Долгая дорога домой

      До Виммарского Перевала около двух суток пути по хорошей, укатанной дороге — и дневной переход напрямки в бешеном темпе. Это мы опытным путем выяснили. Самым выносливым оказался Маррас. Кунари не только пер, как лось, но и тащил на себе уставшего Фая. Мы с Кераном спасались тонизирующей настойкой от эльфика— иначе сдохли бы уже на полпути. На Перевал мы явились в глубокой ночи.       Что мне нравится на Перевале, так это то, что он не спит никогда. Таверны, игорные дома, бордели работают круглосуточно. Мы прошлись по постоялым дворам, выспрашивая про девушек, но их никто не видел. Впрочем, немудрено, учитывая, что позавчера пришел большой караван — незнакомого народа была просто туча.       Облом.       — Командир, — неуверенно позвал меня Керан, когда ужинали в таверне. — Если мы закончили, я пойду в бордель, хорошо?       Я кивнул, рассеянно провожая взглядом стройного эльфа. Хорошая задница.       Стоп!       О чем я только что подумал?!       Меня накрыла удушливая волна паники. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Успокоиться. Я не мог засматриваться на мужиков. Нет, это… это от переутомления. Или недотраха. Хм, а когда у меня секс-то был? Получается, месяца три назад, с Изабеллой и Гарретом.       Вот тебе и минусы длительного воздержания.       На хер такое счастье!       Коротко свистнув, я встал. Фай потер лицо.       — Хозяин с тобой.       Как он меня назвал? В голове мгновенно всплыли картинки разной степени непристойности.       Лидировало почему-то БДСМ. «Хозяин», мать вашу…       По хребту побежали мурашки, во рту пересохло. Нет, нет, нет, нет, нет!       — Хозяин? — храмовник тоже удивился.       — Мне не нравится «мессир», — эльф передернул плечами.       А я залип на вырез его рубашки. Тоненькая шея, острые ключицы… Он вообще хрупкий, изящный, нежный и наверняка восхитительно узкий…       Mallacht!       Я никогда не ходил в бордели. Ни в этой, ни в той жизни. Я способен и так развести любую девицу, а не платить деньги за притворные стоны. Да и желания знакомиться с венерическими заболеваниями как-то не возникало. Но теперь не до сантиментов. Если я с недотраха начинаю на мужиков бросаться…       Мы с Кераном вдвоем подошли к бордель-маман.       — Сколько за девочку?       Тетка лет сорока, размалеванная, как продавщицы на рынке времен 90-х, с ног до головы осмотрела нас.       — Одну на двоих?       Я отрицательно мотнул головой, а храмовник дернул плечом.       — Ползолотого.       — А чего так дорого-то? — удивился Керан.       Маман меланхолично качнула головой.       — Есть и попроще за тридцать.       Сейчас всюду экономящий Керан снимет самую дешевую шлюху, страшную, как смертный грех, и больную насквозь. Мало того, что он просто выбросит деньги на ветер, так еще и подцепит какую-нибудь дрянь. И кто его, спрашивается, лечить будет? А у нас контракт висит. Я неодобрительно свистнул и вытащил блокнот.       «Бери нормальную. Я оплачу».       Брови храмовника приподнялись.       — Спасибо, командир.       Тетка обратила на меня свое внимание.       — А тебе чего, сладкий? Мальчика, девочку?       «Девочку. Девственницу», — нахер мне венерические болячки.       Она с интересом воззрилась на меня.       — Любишь девочек помоложе? Есть очень умелая, ей всего тринадцать…       «Люблю нетронутых».       Я подумал и дописал.       «Совсем нетронутых».       Маман цепко посмотрела на меня, задержалась взглядом на кинжалах и метательных ножах.       — Есть одна. Полтора золотых, — наконец, произнесла она.       И лично проводила наверх.       — Осваивайся тут. Девочка сейчас будет.       Маленькая комната, из убранства — круглый столик с кувшином воды и огромная кровать. Настоящий траходром. И все. Я прошелся туда-сюда и начал раздеваться. Снял оружие, куртку и сапоги. Вот войдет девочка — и что я буду делать? Набрасываться и жестко трахать?       По телу прошла теплая волна.       Mallacht.       Вот никогда со мной такого не было. Что-то в этом явно было не так…       Додумать мне не дали. Бордель-маман, улыбаясь во все зубы, втолкнула в комнату бледную девицу.       — Развлекайтесь.       Девушка деревянно сделала пару шагов и замерла посреди комнаты, не поднимая головы. Эээ… и что мне с ней делать?       Ладно, попробуем по-простому.       Я сделал шаг вперед и взял ее за руку. Ого, а ладони-то ледяные! Посадил ее на кровать и стал аккуратно разминать руку. Внимательно следя за реакцией, поцеловал в ладонь, щекоча дыханием нежную кожу. Девушка замерла в какой-то ледяной безучастности.       Нет, так дело не пойдет. Я не насильник, все же.       Тяжело вздохнул, налил стакан воды и протянул ей. Она чуть вздрогнула, но воду приняла, кинув на меня короткий взгляд. Такого всепоглощающего отчаяния и страха я не видел никогда. Птичка ты моя. Ее так и хотелось схватить в охапку и заласкать до стыдливого румянца. Я сел перед ней по-турецки, решив подождать, пока она чуть успокоится. Поднял глаза и заледенел.       Потому что на меня смотрела Солона Рейнхарт.       Потрахался, mallacht!       Яростно свистнув, я пошел к вещам. Может, мне просто показалось с такого ракурса?       — Что вы хотите делать? — ее голос был тих и полон страха.       Я взял блокнот и занял то же место на полу.       «Вы из Киркволла, леди?»       — Да, а откуда… — а теперь лицо ожило, в нем сверкнула отчаянная надежда. — Отец.       «Имя».       — Чье? И почему вы молчите? — строже и требовательней спросила она. Я схватил себя за горло и выразительно ткнул пальцем в блокнот. — Меня зовут Солона Рейнхарт.       Cachu. Не ошибся. Что за жизнь-то, а?       Я потер лицо, тяжело вздохнул.       «Вам придется вернуться домой. Со мной».       — Да, конечно. Но со мной была служанка. Я не могу оставить здесь Адайю.       Я потер переносицу.       «Она в борделе? Или нам ее по всему Перевалу искать?»       — В борделе. Ее надо найти. Или я с вами не иду.       Я приподнял брови и скептически посмотрел на аристократочку. Милочка, ты немного не в том положении, чтобы диктовать условия. С чего ты вообще взяла, что я буду выполнять твои приказы?.. Но сначала я хочу услышать всю историю.       «А как вы вообще здесь оказались, леди?»       Романтичная дура не хотела выходить замуж за мужика в два раза ее старше и решила сбежать. Помогала ей в этом деле верная фрейлина. Из города две восторженных идиотки выбрались легко и даже ни на кого не нарвались на Рваном Берегу. А на второй день блужданий они примкнули к каравану, хозяин которого совершенно бесплатно согласился прокатить их в Уайлдервейл. За красивые глаза и простое спасибо. Ну конечно. Он продал их обеих в бордель при первой же возможности. И сейчас леди просто обязана вытащить свою служанку. Самое главное, что если я откажусь, то эта красотка такого нагородит папочке, что лучше бы мне ее и не находить вовсе. Я невесело усмехнулся. А ведь именно так и поступил Шеймус Дюмар в свое время. Так. Девиц надо вытаскивать. Выкупить? Ну вряд ли их обеих продадут за десяток золотых, а больше у меня просто нет. Значит, выкрасть.       Я встал и заходил по комнате.       Сейчас найти Керана и выволочь этих красавиц. Я подошел к окну. Решеток нет, выбраться вполне возможно.       Только сначала Адайю найти. Я хмуро глянул на притихшую аритстократочку. Как совместить нас всех в одной комнате? Очевидный ответ. Разыграть групповуху. Вопрос, как это сделать, не называя имени Адайи — маман не дура и непременно что-нибудь заподозрит.       «Опишите вашу служанку. Рост, цвет волос, кожи и глаз, особые приметы».       — Она темноволосая, белокожая, с серыми глазами. Вот такого роста, — настороженно глядя на меня, показала леди Рейнхарт. — И родинка у нее вот здесь, на щеке.       Я кивнул, распустил хвост и взъерошил волосы. Блин, еще бы парочку засосов на шее — и картина «Маловато будет» готова. Тряхнул головой и сдернул рубашку.       «Кусайте меня за шею и плечи. И оставьте несколько царапин на спине».       — Что… что вы хотите сделать? — перепугалась леди.       «Вытащить вашу служанку. Или мы оставим ее здесь?»       Девушка, судорожно всхлипнув, таки укусила меня в основание шеи… и я поплыл. По телу прошла судорога удовольствия, руки сами скользнули ей на талию, прижимая к себе. Я рвано вздохнул и чуть повернул голову, подставляя шею под поцелуи-укусы… которых не последовало.       Вашу мать!       С резким выдохом я отстранился и потер лицо. Мне заплатят за нетронутую Солону Рейнхарт.       Сдернул одеяло и укутал девицу в него. Повелительно свистнул и открыл дверь. Так, а сейчас напустим на себя мину хорошо потрахавшегося человека.       Для начала я зашел за храмовником — благо я видел, куда его повели. У них там все явно было в самом разгаре, потому что Керан открыл мне, завернутый в собственную рубашку. Я подавил зависть.       — Командир?       «Заканчивай и иди ко мне в номер».       После чего раздраженно свистнул и спустился к бордель-маман.       — Что-то не понравилось? — обеспокоенно поинтересовалась она.       «Хочу еще девочку. Только я сам выберу».       — А! — женщина расплылась в улыбке.       Минуты через три я проходил вдоль ряда шлюх. В целях конспирации выбрал троих. Рыженькую эльфийку, тоненькую, как тростинка, Адайю и смугляночку, чем-то похожую на Изабеллу. Внимательно осмотрел всех троих и наконец ткнул пальцем в камеристку.       «Сколько?»       — Шестьдесят. А предыдущую я заберу, — я отчаянно замотал головой и похабно улыбнулся. Тетка расплылась в понимаюшей ухмылке. — Ааа. А твой приятель присоединится?..       Я кивнул.       — Тогда восемьдесят — и до утра.       Я улыбнулся и отсыпал денег. Крепко взял за локоток Адайю и поволок в комнату.       — Госпожа! — всхлипнула камеристка, обнаружив леди Рейнхарт по уши завернутой в одеяло.       — Все в порядке, дорогая, — холодновато ответила аристократка, выпутываясь из одеяла и садясь на кровати. — Этот сударь послан моим отцом.       Я же тем временем одевался. С одной стороны, хорошо, что мы так быстро их нашли, а с другой… мне же теперь до Киркволла терпеть. И не сорваться на Фае.       Внутренности будто огнем опалило. Собственная фантазия начала подсовывать мне картинки одна другой непристойнее.       Вашу мать!       Минут через десять пришел Керан, недовольный обломом.       — Командир, что?.. — начал было он и посветлел лицом, увидя девушек. — А!       Я зло свистнул.       «Подбери слюни. Это наши беглянки».       Он поскучнел.       — И что будем делать?       «Я вылезаю в окно и принимаю обеих девиц. А потом — в Киркволл».       — Ночью? — удивился Керан.       Что поделаешь! За нами наверняка погонятся и местные, и «купец». Если он не идиот, то мигом просечет, куда делась обманутая им аристократочка. А это значит, что ему в скором времени придется иметь дело с рассерженными родственниками. Легче нас всех закопать. Так что фора по времени нам совсем не повредит.       Был бы у нас еще один следопыт — вообще двумя отрядами уходили бы.       Надо Фая потренировать.       Фая.       Mallacht.       Мне срочно нужна шлюха!       Сделав резкий вдох-выдох, я сдернул одеяло с кровати. Это мы возьмем с собой, девушки одеты совсем не для прогулки на свежем воздухе. И — я тяжело вздохнул — они в туфельках. Самая «лучшая» обувь для ухода от погони.       Это были самые сложные три дня в моей жизни. Девицы ныли, что им холодно, тяжело, они устали, хотят полежать, попить и больше не могут есть вяленое мясо. Костра мы по понятным причинам не разжигали, я, как мог, путал следы, так что найти нас в лесу было довольно проблематично. Мараас служил походной печкой для благородной Рейнхарт и Фая. Керан грел Адайю, а я спал один.       Мне такие сны снились, что я всерьез боялся проснуться на пепелище — они были горячими, страстными, но почему-то строго гомосексуальными. Я просыпался дико возбужденным, с колом стоящим членом и обливался холодным потом, понимая, что именно мне снилось. На второй день я обнаружил себя со специфическим интересом разглядывающим Марааса.       Cachu, это просто магия какая-то!       Стоп.       Магия.       Настоечка.       Тонизирующая.       Я убью тебя, эльфик!