Задыхаюсь тобой

— Трой? — тихий голос Коннора заглушали ночные звуки района, не дав младшему обернуться назад. Лицезрея напряжённую спину парня, Коннор недовольно поёжился из-за низкой температуры на улице, не понимая, как сам мальчишка ещё не вернулся назад в тёплый дом. Нерешительно сделав два бесшумных шага к Трою, он робко обнял его со спины, тем самым сцепляя пальцы рук на впалом животе мальчика. Тот, даже не вздрогнув от появления Коннора за своей спиной, лишь неловко сжался в крепком объятии его тёплых рук. До дрожи в коленях он чувствовал, как кончик носа шатена осторожно выводил незамысловатые и невесомые линии на задней части его шеи. Холодное дыхание обдавало нежную кожу, когда всё его тело невольно покрывалось мурашками. Он будто специально ожидал шатена. — Почему ты сейчас здесь, а не в постели? Не рядом со мной? Слегка влажные и тёплые губы Франты заскользили по молочной коже шеи мальчика прямиком к его уху, теперь уже чуть ли не вынуждая его заскулить от таких, казалось бы, лёгких прикосновений. Но ведь они так были приятны. Сигарета, что ещё минуту назад была зажата между указательным и средним пальцами голубоглазого, теперь уже прямиком полетела вниз, на скошенную траву. Да и сигаретой это уже трудно было назвать, судя по тому, что от неё осталось. Меллет, как думал сам Коннор, любил отравлять свой организм этим едким никатином. Этой дрянью. Ему всё ещё был нужен нежный, чистый, довольно глубокий и с лёгкой хрипотцой голос его мальчика, а не прокуренный, временами срывающийся на каждом предложении. — Как видишь, я выходил покурить. — Трой пожал плечами, отдавая всё своё внимание лишь тёмно-синему полотну, усеянному тусклыми звёздами. Будто сам неловкий художник случайно опрокинул целую баночку блёсток, которые теперь охватили всё ночное небо. Подняв глаза выше, мальчик увидел затянутый тёмными тучами диск желтоватый луны. Удобнее расположив свои локти на выкрашенных в белую краску перилах, Трой легко улыбнулся самому себе. Ведь когда-то, он точно так же стоял на этом самом крыльце поздно ночью. Он пытался не будить свои, затихшие в голове, мысли, старался ни о чём не думать. Но разве только о том, какие самые первые впечатления он получил после ночной близости с шатеном. Ведь на тот самый момент он был ещё девственником. И Коннор - самый первый парень, кому он решился довериться, на самом деле, немного беспокоясь, об их дальнейших отношениях после этой ночи. С тех пор прошло ровно две недели... Много чего изменилось. В лучшую сторону. — Это правда так больно? — Коннор сильно сожалел, хоть мальчик и сам мягко попросил его об этом. Тёплая ладонь медленно заскользила от живота мальчика к его бедру, стараясь, как можно нежнее его поглаживать. Ему правда было очень жаль. — Ну, давай ты проверишь, а я потом этот вопрос тебе и задам. — Франта услышал со стороны парня едкий смешок, прекращая рукой ласкать его бедро. — Прости. — Коннор знал, что Трой всё ещё не мог видеть его лёгкой улыбки, так как продолжал стоять к нему спиной. — Ты быстро привыкнешь, может даже, наверняка больше не захочешь слазить с меня по три часа в сутки. — за едким замечанием Франты, последовал резкий и недовольный толчок локтя голубоглазого прямо в грудь шатена. — Я серьёзно. — продолжал зеленоглазый, не успев увернуться от ещё одного удара младшего парня. Растрёпаный и подуставший Трой, с долей обиды, развернулся лицом к Коннору. — Теперь я уже точно не хочу идти в постель, когда ты будешь находиться там. — насупившись, Трой недовольно сложил обе худые руки у себя на груди, и даже не успев что-нибудь пискнуть в ответ, был мгновенно и неожиданно взвален на крепкое плечо Коннора. — Коннор! — обида сменилась недовольством. Трой пытался заставить парня поставить его назад на ноги, но, кто он такой, чтобы так просто препятствовать этому. Оставалось лишь возмущённо цепляться длинными пальцами за ткань клетчаткой рубашки Коннора на спине, резво дрыгать ногами и посылать в ответ на хриплый смех шатена несколько матов, прерываемых тихим шипением. — Трой, не будь австралийской девственницей, — шатен вновь заразился звонким смехом, в ответ получая парочку лёгких ударов по спине, — Малыш, мне больше всего нравится, как ты скулишь... Да, наверное это самое лучшее, когда ты понимаешь, что кто-то так же нуждается в тебе, как и ты в этом человеке. Дни за днями вы, каждый раз, просыпаетесь в одной постели, в тёплых и крепких объятьях... Коннор любил ласково проводить подушечками пальцем по нежной коже Троя рано утром, пока тот ещё прибывал в сонном состоянии, недовольно что-то бубня в ткань подушки. Любил нежно прикасаться к обнажённой груди мальчика. Касаться лишь пальцами, не прижимая ладоней к тёплой и вздымающейся груди. Трою это начинало нравиться. — Что я такого делаю, что твоё сердце сейчас буквально выпрыгнет наружу? — смеётся Коннор, замечая, как Трой опускает смущённый взгляд на их переплетённые ноги в конце кровати. Протянув руку к краснеющему лицу Троя, шатен касается двумя пальцами его подбородка и заставляет того поднять голову, и посмотреть в его глаза. — Смотри. — Трой, всё ещё краснея, приподнимается на локтях ближе к лицу Коннора и, выставив одну руку вперёд, осторожно касается ладонью места на груди парня, буквально чувствуя, как его сердце заходится в бешенном темпе. И только лишь от одного прикосновения его ладони. — Когда ты прикосаешься ко мне, я перестаю дышать. Мне нравится то, как ты это делаешь. Боже, я как будто какой-то слишком ранимый мальчик, которому ты боишься что-то сделать не так. — Трой неловко сминает пальцами мягкие края одеяла, отводя взгляд к открытому окну. — Коннор, я не рассыплюсь от твоих грубых действий. — Но ты ведь ещё... — Ты обращаешься со мной, как с куклой. — недовольно закончил Трой, опуская голову назад на мягкую подушку. Его сосредоточенный взгляд ловко увиливал от ничего не понимающего Коннора. Франта неловко опустил обе ладони на запястья мальчика, всё ещё пребывая в неком недоумении. — Захотел почувствовать себя взрослым, — шелястящий ропот прозвучал совсем рядом с ухом Троя и тот, обеспокоенно дёрнув голову к лицу парня, попытался выдернуть руки из его захвата, что ещё прижимали его к постели, — Лучше следи за своим языком. Мне просто не хочется делать тебе очень больно. Я стараюсь заботиться о тебе. Сухой комок застрял в горле Меллета, когда внизу живота всё буквально скручивало в тугой узел от одного только такого недоброго взгляда Коннора. — Да, прости... — промямлил мальчик, зацепившись опасливым взглядом за, зависшую над его лицом, ладонь Коннора. Громко засопев и зажмурившись, Трой почувствовал прикосновение руки к прядкам своих волос. — Тогда я думаю, ты не будешь против. — и в знак полной правоты своих слов, Коннор шустро заскользил ладонью вверх от колена и до бедра мальчика. Трой недовольно дёрнулся, начиная дрожать в крепких руках Франты... И так проходила ещё одна неделя, за ней другая, каждый день сменял друг друга и в каждом было что-то своё. Что-то особенное. Тёплое и нежное, довольно тонкая грань между чем-то очень милым и просто сносящими голову эмоциями. Когда категорически невозможно удержаться на месте, наровя от внезапной радости случайно переломать парочку хрупких костей Троя, но Коннор правда старался обнимать его как можно бережнее. Более успокаивающе и, непозволительно, крепче. И когда с губ Меллета слетал восторженный возглас, он смущённо прижимался правым ухом к тёплой и дрожащей от смеха груди Коннора. — Ты так прекрасно сейчас выглядишь, ты знал это? — довольно произнёс Коннор одним поздним вечером, как только у него возникла возможность незаметно и более бесшумно проскользнуть за дверь ванной, в которой тогда и находился Трой. Слипшиеся от уже прохладной воды угольные ресницы, быстро затрепетали, а бледные ладони парня пытались протереть покрасневшие от воды глаза, дабы хоть что-то разглядеть. — Боже, Коннор... — недовольно промычал Трой, пытаясь не уйти на дно ванной с головой, лишь бы больше так не смущаться. — Чёрт, выйди. Что ты тут забыл? — Не беспокойся. Я просто всего лишь вспомнил, что за сегодня ещё не успел принять ванну. — Франта довольно хмыкнул, сверкнув зелёным отблеском в своих глазах, и одновременно пытался стянуть с себя верхнюю одежду, заставляя Троя ещё сильнее сжиматься и прятать свой растерянный взгляд. И Коннора это безумно забавляло. — И я подумал, зачем тратить столько воды, когда можно просто объединить всё в одно? И любимый парень рядом с тобой... — на этих словах глаза Троя удивлённо метнулись в сторону уже полностью раздетого парня, — И мыться будет ещё приятнее. Освободишь ещё немного места для меня? Бывали такие моменты, когда Меллет уже чувствовал, как задыхается из-за своей неисправной стеснительности. Он правда, никак не мог на это повлиять и как-то пытаться исправить. — Трой, почему ты молчишь? Он привык, что Коннор никогда не любил включать настольную лампу, как только дело доходило до чего-то интимного между ними. Нет, Меллет правда не стеснялся своего тела, просто это тело может ещё и кому-то принадлежать. Вот это его пугало. Когда Коннор пытается дотронуться до него, стянуть одежду при свете дня - сразу же наводило на него внезапную панику. И тогда, его действия становились нерешительными, слова путанными, в итоге после чего он оставлял недоумевающего Коннора одного, неловко одёргивая майку вниз. — Не молчи. Боже, и когда это всё прекратится? Когда Трой наконец сможет почувствовать рядом с этим парнем полную свободу своих дерзких действий и раскрепощенность? Может, это когда-нибудь случится, но не сейчас, когда он вновь остался обнажённым наедине с этим парнем при включенном свете. — Прости, просто... Я, наверное, никогда не привыкну ко всему... этому. — Моя принцесса засмущалась меня? — Коннор удивлённо повёл бровью, обнажая белоснежные зубы. Жаль Трой не мог видеть лица Франты, когда сам сидел к нему спиной. — Ты хочешь сказать, тебе неприятно находиться здесь, пока я рядом? — Боже, нет! Ты мне не неприятен, дело совсем не в этом, просто... — Тшш... — лукаво произнёс шатен, запуская правую ладонь во влажные прядки волос Троя, слегка потянув его голову назад, устраивая на своём плече. Растерянные голубые глаза Троя на секунду пересеклись с уверенными глазами Коннора, и мгновенно захлопнулись, как только ладони Франты разместились на его животе под водой. Он пытался не дрожать, чувствуя соприкосновение влажной кожи его спины и тёплой груди Коннора. Это было довольно чем-то новым для него, вот так, расслабляться во влажных объятиях Коннора, чувствовать лёгкие прикосновения его губ к молочной коже его спины. — Ты так прекрасен Трой, я разве не говорил? — парни прекрасно чувствовали, как с каждой секундой температура в ванной росла со стремительной скоростью. Было больно дышать, обжигать свои лёгкие каждым вздохом. Было всё труднее не заскулить от столь приятных прикосновений умелых рук, лучшим решением было уйти на дно ванной. Стеснительность, стеснительность, стеснительность... — К чёрту... — процедил сквозь сжатые зубы Трой, разворачиваясь лицом к довольному своей работой парню в такой ужасно неудобной ванной. Не упускай подходящего момента. Действуй. Чувствуй. Люби... После всего, что происходило с ними, Трой задавался серьёзным вопросом, ответ на который он к сожалению не знал. Действительно всё это тогда было по-настоящему, действительно искренне, и у Коннора всё ещё были к нему крепкие чувства? Действительно было ли это всё таким нужным и осознананным? Не это ли была идеальная иллюзия? Ответ на свой вопрос Трой получил в ту самую ночь, когда случайно обнаружил оставленную на столе флешку Коннора. Желание поскорей узнать о том, что же может на ней находиться, Трой с огромной паникой в глазах искал по всей комнате шатена его ноутбук. Но, не успев даже привести сбивчивое от страха дыхание в ровное, Трой оцепенело встретил застывшего в дверях Коннора. Трою ничего больше не оставалось, как со страхом завести руку за спину, крепче сжимая в ладони злосчастную флешку. — Что ты там прячешь? — Коннор, сразу же двинувшись к приросшему к полу мальчику, злобно хмурил брови. — Что у тебя там? Трой испуганно вскрикнул, как только крепкая ладонь Коннора болезненно дёрнула его за предплечье. Ладонь Троя предательски разжалась, роняя на ворсистый ковёр вещь, которая явно принадлежала самому Франте. И как жаль, что все надежды Троя рухнули в тот же миг о лёгком прощении Коннора за свою оплошность, когда болезненный удар прошёлся прямо по его носу и приоткрытым губам, от чего его отшатнуло на приличное расстояние. Мальчик встретился своим затылком с гладкой поверхностью стены, медленно оседая на пол и прижимаясь обеими ладонями к своему рту. Некогда алые губы Троя теперь за несколько секунд окрасились тёмной жидкостью, которая мгновенно пошла из носа. Ладони мальчика уже ничем ему помочь не могли, принимая тот же вид, что и его губы. Тонкая струйка крови просачивалась между указательным и большим пальцами парня, норовя проделать неровный путь вниз по его руке. — Что ты успел увидеть!? — подняв флешку с ковра и сунув её в карман своих джинс, Коннор со всей злости сжал ладони в крепкие кулаки, от чего мальчик испуганно дёрнулся на месте, распахнув свои глаза ещё шире. Сердце зловеще отбивало чечётку в его груди, а из глаз норовили сорваться пару первых кристаликов солёной жидкости. Его громкий крик так и застрял в глотке, лишь сипло просачиваясь сквозь окровавленные губы. Трой уже ощущал этот противный солоноватый вкус в своём рту. — Отвечай! — раздражённо рявкнул Коннор, наблюдая за тем, как Трой шокированно и, дрожа от страха, отдёргивает ладонь от своего лица, всё ещё продолжая испуганно глядеть в потемневшие глаза Коннора. И никто никогда бы не захотел увидеть такого. Слёзы всё же медленно прочертили влажные дорожки по покрасневшим щекам Троя, мгновенно смешиваясь с тёмной жидкостью. — Я... — запнувшись, отозвался Трой, назад прижав ладони к лицу, со всей силы вжавшись в стену, чувствуя, как тяжело начинает вдыхать воздух Коннор, остановившись прямо перед его сжавшимися ногами, — Прошу, не надо... — громкий вскрик на мгновение прервал звенящую тишину в комнате шатена, как только Коннор, наклонившись к дрожащему всем телом мальчишке, болезненно сжал пряди его волос между пальцами. — Что ты там нашёл? — Коннор, я правда... — Трой давился слезами, чувствуя, будто буквально его горло скребли когтистыми лапами изнутри, — Я ничего не видел... За что ты так... Шмыгнув носом, из которого ещё не переставала течь кровь, Трой пытался восстановить своё дыхание, а вместе с ним и панику, страх и шумное сердцебиение, которое в любую минуту могло навсегда заглохнуть глубоко внутри груди... — Не лезь туда, куда тебя не просят. — процедил шатен стальным голосом и, оттолкнув от себя ошарашенного Троя, мигом поднялся с колен и направился к выходу из комнаты. Он уходил, даже не посмотрев на всё ещё сидевшего на полу и отходившего от шока голубоглазого парня. Он не проронил ни единого слова. Лишь громкий хлопок двери эхом разнёсся по всей комнате, рассеивая по углам тишину. Голубые и стеклянные глаза мальчика опустились на его дрожащие и окровавленные ладони, а губы предательски дрогнули, побаливая от невыносимой боли. Ангелы не плачут. Они страдают. Сквозь боль и обиду...