Дела насущные
30 мая 2020 г., 01:47
Дин проснулся в одиночестве.
Тяжело вздохнув, он погладил свой начинающий приобретать форму животик. Ему хотелось перевернуться лицом вниз, но с тех пор, как животик начал превращать свой идеальный пресс в незначительную пока выпуклость, этого делать уже нельзя.
— Нас снова оставили?.. — мрачно сказал он сыну. — Когда же эти срочные дела закончатся?..
Настроение было непонятное, но одно было ясно: Дину сильно хотелось пить. И хотелось раздвинуть ноги и обнять ими мужа, что, с работой последнего, по утрам случалось всё реже. А хотелось этого Дину всё чаще. Он вот прям всё время ощущал потребность в интимной близости. А если это происходило, то насыщался Дин, всё равно ненадолго.
— Том! — позвал хозяин спящего на полу у кровати раба.
Парень открыл глаза:
— Простите, господин, я должен был встать раньше Вас…
— Не страшно, — мягко сказал хозяин. — Том, пить, срочно, — запросил он, и слуга тут же метнулся выполнять.
Раба своего Дин не обижал: не карал за малейшую оплошность, даже снял шипастый ошейник. Кровоподтёки и синяки прошли, остались только шрамы от ожогов и порезов и Дин подумывал убрать и это. Но пока не решался, предусмотрев то, что так парень будет помнить разницу в отношении к нему.
Том вернулся и, склонив голову, подал стакан вишнёвого сока. За два месяца с беременным Дином, он успел чётко понять, что не дай бог подать ему яблочный.
Дин поблагодарил и залпом осушил тару.
— Господин, я могу помочь, — взглядом указал раб на его просящий внимания член.
Несмотря на то, что к нему никто не прикасался с сексуальным подтекстом, Томас продолжал предлагать свои услуги при каждом удобном случае. Ему очень охотелось почувствовать живое тело вместо силиконовых заменителей. Ещё больше хотелось ощутить собственное достоинство… Но, что невозможно, того и желать не стоит.
— Спасибо, — ответил хозяин, — Но… Придётся обходиться.
И, встав с постели, он скрылся в ванной.
Дверь хозяин закрывал только когда занимался особыми процедурами, зная, что раб не войдёт без разрешения, а если войдёт кто-нибудь из близких, он только за.
Том, сидя на полу, представлял красивое тело своего господина, разгоряченное от пара, со сбегающими по нему струйками воды. Теперишний раб вспомнил, как однажды он имел возможность ощущать это тело под своими руками. Вспомнил, как вторгался в него, вырывая слёзы и крики. Том почти ощутил фантомное возбуждение недостающего органа… И в то же время он сожалел, что так обошёлся с Дином когда-то. И пусть это разрешил его владелец, но ведь он мог и отказаться. А теперь, имея возможность напоминать и мстить при каждом удобном случае, Дин с ним вон как — бережно, справедливо…
— Свободно, — бросил хозяин на выходе из ванной и подошёл к шкафу.
Том встал, бросил задумчивый взгляд на округлые ягодицы господина, когда тот снял полотенце, и отправился в душ. Ещё одна щедрота хозяина — он разрешил рабу пользоваться королевской ванной, вместо того чтобы отдавать его на «чистку» беспристрастным демонам.
Дин хоть и помог себе, находясь в ванной, но это утолило жажду лишь наполовину…
Пока он ждал Тома, успел одеться: надев серые брюки и белую майку, Дин улыбнулся отражению, положив руку на округлившийся слегка животик:
— Ты растёшь, малыш… — Он повернулся боком, разглядывая, насколько заметен животик с этого ракурса. — Сын… Так не годится, — вздохнул Дин, отмечая, что привычный размер брюк облегает его бёдра и попу слишком тесно. — Я не хочу расти вместе с тобой… Надеюсь, я не сильно изменюсь до того, как мы разделимся.
Дин опустил майку и заправил её в штаны, застегнув ремень уже на отметку дальше. Затем он надел тёмно-синюю рубашку и пиджак в тон брюкам.
— Господин, — появившись в комнате, Том застыл в ожидании приказов.
— Том, подай завтрак, а потом… У меня тоже есть дела.
— Оставите меня одного? — печально посмотрел слуга.
— А что тебе делать у меня в кабинете? Во-первых, там не так уж и весело. А во-вторых, не хочу, чтобы тебя напрягали взгляды посетителей. Но ты можешь пользоваться библиотекой.
— Можно? — оживился раб.
— Можно. И… — Дин подошёл, убрал его волосы назад, коснувшись лба нежной рукой.
Том был выше него и чуть шире в плечах. Его тело играло мощными мышцами под загорелой кожей, что восстановились, когда прекратились его истязания. На красивое тело было приятно смотреть, многочисленные шрамы лишь незначительно портили идеальную картинку. Раб закрыл глаза, наслаждаясь моментом, когда рука хозяина вскользь прошлась по его груди, затем переместилась на ягодицы, невесомо огладив кожу.
— И ты можешь пользоваться мебелью, можешь даже поваляться на кровати, когда нас нет.
— Спасибо, — Том восторженно улыбнулся, сексуально оголив резцы.
Дин давно не видел эту улыбку и… Теперь она не была надменной. Теперь она была тёплой, благодарной.
— Ты заслужил, Томас. Ты послушный мальчик.
Слуга кивнул и отправился за завтраком.
Дин кормил свой подарок с руки, предлагая ему всё, что клал в рот себе. Том послушно открывал рот и целовал пальцы хозяина, любовался Дином. Теперь, имея возможность рассмотреть и узнать его лучше, Том жалел, что обидел его когда-то. Ему хотелось отблагодарить господина за доброту. Но единственное, что он мог ему дать, было запрещено в хозяйской семье.
— Всё, не скучай, Томас, — сказал Дин по окончанию трапезы.
И ушёл по делам.
…
В начале Дин заглянул в кабинет отца. Предварительно постучав, он вошёл. — Добрый день, сэр, — привстал и поклонился сидевший напротив Джона за столом Антоний. — Здравствуй. Папа, — поздоровался по очереди вошедший. Джон указал сыну на кресло с другой стороны от демона. Дин сел, попутно вникая в тему. — Значит, говоришь, набожный владелец завода… — продолжил Джон, смотря в глаза подчиненному. — Так говорят оппоненты, — кивнул демон, покручиваясь туда-сюда в кресле. — Верующие души имеют особую ценность для Ада. И что, ничего из нашего списка его не касается? — Джон выдохнул, послабив чёрный галстук на шее и закатал рукава бордовой рубашки, щелчком пальцев регулируя температуру в помещении. — Переехал котенка, — пожав плечами, ответил собеседник. — И то случайно. Даже не знаю… — Что скажешь? — обратился Винчестер к сыну. Дин посмотрел на отца таким взглядом, что стало ясно — думает он сейчас совсем не о работе, но всё же ответил: — Значит… Разорить, — чётко указал он. — И если он не окажется на ближайшем перекрестке, то по-любому пустится во все тяжкие. — Да, — несколько секунд подумав, ответил Джон. — Согласен. Это лучшее решение. — Хорошо. Мы сегодня же приведём его в действие, — кивнул Антоний. — У тебя всё? — Да, пойду… Демон встал и поклонился, собравшись покинуть кабинет. — Хорошо, до встречи, — попрощался Джон и опустил взгляд на бумаги перед собой. — Так… Школы… У нас школы. Сын, ты по делу? — будто очнулся он. — Да, — сердито сказал Дин и, встав, закрыл дверь на ключ. — По очень личному делу. — Сын, мы на работе, — строго сказал генерал. — Но мы здесь главные, — обиженно напомнил сын, усаживаясь к отцу на колени, спиной к широкой груди. — Пожалуйста, мне нужно, пять минут. — Боюсь, что тебе не хватит пяти минут, — заметил Джон, не реагируя на его уловки. — Ну пап… Я понял: это всё из-за того, что я поправился немного, — печально вздохнул Дин. — И теперь я больше тебе не нравлюсь. — Дин, от вчера ты ещё поправился? — улыбнулся отец. — М-м… Нет наверное. — Ну. То, что было вчера не говорит, что это не так? — Но я не понимаю… Ты меня не хочешь. — Я не сказал, что не хочу, — пояснил родитель, — я сказал, что здесь не место и не время. — Я не могу ждать! — капризно воскликнул Дин. — До вечера слишком долго. И я не смогу думать о работе, если… — Если?.. — проведя руками по бёдрам сына, Джон поддел языком мочку его уха. — Если буду думать о… — О чём? — притворясь, что он ещё не догадался, что до него пытаются донести, Джон слегка прикусил кожу на шее сына. — О тебе. Во мне… — нашёл он самое не пошлое объяснение. Отец усмехнулся: — Ну что ж, видимо, нужно всё-таки повысить твою работоспособность, — расстёгивая ремень на брюках сына. — Да, нужно!.. Очень нужно, — согласился сын, приподнимая задницу чтобы позволить снять с себя брюки. Джон быстро справился и со своей ширинкой, и сразу же, приподняв сына, рывком насадил его на свой член. — Давай, — шепнул он Дину над ухом. Сын упёрся ладонями в подлокотники и привстал слегка, смакуя знакомые ощущения. Затем медленно опустился до упора, словно примеряясь. — Ох! — озвучил он восхищённо, — М-м-м! — Да, давай, ещё… — горячо шептал Джон, кусая нежную кожу на шее. Дин повторил снова: вверх-вниз, наслаждаясь чувством заполненности и распирающей ласки так идеально плотно входившего в него фаллоса. Быстрее — подняться и резко вниз. Постепенно входя во вкус: — А-ах! А-а-а! А-а! А-ахм-м-м! Папа… — поймав идеальный угол и темп, Дин начал ритмично приподнимать задницу и садиться, самостоятельно трахая свою влажную голодную дырочку, щедро подставленным отцовским членом. Чувствуя бедром прохладный металл пряжки отцовского ремня и поясницей узкую дорожку волос внизу его живота, ведущую к заветному… Соприкасаясь узкой полоской кожи. Так интимно и пошло чувствовать его родное тепло и просто брать его себе. Джон обхватил ладонью тяжело колыхавшийся член сына, прошёлся по стволу кулаком вверх-вниз. Затем ощутимо сжал в ладони аккуратные яички, слегка оттянув. — Ещё быстрее, — властно скомандовал он, нежно заправляя за ухо его волосы. Сын всхлипнул, срываясь в «галоп», зажмурил глаза и упираясь на руки застонал мучительно сладко: — Папа! Вс-с! Ах! А-а-а. А! А-а! — до корня загоняя в себя желанную плоть отца. — Мокрый какой, горячий… — чувствуя, что обильные выделения из любимой попки уже стекают вниз по его яйцам, заметил Джон. — Так сильно хотел папочку? Маленький, ласковый мальчик… — Да! Хм! Ха-а! Да, так… М-м, так хорошо… — кусая губы от удовольствия. Поглаживая рукой животик, что идеально ложился в ладонь, другой рукой отец начал ласкать его член. — Давай, малыш. Давай, вот так, ещё… Ма-аленький, да-а… — горячо подначивал отец, сексуально растягивая гласные. — Давай порадуем течную жопку. Ещё, старайся. Животик растёт, ты хорошеешь, мой мальчик. И всё также любишь седлать папочкин член… — Да! А-а-а. Всегда хочу тебя, папочка! — отчаянно подпрыгивая на излюбленной плоти. — Да, — вливая свой до безумия, до мандража возбуждающий тембр в самое ухо и проводя по оголённым нервам. — Да, всегда. А сейчас, когда появился твой милый животик, — поглаживая это место шершавой и грубой отцовской рукой, — ты завыть готов, так хочешь ощутить в себе что-то горячее и твёрдое, я прав? — Да! Да, ах! Боже! Боже, как хочу тебя! Всё время… — шлёпая ягодицами о его бёдра, бесстыдно отдавая всего себя, открыто и пошло, невинно и развратно. — Мой послушный, ласковый мальчик… Да, вот так, сыночек, маленькую попку нужно насытить как следует. Давай, старайся лучше. Да-а, малыш, ещё… Мой хороший, вот так, солнышко. И сын старался… Он хотел порадовать отца, как прежде, поднимаясь и опускаясь всё чаще. От озвученного его бархатным голосом, сладкого потока слов, Дин быстро дошёл до предела. Почувствовав, как затвердела в руке плоть сына, отец с нажимом погладил большим пальцем уздечку и направил вырвавшуюся струю оргазма так, чтобы не запачкать одежду. Сын замер, содрогаясь всем телом. Отец плотно прижал его к себе и, повернув его лицо, коснулся губ поцелуем, начав насыщать требовательную дырочку своим горячим семенем. — Вот и всё… Всё… Прижимая сына к своей груди, Джон тепло поглаживал его бёдра, пробегался пальцами по спокойно отдыхавшему уже члену, ласкал животик, пока Дин восстанавливал дыхание и справлялся с посторгазменной дрожью. После, он аккуратно приподнял сына, вытаскивая из него часть себя и, ловко закрыв дырочку средним пальцем, положил Дина грудью на стол. Затем, родитель достал откуда-то из стола анальную пробку, чуть объёмнее своего члена и ловко вставил деталь в ещё не остывшую дырочку. Дин ахнул непонимающе: — Зачем?.. — Потому что тебе ещё работать, — пояснил отец, успокаивающе поглаживая ягодицы сына. — А мы же не хотим, чтобы последствия твоих потребностей проявились на деловом костюме, правда? — Мгм. — Ну вот. Ничего страшного в этом нет. Тебе такие штучки знакомы. — Отец надел брюки сына обратно и разрешил подняться. Дин повернулся и благодарно поцеловал его руку, втянул в рот большой палец, проходясь языком… — Дин, — окликнул отец, замечая, что сын снова увлёкся. — Я люблю тебя, — невинно напомнил сын. Джон снисходительно улыбнулся данной хитрости. — Сын, включайся в работу. Школы. Демоны предложили обрабатывать подростков, достигших возраста согласия. Ты же помнишь, они максималисты. И рынутся заключать свои души в Ад без особых раздумий. Наш повелитель полагается на тебя́ в принятии этого решения. — Да. Ты тоже идёшь? — стараясь включить всю серьёзность, спросил Дин. Отец кивнул, возвращая себе приличный вид — он опустил рукава рубашки, и, сняв со стула чёрный жилет, надел его. — Пойдём.…
Отец с сыном вошли в конференц-зал. Помещение было достаточно светлым благодаря панорамным окнам во всю заднюю стену. Остальные стены были тёмно-серыми. Посреди комнаты стоял огромный прямоугольный стол из прозрачного стекла. За столом сидели около пятнадцати демонов разного вида, судя по цвету глаз, что они засветили, склонив головы перед вошедшими. Во главе стоял король. Он расстегнул чёрный пиджак, надетый поверх ярко-красной рубашки, намереваясь сесть, кивнул Дину в знак приветствия и жестом указал на место рядом с собой. Полководец Джон тоже прошёл и сел справа от младшего сына. — Ну что ж, господа! — поднял вопрос Сэмюэль, — Послушаем, что скажет по этому поводу мой первый зам. — И обращаясь к мужу, — Дин. Школы. Полагаю, отец уже ознакомил тебя с ситуацией? — Да, — кивнул супруг, пытаясь сидеть так, чтобы посторонний предмет внутри него не давил на простату. — Я думаю… Что это не очень хорошая идея — давить на не до конца сформировавшуюся личность. Но. Среди старшеклассников есть те, по кому уже в этом возрасте можно сказать, что ничего хорошего они миру не сулят. Поэтому… Я предлагаю разрешить подписывать с ними контракты. Но досье каждого клиента утверждать у кого-то из нас лично. — Дин посмотрел выжидательно на брата. Повелитель на некоторое время призадумался, опустив голову и уперевшись кулаками в стол, роняя волосы на лицо… Затем выровнялся, откидывая пряди назад рукой. — Согласен, — заключил он. — Весьма подходящий вариант. Вы услышали! — объявил он всем. — Вы можете предлагать кому-либо сделку только после того, как его одобрит кто-то из нас. Клиент, с которым подписали контракт без соответствующей печати в его досье, будет караться по всей строгости! Все присутствующие синхронно склонили головы, повинуясь. — Что-то ещё было на сегодня… — припомнил Джон. Один из демонов зажёг желтые глаза и поднял руку. — Говори, — разрешил правитель. — Сэр, новоприбывшие… Вы должны утвердить их распределение. — Да. А почему их так много? — строго спросил король. — Кто заведует перекрестками в южной Каролине? — Это Марк, — быстро ответил Антоний, снимая с себя подозрения. Правитель щёлкнул пальцами, и в помещении появился ещё один демон. Нервно откидывая назад длинные рыжеватые волосы, красноглазый поклонился королю и свите. И похоже, что он влез в какого-то бывалого хиппи, судя по кожаному прикиду с множеством цепочек: — Повелитель? — Марк, документы на доставленные тобой души, — запросил Сэмюэль. Демон тут же положил перед королём стопку бумаг с красной пометкой. Повелитель сел, открывая первый контракт на средине: — Отделить его душу от тела… Не позже указанного срока… Двадцать девятого февраля, две тысячи двадцать третьего года… Сейчас какой год? — с упрёком подняв глаза. — Д-девятый… — со страхом пролепетал демон. — А я думал, что не заметил, как десять лет пролетели! — саркастично заметил король. — Раз, — откладывая в сторону договор и открывая следующий. — Так… Две тысячи пятнадцатый. Два, — положив туда же. — Так, здесь… Девятый… Здесь верно. Дальше… Двадцать второй… Поняв, что так листать можно долго, Сэм остановился на пятнадцатом договоре. Все замерли в ожидании бури. — Сэр, я ссылался на особые обстоятельства, прописанные в документах! — пытался оправдываться демон. — Которые сам же и подстраивал? — повелитель недовольно покачал головой и, по щелчку его пальцев, подчинённый распался на атомы, оседая на пол кучкой серой пыли. — Я надеюсь, все поняли, как не стоит делать? — назидательно сказал повелитель. Повисло напряжённое молчание… — Антоний, возьмёшь на себя его территории, пока мы не найдём замену. — распорядился Сэм. Демон покорно кивнул, показав кровавый цвет глаз. — Распределением заняться мне? — спросил генерал. — Да, — кивнул сын. И обратился к брату: — Дин, что у тебя? — Пастор. — Пастор? — Да, — улыбнулся победно Дин. — Диана — демон похоти, вчера знатно его обработала. Он изменил своей жене с соседкой, что зашла за солью… — Отлично. Ценный кадр… Подожди, кто разрешал твоим выйти на поверхность? — насторожился король. — Они работают отсюда, — успокоил брат, — закладывая мысли незаметно в подсознание. — Хорошо. Позже, я зайду к тебе лично, приготовь отчётность по своим делам. Дин кивнул. — Это всё? Вопросы? — окидывая присутствующих пытливым взглядом. — Да, — снова поднял руку жёлтоглазый: — Когда Вы посетите второй округ? Там беспорядок в распределении. — Снова? Я же подписал главные назначения ещё до моей коронации… — сложив руки на груди и откинувшись на спинку кресла. — Появились новые нюансы, требующие более основательного подхода. — Я… — Сэм вздохнул, понимая, что для посещения и разбирательств дальнего, второго округа, придётся оставить Дина надолго. — А ты на что? — упрекнул он служителя. — Сэр, при всём уважении, такие правки всегда вносило правительство. — Хорошо. Я займусь этим, когда решу все срочные дела здесь. Если вопросов больше нет, вы можете быть свободны. — распорядился повелитель. Демоны поднялись со своих мест и, поклонившись, быстро покинули зал заседаний. — Как ты? — обратился хозяин к брату, призывно похлопав себе по колену и отъехал слегка от стола. Дин поднялся и пересел на колени к хозяину, случайно всхлипнув, когда предмет в его заднице сместился. — Нормально, — надеясь, что хозяин ничего не заметил, Дин быстро чмокнул мужа в щёку. — Ди-ин… Снова секс на рабочем месте? — строго спросил брат. — Вы не проснулись со мной утром! — обиженно оправдывался муж. — А мне нужно. И у меня складывается впечатление, что вы живёте теперь на рабочем месте! — переводя взгляд на Джона. — Дин, что я говорил? Свои «хочу» удовлетворять в сответствующих местах! — ругал Сэм любвеобильного супруга. — Ну прости, прости! Я это не контролирую! — распсиховался Дин, — А застать вас в спальне стало вообще невозможно! — Дин вскочил, надул губы и его глаза заблестели влагой. — И вообще, ты женился на своей короне, а не на мне! — с обидой выкрикивал он. — Хорошо-хорошо, я понял, — убавил обороты Сэм и, встав, обнял мужа. — Дин, перестань нервничать. Успокойся, малыш. — Не могу! Ты кричишь на меня! — выдал нервно супруг, упуская то, что кричит здесь только он. — Я кричал? — удивился король. — Да!.. Ругал, — всхлипнув снова, исправился муж. — Несправедливо ругал! За то, в чём виноват сам! Дин уже не мог успокоиться, заводя разговор в такое русло, что едва сам понимал, к чему ведёт. Ему в самом деле казалось, что король потерял к нему интерес. — Эй-эй, Дин. Успокойся. Дыши. — Сэм включил тон, которому повиновались высшие демоны, — Смотри мне в глаза, — обняв его лицо ладонями. — Дыши глубже. Вот так, спокойно. Маленький, тише, — повелитель прижал мужа к себе. — Можно же поговорить об этом спокойно… Нет? — Я думал, ты сам всё знаешь… — удивился брат, успокаиваясь в его объятиях. — Да… Прости. Что-то я действительно заработался. Я не подумал что… Твои потребности растут вместе с нашим сыном. Хорошо. Ладно, мы… Мы передвинем и это правило. Только не психуй так, маленький, я прошу тебя. — Постараюсь, — тихо сказал Дин, ощущая приятные поглаживания вдоль лопаток. — Хорошо. Решили. А теперь, мы на работе. Иди и приготовь бумаги, я здесь закончу и зайду. Дин кивнул, поцеловал руку хозяина, поцеловал в щёку отца и ушёл в свой кабинет. Правитель возложил на супруга управление семью демонами смертных грехов и мелкими демонами соблазнов. И младший муж хорошо справлялся в своей сфере. Иногда, конечно, на Дина нападало плохое настроение… Но хандрил он так, чтобы подчинённые этого не видели. Тихонько заедал стресс сладостями и конфетами или приятно издевался над своим рабом, наблюдая, как он медленно растягивает свою, теперь узенькую попку и трахает себя разными штуками. Том осмелел, начав смотреть несколько по-другому… Выгибал призывно спину, смотрел теперь с хитринкой, но всё же по-доброму. Из его глаз пропал страх и отчаяние. Он был уверен, что Дин зазря не обидит. А когда король подзывал к себе мужа и Том имел возможность наблюдать их соитие, он смотрел жадно, впитывая в себя каждый вздох и стон своего господина, и снова вспоминал единственный вечер, когда имел возможность владеть этим телом. Приятнее всего для слуги было то, что хозяин с ним разговаривал. Возвращаясь с работы раньше всех, так как беременного мужа король не желал переутомлять работой, Дин снимал пиджак и галстук, и слуга спрашивал как дела. А хозяин рассказывал какие-то мелочи, спорные дела и тому подобное. Потому что в силу отсутствия королевской персоны мужа, Дину было скучно. И он был уверен, что раб ни за что не предаст его, после того, во что это вылилось в последний раз. Иногда, Дин выходил гулять в сад, что располагался под балконом. Блуждая среди мёртвой красоты, он отчайдушно хотел увидеть, как сад оживёт… Но, видимо, для этого нужен Архангел.***
Ещё два месяца прошли так же незаметно, за множеством государственных дел и попыток отладить систему правления Адом и иже с ним. Дела постепенно переходили в спокойное русло. И Дину уже не требовалось проводить в кабинете каждый свой день. Зато пришлось поменять весь гардероб. Животик уже не был едва заметным. Он теперь входил в дверь первее самого Дина. И Дин спокойно мог положить отдыхать сверху руку. И, конечно, Дин начал ещё больше капризничать и беспокоиться, что повелитель его такого «толстого», вскоре не захочет. Хотя и муж, и отец, регулярно, более чем регулярно, доказывали обратное. Дин снова проснулся ближе к обеду. Король, естественно, в это время уже был у себя в кабинете. Повернувшись на бок, Дин увидел перед кроватью красиво сервированый столик, накрытый белой скатертью. Посреди тарелок с завтраком стояла маленькая вазочка с не до конца раскрывшейся белой розой. Рядом, на полу, сидел его раб, радостно наблюдая за пробуждением хозяина… Господин поднялся, обнимая рукой живот, и, передвинувшись к краю, поставил на пол ноги, удивлённо вдыхая обострённым обонянием нежный аромат. — Томас… Это повелитель заходил? — предположил хозяин. Слуга отрицательно покачал головой. — Это я… Надеюсь, Вы не рассердитесь за эту вольность, господин. — Том… Э-э… Где ты взял цветок? — с улыбкой взяв розу в руку и вдохнув её запах. — Попросил госпожу Сару достать. — честно ответил раб. — Сказал, что для Вас, — склонив голову, в ожидании вердикта. — Я… Должен рассердиться? Ты шутишь?! Я не видел живых цветов, почти полгода! Спасибо, Томас, ты меня порадовал, — светло улыбнулся хозяин и вспомнил, что он странно сейчас выглядит, наверно: голый, очень беременный, и, как дурачок, улыбается, с розой в руке. — Том, мой халат. — О, господин, можно Вас попросить? — умоляюще сложив ладони, касаясь ими своих губ. — О чём? — Я… Мне нравится смотреть на Вас… Вы прекрасны. Не скрывайте своё тело, пока нет необходимости. — Я прекрасен? — Дин покраснел, отводя взгляд. Слуга согласно кивнул. — Чем же? Своей необъятностью? — с сарказмом. — Что Вы, господин. Вы вынашиваете принца внутри себя. Это… Необычайно красиво: видеть сочетание мужской природы и этой возможности. Мне нравится видеть. Вам очень к лицу. — Том, издеваешься?.. — Я не посмел бы, — блуждая взглядом по совершенному телу хозяина, ставшему теперь ещё привлекательнее. — Томас, ты сделал мне отличный подарок… Поэтому, я удовлетворю твою просьбу и позавтракаю с тобой в таком виде, — поглаживая пальцами нежные белые лепестки. — Но потом мне всё равно придётся одеться, потому что я хочу погулять. Слуга обнажил красивую улыбку, обрадовавшись решению. — Пойдёте в сад? — Возможно… — принимаясь за еду и макая блинчик в клубничный джем. — Давай, — повелительно, поднося еду к губам слуги, сверкая серебром колец на руках. — Сначала себе! — смутился парень. — Я́ здесь главный. Открывай рот. Раб повиновался. Принимая пищу из рук хозяина, он нежно прихватил губами палец. Затем господин откусил сам… И так, неторопливо, Дин покормил всех троих. Разливая чай, Том улыбался, завлекающе глядя на хозяина. — Томас, — взяв в руки чашку. — А скажи, когда ты был… Мм… На этом обучении. Тебе разве не поступало стандартных предложений «палач или жертва»? Слуга немного омрачнился, вспомнив те годы пыток: — Нет. Меня не пытались обратить в демона. Они хотели… Чтобы я всё помнил — предполагали, что так Вам будет приятнее надо мной издеваться. — То есть, они знали, что мы прибудем и возглавим Ад? — серьёзно спросил Дин. — Да. А госпожа Сара надеялась получить повышение, предоставив Вам шанс лично отомстить мне. Это я подслушивал между «делом». Видно, что парню неприятно было вспоминать. И Дин не стал его мучить. — Извини, я не со зла спросил. Просто… Мне нужно знать, — сделав глоток зелёного чая. Раб кивнул, показывая, что понимает это. Поддерживая рукой живот, Дин встал и прошёл в ванную, начав собираться на прогулку. — Томас, ты можешь пройти в душ, ничего страшного не случится, — выглянув из дверного проёма, позвал Дин. Слуга встал и вошёл к нему. Дин набрал себе ванну и погрузился в воду, наблюдая как его человек, уперевшись руками в стену, подставляет лицо под струи воды. — Вам помочь? — выглянул Том из душевой, когда увидел, что Дину слегка затруднительно нагибаться, чтобы привести в порядок ноги. — Нет, — улыбнулся хозяин. — Спасибо, я пока могу сам это делать. — Если что… — Да, спасибо. Вернувшись в комнату, на ходу просушивая волосы, Дин начал одеваться. Штаны теперь вообще не требовали ремня, но Дин носил его, скорее, в качестве украшения, с дорогой платиновой пряжкой. А рубашка… Рубашка требовалась размером, как на мужика со здоровенным пивным животом. И застёгивая на животе тёмно-зелёную хлопковую рубашку, Дин чуть с ума не сходил, думая о том, что теряет свои стройные формы, чем восхищался в нём хозяин. Том заглянул ему через плечо, грустным взглядом. — Томас, почему грустишь? — обернулся Дин, подкатывая рукава. — Господин… А, нет. Не стоит… — не решался слуга. — Говори, — приказал хозяин. — Я подумал… Может, Вам скучно гулять одному?.. — Хочешь, чтобы я взял тебя с собой? — Том выжидающе посмотрел из-под чёлки. — Действительно, почему нет? — окидывая раба придирчивым взглядом. — Только… Показать тебя красивого, этим похотливым тварям?.. Нет. Хоть демоны и не слишком любили гулять среди цветов, но всё же Дин не хотел, чтобы его человек чувствовал себя неуютно. Дин задумчиво покачал головой и подошёл к королевскому гардеробу. Достав белую рубашку и светло-серые брюки мужа, господин протянул вещи рабу, определив, что у них, должно быть, одинаковый размер. — Я думаю, тебе подойдёт. Надень. — Господин… — в глазах парня заблестела влага. — Я… Не заслужил. — он опустился на колени, уронив лицо в ладони. — Томас, — строго. — Я не люблю, когда ты ноешь. Это раз. Во-вторых, ты ещё как заслужил. Встань, не заставляй меня нервничать. — Когда слуга снова поднялся, Дин подошёл и положил ладонь на его щёку, — ты послушный и исполнительный парень. И любишь радовать своего господина. Конечно, ты уже заслужил. Давай, одевайся, — вновь протягивая вещи. — Но… Король разгневается. — Думаешь, повелителя волнуют какие-то тряпки?.. Том кивнул покорно и, взяв вещи, быстро надел их на себя. Размер и правда совпадал. Вещи сидели на нём, как для него шиты. Только брюки были незначительно длиннее нужного. — Ну вот. Тебе идёт, — улыбнулся хозяин и, подойдя, открыл три верхних пуговицы на белоснежной рубашке, что очень выгодно смотрелось на загорелой коже и подкатал рукава. — Господин… — Том коснулся рукой длинного шрама, что перечёркивал грудь как раз там, где было видно. Именно поэтому он и застегнул воротник сначала. Дин понял. Он положил руку на этот изъян и под его пальцами шрам исчез в мгновение ока. — Спасибо, — Том взял его руку и поцеловал раскрытую ладонь. — Пойдём? Ах, обувь, — вспомнил Дин, посмотрев на всё ещё босого парня. — А размер, кажется, мой, — он кивнул на шкаф. — Босоножки, Томас. Там жара. Мы в Аду. Слуга благодарно кивнул и, приняв ещё один дар, обулся. — Всё. — Да. Дин прошёл к двери. Выйдя в коридор и выпустив парня, хозяин коснулся двери, заперев её с обратной стороны. Пройти нужно было совсем чуть-чуть: Несколько метров направо по коридору, и, открыв дверь справа, они вышли на огромную терассу, уставленную уютной садовой мебелью из чёрного, ажурного металла. Лестница отсюда спускалась прямо в застывший сад. Спускаясь по многочисленным ступенькам, Дин держался за поручень, шёл не спеша. Том приблизился и учтиво подставил локоть. — Благодарю, — улыбнулся хозяин, принимая помощь. Войдя, наконец, в сад, Дин прошёл к высоким кустам плетущейся розы, что пустила побеги по ветвям засохшего дерева рядом с ней. Он приблизился и вдохнул запах смятого, сухого цветка, от всей души желая, чтобы он ожил и лепестки вернули себе прежнюю нежность. Посмотрев, как красное Адово солнце придаёт листьям на усохших деревьях рубиновое свечение, Дин обернулся на слугу. Кожа парня в таком свете приобретаела бронзовый оттенок. А сексуальная улыбка казалась таинственной… Дин обошёл магнолии и гортензии, пеларгонию… Верный раб везде следовал за ним. — Жарко… — выдохнул господин. Нагулявшись достаточно, чтобы устали ноги, Дин подошёл к небольшому круглому столику, что стоял под большим раскидистым деревом недалеко от дворца и опустился на стул возле него. Неожиданно, из-за дерева вышел король Ада. — Повелитель, — Дин встал и склонил голову, как и раб за его плечом. — Привет, родной, — Сэм шагнул вперёд и поцеловал мужа. — Вы меня́ искали? — Да, — Сэм кивнул. — Хотел пообедать в твоей компании. Освободил немного времени… О, я вижу, ты одел своего «кена», — обратив внимание на слугу. В таком виде, Том напоминал повелителю себя прежнего, с которым Сэм когда-то познакомился. — Да, — кивнул Дин, ожидая замечаний. Но их не последовало. — Пойдём, дорогой, слишком жарко, — с беспокойством сказал правитель, растягивая узел галстука и открывая ворот синей рубашки. — Да. — Дай руку, — обратился король к прислуге и, прижав к себе брата, перенёс всех троих в спальню. Том быстро доставил обед, включая холодный лимонад, что было необходимо после душной адской погоды. Передвигаясь по коридорам, раб ловил на себе изумлённые взгляды прислуги. Демоны, которые из шкуры лезли ради повышения, негодовали от того, что личный раб быстрее них заслужил расположение хозяев. Но слуга не обращал на это внимания, зная, что обижать его запрещено самим королевским мужем. — Мне вернуть…? — расстёгивая рубашку спросил Том, по окончанию трапезы. — Нет, — ответил господин. — Оставь себе. Но сними рубашку. Если ты всё ещё стесняешься, брюки можешь не снимать. — Вам… Неприятно смотреть на… — огорчился раб, подумав, что его главный изъян слишком отвратителен хозяину. — Нет. Нет, Томас, ты красивый, даже в таком виде. Просто, может, тебе неуютно? — Если Вам не противно, тогда… — Том без стеснения снял и брюки. — Как мой сын? — присаживаясь на корточки между ног супруга, спросил король, начав расстёгивать рубашку на брате. — Хорошо, — улыбнулся Дин, радуясь, что муж начал уделять ему время чаще. Дин снял вещь. Муж с лучистой любовью в глазах положил ладони на возлюбленный животик и, поцеловав чуть выше пупка, прошептал: — Малыш… Сын, это папа. Привет, — приложив ухо к натянутой коже, он услышал шевеление внутри и улыбнулся ещё ярче, встав на колени для удобства. — Сыночек, может, ты уже достаточно подрос, чтобы поздороваться?.. — тихо спросил Сэм, поглаживая ладонью живот брата и снова оставил поцелуй. — Ой! — вдруг воскликнул Дин, ощутив незначительный приступ боли и Сэм почувствовал под своей рукой неслабый толчок изнутри. — Эй, Дин, это… Он толкнулся! — запредельно счастливо воскликнул король. — Это впервые?! Я же не пропустил… — чрезвычайно беспокоясь этим вопросом. — Да, впервые, — ответил не менее ошарашенный Дин. Подумать только… Одно дело знать, что внутри тебя кто-то есть. Но когда этот кто-то, вот так вот даёт о себе знать… Это просто непередаваемое чувство! Это стоит и Ада, и рая, и всего, что можно представить. Схватив руку мужа, Сэм положил её на это место: — Вот здесь. Сын, — снова шепнул счастливый отец, — покажи папочке Дину, что ты умеешь. Ну же, малыш, не обижай папу Дина… И Дин с восторгом замер, почувствовав то же самое. — Это… Это не рука так бьёт… — изумился Дин. — Похоже… Это пятка. Это его пятка, Сэм! — Дин закрыл себе рот рукой. По его щекам скатились слёзы счастья. Сэм тут же начал сцеловывать солёную влагу с родного лица, покрывая поцелуями скулы и щёки. — Да, наш сын почему-то здоровается ногами… — улыбался повелитель, тоже едва сдерживая счастливую слезу. — Мы научим его потом… Это так… — Дин не мог описать словами своё счастье. Чувства переполняли настолько сильно, что выходили ручейками из глаз. — Это Вы мне его подарили! А я даже не знаю, чем могу отблагодарить. — переплетая пальцы рук с братовыми, соединияя вместе обручальные кольца. — Дин ты… Достаточно того, что ты со мной. Что ты загадал такое желание, о чём я даже не предполагал, — тепло поглаживая волосы брата. — Достаточно?.. — преданно посмотрев в глаза, муж потянулся к губам своего короля. — Да… Да. И Сэм впился в сладкие, родные губы жадным поцелуем, обмениваясь горячим дыханием, сплетая языки и вторгаясь в рот своего мужа голодной лаской… Дин сразу начал раздевать своего короля, распаляясь от одной искры. Прижаться друг к другу вплотную было уже невозможно. Но Сэм компенсировал это, лаская большими ладонями всё тело мужа. Оставшись без рубашки, Сэм подхватил брата на руки и отнёс на кровать. Он мог это сделать и по-другому, но повелителю нравилось носить на руках своего мужа. Бережно уложив супруга на постель, Сэм быстро снял с него брюки, начав покрывать поцелуями совсем незначительно располневшие бёдра. Дин сладко застонал — чувствительность повысилась везде. От горячих поцелуев хозяина, мурашки пробегались по его телу от пальцев ног до корней волос. Он просеивал между пальцами волосы любимого, цвета молочного шоколада, и сам превращался в расплавленный шоколад от этих губ. Сэм поднялся выше, развёл ноги брата насколько возможно, широко лизнул от шва под мошонкой и втянул в рот одно яичко, быстро пройдясь языком по коже и повторил это со вторым. — Ох, Сэм! — Дин выгнул спину ещё больше, чем на это повлияла беременность, и сжал в руках покрывало. Томас, сидевший до этого на полу, перебрался поближе, усевшись на краю супружеской кровати, и пристально наблюдал, запоминая, как нравится Дину. На него не обращали сейчас внимания, продолжая наслаждаться друг другом. Сэм продолжил вылизывать пах брата, проходясь языком по изнывавшему члену. — Сэм… Повелитель, мне нужно… Нужно! — мотая головой из стороны в сторону. — Очень нужно? — дразнил брат. — Очень, не могу…! Пожалуйста! — Что сладкий? Всё, что хочешь. Скажи, что тебе нужно? — издевался хозяин. — Хочу… Хочу член. Хочу, чтобы хозяин загнал его в мою влажную дырочку, пожалуйста! — Дин так неистово хотел своего мужа, что даже забыл про свою вечную стеснительность. От этих слов, королевский фаллос напомнил о себе, болезненно дёрнувшись, в попытке вырваться из замкнутой ширинки. Сэм зашипел и отстранился от брата, быстро снимая одежду. Опять вернувшись к своему занятию, Сэм навис над братом на вытянутых руках. Соприкоснуться везде, как раньше, уже не получалось. А Дину хотелось этого: — Не так! — капризно заявил он. — А как? — Сзади, — сказали так, словно это должно быть очевидно. Сэм усмехнулся, поворачивая мужа на бок. Закинув его левую ногу себе на бедро, Сэм плотно прижался грудью к спине брата и, как он и просил, загнал в истекающее смазкой отверстие, сразу весь большой ствол по самые яйца. Дин облегчённо всхлипнул, расслаблясь и принимая приятное вторжение. — М-м-м! Как хорошо… — прокомментировал муж, откинув голову на плечо повелителя. — Я так долго ждал Вас. — Полсуток? — удивлённо, усмехаясь и начиная двигаться. — Для меня долго! А-а! Да. Сильнее… М-м, ещё! Ах! Сэм начал с силой толкаться, въезжая до предела в горячее распалённое отверстие, и говорить Дину больше не хотелось. Он только выражал, как ему идеально хорошо чувствовать огромный фаллос родного мужа всхлипами и ахами, и восторженными вскриками. Сэм прикусывал солоновато-сладкую кожу на его шее, вылизывал хаотично ушную раковину и до впадин на идеальных ягодицах напрягал свои бёдра, работая тазом вперёд-назад, чтобы удовлетворить беременного мужа. — Малыш… Кой ты… — шептал он Дину в ухо. — Такой сексуальный. Тебе так идёт… — оглаживая рукой выпирающий живот. — Мой мальчик. Трахал бы тебя вечно… Но, боюсь, надолго меня не хватит. Повелителю неописуемо нравились измения в теле брата. Теперь не нужно было в каждом закоулке их обители хранить лубрикант — Дин тёк, как самая похотливая девка. И растяжки тоже не требовалось — секс был частым и Дин не успевал стягиваться до той степени, чтобы было действительно больно. Дырочка закрывалась ровно настолько, чтобы было приятно тесно обоим. Кроме тех случаев, когда в него входили вдвоём. А животик… Сэм был готов кончить, как только ощущал этот прекрасный животик под своей ладонью, когда трахал брата. Мысль о том, что это он, Сэм, постарался над его формами, что Дин сам так хотел, стучала в виски гордостью, от того, насколько он любим мужем. Дин стеснялся таких слов. Он привык верить Сэму, но когда брат говорил такое, Дин думал, что он просто не хочет его расстроить. Но когда от страсти, король зажигал золото зрачков, Дину казалось, что всё правда, что, возможно, он правда нравится мужу таким. — Мой! — рыкнул Сэм, ускоряясь слегка. — Моя сладкая, похотливая девочка. Тебе нравится носить мой живот, солнышко? — Да! Да, хозяин! Боже, ещё так… А-а-а! — Вот так? — хозяин двинул бёдрами снизу-вверх. — Да. А-а! Да. — Дин положил руку на задницу мужа, подталкивая в себя. Сэм подхватил на изгиб локтя его согнутую в колене ногу, до предела задрав её вверх. Выставив тем самым все сокровенные места брата перед жадным взором раба. Том облизал с жаждой губы, голодно наблюдая за тем, как пошло шлёпает о живот напряженный член его хозяина, поблёскивая прозрачной каплей сока на широкой, розовой головке и колышатся в такт толчкам его яички… Как блестящее смазкой колечко мышц впускает в себя большой, толстый фаллос, что погружается в него до основания. Обратив внимание на его реакцию, повелитель кивнул рабу, призывая помочь. Том посмотрел удивлённо, сомневаясь, что правильно его понял. Ведь за всё время его службы, ему впервые разрешают прикоснуться к святому. Сэм кивнул ещё раз, в знак того, что всё он правильно понял. Хитро сверкнув глазами, Том подобрался и начал облизывать яички своего господина, радуясь тому, что он наконец-то дождался этого. Дин удивлённо ахнул и в порыве впился короткими ногтями в ягодицу брата, оставляя следы. — Ты ещё и царапаешься? — страстно сказал Сэм, ускоряясь. — Похотливая, беременная шлюшка. Нравится тебе такой плюс? — Да! О боже, да! Ах! Королевская шлюшка, правда же? — поправил Дин, наслаждаясь глубиной ощущений. — Конечно! — вбиваясь всё резче. — Конечно, я не забыл о твоём особом статусе! Королевская шлюшка! Конечно. Любимая дырочка короля. Моя сладкая девочка… В это время Том опустился по шву от яичек хозяина до его натянутой членом дырочки, обводя языком по кругу напряженные мышцы и задевая член повелителя. Сэм рыкнул, присасываясь к шее супруга, а Дин задрожал мелкой дрожью: — Ох! О, Томас… Томас, месяцами запоминавший каждую интонацию господина, понял сразу. Он вернулся откуда начал, подобрал языком капельку на верхушке члена и втянул в рот вожделённый фаллос хозяина. Начав ритмично сосать, причмокивая и стоная от удовольствия, пропуская глубоко в глотку и слушая сладкие стоны удовольствия. Чувствуя близкий финал, Дин вцепился рукой в волосы парня и прижал к своему паху до упора, кончая глубоко в его глотку. И отпустил только когда его член начал расслабляться. В уголках глаз раба скопились слёзы от нехватки дыхания, но он был счастлив, что ему позволили поучавствовать в удовольствии дорогого Дина. Сэм опустил ногу брата и, тесно прижав его к своей груди, тоже сорвался в оргазм, заливая спермой свою любимую попку. Том не отстранился, продолжая вылизывать уже мягкий пенис господина… Сэм достал из брата свой член и спустился ниже. Отвёл рукой ягодицу, любуясь, как из приоткрытой пульсирующей дырочки заструилась его сперма. Перегнувшись, повелитель снова поцеловал свой любимый живот и поднялся с кровати. — Дин, иди первым в душ, — сказал Сэм, протягивая брату руку. — Почему не вместе? — поцеловав благодарно кисть, Дин поднялся. — Потому что на «вместе» у меня нет времени. Ты помнишь, что я пришёл на обед?.. — Ладно, — вздохнул муж. — Солнышко, ты хочешь ещё? — Не против, — невинно захлопав ресницами. — Я буду не поздно. Продолжим ночью, — любовно погладив брата по бедру, пообещал Сэм. И когда Дин развернулся, с удовольствием проследил глазами, как он идёт в ванную, вздрагивая от щекочущей кожу на задней части бедра, белёсой струйки. — Ну, доволен, что смог послужить? — нейтрально спросил Сэм, повернувшись к сверкающему взглядом слуге. Раб осторожно кивнул. Он только с Дином мог вести себя расслаблено, подсознательно чувствуя, что с остальными членами семьи лучше быть осторожным. — Дин? — серьёзно обратился Сэм, вновь одеваясь и принимая деловой вид. — Да? — Хочешь домой на землю? — Вы… Прогоняете меня? Я плохо справляюсь? Что-то не так? — нервно затараторил Дин, сразу предположив худшее. — О, боже, нет. Нет, милый, — Сэм подошёл и быстро заткнул поток слов поцелуем. — Ну почему ты сразу думаешь так? Ну почему я должен тебя прогнать? Полчаса назад всё было хорошо… — начав поглаживать по обнажённой спине брата, стоявшего перед ним лишь в лёгких пижамных штанах жемчужно-бежевого цвета. — Я имел ввиду, со мной. Нам нужно сегодня сдавать номер у Билла. На земле прошли сутки, помнишь? — А-а… Да, точно. А я забыл, что нам ещё куда-то нужно… — успокоился брат. — С Вами, хозяин, я везде чувствую себя как дома. — Ну, я могу и сам. Но, я подумал, может, ты заскучал по дому и… Подружке. Если ты хочешь, можем на пару дней остаться наверху. Я уже уладил почти все неотложные дела. Осталось только упорядочить второй округ. Но это после того, как мы разберёмся с Биллом. — Да… Конечно, мне хотелось бы увидеть Трейси. И пройтись по зелёным паркам наверху но… — грустно посмотрев на свой живот. — Ну, Трейси у нас смышлёная, она уже знает о существовании другого мира. Думаю, на фоне этого, ей не трудно будет понять ситуацию. А насчёт прогулки… Ну погуляем в соседнем городе. Там нас не знают… — И мне притворяться, что наш сын — это цистерна пива? — недовольно вопросил Дин. — Да кто тебя об этом спросит?.. — Действительно, — немного подумав, ответил муж. — Хорошо, тогда, вечером, будь готов. — А вместо нас?.. — Джон. — Я не хочу так! — А кто? — Сара…? — Сара не может руководить старшими себя по званию. Отец будет являться после работы. Теперь ему не нужна для этого даже машина. — Хорошо, как скажете. Дин дотянулся и поцеловал мужа в щёку, после чего повелитель испарился. Почти буквально. — Оставите меня одного? — грустно вздохнул Томас, который при повелителе, предпочитал вообще не напоминать о своём присутствии, ни в коем случае не мешая двоим. — Нет, конечно, — улыбнулся Дин. — А кто будет помогать мне дома? — Вы… Пригласите меня в свой дом? — воспряв духом, спросил слуга. — Возьму, конечно. — Присев на кровати, Дин погладил каштановую макушку лежавшего на животе раба. Том поймал его руку, благоговейно прижавшись губами к запястью. Он подсмотрел эту привычку у них.
