Safe and Sound

Утром Лили проснулась от одного неосторожного движения Алисы, которая случайно уронила свой учебник по Зельеварению. Эванс тяжело застонала, хватаясь за голову. Горло пересохло, а в висках кто-то решил устроить вечеринку, ударяя кулаками по хрупкому черепу. — Великий Мерлин… — прохрипела Лили, боясь открыть глаза и встретиться с ярким светом из окна. — Просыпайся. Я и так не стала поднимать тебя на завтрак, — весело сказала Алиса. — Не надо было вчера так много пить. Лили медленно открыла один глаз и тут же его захлопнула, когда это простое движение показалось ей адской мукой. Она положила ладони на лицо и тяжело выдохнула, пытаясь вспомнить моменты, когда она умудрилась напиться до такого состояния, как она попала в свою спальню, да и вообще в какой момент отключилась от реальности и вырубилась. — А разве я много пила?.. — Джеймс сказал, что всё это от непривычки, — пожала плечами Алиса и закинула сумку себе на плечо. — Я помню, как ты… — Стой, не надо! — настолько громко, насколько могла сказала Лили и остановила рассказ подруги жестом. — Просто скажи, я делала вчера что-нибудь, что сегодня мне будет припоминать Блэк и ржать, как ненормальный?.. — Точно тебе сказать не могу… — нахмурилась Алиса. — Надо у Джеймса спрашивать. Он от тебя весь вечер не отходил. Лили улыбнулась, но даже это далось ей непросто. — Ладно, — сказала Мёрфи, двигаясь к двери. — У тебя есть полчаса, чтобы привести себя в порядок и отправиться на занятия. Слизнорт будет в шоке, если не увидит тебя в первых рядах сегодня. — Можно подумать… — Уж отсутствие своей любимой ученицы он точно заметит, — весело сказала Алиса. — Кстати, на тумбочке настойка. После неё должно полегчать. — Я надеюсь, что это яд… — простонала Лили. — Только он мне сейчас поможет. Алиса лишь усмехнулась и выскочила за дверь. Ещё несколько минут Лили притворялась трупом, думая о том, что больше никогда в жизни не будет пить ничего крепче тыквенного сока. Единственное, что она помнила с того момента, когда выпила свою вторую порцию, — это то, как Марлин и Сириус заплетали косы Уитверу. Точнее, Марлин их заплетала, а Сириус пытался. Сделав над собой усилие, Лили поднялась и схватила маленькую склянку на тумбочке. На ней ничего не было написано, но сняв пробку, девушка почувствовала сильный запах ромашки и шалфея. Одним глотком она выпила всё содержимое и сморщилась, высовывая язык. Лили хотелось оторвать его себе, чтобы не чувствовать этот горький вкус. Приведя себя в порядок, если её потрёпанный вид можно было назвать «порядком», Лили попыталась забраться из халата в мантию, но сил не было даже продеть руки в рукава. Голова гудела, словно в ней поселился целый рой пчёл. Лили вздрогнула, когда услышала какой-то стук. По привычке она подошла к двери, представляя за ней Макгонагалл, которая уже хочет отчитать её за опоздание на Зельеварение. Но за дверью никого не оказалось. Лили даже высунулась, чтобы проверить коридор и лестницу, но и на ней никого не было. Стук снова разрушил тишину комнаты. Воспалённый мозг не хотел нормально работать, поэтому Лили просто встала на одном месте и уставилась перед собой. — Кто здесь? — не зная, что ещё можно сказать, спросила Лили. И опять всё тот же звонкий стук, но уже громче. Эванс снова хотела кинуться к двери, но её окликнул голос, который глухо доносился из-за окна. — Лили! — Джеймс весело улыбался. — Открой мне! Лили моргнула несколько раз и наконец-то поняла, в чём дело. Поттер на своей любимой метле уже несколько минут наблюдает за ней в окно комнаты, тихо смеясь над её нелепым видом в этом домашнем халате в полоску. — Что ты здесь делаешь? — спросила Лили, хмурясь. — Открывай! — нетерпеливо сказал Джеймс. Лили вздохнула и открыла окно, впуская вместе с Джеймсом свежий воздух, который приятно охладил её виски. — Неужели голова болит? — весело усмехнулся Джеймс. Лили посмотрела на него полным муки взглядом и уткнулась лбом ему в грудь, надеясь, что это хоть немного уменьшит боль. — Ты сюда издеваться надо мной пришёл, да? — промямлила она. Джеймс погладил её по волосам и снова улыбнулся. Ему нравилось узнавать Лили ещё больше. Ему даже казалось, что его долг — проследить за всеми состояниями Эванс, чтобы быть готовым ко всему. Джеймс изучал её, как серьёзный профессор изучает предмет своей деятельности. — Не совсем, — приподняв брови, ответил Джеймс. Лили с трудом, словно месячный ребенок, подняла свою голову и вопросительно посмотрела на Поттера. — Я пришёл, чтобы мы с тобой вместе прогуляли занятия… Глаза Лили сразу же увеличились, а от таких новостей в голове снова полоснула боль. — Ты с ума сошёл? Занятия пропускать нельзя! Тем более мне. Я же староста! — Староста, которая болеет с похмелья, — усмехнулся Джеймс, готовый приводить свои неоспоримые доводы. — Здесь я понимаю больше тебя, милая. Тебе только хуже будет, если ты туда пойдёшь. — Но… — Никаких «но»! — властно остановил её Джеймс. — Быстро в постель, иначе я тебя здесь насильно оставлю. — И метлой по голове ударишь? Джеймс скорчился, а довольная Лили позволила себе улыбнуться. Она плотнее запахнула халат, не желая больше спорить с Джеймсом. Он был прав. Весь организм девушки кричал о том, что ей сегодня ни в коем случае не следует подниматься с постели. А с её оценками можно и притвориться больной на один день, тем более, её болезнь была почти правдой. Джеймс приподнял одеяло, и Лили медленно опустила голову на подушку, сразу же закрывая глаза. По всему телу прошлась приятная дрожь, когда одеяло опустилось на её плечи. Джеймс наклонился и поцеловал девушку в висок. Его теплые губы совсем не раздражали, как яркий свет и громкие звуки. Парень провел ладонью по её волосам и улыбнулся. — А ты разве не ляжешь со мной? — спросила Лили, не открывая глаз. — Приглашаешь? — Вроде того, — улыбнулась девушка, зная, что сейчас он смотрит ей в лицо и ему безумно нравится наблюдать за тем, как уголки её губ медленно ползут вверх. Джеймс немного помолчал, заворожённый этим милым зрелищем. В груди было так тепло, когда он смотрел на эту девушку. — Двигайся, — наконец-то сказал он. Лили переместилась ближе к краю. Джеймс стянул с себя мантию, оставаясь в брюках и рубашке. Он расслабил галстук на шее и лег рядом с ней. Лили сразу же схватила его руку и положила себе на талию. И кажется, становилось легче. Может от того, что настойка начала действовать, а может потому, что лучшим лекарством для неё всегда будут объятья Джеймса. — Как там Марлин? — спросила Лили, всё ещё не открывая глаз. — Ты не поверишь, но она спустилась к завтраку совершенно нормально, — усмехнулся Джеймс. — Это же Марлин. Её в детстве в чан со слезами феникса уронили. Лили тихо засмеялась, представляя себе эту забавную картину. — Наверное, они с Сириусом вчера хорошо надо мной посмеялись. Мне теперь вообще никогда не захочется выходить из этой комнаты… — Я только за, — отозвался Джеймс. — Я бы вообще с постели не вставал, если бы там всегда лежала ты. Лили приятно сморщилась и повернулась к Джеймсу, приподнимая лицо. Парень ещё секунду смотрел на неё, а потом поцеловал в губы, легонько касаясь пальцами нежного подбородка. Он едва касался губ, чтобы не причинять девушке ещё больше неудобств после весёлой ночи. — Ты можешь себе это представить? — сказала Лили, прервав их поцелуи тихим смешком. — Ты и я… просыпаемся в одном месте каждое утро. А потом и вовсе не встаём, валяемся под одеялом, прогуливаем работу, пропускаем завтрак… — Я бы приносил его тебе в постель. Забыла? Я уже даже нашёл подходящий рецепт с твоими любимыми черничными кексами! — Серьёзно?! — Лили звонко засмеялась, о чём тут же пожалела, схватившись за висок. Она быстро потёрла его, чуть слышно шипя, и снова подняла глаза на Джеймса. — Мы же договорились, что готовить буду я. — Мне будет только в радость накормить тебя чем-нибудь вкусным, — улыбнулся Джеймс, целуя её в лоб. — Я надеюсь, что они будут получаться вкусными. Лили сильнее прижалась к нему, словно пыталась слиться с его телом в единое целое. Пряди её огненных волос путались между пальцами Поттера, словно лучи закатного солнца, гуляющие в ветках деревьев. Они даже пахли солнцем, словно впитывали его всё лето и раннюю осень. Для Джеймса Лили была прекрасна, даже не догадываясь, насколько.

***

— Подъём, хорьки! Весёлый голос, похожий на треск рождественских колокольчиков, озарил спальню девочек. Лили даже не хотела открывать глаз. Ей было достаточно чувствовать на себе руки Джеймса, осознавать, что он всё ещё рядом с ней. — Нет, я, конечно, не против такой умилительной картины, но сейчас сюда Макгонагалл придёт, — поспешила сказать Марлин. — Какая Макгонагалл?! — выпалила Лили, поднимаясь на кровати. — Совсем память отшибло после вчерашнего? — засмеялась Марлин. Лили была рада, что голова уже не гудит, как прежде. Иначе бы ей понадобилось очень много сил, чтобы вытерпеть Марлин. — Какая у нас может быть Макгонагалл? Минерва, конечно! Декан нашего факультета и просто замечательная женщина, которая сейчас всыплет тебе за то, что ты прогуляла занятия, а Джеймсу за то, что он ошивался в спальне для девочек. Лили округлила свои зелёные глаза и толкнула Джеймса в бок. Он нахмурился во сне, пытаясь схватить руками воздух, вместо которого ещё секунды назад была Лили. — Джеймс, вставай! Профессор Макгонагалл идёт! — Ну и?.. — простонал он и перевернулся на другой бок. — Просыпайся! — громче сказала Лили. Но Джеймс только зарылся головой в подушки. — Чёрт, — ругнулась Лили и приложила все свои силы, чтобы спихнуть Джеймса с кровати, и тот плюхнулся на пол, словно мешок с камнями. — Лили, ну, ты что делаешь?!.. — Лезь под кровать! — быстро сказала она. Марлин, не теряя времени, затолкнула Нимбус вместе с мантией Джеймса в шкаф и подпёрла его собой. — Да что случилось-то?! — выкрикнул Джеймс из своего укрытия, натягивая на нос очки. Лили не успела ответить на его вопрос, как в дверь постучали. — Войдите! — громко крикнула она. В дверях появилась Макгонагалл. Её внимательный взгляд тут же изучил каждый уголок комнаты, а после она остановилась на Лили, которая была в сплошном беспорядке среди мятых одеял и подушек. Марлин скоромно пролепетала «Здравствуйте», не отлипая от своего шкафа, и опустила глаза к ботинкам. — Мисс Эванс, позвольте узнать причину вашего отсутствия сегодня на занятиях, — строгим тоном начала декан. — Профессор Слизнорт был крайне удручён вашим отсутствием и не стал проводить контрольную по пройденной теме. — Простите, мне нездоровится, — честно ответила Лили. — Кажется, я простыла, когда болела вчера за нашу команду. Лили знала, что тема вчерашней победы обязательно смягчит профессора Макгонагалл, которая уже четвертый год мечтала заполучить кубок в свой кабинет. Эванс даже заметила самодовольную улыбку на её губах, и Лили показалось, что сейчас женщина снова отвлеклась на приятные раздумья о том, где в её кабинете кубок будет смотреться лучше всего. Когда Макгонагалл снова вернулась на землю, она смотрела на Лили уже более доброжелательно. — Обратитесь в больничное крыло, — с ноткой ласки в голосе сказала она. — Мадам Помфри обязательно вам чем-нибудь поможет. Она просто прекрасно лечит простуды своими настойками из корня солодки. — Хорошо, профессор, — кивнула головой Лили. — А вас, Марлин, ещё раз поздравляю с победой, — теперь декан даже не пыталась скрыть сдержанную улыбку на лице. — Это была просто замечательная игра! А как вы тогда забили этот мяч почти сразу после падения! Женщина даже слегка подпрыгнула на месте от радости. — Спасибо, — улыбнулась Марлин. — Это было просто… не описать словами! Глядя на восторженное лицо Марлин, Макгонагалл попятилась к выходу. Её рука уже опустилась на ручку двери, как вдруг женщина остановилась. — Постойте, — снова серьёзно сказала она. — А где Поттер? Сегодня его тоже не было. Лили, вы не знаете, где он ходит? — Нет, профессор, — сглотнув, ответила староста факультета. Она не любила врать Макгонагалл, но иногда приходилось. Повод для вранья на протяжении всех лет всегда оставался одним. — Придётся снять несколько очков за его прогул… — сказала она, хотя ей этого жутко не хотелось. Она прониклась ещё большей любовью к Джеймсу, благодаря его таланту. — Надеюсь, что он не вляпался ни в какую передрягу? Профессор Слизнорт слышал какие-то разговоры среди учеников своего факультета… — Какие ещё разговоры?! — Марлин в момент вскипела. Её светлая кожа начала розоветь. Макгонагалл утихомирила девушку одним только своим взглядом поверх прямоугольных очков. — Что бы ни задумали слизеринцы, я надеюсь, что гриффиндорцы всегда будут выше них, не отвечая подлостью на подлость. — Тогда мы ответим чем-нибудь другим… — Прошу прощения, Марлин? — Ничего, — поспешила ответить блондинка. — Когда мы найдём Джеймса, то передадим ему, что вы его искали. Макгонагалл кивнула и вышла из спальни, быстро зашагав по лестнице. Джеймс тут же вылез из-под кровати и уставился на Марлин. — Что они там вообще задумали? — он свёл брови на переносице и снова поправил очки. — Мы заслужили этот кубок! Если бы мы каждый год устраивали бойню из-за того, что не победили… — Мерлин, — вздохнула Лили, успев опередить Марлин, которая уже надулась, словно индюшка, от потока слов, рвавшегося из груди. — Разве вы не понимаете, что этот факультет сделает всё, чтобы насолить нашему! Времена, когда все в Хогвартсе были дружны, уже давно закончились. И я думаю, что вы знаете почему… Лили отвела взгляд. Джеймс поджал губы. Ему не хотелось думать о том, что Лили права, намекая на чистоту крови, которая в таком почёте у слизеринских змеёнышей. — Вспомните вечеринку этим летом, — продолжила Лили, призывая этих двух сорви-голов немного остыть. — Кто-то ещё до Хогвартса внушил им то, что с гриффиндорцами дружить нельзя… — Лили, если ты из-за Снейпа, то… — Он здесь не причём! — выкрикнула Лили, ожидая такой реакции Марлин. — Посмотрите на Регулуса, Сливери, Гордона, Эйвери, всех остальных… просто хоть раз в жизни послушайте Макгонагалл. Марлин и Джеймс переглянулись. Никто из них не хотел расслабляться, позволяя Слизерину вершить своё правосудие, но ради Лили они были готовы попробовать. — Я обещаю, что ничего не случится, — сказал Джеймс и наклонился, чтобы поцеловать девушку в макушку. Лили прикрыла глаза. На её лице всё ещё не появлялась тёплая улыбка, которую так ждал Джеймс.

***

Люси сидела напротив Римуса в хижине. Этот разбитый в хлам дом стал их убежищем, где они наконец-то могли побыть друг с другом наедине, не считаясь с расписанием Хогвартса. Только повод этих сборов всё ещё не радовал. Римус смотрел в глаза Люси, чуть улыбаясь. Скромно и даже немного трогательно, как считала девушка. Пустой сосуд от зелья стоял на столике рядом с рукой Рема. На этот раз зелье было не таким гадким на вкус, однако кости всё ещё немного ломило. Люси не должна была об этом знать. — Тебе уже нужно прятаться, — ласково сказал Люпин, заглядывая в окно, где над деревушкой нависло чёрное небо с пышными, серыми облаками. — Ещё немного, — улыбнулась она одними глазами. — Луна ещё не так высоко. Рем переборол в себе волка, который хотел прикрикнуть на Люси. Хороший знак. Раньше он мог бы и не сдержаться. Девушка взяла его ладонь в свои руки и поднесла к губам, нежно целуя. Лунатику стало не по себе от такого жеста. Люси ещё никогда не целовала его так. Он даже не мог представить, что девушка может просто так взять и поцеловать руку мужчине. Рем буквально чуял покорность в аромате её кожи. Он знал, что Люси предана только ему, пробуждая в нём желание ответить ей чем-то большим. Их руки снова опустились на стол. Люси взмахнула ресницами, пронзая воздух своим синим взором. Рем почувствовал, как по спине прошлись мурашки, поднимая каждый волосок на теле. — Теперь точно пора, — сказал он. Люси тяжело вздохнула и поднялась на ноги. Она провела ладонью по щеке Рема и легко поцеловала его в скулу. В глазах читалось нежелание оставлять его даже на минуту в эту ночь, но парня было не переспорить, да и в глубине души она понимала, что так будет правильно. Она зашла в кладовку, дверь которой ещё помнила прошлое обращение парня, и плотно закрылась, закрепив петли заклятием. Уже через пару минут она услышала грохот стульев. Это снова начиналось. Люси зажала уши ладонями, чтобы не слышать этого жалобного рыка. Когда девушка снова приготовилась слушать, то вокруг не было ни единого шороха. Внутри что-то ёкнуло, тревожа её мысли. — Римус, — сказала она, прильнув к щели между досками. — Рем, ты в порядке? Она попыталась увидеть что-то в маленькое отверстии, но не смогла рассмотреть ничего похожего на лохматого зверя. Люси понимала, что сейчас может совершить самую большую глупость в своей жизни, если выйдет в гостиную. Но тревога переборола все остальные чувства. Она снова взмахнула палочкой, снимая заклятия с двери, и аккуратно открыла её. Палочка всё также была наготове. — Ох, Римус… — дрожащим голосом сказала Люси. Лунатик стоял посреди гостиной на задних лапах. Зверь мотнул головой и опустился на пол, сворачиваясь, словно дворовый пёс холодной осенью. Он приподнял свою морду, мокрый нос дёрнулся, и Люси посчитала это за улыбку. Опустившись перед ним на колени, Люси запустила свои пальцы в его пыльную, жёсткую шерсть. Оборотень прикрыл свои жёлтые глаза и фыркнул, заставляя Люси усмехнуться. — Это ты… — ласково сказала она. Её голос лился из уст, словно песня. — Я знала, что это будешь ты. Поджав под себя колени, девушка опустилась на Лунатика. Её голова оказалась рядом с его мордой. Животное косо смотрело на неё, улавливая каждое движение губ в осторожной улыбке. — Теперь всё, правда, будет хорошо. Люси неуверенно поцеловала зверя за ухом и проронила слезу. Рем тихо заскулил, и она поспешила вытереть слезу тыльной стороной ладони. Так они проведут всю ночь, слушая, как от стен отражается радостный голос Люси. А потом она заснет рядом с ним, и Рем позволит ей это. Он больше не боится сделать ей больно.

***

Вечером Лили и Джеймсу пришлось сделать гораздо больше домашнего задания, чем всем остальным, поэтому им пришлось задержаться в библиотеке до полуночи, пока мадам Пинс лично не выгнала их, сказав, что ей уже два часа как нужно быть в своей постели, отдыхая от надоедливых студентов. Джеймс взвалил на плечо свою большую сумку, а в левую руку взял ещё и все учебники Лили. Девушка несла всего лишь несколько пергаментов. Пара держалась за руки, медленно ступая по коридорам Хогвартса, двигаясь к своей гостиной. Настроения у Лили не было совершенно, и Джеймс надеялся, что это всё ещё последствия её головной боли, пусть и сердце подсказывало совсем другое. — Лили, что происходит? — спросил он, когда они подошли к лестницам, которые снова и снова меняли свои направления. Рыжая проследила за одним из пролётов и тяжело вздохнула. — Утром всё было так замечательно, но потом… — Не бери в голову, Джеймс, — без нажима сказала она. — Просто я переживаю из-за того, что пропустила занятие сегодня… Джеймс пристально посмотрел ей в глаза. Она могла обмануть Макгонагалл, но не его. Лили быстро захлопала ресницами, пытаясь сделать так, чтобы Джеймс не смотрел на неё, но безуспешно. — Как только речь зашла о слизеринцах, ты изменилась. Я же пообещал тебе, что не буду ни во что вмешиваться. Пусть с ними разбирается Слизнорт… — он прервался, посмотрев на неё. Внутри снова что-то подсказывало, что причина её грусти не в этом. — Ты опять скучаешь по нему. Джеймс шумно выдохнул через нос. В последний раз, когда они вспоминали Нюниуса, они чуть было не поругались. Ему не хотелось снова переживать это, но остановить его сейчас было неподвластно даже самому сильному заглушающему заклинанию. — Я думал, что это уже пройденный этап, — его голос начинал нервно подрагивать. — Зачем он вообще нужен тебе? У тебя есть я! Лили промолчала и снова опустила глаза в пол, прижимая к груди свитки, словно это помогало ей выстроить стену между ней и Джеймсом. — Мне не нравится это, — честно сказал он, не дождавшись от Лили ответа. — А ещё мне не нравится то, что он говорит о тебе. — Это было всего раз… — Знаешь, этого может быть достаточно, чтобы осознать, какое этот человек дерьмо! — Джеймс, не ругайся, — Лили наконец-то подняла глаза. Поттер повёл челюстью и зло сдвинул брови. Такой его вид не предвещал ничего хорошего. — Прекрати защищать его, Лили. Он не достоин называться твоим приятелем, а тем более — другом! Он и ногтя на твоём мизинце не стоит! — Не кричи… Портреты на стенах оживились. Кто-то из изображённых людей открыл рот, чтобы призвать Поттера и Эванс к спокойствию, но тут же захлопнулся, когда понял, что здесь намечается что-то интересное. — Не кричать?! Лили, ты меня убиваешь, — Джеймс дёрнул сумку на своём плече. — Прекращай думать о нём и страдать по вашей… дружбе. Чёрт, Лили… Он отвернулся от неё, не в силах больше смотреть на её кислую мину. Ещё с утра он хотел знать её разной, но уже сейчас снова хотел, чтобы она вернулась к той самой счастливой Лили, которая излучала солнце даже тогда, когда на это не было физических сил. — Прости меня. Просто мне его не хватает, — робко сказала Лили, не решаясь поднять взгляда даже на спину своего парня. — Но только иногда. Проходит время, и я начинаю вспоминать только хорошее… — Как насчёт того, чтобы думать о том, что будет? А? В будущем, где нет этой сальной рожи… — Джеймс, — уже строго сказала она. — Прекрати ревновать. — Я не ревную, — он снова повернулся к ней. Его глаза сверкали молниями. — Я просто терпеть его не могу… Лили шмыгнула носом и бросилась на шею Джеймсу. Парень несколько раз вдохнул запах её волос. Уже не такой солнечный, каким был ещё утром. Ему казалось, что даже они пропитаны мыслями о Снейпе, который ему настолько противен. И Джеймс первым оторвался от неё, оставив Лили недоумевать. — Просто пойдём наверх, — сказал он, хватая её ладонь в свою. — Я не хочу, чтобы этот разговор продолжался.