Ева

POV Кая

      Нашей четвёрке достался семейный полулюкс. Ещё до конца не осознавая, как будет выглядеть наше совместное проживание, мы взяли ключи и направились к лифту. На пятый этаж все поднимались молча. Я была слегка обижена на Субару, ведь видела его с этой одноклассницей. Он тоже был на меня зол. Думаю, из-за того происшествия в магазине, когда я упустила на мгновение из виду Аято, и мы чуть было не попались. Дзыро искусно играла роль обиженной невесты. Однако ловко она всё это повернула. Правда, без участия Ноны у неё ничего бы не получилось. Рыжеволосый, не подозревающий о подставе, старался лишний раз не напоминать о своём присутствии.       Когда мы подошли к номеру, и Аято доставал из кармана ключи, он очень интересно посмотрел на Дзыро. Было видно, что парень не хочет с ней ругаться. Почему-то именно в тот момент мне показалось, что она ему не безразлична. Не знаю, откуда возникло такое ощущение, но весь его вид подтверждал это. В душе я за неё обрадовалась. Да, он жесток и слишком высокого о себе мнения, но, возможно, Дзыро удастся его изменить? Не знаю наверняка, но буду на это надеяться.       Мы вошли внутрь. Дверь справа вела в ванную, остальные две — в отдельно размещенные комнаты. Одна из них, как потом выяснилось — детская, нас целиком и полностью устраивала двумя отдельными кроватями, большим шкафом и прикроватными тумбочками, с небольшими настольными лампочками на каждой. А вот со второй — родительской, вышли непонятки.       — Кому-то из нас придётся спать вместе, — констатировал очевидное Субару, указывая на двуспальную большую кровать.       — Мы с Каей можем там расположиться, — сказала Шудзыро таким тоном, словно ждала моего одобрения.       — Я полностью с тобой согласна, — подтвердила я и увидела гримасу облегчения на лице подруги.       — Так не пойдёт! У меня есть невеста, а с Аято я спать не собираюсь, — спокойно, но очень уверенно высказался Субару.       Его реакция меня слегка удивила. Разве он не был на меня обижен? И что это вообще за поведение? Возможно, они с Аято обо всём договорились, пока мы тащили свои вещи к лифту?       — И я так считаю, — подал голос зеленоглазый. — Мы с Дзыро можем занять родительскую, а вы с Каей можете идти в детскую.       — Ладно, — спокойно ответил Субару.       — Какое ладно? Какую родительскую? — завопила Шудзыро. — Я не собираюсь спать с ним в одной кровати!       — Не смотри на меня, я тоже туда не пойду, — начала возражать я.       — Ро, ну мы ведь старше и просто обязаны занять эту комнату, — уголками губ слегка улыбнулся Аято.       — Да я лучше в ванной переночую, — не унималась Шудзыро.       — Хватит! — резко крикнул Субару и схватил меня за руку. — Мы с Каей идем во взрослую, а вы хоть в детской, хоть в ванной, хоть на полу — меня это не интересует. Но чтобы я даже звука не слышал из вашей комнаты.       Ребята опешили, и я вместе с ними. Никто не ожидал такой реакции, даже Аято. Другой рукой Субару схватил наши вещи и просто-таки втянул меня в комнату. Потом он резко закрыл дверь перед всё ещё офигевающими ребятами. Я продолжала молчать. Слова просто не рождались у меня в голове. Всё, на что я в тот момент была способна, — это развести руки в стороны и этим жестом спросить: «Что же здесь происходит?»       — А что, тебе приятно слушать их семейные разборки? — как бы отвечая на мои жесты, спросил Субару. — Мне они изрядно поднадоели.       — Я понимаю, — наконец-то сумела я что-то сказать, — но ты даже не спросил моего мнения, — к концу фразы я практически затихла.       Субару гневно посмотрел на меня. Думаю, он злился больше на себя, ведь ощущал, что неправ в этой ситуации. Честно? Моя внутренняя сильная Кая куда-то подевалась. Она меня бросила в самый ответственный момент. На смену ей пришла маленькая робкая девочка. Мне было поистине страшно. Я понимала, что целую ночь должна провести в постели с уже вполне взрослым парнем. Будем ли мы спать, или он захочет чего-то большего? Страх и стеснение смешались в одном бокале, который я почему-то выпила залпом.       — Раскладывай вещи, чего стоишь? — сказал Субару. В его голосе всё ещё ощущалась злость.       — Хорошо, — так тихо и робко сказала я, что даже сама себя не узнала.       Кажется, ему это тоже показалось странным. Он несколько секунд смотрел на меня, а потом резко приблизился и просто-таки вдавил меня в стену.       — Что не так? — гневно спросил он.       — Всё нормально, — еле дыша от страха, ответила я.       Это была не Кая Канори. В моём теле поселилась другая девушка, очень напуганная девушка… Казалось, Субару смотрит на меня, как смотрел бы на сломанную игрушку маленький мальчик, который не понимает причину поломки.       — Что с тобой не так? — практически прокричал он и ударил кулаком о стену в нескольких сантиметрах от моей головы.       Я вся сжалась и сощурилась от страха, словно маленький лесной ёжик. С глаз начали течь две тоненьких солёных струйки.       — Что не так? — продолжал кричать Субару.       — Я боюсь тебя, — наконец-то сквозь слёзы прокричала я и посмотрела в яростно-красные глаза, а потом сощурилась ожидая очередного удара.       Но он не оправдал моих ожиданий. Вместо того, чтобы ударить ещё сильнее и ещё ближе к моей голове, Субару просто опустил руки и слегка наклонил голову. Ощутив, что что-то пошло не так, как ожидалось, я открыла глаза и посмотрела на него. Он поднял голову и наши взгляды встретились. В его глазах я всё ещё видела гнев, в моих до сих пор обитал страх. Потом пепельноволосый подавил в себе те пугающие меня чувства и, к моему огромному, удивлению резко меня обнял.       — Прости, я не хотел тебя напугать, — спокойно и почти шёпотом сказал он.       Я продолжала стоять молча. Мне было одновременно странно и очень приятно ощущать его прикосновение. Он был так не похож на того Субару, который встретил меня в особняке. Я была в сильном замешательстве. Мне даже в голову не приходило, что самый младший Сакамаки может быть таким… Таким ласковом и нежным. Мне казалось, что это сон, но отнюдь не хотелось просыпаться. Слегка придя в себя, я тоже обняла его и ответила:       — Теперь мне не страшно, — сказав это, я слегка улыбнулась.       Он сжал меня ещё сильнее, как будто не хотел отпускать. Было настолько приятно, что я даже ощутила некую слабость. Никогда в жизни я не испытывала таких ощущений. Так мы стояли ещё некоторое время. Кажется, нам обоим не хотелось терять столь прекрасный момент. Но прекрасное не может длиться вечно. Тогда оно теряет всю свою желанность и превращается в вполне обыденную вещь. А такого допускать нельзя. Поэтому я сделала шаг первой и разомкнула объятия. Парень посмотрел на меня спокойным ровным взглядом.       — Мне больше не страшно, Субару, — сказала я, нежно улыбаясь, и ладонью прикоснулась к его щеке.       В свою очередь он поднял левую руку и, прижав мою ладонь, прикрыл глаза наслаждаясь нашими прикосновениями. Потом парень открыл их и с нежностью посмотрел на меня. Я поняла, что это именно тот момент, когда я могу, нет, я просто обязана его поцеловать. Не теряя ни секунды, я исполнила своё желание.       Наши губы сомкнулись в нежном прикосновении душ. Стало тепло и приятно одновременно. Мир перестал существовать. Были только мы вдвоем в этой комнате посреди вселенной. То, что начиналось так непринуждённо и нежно, начало обретать новые формы. Я ощутила, что воздух постепенно начинал накаляться. Движения его языка становились более страстными и уверенными. Это заставило меня тоже возбудиться. Он начал рукой ласкать мою шею. Эти ощущения просто невозможно передать. Мне казалось, что я сделана из мягкой глины и в руках мастера начинаю обретать совсем иную, доселе неведомую мне, форму. Мой разум отключился. Казалось, я больше не владею своим телом. Всё оно желало стать одним целым с телом Субару.       — Нельзя, — внезапно прокричал Субару и ударил кулаком о стену.       Я не понимала, что происходит. Ведь всё было так нежно и прекрасно. Я что-то не так сделала? Кажется, причина скрывалась глубоко в его сознании. Но почему? Что же он так тщательно пытается спрятать? Мысли начали кружиться в моей голове словно рой диких пчёл от чего начинала болеть голова.       — Мне нужно принять душ, — резко сказал Субару и, не смотря на меня, вышёл из комнаты.       Я осталась одна наедине со своими мыслями и в полном замешательстве. Это ощущение недосказанности не давало мне покоя. Из ванной послышался шум воды. Значит, он действительно принимает душ. У меня образовалось время для раздумий. Я решила этим воспользоваться, параллельно распаковывая свои вещи и укладывая их в шкаф.       Когда Субару вернулся, то практически не смотрел на меня. Я не могла понять, чем были вызваны столь резкие перемены в его поведении. Казалось, всё было настолько прекрасно, и вдруг, словно песок, счастье начало ускользать у меня из рук.       — Ванная свободна. Можешь тоже принять душ, — сказал красноглазый, как бы слегка намекая, что мне пора покинуть комнату.       Я поняла, что он хочет остаться один наедине со своими внутренними демонами. Ну что же, он сам должен их побороть. Поэтому я взяла свою пижаму и направилась в ванную. Мне и самой нужно было всё хорошенько обдумать. То, что произошло между нами, наверное, навсегда отпечатается в моей памяти. Это был мой первый настоящий поцелуй.       Приняв лёгкий душ, я промокнулась полотенцем и вытерла запотевшее стекло. Внезапно раздался звук захлопнувшейся входной двери. Я немного испугалась. Неужели Субару куда-то ушёл. Но почему? Разве ему так невыносимо моё присутствие? Я ощутила лёгкое внутреннее волнение. Нужно гнать дурные мысли прочь. Успокойся, Кая, если он ушёл, то уже ничего не изменить.       Я начала надевать пижаму, которую мне помогла приобрести Шудзыро. Она была довольно милой. Возможно, будь я сама в магазине, то даже бы не обратила на неё внимание. Но вот сейчас из зеркала на меня смотрит Кая Канори, но более женственный её вариант. Лёгкие свободные бриджики заканчивались красивыми манжетами и милыми небольшими бантиками на них. Верхняя часть была исполнена в виде платья, которое слегка прикрывало бёдра. Сделано оно было в форме разлетайки. Красивые короткие рукава, формой напоминающие маленькие фонарики, как и бриджи, украшали такие же манжеты с крошечными бантиками. Вырез на верхней части пижамы был круглый и оставлял полностью открытыми ключицы и верхнюю часть грудной клетки.       Посмотрев ещё раз на себя в зеркало, выдохнула и вышла из ванной. Перед дверью в комнату я на мгновение остановилась. «А что, если его не окажется внутри?.. Зачем пытаться угадывать, если можно всё увидеть своими глазами?», — подумала я и открыла дверь.       В комнате было достаточно темно, так как свет был выключен, а уличные фонари горели слишком тускло и далеко. Субару лежал в кровати ко мне спиной. «Он не оставил меня», — подумала я и слегка улыбнулась. Казалось, парень давно уже спит. Стараясь его не тревожить, еле слышно подошла и аккуратно легла на кровать, повернувшись к нему спиной. Я наконец-то расслабилась и уже собиралась уснуть, как услышала тихий голос:       — Кая?       — Да? — ответила я.       — Я… я очень… — намеревался что-то сказать Субару, но умолк. От неожиданности я привстала на кровати и обернулась к нему.       — Что случилось? — спросила я.       Он тоже приподнялся и повернулся ко мне лицом. Покрывало упало и оголило его упругий торс. Расстояние между нами сократилось до минимума. Это обстоятельство слегка начало меня пугать.       — Я очень хочу тебя… — сказал Субару тихим спокойным голосом.       Ещё никто не говорил мне такого. Я разволновалась и ощутимо покраснела. Хорошо, что комнатный полумрак скрывал это обстоятельство. Я опять ощутила, что маленькая неуверенная девочка возвратилась ко мне.       — Я… я… я ещё никогда этим не занималась, — с трудом выдавила из себя я. — И не знаю, готова ли я…       — Не волнуйся, я всего лишь голоден и хочу твоей крови, — слегка опустив голову и тем самым спрятав глаза, сказал Субару.       Кончиками пальцев правой руки я легонько подняла его голову за подбородок и нежно улыбнулась.       — Я не против.       — Но ты ведь сказала…       — Это осознанное решение, — перебила я его на полуслове.       Он ещё секунду смотрел мне в глаза, а потом сжал меня в крепких объятиях и прокусил шею. Я издала слегка слышный стон и ощущала, как его клыки постепенно врезаются мне в кожу и туда медленно приливает кровь. Сделав несколько глотков, он отстранился и посмотрел на меня. Его губы стали кроваво-красными, а по подбородку стекали алые капельки. Субару притянул меня к себе и поцеловал. Я ощутила во рту вкус своей крови. Она была горячая и довольно сладкая. Мне почему-то даже понравилось это ощущение. Поцелуй был нежный и приятный. Потом он остановился и опять укусил меня, но болело уже намного меньше. Кровь всё прибывала к месту укуса. Он не спеша наслаждался каждым глотком. Потом мне стало тепло, приятно и очень захотелось спать. Субару будто бы ощутил мои желания и, продолжая пить, нежно положил меня на подушку. Я уснула с улыбкой на лице.