден Голодных Волков появился, их глаза горели жаждой крови, их магия смешалась с мечами рыцарей. — Мы закончим, что начали! — проревел Уоске, его руки вспыхнули, готовые к атаке. Люси из будущего, стоявшая позади, её лицо побледнело. — У нас нет времени на это! — крикнула она, её голос дрогнул от отчаяния. — Мы должны выбраться, или всё потеряно! Шарли, парящая рядом, замерла, её глаза расширились. Слова будущей Люси эхом отозвались в её голове — "нет времени". Она начала обдумывать, её маленькие лапки сжались, как будто она решала головоломку. "Что-то не так... — подумала она. — Это... это не просто битва." Новые рыцари хлынули из боковых коридоров, их топот эхом разносился по залу. Хэппи и Шарли обменялись взглядами. — Мы должны предупредить остальных! — крикнул Хэппи, его крылья вспорхнули. — Давай! — ответила Шарли, и они рванули в сторону, но Уоске заметил их. Его магия вспыхнула — волна энергии настигла их, и Шарли почувствовала, как её тело тяжелеет. — Нет! — крикнула она, падая. Хэппи подхватил её, но они едва увернулись. В этот момент тень ожила. Она распространилась по коридору, как живое существо, поглощая рыцарей и Орден. Солдаты кричали, их тела растворялись в темноте, а Орден Голодных Волков тонул в тени. — Что это?! — крикнул Нацу, его пламя осветило тень, но она не отступила. Будущая Люси замерла, её глаза расширились от шока, руки дрожали. — Я... я не знаю ничего об этом, — прошептала она, её голос был полон ужаса. — В моём будущем... этого не было. Команда стояла в напряжении, их дыхание сбивалось, когда тень собралась в фигуру. Из темноты вышел человек — Роуг Чени из будущего, его глаза горели красным, а тени вились вокруг него, как плащ. Люси почувствовала, как мир накренился. Роуг... но не тот, кого она знала. Этот был старше, жёстче. Чёрные волосы с одной стороны, светлые — с другой, собранные в высокий хвост. Правый глаз отсутствовал, вместо него через переносицу тянулся рваный шрам. Вокруг левого глаза вилась татуировка, придававшая лицу выражение холодной, нечеловеческой воли. От него исходило не давление силы — давление пустоты, как от разверстой могилы. Её сердце сжалось — от шока, боли, странного тепла, которое она не могла объяснить. "Роуг... — подумала она, её дыхание стало прерывистым. — Что с тобой случилось? Ты выглядишь... совсем иначе. Да что же такое в этом сраном будущем?" Она шагнула вперёд, её руки дрожали, как будто она хотела коснуться его, убедиться, что это реальность. Предчувствие навалилось: это не просто встреча, это разрыв во времени, который разрывает её душу. — Роуг... — прошептала она, её голос сломался, глаза наполнились слезами. Роуг поднял взгляд, его глаза встретились с её, и в них мелькнула тень — боль, сожаление, что-то глубокое, что он быстро скрыл. — Я... Роуг Чени из будущего, — сказал он, его голос был низким, полным усталости, но в нём сквозила решимость. — Я пришёл, чтобы спасти мир. Нацу шагнул вперёд, его кулаки сжаты. — Из будущего? — переспросил он, его голос был полон шока. — Как и Люси? Что происходит? Венди, её глаза расширились, прошептала: — Ещё один... из будущего... Лили скрестил руки, его взгляд был настороженным. — Расскажи, — сказал он, его голос был твёрдым. — Почему ты здесь? Его тени успокоились, но не исчезли. — В будущем... через семь лет... миром правят драконы, — сказал он, его голос ничуть не дрожал, он говорил спокойно. — Они уничтожили всё. Города, гильдии... людей. Люси почувствовала, как холод пробежал по спине. Она посмотрела на Роуга, её глаза встретились с его, и она увидела в них отражение своей собственной боли. — Спасти мир... — прошептала она. — Как? Роуг опустил взгляд, его кулаки сжались. — Это можно предотвратить, — сказал он, его голос дрогнул. — Убив человека, который закрыл Врата "Затмение". Драконы пришли, но... Врата были закрыты и пушка, что собирала магию столько лет, не выстрелила. Нацу нахмурился, его глаза сузились. — Кто этот человек? — спросил он, его голос был полон гнева. — Скажи! Роуг поднял голову, его взгляд упал на Люси. В нём мелькнула тень — сожаление, боль, что-то личное, что он не мог скрыть. — Это была Люси Хартфилия, — сказал он, его голос сломался на её имени. Люси ахнула, её глаза расширились. — Я? — прошептала она, её голос дрожал. Будущая Люси застыла. Не в страхе — в хищном напряжении. Её рука медленно сжалась в кулак. Она издала звук — не крик, не всхлип, а низкое, утробное рычание, какое издаёт смертельно раненый зверь, увидевший своего убийцу. Вся её фигура напряглась, плечи развернулись, и в этот миг она перестала быть измождённой жертвой. Она стала оружием. — Быстро же ты меня нашёл. Роуг из будущего посмотрел на неё, и в его глазу мелькнуло узнавание — усталое, словно он уже проживал эту встречу тысячи раз. — Ты проделала долгий путь, Люси, — сказал он глухо. — Но я не позволю тебе вмешаться. Она закроет Врата, и всё повторится. — Она, — будущая Люси шагнула вперёд, заслоняя собой группу, — не твоя цель. Ты не получишь её. Роуг не ответил. Он просто поднял руку, и тени вокруг него вздыбились, превращаясь в длинные зазубренные клинки. Первый удар будущая Люси приняла на голую ладонь. Звёздный свет вспыхнул вокруг неё диким, необузданным ореолом — не заклинания, а рваные сгустки магии, смешанные с тьмой её отчаяния. Она не сражалась — она бросалась на врага, как бросается на пламя мотылёк, знающий, что сгорит. Каждый её выпад сопровождался хриплым выдохом, каждый блок отдавался дрожью в стенах галереи. Роуг двигался иначе — экономно, почти лениво, уходя в тени и возникая там, где её защита давала трещину. Он не пытался убить её сразу. Он изучал её, как изучают старую рану, которая почему-то ещё болит. А затем он перевёл взгляд на настоящую Люси. Тени сорвались с его плеча молча, без предупреждения. Четыре копья чистой тьмы устремились к группе, целя в заклинательницу, застывшую за спинами друзей. Никто не успел среагировать. Никто, кроме будущей Люси. Будущая Люси увидела это краем глаза. Она могла бы уклониться от своей части атаки. Могла бы продолжить бой. Вместо этого она рванулась в сторону, перехватывая траекторию теневых копий своим телом. Звёздный щит, который она попыталась выставить, лопнул, едва возникнув. Три клинка вошли ей в грудь и живот. Четвёртый, скользнув по рёбрам, вышел через спину. На мгновение она застыла — пронзённая, распятая в воздухе, — а затем рухнула на каменный пол, как подкошенная. — НЕТ! — крик настоящей Люси разорвал тишину. Кровь — яркая, алая, живая — растекалась лужей вокруг тела будущей Люси. Она лежала на спине, глядя в потолок, и грудь её вздымалась короткими, судорожными толчками. Роуг опустился на колени прямо в лужу её крови. Его тени, только что рвавшиеся в бой, затихли и легли у ног, словно прирученные. Он протянул руку — обычную человеческую руку — и убрал прядь волос с её лба. Жест вышел до странности бережным для того, кто мгновение назад пронзил её насквозь. — Тихо, тихо, — произнёс он негромко, и в его голосе не было ни угрозы, ни холода. Только усталость. — Не трать силы на слова. Ты и так кричала на меня семь лет — каждую ночь, в каждом сне. Я выучил твои проклятия наизусть, маленькая Люси. Даже сейчас ты не даёшь мне покоя. Даже мёртвая. Губы будущей Люси дрогнули. Она попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь влажный, клокочущий хрип. Впрочем, Роуг понял её без слов — по одному движению бровей, по тому, как дёрнулся уголок рта. Понял и невесело усмехнулся. — Да, я искал тебя, — ответил он на незаданный вопрос. — В моём будущем ты принадлежала мне. Я искал тебя в каждом разрушенном городе, в каждом отблеске пламени. А теперь ты умираешь у меня на руках — и снова становишься моей. Только моей. Навсегда. Она смотрела на него, и в её затухающем взгляде читалась мучительная, упрямая мысль. Ей нужно было сказать что-то важное, но сил оставалось лишь на одно короткое слово, и она вытолкнула его сквозь кровь, собравшуюся в горле: — Я... почти... Он не дал ей договорить. Уголок его рта дрогнул, тени вокруг них пошли рябью. — Ты проиграла, — сказал он тихо, и в его голосе не было ни торжества, ни злорадства. — Ты и в своём времени проиграла, и здесь. Но, знаешь... — он помедлил, и что-то дрогнуло в его единственном глазу, — ...ты единственная, кто заставил меня сомневаться. Единственная, кто почти победил. Спи спокойно, маленькая Люси. Ты заслужила этот покой. Её веки начали опускаться. Но перед тем, как закрыться совсем, они снова распахнулись — в последнем, отчаянном усилии. Она посмотрела на него так, словно хотела запомнить навсегда — или заставить запомнить его. И едва слышно, одними губами, спросила то, что, должно быть, мучило её все эти семь лет. Роуг прочёл вопрос по её губам. И ответил, не отводя взгляда: — Ты спрашивала, есть ли во мне что-то человеческое. Ответ — нет. Но когда ты умираешь, мне почему-то больно. Это всё, что осталось. Надеюсь, тебе этого достаточно. Умирающая Люси посмотрела на него. Её губы дрогнули — то ли в попытке улыбнуться, то ли в попытке плюнуть ему в лицо. Но сил уже не было. Она хотела что-то сказать, но из её горла вырвался только булькающий вдох. Кровь запузырилась в уголке её губ. — Ты никогда не отнимешь у Люси будущего! — Нацу бросился вперёд, его кулаки вспыхнули, крик взорвал галерею. Он не раздумывал ни секунды. Пламя взметнулось вокруг него яростным столбом, и он бросился на Роуга, забыв о защите, забыв о стратегии, ведомый одной лишь слепой, раскалённой добела яростью. Его кулак врезался в плечо будущего Роуга с такой силой, что каменный пол под ними пошёл трещинами. Бой откатился в дальний конец галереи, и грохот сражения заполнил пространство, оставив двух Люси в островке мучительной тишины. Настоящая Люси упала на колени рядом со своим двойником. Кровь — тёплая, липкая, пахнущая железом — пропитала её бриджи. Она попыталась зажать рану ладонью, но та зияла слишком широко, и кровь толчками уходила между пальцев. — Зачем... — прошептала она, глотая слёзы. — Зачем ты так? Будущая Люси повернула голову. Зрачки её расширились, дыхание стало влажным и клокочущим. Но взгляд, устремлённый на своё прошлое «я», был до жути осмысленным. — Слушай... внимательно, — прохрипела она. — Ты должна... кое-что сделать. Иначе всё зря. Иначе он снова станет таким. — Кто? — не поняла Люси. — Роуг. Ваш Роуг. Ты должна убить его. Сейчас. Пока он ещё не предал. Пока он не убил Стинга. Не жди, как я ждала. Я думала, что смогу его исправить. Люси покачала головой, не в силах принять услышанное. — Нет... я не могу. Это не он. Он не мог... — Именно он! — будущая Люси дёрнулась, попыталась приподняться и зашлась кашлем, выплюнув сгусток крови. — Он станет им. Если ты не остановишь это сейчас — в твоём будущем будет только такой Роуг. А Стинга... Стинга ты не увидишь вообще никогда. Ни его улыбки, ни его дурацких шуток. От него вообще ничего не останется. Люси смотрела в эти обезумевшие глаза и видела в них не ложь, а невыносимую, выстраданную правду. Правду, от которой её собственная душа сжималась в ледяной ком. — Это звучит ужасно, — прошептала она. — Я не смогу... Будущая Люси вдруг затихла. Буря в её взгляде улеглась, сменившись странной, почти детской усталостью. Она долго смотрела в потолок, на трещины в камне, складывающиеся в неведомые узоры, а потом перевела взгляд на руку настоящей Люси. — Покажи... герб гильдии...— сказала она. Люси кивнула, её слёзы капали на пол. Она показала метку на тыльной стороне ладони, её голос сломался. Будущая Люси шевельнула правым плечом, и плащ соскользнул, открывая культю — грубый, покрытый старыми шрамами обрубок чуть ниже локтя. — Что с твоей... Твоя рука! Губы будущей Люси дрогнули. На них проступила улыбка — не безумная, не ожесточённая, а та, прежняя, какой она, должно быть, улыбалась когда-то, засыпая под звёздами на задании с Нацу. — Я рада... увидеть вас всех снова. Спасибо... — прошептала она и затихла. Свет в её глазах погас. Рука, сжимавшая пальцы настоящей Люси, обмякла. В дальнем конце галереи Нацу издал рёв, полный боли и ярости. Битва продолжалась. Люси осталась сидеть на коленях в луже крови, глядя на герб гильдии, и внутри неё, сквозь ужас и горе, прорастала холодная, неумолимая решимость. Она не знала, сможет ли выполнить последнюю просьбу своего двойника. Но то будущее, из которого та пришла, она не допустит. Чего бы это ни стоило.