Ева

POV Шудзыро

      Мы вышли из столовой вместе. Он обнял меня за талию, а я положила голову ему на плечо. Она почему-то очень сильно кружилась. Наверное, я перенервничала сегодня. Иногда такое случалось после важных концертов. Ещё, вдобавок ко всему, я практически не ела.       — Слушай, а где у вас здесь кухня? — спросила я.       Он остановился и удивленно посмотрел на меня.       — Зачем она тебе? Мы ведь только что поужинали?       — Мне захотелось такояки, — оправдывалась я, хотя просто хотела поесть.       — Я, в принципе, тоже не против. Тогда пошли, — сказал Аято и последовал за мной на поиски еды.       Мы пришли на кухню. Она была оснащена всеми современными приспособлениями и всевозможной бытовой техникой. Красиво, я вам скажу, даже очень. Аято открыл холодильник и с досадой сказал:       — Блин, закончились.       — Не переживай, — подбодрила его я. — Можно и самим приготовить.       — А ты умеешь готовить? — удивился он.       — Ну, не то чтобы умею, но с голоду не помрём, — улыбнулась я. — А где у вас мука? — сказала я, завязывая фартук, который висел возле входа.       Аято с интересом смотрел, что же я собираюсь делать.       — Не знаю. Я, в принципе, не занимаюсь готовкой.       — Тогда будем искать, — сказала я и начала проверять тумбочки.       Аято просто наблюдал за моими действиями. Наконец-то она нашлась. Мука стояла на верхней полке подвесного шкафа. Я еле до него дотягивалась, поэтому встала на носочки. Наверное, Аято понял, что мне не дотянуться и подошёл, чтобы помочь. Я всё же успела зацепить муку и достать её. Но, когда оборачивалась, столкнулась с Аято. От неожиданности выпустила муку из рук. Облако белой пыли укрыло нас обоих. Я чихнула. Аято стоял в шоке и похоже был достаточно зол.       — О, ты похож на токоякушку, — засмеялась я.       Он, наверное, не разделял моей радости, так как схватил меня за руку и поволок из кухни.       — Эй, что происходит? — спросила я не успевая за его шагами. Он продолжал меня тянуть за собой. — Куда мы?       — Ты разве не видишь, что натворила? Я весь белый, как смерть. Кстати, ты тоже. И я сильно рассержен.       У меня побежали мурашки по коже. Меньше всего я хотела его рассердить. Это мне не сулило ничего хорошего.       — Я ведь не специально. И, к тому же, ты сам подошёл.       Он гневно глянул на меня.       — Можешь не оправдываться, Великий Я уже придумал тебе наказание.       У меня начали трястись лодыжки. Кто знает, что могло прийти в голову этому больному? Лучше быстренько придумать план побега. Но я не успела, так как мы вошли в не знакомую мне комнату. Она была обставлена так, как и остальные, но её крайне выделяло наличие разных типов холодного оружия. Меня почему-то это завораживало. Аято отпустил мою руку и сказал:       — Будь здесь, а я в ванную. И не дай тебе Бог отсюда уйти, — сердито добавил он.       — Ладно, — ответила я.       Он пошёл к шкафу, вынул сменную одежду и направился в ванную. Я решила воспользоваться его отсутствием и подошла к стеллажам. Моё внимание привлёк самурайский меч. Он был завораживающе красив. Я оглянулась, не вернулся ли Аято. Комната пустовала. Я взяла меч в руку. Рукоять была приятная на ощупь и обтянутая кожей. Уверенным движением вынула его из ножен. Он был великолепен: очень лёгкий, но достаточно прочный, лезвие сверкало при свете ламп. Я сняла обувь и встала в исходную позицию. Закрыла глаза, сконцентрировалась, а потом резко открыла и сделала движение — «полёт бабочки».       И тут со мной что-то произошло. Только что я была в комнате Аято, а оказалась в спортзале. Кроме меня там было всего два человека: мастер и девочка. Мастер, уже немолодой мужчина, был одет в чёрное кимоно. Девочка лет десяти имела приятные черты лица и пшеничные волосы. Казалось, эти двое меня не замечали. Мастер показывал девочке, как правильно наносить удар «полет бабочки». Я подошла ближе и, о Боже, эта девочка… Это же я. Но как? Когда? Разве такое было? Я стояла в замешательстве. Потом подошла к девочке поближе, но поняла, что она меня не видит. Я, словно призрак, стояла и смотрела на них. Внезапно открылась дверь и вошёл мой отец.       — Папа, папа, — радостно закричала девочка. — Учитель, можно мне поприветствовать отца.       — Конечно, Дзыро, — И он жестом руки указал маленькой мне путь.       Девочка подбежала к отцу и обняла его. Он ответил ей взаимностью.       — Учись, моя милая Дзыро. Это очень важно и, возможно, когда-нибудь мастерство спасёт твою жизнь.       Меня как кипятком ошпарило. В одно мгновение я вспомнила всё: и этот момент, и то, чем я занималась до психиатрической клиники, и то, как на самом деле погибли мои родители. У меня потекли слёзы. Наверное мой мозг, дабы меня не травмировать, сам придумал эту историю с аварией. От волнения мне стало плохо. Спортзал начал ходить ходуном. В невольном движении я схватилась за кулон, подаренный мне цыганкой. Я очнулась в комнате Аято, как раз после завершения приёма «полет бабочки».       — Ты умеешь пользоваться самурайским мечом? — с глубоким удивлением спросил меня Аято.       Я повернулась лицом к нему. Глаза мои были заплаканы, но я сказала:       — Это ведь кото? (Автор: Кото — букв. «старый меч». Мечи произведённые до 1596 года. Считается, что после этого времени многие приёмы традиционной технологии производства были утеряны), — спросила я.       — Да, — с ещё большим удивлением ответил он. — Ты плачешь?       — Не обращай внимания, я просто вспомнила одну очень важную часть своей жизни, — грустным голосом ответила я.       После я взяла меч и поставила его на место. Аято продолжал на меня смотреть. Но теперь удивление на его лице изменилось на сочувствие. Я ещё никогда не видела его таким. Оказывается, это чувство ему не чуждо.       — Ты там что-то хотел со мной сделать? — усталым и измученным голосом спросила я. Казалось, он проснулся от зимней спячки.       — Да, поначалу хотел, но теперь… — он подошёл ко мне и без всяких слов обнял. Было так приятно осознавать, что хоть кому-то в этом мире ты не безразлична.       — Пообещай мне, что ты больше никогда не будешь плакать, — ласково сказал он и посмотрел мне в глаза. — Только если тебя обижу Великий я, — и маленькие чертёнки закружились в танце в ярко-салатовых глазах. Я крайне удивилась, но ответила:       — Ладно, но не обижай меня.       — Всё зависит от твоего поведения, — ехидно улыбнулся он.       Лёгкая нервная дрожь снова посетила меня. Он вроде бы хороший, но в этом соблазнительном теле живёт бесёнок. Это точно!       — Тогда я пойду к себе, — предложила я.       — Не так быстро, блинчик. Наказывать я тебя не буду, но всё же мне не терпится тебя попробовать.       Я нервно сглотнула слюну. Кажется, в глазах у меня сиял ужас, а страх поселился в душу. Что он собирается сделать? Ситуация накалялась и нужно было быстро придумать выход. Я толкнула Аято так, что от неожиданности он упал на пол, и полетела к мечам. Схватив кото, я обнажила лезвие.       — Не подходи ко мне, извращенец, — завопила я.       — А вот этого не нужно было делать, Дзыро. Плохие девочки должны отвечать за свои поступки.       Дальше всё происходило в доли секунды. Он исчез и за мгновение оказался у меня за спиной и сжал в объятиях. От испуга я уронила катану. В следующую секунду мы очутились на кровати. Он придавил меня своим весом. Адреналин в крови повышался бешеным темпом, и я опять провалилась.       В этот раз я стояла в той самой комнате и смотрела на происходящее со стороны. Моё тело лежало на кровати, а Аято удобно располагался сверху. Казалось, что он страстно меня целует. Я подошла ближе и испугалась. Постель была вся в крови, и он не целовал меня, а впился зубами в шею и жадно глотал мою кровь. Потом Аято закончил пить, поднял голову и резко повернулся ко мне. Глаза его налились кровью. Весь рот и подбородок были жутко алыми. Его взгляд напоминал взгляд бешеной собаки. Я страшно перепугалась и схватила себя за кулон. В следующую минуту я уже лежала на кровати в предыдущей позе.       — Эй, блинчик, ты куда пропала? Я так не играю, — послышался голос Аято.       Я открыла глаза, посмотрела на него и с ужасом спросила:       — Ты вампир?       В воздухе повисло молчание. Он явно не ожидал, что его секрет будет раскрыт.       — Откуда ты узнала? — с удивлением спросил он.       — Это не столь важно. Дай мне ответ.       — Да, — тихо произнёс он.       — Ты убьёшь меня? — не останавливалась я.       — Нет, почему ты так решила?       — Ну ты ведь сказал, что хочешь попробовать меня, — начала выкручиваться я. Не хотелось открывать перед ним все карты. Эта новая способность довольно неплохая. Возможно, она когда-то спасёт меня.       — Я имел в виду, что хочу взять у тебя немножко крови. Я так изголодался по ней. Каждый раз, когда я чувствую твой запах, меня переполняет желание. И я уже не в силах бороться с ним.       — Можно тебя попросить об одном одолжении? — как-то очень серьёзно спросила я.       — Валяй, — ответил Аято.       — Если это возможно, я бы не хотела чувствовать боль.       — Ладно, — ответил он. Кажется, вампир не ожидал, что я позволю ему испить своей крови. Как говорил мой мастер по оружию: «Если ты не в силах предотвратить что-нибудь, тогда расслабься и прими это с достоинством». Спасибо, мастер! Это дельный совет.       Аято начал расстёгивать пуговицы моей рубашки. На уровне солнечного сплетения он остановился. Заглянув мне в глаза, парень положил указательный палец правой руки мне на губы. Потом плавным движением он медленно спустился по линии подбородка к ярёмной впадине и плавно продолжил свой путь к первой застегнутой пуговице.       — Ты красивая, — нежно сказал он и, к моему удивлению, страстно поцеловал меня в губы.       Я была приятно удивлена. Не ожидала, что он может быть таким нежным. Завершив свой поцелуй, Аято плавно опустился к моей шее. Я ощущала тепло его дыхания на коже. Он провёл языком от основания шеи к мочке уха и легонько укусил за неё. По телу прошла ощутимая нервная дрожь. Потом Аято поднялся и посмотрел мне в глаза:       — Помни, что ты моя, только моя, — с этими словами он опустился и укусил меня за шею.       Врать не буду, было достаточно больно. Я даже сцепила зубы и инстинктивно сжала его руками. Но это было намного приятней, чем в моём видении. Я сделала правильный выбор. Если этого нельзя избежать, то можно облегчить мою участь. Он пил спокойно, но большими глотками. «Все-таки он ненасытный», — улыбнулась я сама себе. Началось лёгкое головокружение, и я ощутила усталость. Как ни странно, засыпать было не страшно, а даже приятно…