Вишня в шоколадной глазури

— А-а-а, ребенок? В пятничный вечер? Вы серьезн-о-о? — И без того звонкий голос повышается на несколько октав, возмущаясь непредвиденным посиделкам с любимым крестником, ведь планы на пятничный вечер были весьма великие — он, Мин Юнги из отдела кадров, бутылка полусладкого и холодность хлопковых простыней, впитывающих всю страсть и похоть двух нагих тел. Как ни странно, но утро многообещающей и долгожданной пятницы начинается с недовольных воплей пухленького крестного папочки — Пак Чимина. Тэхен с поражающим спокойствием выслушивает искренние и веселящие мольбы друга, пламенные речи о теперь уже несбыточной мечте и то, что они с Чонгуком могли бы уединиться в субботу или же ленивое воскресенье, а еще у него завал на работе и творческий беспорядок, не присущий аккуратной и педантичной натуре, коей и являлся пухленькая врушка Пак Чимин. Но разве Чим не понимает, насколько Тэхен соскучился по долгим и приятным ласкам своего мужчины, желанному и пылкому уединению, развязным и мокрым поцелуям, которые определенно перейдут в нечто большее? Природная упертость и спермотоксикоз, что окончательно вскружил голову и заменил серое вещество совершенно иной жидкостью, просто не могли оставить молодого папочку в покое, а его дорогой и добрый друг, который, к слову, клялся и трепетно обещал быть всю жизнь рядом, в любой момент готовый протянуть руку помощи, должен отвечать за свои слова, а еще лучше — присмотреть за малышом Тэгыком. — Чимини, а ты случайно не помнишь, как одна вертлявая жопка дулась и обижалась на нас, когда мы хотели сделать крестным ответственного Джина? — Тэхен злорадно хихикает в трубку, слушая протяжный и безысходный вой своего друга. Все-таки навык манипулирования Пак Чимином совершенно не растерян, что определенно не может не радовать хитренькую лисичку КимТэ, который умело давит на больные точки, заставляя Чима бесповоротно подчиняться своим желаниям. — Во сколько, говоришь, ждать ваше черноглазое чудо?

///

После того, как любимое чадо отдано любимому и доброму Пак Чимину, решается заехать в ближайший торговый центр, дабы прикупить бутылочку крепкого напитка и необходимых продуктов для проведения романтического ужина в домашних условиях. И пока изрядно измотавшийся Чонгук расплачивался за тяжелые пакеты с купленным, его желанная бабочка улетела за покупками в ближайший отдел с обилием модных новинок моды, дабы перемерить кучу изящной красоты и приобрести парочку сексуальных кофточек. — Черт возьми, Тэхен, ты еще долго? — мужчина устало разминает шею, прислоняясь затылком к деревянной двери, за которой запыхавшийся шопоголик КимТэ пытался втиснуться в обтягивающую водолазку классического черного цвета. — Ах, Чонгуки, не ворчи! — Растрепанная макушка высовывается из-за двери, притягивая своего возлюбленного за руку и заставляя войти в небольшую примерочную, с многочисленными модными вещами, развешанными на небольшой серебристой панели. — Лучше помоги мне! Большое зеркало, в котором отражаются они — немного уставший Чонгук, на котором белая офисная рубашка, помятая в некоторых местах, и Тэхен, пытающийся выбраться из тугого захвата черной материи. Оголенная ровная спина со сверкающими на свету каплями прозрачного пота, упругие ягодицы, обтянутые плотной тканью темных джинс, и отражающийся в зеркале плоский животик с еле заметными очертаниями манящих рельефов. Чонгук, словно завороженный, следит за мучительными попытками Тэхена, борющегося с противной вещью, не смея оторвать завороженный взгляд черных глаз, жадно разглядывая манящие изгибы любимого тела и постепенно сходя с ума от дикого желания, что электрическими разрядами окутывает все лоно. — Ну спасибо за помощь, любимый! — Тэхен обиженно хмурится, сдувая мешающую челку со лба, и непроизвольно натыкается на голодный, сумасшедший взгляд своего мужчины. — Эй, Чонгуки, ты чего? Волнующий вопрос остается безответным, а худенькое тельце Тэхена в сию же секунду оказывается прижатым к холодной поверхности ближайшей стенки. Лебединую шею одаривают мокрыми поцелуями-укусами, спускаясь на оголенную грудь, очерчивая ореолы твердеющих горошин, прикусывая одну зубами, а после зализывая слегка болючий укус языком, одаривая приятными ласками, сводящими с ума и срывающими все существующие заслонки. — Хочу тебя, — не отрываясь от манящего тела, Чонгук выдыхает прямо в губы, затягивая приоткрытые уста в долгий развязный поцелуй. Кончик языка очерчивает контур пухлой поверхности, задевает небо, играется с чужим органом, интенсивно его посасывая, отчего до уха доходят невнятное мычание возлюбленного. — А если кто-нибудь замет-и-и-т. — Тэхен трется о бедро мужчины, закатывая глаза от приятных действий, совершенно не задумываясь о том, что работающий персонал так или иначе может заметить страстную парочку. — Ким Тэхен, будь добр, закрой свой ротик и просто получай наслаждение, — голос Чонгука в данный момент времени особенно сексуален, с приятной хрипотцой, отдающий некой властью и доминантностью. У Тэхена все естество сводит от возбуждающего тембра, распаленный диким желанием, в данный момент времени он готов опуститься на колени, соприкасаясь с грубой тканью чонгуковых брюк, тереться щекой о мускулистую ногу. Хочется быть послушным котиком. Влажные пальцы, что так рьяно вылизывал молодой папочка, когда Чонгук возбуждающе прошептал: «Открой ротик, детка. Ты же не хочешь, чтобы нам было больно?», поочередно проникают в узкую дырочку, принимаясь тщательно подготавливать пятую точку к приличному размеру мужчины. Чон умело ласкает его изнутри, пару раз надавливая на ту самую заветную точку, способную вызвать в любимом теле огненное желание и горячие вздохи, мутной влажноватой поверхностью скрашивающие огромное зеркало. — Не смей отрывать взгляда от нас. — Чонгук грубо хватает возлюбленного за затылок, заставляя посмотреть на возбуждающее отражение, в котором он, Ким Тэхен, упершись локтями в мягкую обивку ярко-красного пуфика, с атлетической грацией прогибался в спине, выпятив упругие половинки, меж которых мужчина возбуждающее терся своей твердой плотью. — Я хочу, чтобы ты наблюдал за тем, как я буду рьяно вдалбливаться в твою аппетитную дырочку, Тэхен-а. Услышанное мгновенно выбивает кислород из легких, заставляя буквально хныкать от подобного. Руки трясутся, а все тело покрывается сильной испариной — невозможно передать словами, выразить свое восхищение различными эпитетами или метафорами, невозможно не желать такого властного и опьяненного диким желанием Чон Чонгука. Завороженное зрелище, когда Тэхен, прикусив нижнюю губу до алых покраснений, принимает детородный орган мужчины по основание, не отрывая взгляда от манящей возбуждающей картины, ведь КимТэ — послушный мальчик, внимательно следящий за тем, как Чонгук искусно дарит им наслаждение, сжимает упругие половинки, для более глубокого проникновения разводя их в стороны. — Малыш, ты только посмотри, насколько ты сексуален, когда мы занимаемся любовью. — Слова мужчины приятной пульсацией отдаются в висках, а череда бешеных и быстрых толчков сбивают дыхание, заставляя охрипшим голосом выстанывать родное имя. Чонгук с немыслимой скоростью вбивается в хрупкое тело, ощущая приятное тепло, вязкой субстанцией растекающейся по венам. Ощущение долгожданной разрядки приятным узлом стягивается внизу живота, а возбуждающее зрелище, раскрывшееся перед ними вызывает огромный прилив адреналина и заводящего желания — новый сексуальный опыт, который познали в вечер долгожданной пятницы, определенно, запомнится надолго и яркими вспышками горячих снимков сохранится в памяти каждого. Вязкие белесые капли стекают по худым, дрожащим от крышесносного оргазма ногам, падая на холодную поверхность блестящего пола. Тэхен чувствует, как горячая жидкость растекается по спине, а влажные чонгуковы губы дарят ленивый поцелуй. — Тэхен-а, я думаю, что нам нужно чаще выбираться за покупками, — Чонгук помогает Киму привести себя в порядок, любезно вытирая мокрую спинку и напоследок чмокая в ложбинку меж упругих полушарий, — тебе определенно нужно приобрести парочку обтягивающих кофточек! — Ну уж нет, Чон Чонгук! — Тэхен мило краснеет, проваливаясь в своем излюбленном мешковатом балахоне, каким-то боком носящим название «кофта», и гордо задирает вздернутый носик. — Сегодняшнего опыта мне хватило! А потом, смущенно опустив взгляд в пол, пушистый послушный котенок, еще больше краснея, заявляет: — Так что в следующий раз бороться с возбуждением идем в туалет. Всегда хотелось быть прижатым к керамическому умывальнику. Чонгук удивленно хлопает глазами, а после звонко и заливисто смеется, заражая своим игривым настроением и Тэхена. Они явно обязаны воплотить «мечту» Ким Тэхена в реальность, но чуть позже, ведь сейчас их ждет приятный романтический ужин при свечах, долгие бессмысленные разговоры на мягком ложе и захватывающая бессонная ночь, полная приятных ласк, пылких поцелуев и плотских утех. Жаркая пятница не зря зовется развратницей, заканчиваясь приятным уединением двух родственных душ и пленяюще-желанным занятием любовью на шелковых простынях.