Задыхаюсь тобой

— Коннор? — блестящие глаза мальчишки в темной комнате казались теперь ещё ярче для Франты. Шатен всё ещё находясь с Троем рядом, сидя на краю кровати, всё это время пытался понять одну очень сложную и непонятную для него вещь: когда он так успел привязаться к этому мальчишке? Когда нашёл смелость ощутить сладкий вкус его губ, хотя второй был вовсе против? Когда это всё успело произойти? Он не мог просто так проморгать этот момент в его жизни, не имеющей ничего хорошего. И теперь слыша этот мягкий и сонный голос за своей спиной, он сильно винил себя. Всё должно было быть наоборот.Трой не должен сейчас находиться рядом с ним, не должен разговаривать. Он не должен вообще даже знать, кто такой Коннор Франта.Час назад голубоглазого парня могли просто убить. И сделано было бы это только по вине самого Франты. Я обещаю всегда тебя защищать... — Коннор? — голос Троя становится неуверенным и робким, когда в ответ от парня он получает лишь молчание. Приподнявшись с подушки, он устало потирает виски пальцами, всё ещё наблюдая за напряжённой спиной Коннора. На мгновение на душе Меллета становится тревожно, но вся эта тревога мигом испаряется, когда он замечает, что Франта всё же решил обернуться к нему лицом и легко улыбнуться. Сейчас Трой чувствовал себя ещё ужаснее, когда понимал, что именно из-за него Коннор тратит все свои нервы, свободное время, и самое ужасное - жизнь. Он всегда считал, что недостоин такого отношения к себе... Так будет лучше, если Трой сам решится уйти?... — Я заснул в машине, да? — Трой неловко улыбнулся парню и уловив в темноте еле заметный кивок головы, протяжно и устало вздохнул. После случившегося, он всё ещё был уверен в том, что Коннор просто наорёт на него из-за глупой неосторожности. Но Франта не сделал это, а лишь осторожнее взобрался на кровать с ногами и удобнее устроился напротив недоумевающего Троя. Почему он всё ещё не накричал? — Трой, — неуверенно начал Коннор, нервно проводя ладонью по волосам и ещё сильнее взъерошивая свою чёлку, — Я думаю, мы оба должны разобраться во всём этом происходящем и выяснить для себя некоторые вещи. — Это будет что-то типа ночного и серьёзного разговора? — Можешь называть это как хочешь. — Коннор махнул рукой в сторону. — Нам многое нужно понять, и самое главное - ты можешь задавать мне вопросы. Если я посчитаю нужным ответить на них, то я так и сделаю... Думаю, у тебя есть достаточно причин ненавидеть меня сейчас, но прошу, давай отложим личные вопросы куда подальше, хорошо? Тебя сейчас интересует далеко не это. И где-то глубоко внутри себя Трой начинает ликовать. А ведь не этого он так долго ждал? Получить хоть какие-то объяснения от Франты. И плевать, что он считает этого зеленоглазого парня самым ужасным человеком. Плевать. Всё потом... — То, что произошло недавно, это ведь тоже как-то связано с моим братом, не так ли? Первый вопрос - первый точный ответ, заставляющий сердце Троя сжиматься от боли и обиды, ведь он до последнего надеялся услышать совсем не это. — Да... Прости, но если бы я не появился там вовремя, то я даже боюсь представить, где бы ты сейчас находился и... Я даже не хочу об этом думать. — Как ты узнал о том, что мне требовалась помощь? — Трой неловко теребит длинными пальцами край своей тёмной рубашки. Коннор скованно разворачивается спиной к изголовью своей кровати, чувствуя, как колено Троя теперь уже упирается в его бедро. — Стил знал, что они будут там. Он знал, что тебе понадобится помощь. Он знал, что только я могу помочь тебе в этот момент, и это не зависит от того, хотел бы ты принять мою помощь, — Коннор неожиданно замолкает, и только тогда, когда поднимает на Троя свои сочувствующие глаза, твёрдо произносит, — Если тебе так важна твоя жизнь и ты хочешь быть лишь в безопасности - держись возле меня. Остальное, думаю тебе уже понятно. — Коннор недовольно хмурит брови, когда сам голубоглазый мальчишка испуганно сглатывает и выдавая бёзнадёжный вздох, яростно и отрицательно машет головой. — Нет, нет, нет... — Трой всё ещё продолжал крутить головой, тем самым давая Франте новый скачек для беспокойства, — Получается, ты хочешь сказать, что везде и всюду ты будешь ошиваться рядом со мной, не смотря на то, что у меня есть своя собственная жизнь, есть друзья и школа? — Трой буквально чувствовал, как его щёки начинали краснеть из-за злости на слова Франты. — Будешь везде следовать по пятам за мной и как только на горизонте вновь появляется опасность - ты помогаешь мне? И я снова должен переживать эти ужасные моменты, не имея возможности даже выбраться живым? Ты это хочешь сказать мне!? Сквозь небольшое окно, в комнату просачивался блеклый свет луны, задевая при этом недовольное и злое лицо Троя, от чего его кожа становилась ещё прозрачнее. Может при каких-нибудь других обстоятельствах это показалось бы довольно романтично, но не в данной ситуации, когда Трой просто готов взглядом прожечь дыру на лице Франты, пока второй всё так же продолжал сдержанно молчать. До определённого момента... — Трой, те люди, что пытаются дождаться того удобного момента, когда ты будешь наконец один, находясь среди грязных улиц Нью-Йорка - просто могут словить тебя, даже не дав осознать тебе происходящего. Для тебя всё это закончится так же быстро, впрочем как всё и началось. — Франта делает нужный глоток воздуха и вновь продолжает. — И пожалуйста пойми своего старшего брата. Он правда старается как лучше для тебя и... — Как лучше говоришь!? — Трой запускает ладонь в кучерявые волосы и выдав нервный смешок, встречается с растерянным взглядом парой зелёных глаз. — Если бы он так сильно беспокоился обо мне, то не стал бы покидать город, оставляя меня одного! Я знаю, что тебе со мной нелегко в основном из-за моего вспыльчивого характера, но можешь сказать большое "спасибо" только моему брату... — Трой, прекрати пожалуйста... — Ты ведь не виноват в том, что должен сейчас находиться рядом со мной, — голос Троя меркнет в тишине мрачнеющей комнаты Франты, когда голубоглазый парень медленно передвивигаясь на край кровати и опуская босые ноги на мягкий ковёр, скованно опускает голову вниз, — Ведь я хочу, чтобы он был рядом со мной, когда у меня никого не осталось... Под недоумённый и шокированый взгляд Коннора, Трой осторожно отталкивается от края кровати, грозя сделать уже несколько шагов к двери комнаты, как неожиданно тёплая ладонь зеленоглазого парня хватает младшего за тонкое запястье, тем самым давая Трою неодобрительно оглянуться на него. Но он всё же остановился. — Отпусти. — хныкнув от обиды, Трой неуверенно качнул своей рукой, которую теперь крепко сжимала чужая ладонь. И лишь на одно мгновение Франте показалось, что Трой не хотел, чтобы тот отпускал его руку. Заставляя лишь крепче сжимать и чувствовать покалывание в пальцах. — У тебя всё ещё есть я... — Что? — пытаясь быть полным мудаком в этой ситуации, Трой попытался сделать вид, что ему только это послышалось. Но кому удастся обвести вокруг пальца Франту? — Ты прекрасно всё слышал, Трой. — шатен медленно тянет за руку младшего обратно на кровать, и когда тот вновь садится на её край, он садится рядом и ближе к нему, чувствуя, как соприкасаются их бёдра. И всё ещё не отпуская его руки. — Ты ответишь на один мой вопрос? — тихий шёпот доносится до ушей Меллета, и тот неосознанно кивает головой, буровя взглядом ковёр. — Я тебе правда нравился?... — Личные вопросы по... — Трой! Просто ответь на мой вопрос! — от резкого и громкого тона шатена, мальчишка испуганно подпрыгивает на месте и скривив лицо, выдёргивает свою руку из крепкой хватки ладони Коннора. Чувствуя, как быстро бьётся его собственное сердце, норовя пробить костяную клетку, Трой начал быстро метать растерянный и стеклянный взгляд по комнате, боясь словить чужой, от чего по спине пробежал табун мурашек. Можно было смело начинать отсчитывать секунды до того момента, как горькие слёзы наконец хлынут из глаз парня. Он не хотел вновь выглядеть жалко в глазах Коннора, поэтому борясь с собственной растеренностью и обидой, Трой неловко поднял ноги на кровать и обняв руками свои колени, пытался как можно тише дышать, глубоко внутри себя топя боль и страх. Франта же всё это время обеспокоенно за ним наблюдал, так и не решившись вновь сжать ладонь мальчишки, пытаясь хоть как-то подавить его панику и страх. И самое главное - он хотел сказать ему кое-что очень важное и обдуманное. — Самое ужасное, что я хочу сказать сейчас, — хриплым голосом из-за душащих горло слёз начал Трой, — Это то, что ты и сейчас мне нравишься. Прости, но говорить тебе ложь уже нет смысла. Мне правда жаль, Коннор... — Как бы и я не хотел отрицать этого, но что-то в тебе есть особенное, что заставляет меня думать об этом каждую свободную минуту... И я думаю, что ты никогда не покинешь мои мысли. Даже когда есть миллион проблем, о которых нужно беспокоиться сейчас. Мягкий лунный свет теперь очертивал и лицо Франты, показывая насколько острыми были его скулы, насколько яркими были его зелёные глаза, и теперь показывая то, что его нижняя губа была разбита, оставляя немного алой крови, которая так же успела запачкать и подбородок Коннора. — Ты простишь меня за то, что я наговорил тебе тогда? Трой, я правда не хотел... — Франта смущённо опускает глаза вниз, как только видит на губах Меллета лёгкую улыбку. Он только что признался парню в своих скрытых чувствах и большой, тяжёлый груз словно свалился с его плеч, давая теперь свободно вдохнуть чистого глотка воздуха. И эта, хоть и лёгкая улыбка Троя всё же заставляла его сердце задавать бешенный ритм. — Да... Думаю, да. Худая рука Троя осторожно протянулась к окровавленной губе Коннора, и как только шатен чувствует холодное касание его нижней губы пальцами младшего, он с наслаждением закрывает глаза, немного приподнимая уголок губ. Указательный палец мягко скользит к подбородку старшего и вновь возвращается на губу, заставляя старшего немного шипеть от этой мелкой боли. Все движения Меллета нежны и осторожны, и когда он снова проводит пальцем по губе, надавливая на неё, он осторожно склоняется к лицу Коннора, чувствуя в себе больше уверенности, чем когда-либо, чтобы сделать следующее. Он мягко припадает к алым из-за крови губам Франты, что тот невольно дёргается назад, наконец открывая удивлённые глаза. Он был достаточно увлечен этими прикосновениями парня, что даже не думал, что Трой решит поцеловать его. Это было неожиданно... — Прости... — Тебе не за что извиняться. — ласково улыбнувшись, Коннор сам притянул к себе Троя и припадая к его пухлым губам, давая тому продолжить то, что он начал. Промычав что-то в губы Франты, Меллет осторожно обхватил ладонями его лицо, проводя кончиком языка по повреждённому месту нижней губы, слизывая алую кровь и с подбордка. Окончательно потеряв контроль над своим телом, Коннор крепко прижал мальчишку к себе так, что даже было слышно, как случайно столкнулись их зубы. Мягкие, влажные и такие желанные губы Троя крепче прижимались к губам Франты, осторожно охватывали нижнюю и вновь возвращались назад, давая шатену возможность переплести их языки, лаская друг друга и уже через какое-то время оторваться друг от друга с громким влажным звуком. Трой мог ожидать чего угодно от зеленоглазого дальше. Сердитого взгляда, неприятных слов о том, какое же он всё же ничтожество. Но ничего этого не было. Ничего... Лишь одежда, которая с глухим шумом летела на холодный пол, заставляла подростков ещё больше краснеть и кусать губы друг друга, сливаясь в одно целое, соприкасаясь голой кожей и неловко растёгивать ремень на чужих джинсах. Руки Троя буквально тряслись, а пальцы перестали слушаться, когда он пытался стянуть джинсы с шатена, который теперь уверенно возвышался над ним, ловя голубоглазый взгляд. И чем дальше они заходят, тем становится ещё более неловко... — Трой, нам лучше остановиться, — еле дыша, Коннор отрывается от влажных губ растерянного парня, и кто бы знал, как нелегко дались ему эти слова, когда в собственных боксерах уже буквально невыносимо тесно, — Нам нужно остано... Ах, чёрт... Коннор медленно и рванно выдыхает, когда ладонь парня несильно сжимает его плоть через тонкую ткань его боксёров. Потеряв уверенность в своих словах, Франта, всё ещё стараясь ровно дышать, быстрыми движениями рук пытается растегнуть ремень на джинсах парня, выглядещего так невинно под ним. Последняя одежда летит на пол вслед к остальным, теперь заставляя Троя заливаться пунцовой краской ещё сильнее, при виде обнажённого парня, так старательно вылизывающего его горячий рот и несильно сжимая обеими руками его бёдра. — Ты точно в этом уверен? Просто... Указательный палец Меллета ловко прижимается к приоткрытым губам Коннора, заставляя его замолчать и неловко улыбнуться... И всё же, Трой всегда казался ему самым настоящим ангелом с большими голубыми глазами.

***

Ленивые поцелуи перерастали в жаркие, не давая возможности даже сделать такого нужного глотка воздуха, недовольные шипения Троя превращались в слабые и хриплые стоны, стоило Коннору только снова согнуть оба пальца внутри него и перемещая влажные губы на бледную шею младшего, снова развести их в стороны, теперь уже слыша более громкий вскрик голубоглазого парня. Каждое движение Франты отдавалось болью по телу Троя, заставляя ладонями хвататься за простыни и крепко сжимать зубы от боли. — Я могу остановиться, если ты так хочешь, — Коннор неловко целует парня в щеку, именно в то место, где находилось его родимое пятно. Получив лишь молчание в ответ и видя, как напрягается всё тело Троя, Франта принялся осторожно и невесомо оставлять поцелуи на его бледной коже. — Коннор, — задыхаясь от наслаждения, Трой хватает шатена за руку, тем самым заставляя его оторваться от своего тела и удивлённо поднять голову, — Сделай это... — голубоглазый парень уверенно закидывает ноги на бёдра Коннора и слабо улыбнувшись, прикрывает голубые глаза. Раскрыв краснеющие и влажные губы, Трой выгинается в спине и хрипло простонав, чувствует как истекающая смазкой головка члена Франты пытается протолкнуться как можно глубже. Шипя от боли, буквально разрывающую низ его живота, Трой пытался не давиться воздухом, чувствуя как пелена слёз застилает его глаза. — Трой, ты должен расслабиться, — Коннор остановился, как только посмотрел на растерянные и блестящие глаза Троя, — Я могу... Блять! Коннор недовольно зашипел после того, как Трой резко поднял бёдра вверх, уже сам полностью насаживаясь на его член. — Трой... — нежно простонал Коннор, как только худые руки голубоглазого ангела притянули его ближе к себе, позволяя их губам слиться в успокаивающем поцелуе и давая возможность шатену осторожно двигаться, получая хриплые стоны от парня прямо в свои губы. Выцеловывая каждый сантиметр бледной кожи мальчишки, касаясь его спутанных и мягких волос, Франта буквально заставлял того извиваться под собой от своих ласк, продолжая уже более свободно вбиваться в его тело и набирать быстрый темп. Всё это было настолько нереально, что Коннор боялся проснуться утром и осознать, что это был всего лишь сон. Такой глупый, но такой приятный... Хныкая уже от наслаждения, а не от боли, Трой из последних сил пытался сдерживать довольно пошлые и громкие стоны, уже чувствовуя, как близок его конец. Коннор мог сказать тоже самое, когда цеплялся пальцами за хрупкие бёдры парня и выстанывая его имя, когда в такт своим движениям, проводил рукой по члену Троя и мгновенно замирая на месте, кончал глубоко внутри него, а вслед за ним с громким вскриком и сам голубоглазый. И это было лучшее, что ему приходилось чувствовать когда-либо с Коннором... И теперь уже, крепко сцепив свои влажные ладони, парни пытались восстановить своё рванное дыхание. Неловко и смущённо улыбаясь друг другу, Коннор нежно притянул к себе за талию младшего и уткнувшись носом в его макушку, крепче сжал его в своих объятиях. И всё ещё не отпуская его ладони...