Ева

POV Шудзыро

      Я проснулась достаточно рано именно в той позе, в которой и засыпала. Кажется, нежности Аято хватило только на поцелуй. Ну что же, и на том спасибо. Шея чуток затекла, и я сделала себе массаж. Потом пошла приводить себя в порядок. В ванной я смотрелась в зеркало и думала: «Теперь моя жизнь кардинально изменится». Хотя я всё же в лучшем положении, чем девочки. Они все сироты, я тоже, но у меня есть некоторые сбережения и ещё некий денежный фонд, который отец втайне сделал до моего восемнадцатилетия. Сказать честно? Я боюсь этой даты. Якудзы, которые убили родителей, покушались и на мою жизнь, но папа успел спрятать меня в тайник под кроватью. Иначе я была бы на том свете вместе с ними. Отец был крупным бизнесменом и, похоже, перешёл им дорогу. Они забрали всё до копейки, а также самое драгоценное — жизнь моих родных. Я им этого не прощу! Но пока мне не следует высовываться.       Здесь же жизнь не лучше. Я стану частным общепитом для Аято. Перспектива, конечно, не внушающая надежды…» Зеркало запотело, и я вытерла его левой ладонью.       — Но ты всё ещё дышишь, Шудзыро, а это значит, ты ещё в состоянии отомстить, — озвучила я свои мысли и горько себе улыбнулась.       — Дзыро, ты — лучшая! — сказала я своему отражению, подмигнула левым глазом, немного свела плечи вперёд и правой рукой показала жест «пистолетик». Знаю, со стороны это кажется немножечко тупо, но так мы подбадривали друг дружку в группе. Я скучаю по девушкам. Это было действительно прекрасное время. А сейчас я себя чувствую очень одинокой. Не спорю, моя нынешняя компания меня устраивает, но пока я не ощущаю стопроцентной открытости. Возможно, просто разучилась доверять людям? Нужно исправлять этот изъян.       Я вышла из ванной и пошла одеваться. Ну что же, сегодня у меня будет день платья. Взяла светло-сиреневое , длиной чуть ниже колена, в форме колокольчика, с короткими рукавами. Как раз под цвет глаз. Уложив свои длиннющие волосы в косу и заплетя в неё сиреневую ленту в тон платья, я сочла себя готовой и покинула опочивальню. И куда пойти в такую рань? Может, просто погулять по особняку и оглядеться? Наверное, так и сделаю.       Я гуляла по длинным коридорам и заглядывала в открытые двери. Их, конечно, было намного меньше, чем закрытых. В конце концов, меня привлекла одна комната. Она была похожа на кабинет или даже лабораторию. Куча книг, разные пробирки и строго рабочая мебель, разве что кофейный столик и удобные мягкие кресла вокруг не совсем вписывались в общую обстановку. Я подошла к книжному стеллажу. Его разнообразию позавидовала бы даже Александрийская библиотека. Ну, возможно, я слегка преувеличила, но книг там было предостаточно, причём очень старых и, наверное, ценных. Меня привлекла одна без обложки. Я вынула её, и оттуда выпал листик. «Вот растяпа», — подумала я. Поднимая его, я удивилась, так как это была очень старая фотография. На ней была вся семья Сакамаки. И, кажется, её делали как раз в этой комнате.       Посередине сидел темноволосый статный мужчина. Наверное, это их отец. Справа восседала златовласая женщина и держала на руках, кажется, маленького Шу, а подле неё стоял мелкий очкарик. «Каким смешным был Рейджи в детстве», — подумала я. Но его холодный взгляд, похоже, сопутствовал ему всю жизнь. Слева располагалась пышногрудая, фиолетововолосая женщина и держала на руках маленького, очень похожего на неё детёныша с мягким мишкой. «Мда-а-а, Канато просто копия мамы», — Улыбаюсь. Моё злобное чудище вместе с братом Райто стояли по обе руки от отца. И несколько в стороне справа упиралась о кресло бледная, беловласая женщина с очень грустными глазами. К платью она прижимала маленького Субару. Он тоже очень был похож на нее. «Какие все милые», — подумала я и провалилась. Очутилась в той же комнате, но как раз во время фотосессии.       — Шу, пошли, сядешь мне на коленки, — сказала женщина с пшеничными волосами. Вид у неё был достаточно строгий. Рейджи точно унаследовал это от матери.       — Мам, я ведь тоже хочу на ручки, — обиженно произнёс всем известный очкарик.       — Встань сбоку. Место есть только на одного, — мальчик незаметно всхлипнул, но сделал очень серьёзное лицо. Теперь понятно, почему он недолюбливает Шу. Причины таки реальны. Вот почему Рейджи так сравнивал внешний вид Ноны и Аши. Ему всегда казалось, что его недолюбливают. Бедный ребёнок и, наверное, несчастный человек…       Субару стоял спокойно и смотрел на маму. Она ему грустно улыбнулась и погладила по голове. Канато мирно сидел на руках у матери.       — Мальчики, встаньте возле отца, — сказала неизвестная красноволосая женщина, обращаясь к Аято и Райто. Странно, на фотографии её не было. Двойняшки приняли предложенную им позицию, а сама женщина слегка наклонилась и обняла главу семьи за шею.       — Снимайте уже! — потребовала она.       — Да-да, госпожа Ева. Уже снимаю. Приготовились? Раз, два, три. — Прозвучал щелчок затвора фотоаппарата.       Всё пропало, и я опять оказалась в комнате одна. Интересно, что это за таинственная красноволосая женщина? Ведь Рейджи представлял Аято, Канато и Райто как тройняшек. Я ещё раз взглянула на фото и увиденное вновь повергло меня в шок. Все стояли на своих местах, как и в видении, но красноволоска отсутствовала. Как это возможно? Так ведь не бывает. Если это фото делалось тогда, то она просто не могла вот так растаять. У меня в душе было лишь одно недоумение. Какая-то чертовщина происходит в этом особняке. Или это у меня не все дома? Я в последний раз посмотрела на фото — без изменений. Да нет, у меня в голове всё нормально, я ведь видела мастера и папу. Надо будет в этом разобраться. С этими мыслями, я вложила фотографию обратно в книгу и поставила последнюю на её место.       Мне стало как-то не по себе, и я решила покинуть эту комнату. По дороге нечаянно задела лампу, стоящую на столе, но вовремя её поймала. И, блин, опять провалилась. Меня начала задалбывать эта способность. Я опять оказалась в той же комнате. Никого не было, только я, держащая лампу. Опа, как интересно. Я поставила светильник на место и уже собиралась идти, как услышала голоса и шаги.       — Блин, что же делать? — с испугом произнесла я из видения. Моя копия начала судорожно искать место, где бы спрятаться. Она залезла под письменный стол, где стояла та проклятая лампа и всякая химическая лабуда. Хорошо, что он приспособлен под тумбочки и поэтому не сквозной, а его одна сторона закрыта фанерой. Искренне благодарю дизайнера этого убожества.       В комнату вошёл Рейджи и все остальные братья. Моя копия сидела под столом, затаив дыхание и даже слегка прикрыв рот и нос ладонью.       — Дорогие братья, я собрал вас здесь, чтобы обговорить вчерашний вечер и все происшествия за ночь и утро, — начал беседу Рейджи, когда вампиры расположились по комнате. — Не секрет, что практически все из нас попробовали крови наших невест. Странно, Субару, что ты воздержался.       Тот злобно посмотрел на брата, но ничего не ответил. Я про себя заметила, что он сжал кулак, но лицо его оставалось без единой эмоции.       — Ну, давайте делиться достигнутыми успехами, — коварно улыбнулся Рейджи. — Может, ты начнёшь, Шу?       — Я не удержался и сам испил крови, — он слегка виновато опустил голову.       — Как приятно узнать, что не один я подвёл отца, — ухмылялся Рейджи.       Шу поднял голову и строго посмотрел на брата. Их глаза встретились, и несколько секунд они мерялись взглядами.       — Хватит вам! — сказал Субару.       Рейджи отвёл взгляд от Шу и пренебрежительно посмотрел на самого младшего Сакамаки.       — Она сама меня вывела. Ходила почти голая по комнате, а потом в одних трусиках пошла в ванную. И прикиньте, я постучался, и она меня впустила. А потом вообще попросила полотенце принести. Я её спросил, не смущается ли она, а в ответ услышал, что меня, видите ли, игнорируют.       — Блин, мне бы так, — глотал слюни Райто. — Ириго распсиховалась, когда увидела, как Рейджи испивал Нону, и пришлось её усыпить. Спрашивать было не у кого, вот я и решил попробовать.       Райто сделал такое лицо, словно чего-то недоговаривал. Было видно, что ему не очень приятно вспоминать этот момент. Интересно, что на самом деле произошло у них с Ириго?       — Оказывается, наш блюститель законов тоже умеет их нарушать, — съехидничал Шу.       — Как видишь, братец. Но я нисколечко не сожалею. У моей мымры прекрасная кровь, — довольно улыбнулся Рейджи и слегка облизнул губы, словно там осталась капелька Ноны.       — Мымра? — вырвалось у меня настоящей. Нона будет в восторге от услышанного. Всё-таки хорошо, что они меня не слышат.       — А моя, как ни странно, сама предложила мне попробовать, — начал несмело Канато. — А потом расплакалась и прогнала меня прочь. Не понимаю эту девочку. С головой не дружит, что ли? — говорил уже разгневанный мальчик. — Я ведь ей ничего не сделал. Испил, как она и предложила. А концерт устраивать не надо было. Правда, Тедди? — обратился он к медведю. Тот конечно ему не ответил.       — Моя дурочка тоже согласилась добровольно, — начал Аято, и все с изумлением посмотрели на него. — Ага, прикиньте, сама.       — Дурочка? — вскрикнула я. — Ах ты скотина неблагодарная! Да как ты смеешь? Я-то думала, ты нормальный парень. А ты как бил заносчивым дебилом, так им и остался! — кипела я.       — Может, Великий Ты полностью владеешь её разумом и душой, и поэтому она покорна своему властелину, — подмахнул его Райто, но мой осёл не понял. Уж слишком он напыщенный.       — Думаю, ты прав, — довольно ответил Аято. Райто только хихикнул себе в кулак.       — Я тебе ещё устрою сладкую жизнь! — гневно пообещала я и помахала на этого идиота пальцем. Может и хорошо, что он меня не видит. Так хоть можно дать волю эмоциям.       — Вот кто властелин убогих, так это я, — неожиданно начал хвастаться Рейджи. — Она меня боится и слушается, как мышка.       — Что? Чтобы Нонка кого-то слушалась, да ещё тебя? Только не смеши мои носки, а то у них сейчас истерика случится. Ни в жизни не поверю в этот бред. Разве что, она решила над тобой подшутить и прикинулась ягнёнком, — с нескрываемым возмущением вскрикнула я.       — А ты чего молчишь, Субару? — спросил Райто.       — А что говорить? Я не спрашивал, а она не предлагала.       — Блин, братец, я тебя таким не видел. Ты не заболел? — с мнимой тревогой спросил мой козёл.       — Я очень хорошо помню, что случилось с моей мамой. Ведь отец, не спросив, превратил её в вампира, и все помнят, что она сошла с ума и… — умолк погрустневший Субару и сжал кулак. Теперь понятно, почему его мать была такой отстранённой и почему Субару настолько скрытный. Мне даже его стало чуточку жаль.       — Нам тоже всем пришлось убить своих матерей, — холодно сказал Рейджи. — Ты не уникален.       — Заткнись, — выпалил Субару и стукнул кулаком о стол. Моя копия от неожиданности пискнула и прикрыла рот ладошкой.       — Что это? — удивился Рейджи и пошёл к столу. Потом он вынул вторую меня из укрытия и явил перед братьями.       — Дзыро? — взревел Аято. — Ты что здесь забыла? Я тебя сейчас урою!       — Эта девчонка слишком многое услышала, и я считаю, что нужно её наказать, — предложил Рейджи.       Ситуация начала накаляться, и я не хотела больше смотреть на свои истязания, поэтому схватилась за кулон. Очнулась именно в тот момент, когда поймала лампу. Из коридора доносились голоса. Значит, собрание только намечается. Ну, ничего, я уже знаю его итоги. Поставив лампу, я открыла дверь и почти столкнулась с Рейджи.       — Что ты здесь забыла? — раздражённо спросил он.       — Я искала комнату Ноны, но ещё не ориентируюсь в особняке, поэтому заблудилась, — искренне оправдывалась я. Казалось, это лучшее, что могла придумать, ведь комната Акатори действительно неподалёку.       — В конец коридора и налево. Первая моя, вторая дверь её. И не хочу тебя больше видеть в моей лаборатории.       — Поняла, — изобразила я лёгкую улыбку и испарилась. Но, выходя, одарила Аято злобным взглядом. По нему было видно, что он не понял.       Я сломя голову понеслась в комнату Ноны. Но её там не оказалось. Где же она? Я начала бродить по особняку и искать девушек. Их спальни пустовали. Оставалось только заглянуть к Сае. Надеюсь, они там. Я пошла по намеченному маршруту, в душе искренне надеясь, что все живы, здоровы и собрались у Саи, а то после услышанного я как-то начала за нас всех волноваться…