Safe and Sound

Алиса уже десять минут молча сидела в гостиной, дожидаясь своей чашки чая. Девушку колотила мелкая дрожь, и глаза то и дело наполнялись слезами. Пока Лили колдовала на кухне, Джеймс сидел напротив Мёрфи, испытывая её своим взглядом. От этого Алиса сковывалась только больше, сжимая ладошки между бёдрами. Лили вернулась с чаем, и Алиса тут же жадно схватилась за чашку, словно целью её визита был именно этот чай. — Может, уже расскажешь, что случилось? — неуверенно спросила Лили, оглядываясь на Джеймса. Алиса опустила кружку на журнальный столик и подняла свои красные глаза на парочку. Из её груди вырвался тихий стон, и она закусила кулачок, пытаясь удержать новые слёзы. — Мёрфи, ты нас пугаешь, — сказал Джеймс, поправив очки. — Что случилось? Что-то с Фрэнком? Вы поругались? Девушка замотала головой, но даже из этого жеста нельзя было понять, ответила она «да» или «нет». Алиса отпила глоток и сморщилась от того, что обожгла нёбо. — Это какой-то дурдом, — наконец сказала она. — Согласен, — серьёзно кивнул Джеймс. Алиса укоризненно посмотрела на него и осмелилась набрать в лёгкие достаточно воздуха для рассказа. — Я от Фрэнка. Точнее, не совсем от Фрэнка… — её бледные щёки начали краснеть. — Мы отмечали Рождество в доме его матери. Всё было отлично, мы веселились, открывали подарки, а потом… а потом он отвёл меня в сад и… и… — она стала задыхаться от слов, — и сделал мне предложение! Зелёные глаза Лили округлились. Она отпрянула назад и снова взглянула на Джеймса. В отличие от неё, тот был удивлён гораздо меньше и совсем по другому поводу. — А ты что? — не удержалась Лили, глядя на то, как слёзы снова хлынули из припухших глаз подруги. Алиса разразилась новыми рыданиями. Её маленькое тельце дрожало, как последний осенний лист на сильном ветру. Она сжала ладошкой свои губы, словно не хотела чего-то говорить. — Алиса! — прикрикнула Эванс, пытаясь привести подругу в чувства. — Прекрати истерику, умоляю! — Я убежала! — выкрикнула девушка, освобождаясь от груза слов. — Я просто убежала и трансгрессировала в какой-то лес! Поймала Ночной Рыцарь и… и попросила довести меня до дома Марлин. Но её не было. Я не стала досаждать МакКиннонам и приехала сюда… — Мерлин… — пробормотал Джеймс. — Ты отказала Фрэнку?! Он сделал тебе предложение, а ты прибежала к Лили? За советом? Поттер был крайне возмущён и не старался этого скрыть. Алисе стало только хуже. Её тонкие губки снова скривились в истерической судороге. Она поспешила прикрыть ладошками лицо. Лили, нахмурившись, посмотрела на Джеймса, но тот не смягчился даже на грамм. — Почему так вышло? — тихо спросила Лили, чтобы не причинять Алисе неудобства своим голосом. — Ведь у вас же всё было замечательно… — Было, а теперь он меня никогда… — она икнула, и снова из груди вырвались душераздирающие крики. — Оглохни! — сказала Лили, взмахнув палочкой в сторону лестницы, чтобы не будить родителей. Она встала на ноги, убрала палочку в карман и села на диванчик рядом с подругой. — Расскажи всё по порядку. Как это произошло? Алиса только застонала, утыкаясь в грудь Эванс. Джеймс подпёр голову кулаком и прорычал что-то неразборчивое. — Если ты не расскажешь, мы не сможем тебе помочь, — сказала Лили, поглаживая Мёрфи по голове. Девушка всхлипнула и подняла измученные слезами глаза. — Пусть Джеймс уйдёт… — тихо сказала она, вытирая рукавом куртки слёзы под своим носом. — Что? — воскликнул Джеймс. На его губах заиграла самоуверенная улыбка, но она тут же исчезла, когда он наткнулся на взгляд Лили. — Сделай нам ещё чая. — Лили! — Джеймс! — не уступая в настырности, сказала Лили. Парень не стал больше спорить и молча поднялся на ноги, скрываясь на кухне. Тогда Лили ещё раз нежно провела ладошкой по спине подруги. — Давай, — мягко сказала Эванс. — Расскажи мне всё, что случилось. Алиса кивнула и откинулась на спинку дивана. Сделав несколько глубоких вдохов, она начала свой рассказ: — Мы проводили замечательные каникулы, — заикаясь, сказала Алиса. — Мы были у миссис Лонгботтом, провели Рождество и уже собирались поехать на остаток каникул к его кузену Элджи… но за ужином, когда его мама в очередной раз говорила о том, что у меня слишком узкие бёдра, а значит, я не смогу нормально родить… Фрэнк прервал её, увёл меня в сад и встал на одно колено. И… и… попросил меня стать его женой… Алиса закусила губу и изо всех сил зажмурилась. Лили поспешила сжать её ладошку своей, чтобы хоть как-то сдержать этот новый поток отчаяния, который подступал к горлу бедной Мёрфи. — И всё равно, — подняв брови, сказала Лили. — Я не вижу здесь ничего плохого. Ну, если не считать того, что его мама обсуждает размеры твоих бёдер за столом… — Не видишь?! — выкрикнула Алиса и посмотрела Лили прямо в глаза. — Эванс, ты и не увидишь никогда! Это надо почувствовать, понимаешь! Я представляла этот момент в своей голове миллионы раз! Я точно знала, что отвечу «да», даже если бы он сделал мне предложение в Визжащей хижине! Ты даже не представляешь, как сильно я хотела этого. И когда ЭТО произошло, я… я испугалась… Девушки смотрели друг на друга в упор. Алиса пыталась дождаться от Лили хоть чего-то, но не получила даже резкого слова в свой адрес. Поэтому девушка продолжила: — На днях я снова прочитала в газете о нескольких погибших. Кругом столько ужаса и кошмара! А мне делают предложение… Это что-то совершенно не из той оперы. Мы должны будем стать настоящей семьёй. И может, когда-нибудь мои узкие бёдра позволили бы мне родить ребёнка, — Алиса всхлипнула. — Но я боюсь… теперь я боюсь этого, Лили. — Ты боишься, что всё это могут разрушить? — так же тихо спросила Лили. — Больше всего на свете. Я люблю Фрэнка. Люблю всем сердцем… но… — Алиса, — Лили положила свою ладошку ей на щёку и повернула к себе. — Они не властны над тем, что мы чувствуем. И это самое главное. Эти люди никогда не поймут, что такое любить по-настоящему. А ты, Алиса… ты одна из тех, кто понимает это лучше всех на планете, — Лили ласково улыбнулась, открывая свои объятья для подруги. Взъерошенная Мёрфи с радостью отдалась этим тёплым рукам. — И ты не должна бояться. Если есть что-то, что спасёт нас, то этим обязательно будет любовь. — А вот и чай, — сказал Джеймс, входя с подносом. — Спасибо, — улыбнулась Лили, выпуская Мёрфи из своих рук. Джеймс сел напротив девушек и пристально посмотрел на Алису. Она подняла на него глаза и шмыгнула носом. — Ты ведь подслушивал, да? — тихо спросила она. — Я старался этого не делать, — честно ответил Джеймс. — Но сама понимаешь… Алиса усмехнулась и взяла в руки новую чашку ароматного чая. — Я должна вернуться, — сказала она, сделав глоток. — Ведь так? — Ты ещё спрашиваешь! — всплеснул руками Джеймс. — Ты должна бежать к бедному Лонгботтому, валяться у него в ногах и… и подарить ему кольцо! Серьёзно, Мёрфи! Что за глупости? Вы уже давно женаты! Девушки усмехнулись и переглянулись. На бледных щёчках Алисы появились такие любимые всеми ямочки и лёгкий румянец. — Только всё завтра, — выпалила Лили, спускаясь с небес на землю. — Сегодня уже поздно! Я никуда тебя не пущу. — Лили, я бы трансгрессировала… — Никаких возражений, Алиса, — твёрдо сказала хозяйка. — Джеймс сможет переночевать и в гостиной. Да, Джеймс? Парень поднял бровь. Его очки съехали к кончику носа от возмущения. У Алисы был такой вид, словно она хотела провалиться на месте. — Алиса, когда-нибудь я с тебя спрошу за это, — предупредил Джеймс. — Спасибо, ребята, — выдохнула Мёрфи. — Я даже не знаю, как вас благодарить. — Фрэнк потом отблагодарит, — сказала Лили. — На вашей свадьбе.

***

Утром мистер и миссис Эванс удивились, увидев в своём доме ещё одного гостя, но искренне обрадовались Алисе. Они всегда считали её замечательной девочкой и прилежной ученицей. Кейтлин не упустила шанса одарить девушку разными вкусностями в ярко-красном носке. Ребята дружно вспомнили про Марлин, которая бы сейчас тоже была в восторге от такого подарка. — Интересно, как она там сразу с двумя Блэками? — усмехнулась Алиса, размешивая сахар в своём кофе. — Надеюсь, что всё хорошо, — сказала Лили. — Я тоже на это надеюсь. Иначе сегодня ночью придётся ждать ещё гостей, — усмехнулся Джеймс. Лили легонько ударила своего парня в плечо. — Ещё раз прости, Джеймс, — закатив глаза, сказала Алиса. — Допью кофе и уйду! — Как у тебя всё просто, Мёрфи… Девушка показала ему язык и стянула из вазочки печенье. — Думаете, он меня простит? — в её глазах снова блеснули слезинки. — Я такая идиотка… — Он же любит тебя! Куда он денется? — сказала Лили, вставая из-за кухонного стола и направляясь к раковине. Она поставила грязную чашку, достала из кармана палочку и два раза стукнула по крану. Вода тут же полилась из него, губка взлетела со своего места и начала начищать скопившуюся посуду. — Я в это верю. Нужно же было быть такой дурой, чтобы сразу не сказать ему «да»! — С кем не бывает, — ответил Джеймс. — Хотя я уверен, что с Лили так не будет. Рыжая подняла на него свой взгляд. Джеймс только подмигнул ей и отпил из чашки. Алиса прикусила губу и взмахом волшебной палочки отправила и свою кружку в раковину. — О, Боже! — воскликнула миссис Эванс, хватаясь за сердце. — Мам, прости, я думала, ты не увидишь, — виновато сказала Лили. — Ничего, — пробормотала женщина, глядя на чудеса в раковине. — Так даже лучше. Наверное… Обойдя раковину стороной, миссис Эванс подошла к холодильнику и достала оттуда кусок праздничного пирога. — Это тоже тебе, — улыбнулась она, протягивая очередное угощение Алисе. — Если твой мальчик будет злиться, просто накорми его этим, и он сразу же всё забудет. Я тебе обещаю. — Спасибо, миссис Эванс, — поблагодарила Алиса и снова раскраснелась. — Надеюсь, что так оно и будет. — О, не сомневайся! Если бы ты знала, сколько всего я выпросила у Джеффа, накормив его этим пирогом. Кстати, Лили — результат ужина в 1959 году. Джеймс прыснул, и кофе чуть было не пошёл у него из носа. Он сжал ладонью рот, чтобы не засмеяться. — Мама! — Лили, вы уже не маленькие, — сказала женщина. — И мне же хочется выглядеть классной мамой перед твоими друзьями. Щёки Лили покраснели, а Алиса и Джеймс тихо посмеивались. — Миссис Эванс, вам даже напрягаться не нужно, — улыбнулся Джеймс. Закончив завтрак, ребята проводили Алису до конца улицы, где она смогла бы спокойно трансгрессировать. Мёрфи ещё раз поблагодарила парочку, а Джеймс снова напомнил о том, что теперь она должна ему по гроб жизни. Алиса только усмехнулась, выдохнула и развернулась на каблуке, чтобы тут же исчезнуть в воздухе. — Как думаешь, у них всё будет в порядке? — спросила Лили, глядя на то место, где ещё пару секунд назад стояла её подруга. Джеймс поправил шарф, пытаясь защититься от морозного ветра. Он посмотрел в глаза Лили и улыбнулся. — А ты как думаешь? — сказал он. — Это же Алиса и Фрэнк. Фрэнк и Алиса. У них всё будет замечательно. — Я верю в это. Взявшись за руки, они снова побрели к дому по протоптанной дорожке. Джеймс аккуратно взмахивал палочкой, которая была спрятана у него в рукаве, и снег летел прямо на Лили. Когда девушка поняла, в чём дело, то толкнула Джеймса в сугроб. Смеясь так, словно где-то рядом вдруг началась капель, Лили побежала дальше от парня. — Лили! Я тебя догоню и… и… и поцелую! Рыжая развернулась к нему, идя спиной вперёд. Она широко раскинула руки, а яркие волосы прилипли к влажным губам. Девушка выглядела сейчас такой красивой и живой, что зима вокруг неё начинала таять. — Можно было подумать, что я испугаюсь! — громко крикнула она. Джеймс поднялся на ноги и ринулся за ней. Лили подпрыгнула на месте и понеслась ещё быстрее, умоляя скользкие сапоги быть к ней снисходительными. Но сильные руки крепко сжали её за талию, приподнимая в воздухе. Берет съехал ей на глаза, но девушке было уже всё равно. Когда её ноги коснулись земли, Джеймс бережно поправил берет и чмокнул её в щёку. — И в чём наказание? — спросила Лили, приподняв бровь. — В том, что не в губы, — подмигнул Джеймс. — Каков палач! — с наигранной драмой в голосе крикнула Лили. Они смеялись, но вдруг смех оборвался, когда Лили увидела у подъездной дорожки синий Форд, начищенный до блеска. — Я даже не сомневалась, — вздохнула Лили. — Не думал, что они вернутся с концерта так рано, — нахмурился Джеймс. В доме уже шли оживлённые разговоры. Миссис Эванс и Петуния пили чай в гостиной, а мистер Эванс и Вернон что-то живо обсуждали. — Привет тем, кого не видела, — улыбнулась Лили, снимая своё пальто. Петуния натянула улыбку в знак приветствия. — Джеймс! — воскликнул мистер Эванс. — Ты вовремя! Не раздевайся! Поттер нахмурился и посмотрел на Лили, но она только пожала плечами, недоумевая так же, как и он. Лицо Вернона начало краснеть. — Я думал, что мы с вами… — Ох, приятель, прекрати! — усмехнулся мистер Эванс и хлопнул его по спине. Лили показалось, что от возмущения даже усы Вернона зашевелились. — Втроём будет веселее! Джеймс, идём пробовать твои удочки. Здесь недалеко есть озеро. Раньше там на коньках катались, а в прошлом году кто-то чуть не провалился, поэтому теперь туда никто носа не суёт. Но мы сунем! — с задором сказал мужчина, доставая свой подарок из комода. Джеймс посмотрел на Лили. Она снова пожала плечами. — Если Вернон хотел, чтобы вы с ним пообщались наедине, то… — Джеймс, только не говори, что не умеешь удить рыбу! Как и любого игрока, эти слова задели Джеймса за живое. Он взглянул на Вернона, который уже пытался съесть собственную растительность над губой, и выпрямил плечи. — В прошлом году я помог отцу поймать огромного налима. Думаю, и вам пригожусь! — Вот и славно! — мистер Эванс добродушно засмеялся, обул сапоги и накинул на плечи старую куртку с заплатками на локтях. Лили чмокнула Джеймса в щёку и шепнула: — Наверное, здесь нам никогда не удастся побыть вдвоём… — Это точно. — Вперёд! Мистер Эванс взял подмышку удочки и вышел первым, Вернон и Джеймс последовали за ним. Лили ещё раз помахала им и закрыла дверь. — Милая, выпей с нами чайку, — крикнула миссис Эванс. Девушка села напротив Петунии и взяла свою чашку. Сегодня старшая сестра выглядела великолепно. Волосы были красиво собраны на затылке, платье необыкновенного синего цвета и коротенькие перчатки из белой сетки, поверх которых было надето колечко, подаренное Верноном. — Как концерт? — спросила Лили. — Великолепно. Спасибо вам, — чуть сморщив нос, сказала Тунья. — Только вот места были далековато от сцены. Лили не стала отвечать. Петуния была из тех, кто и соринку в чужом глазу разглядит, но в своём и бревна не увидит. — Кстати, ручка тоже прекрасно пишет, — заметила Лили, хотя даже не пробовала черкануть ей по бумаге. — Лили, лучше расскажи сестре, как вы провели Рождество, — вмешалась Кейтлин, чувствуя, что обстановка снова начала накаляться. — У Джеймса отличные родители. Они хотели бы и с вами познакомиться, — Лили широко улыбнулась. — Миссис Поттер — просто чудо. Я ещё никогда не видела таких замечательных волшебниц. Она даже научила меня нескольким бытовым заклинаниям… — Его родители оба такие же, как и вы? — Волшебники, Петуния, — строго сказала мать. — Называй их так и никак иначе. Тунья закатила глаза и поставила чашку на столик. — Да, — сухо ответила Лили. — Они оба чистокровные волшебники. Произошли от древнего рода… — Я не хочу об этом слушать, — вдруг сказала Петуния. Маленькие глаза девушки блеснули злобой и ревностью. — Туни, Лили просто хочет поделиться с нами… — Может, дадим слово ей, мам, — сказала Лили, глядя на старшую сестру в упор. — Пусть расскажет о том, как они с Верноном чудесно покатались на машине, погуляли по парку, сходили на концерт, поели в кафе, сделали все свои обычные дела и улеглись спать. Это же так интересно! Так волшебно! — Лили… — А потом пусть расскажет о том, какую ВОЛШЕБНУЮ свадьбу они собрались сыграть! — голос Лили становился холодным, словно металл. — Без всяких уродств, заклинаний и ужасов. Петуния коротко взглянула в глаза Лили и поднялась на ноги. Она резко развернулась и ушла в сторону кухни. Проводив её взглядом, Лили почувствовала, как внутри всё съёжилось от отвращения. Отвращения к самой себе. Она виновато посмотрела на мать, глаза которой уже были полны слёз, и отставила свой чай. — Прости, мам… — Как же вы можете?.. — без сил сказала миссис Эванс, позволяя слезам катиться из глаз. — Вы же сёстры… Эти слова новыми ножами врезались в сердце Лили. — Я всё исправлю, — твёрдо сказала она и отправилась вслед за Петунией. Девушка стояла, вцепившись руками в края раковины. Её перчатки и кольцо лежали на столе. Голова Туньи была опущена, а с кончика носа на блестящий кран упала слеза. — Туни, прости, — выдыхая, сказала Лили. — Я не хотела, чтобы ты плакала… — Только и всего, Лили? — спросила она, поворачиваясь. — Ты не хотела, чтобы я плакала. Чего ты ещё не хотела? Чтобы я чувствовала себя особенной? Язык Лили прилип к нёбу, словно к ней применили заклинание. Во все глаза она смотрела на свою сестру. Такую настоящую, со всеми её слабостями. — Каждый раз, когда я стараюсь быть хоть немного лучше тебя, ты снова начинаешь говорить про эти свои фокусы! — с силой выдавила из себя Петуния. — Кто самая красивая? Лили! Кто самая талантливая? Лили! Кто родился с магическими способностями? Лили! Кого взяли в Хогвартс? Лили! Вечно в твоей тени! В тени твоей магии! И даже сейчас, когда я стараюсь быть хоть немного особенной, ты снова всё портишь! Везде ты! Я считаю дни, когда ты со своим Поттером свалишь отсюда, и я снова смогу быть здесь, как дома! А не бесплатным приложением к этой семье! Девушка в отчаянии махнула рукой, сталкивая со стола вазочку с кексами. Лили вздрогнула и зажмурилась. Когда она открыла глаза, то больше не могла сдержать слёз. — Туни, прости… — Какая теперь уже разница, Лили? — Петуния продолжала гореть от злости. — Всё снова пошло наперекосяк! — Если хочешь, меня не будет на твоей свадьбе, — давясь слезами, сказала Лили. — Прошу, прекрати плакать! — Иначе что?! Великодушная Лиличка не любит, когда кто-то льёт слёзы по её вине? Неприятно, правда?! — Туни, не надо!.. — Смотри на эти слёзы и попытайся найти для себя оправдание, уродка! Лили хотелось заткнуть уши, никогда больше не слышать этих слов, этих всхлипов… Что-то внутри щёлкнуло. Наступая на разломанные кексы, Лили бросилась к сестре и крепко обняла её. Петуния разразилась новыми рыданиями. Её мокрое лицо уткнулось Лили в плечо. — Ты самая особенная! Самая-самая! Ты всегда будешь для меня моей самой любимой! Я сделаю для тебя всё что угодно, только не плачь. Больше никогда не плачь из-за меня!.. Издав последний громкий всхлип, Петуния сомкнула свои руки на спине младшей. — Особенная, особенная, — нашептывала Лили, целуя сестру в щёки. — А я самая обычная… самая обычная никчёмная сестра… Петуния нашла в себе силы и помотала головой. — Нет… Лили ещё крепче сжала её. Внутри всё шло ходуном. Мысли путались. Она не могла поверить, что сейчас обнимает Петунию вот так. Словно не было семи лет безумия и вражды между ними. Словно они снова оказались в детстве, когда объятья были такими тёплыми, такими любящими… Миссис Эванс стояла на пороге кухни, держась обеими руками за сердце. Оно болело за дочерей так, как может болеть только сердце матери.

***

— И тогда я ему говорю, что оставил зажим в нём, когда зашивал его после операции. Икота у Фриджеса прошла сразу, и думаю, что на всю жизнь! Джеймс громко засмеялся, чуть не выронив свою удочку. Вернон проухал несколько смешков и снова уставился на свою лунку. — И часто вы так шутите, мистер Эванс? — спросил Джеймс. — Только тогда, когда пациенты слишком сильно переживают об исходе операции. Помогает разрядить обстановку! Некоторые из них просто несносны! Особенно те, у кого слишком много денег! — Это везде так, — вздохнул Джеймс. — Рад, что некоторые вещи никогда не меняются. Вернон пропустил эти слова мимо ушей. — Однажды у меня была пациентка, которая неправильно пользовалась ингалятором. Пшикала его себе на шею, словно одеколон! Джеймс снова залился хохотом. — Поверить не могу! — Бывает и хуже. Хорошо, что я не сижу на дежурствах слишком часто. Иначе таких историй было бы больше. Вернон, как дела? Акула ещё не клюнула? — Пока нет, сэр, — отчеканил Дурсль таким тоном, словно вот-вот та самая акула должна схватить его наживку. — Может, вы смогли бы помочь моему отцу… — вдруг сказал Джеймс. — А что с ним? — Мне ничего особо не говорят, но я знаю, что он уже давно хворает. Сами понимаете, там, откуда я родом, о спокойной жизни приходится только мечтать. Его вечно вызывают на работу, отдохнуть толком не удается. Он уже несколько лет грозится уйти на пенсию, но каждый год говорит, что есть ещё порох и запал. — Ему стоит позавидовать! — улыбнулся мистер Эванс. — Не переживай, всё будет хорошо. Думаю, что с вашей медициной скоро он снова будет скакать, как молодой. Джеймс улыбнулся. Слова мистера Эванса успокоили. Ещё спокойнее стало от того, что Вернон совершенно не следил за их разговором, уткнувшись взглядом в дырку во льду. Удочка мистера Эванса дёрнулась уже в третий раз за несколько минут, и он решил достать очередную рыбёшку. Сняв её с крючка, Джеффри кинул рыбу в корзину к остальным семи, которые они поймали вместе с Джеймсом. — Схожу за чаем к машине, — сказал Вернон, вздыхая. Его удочка оставалась неподвижной. — А если клюнет? — возмутился Джеймс. — Сомневаюсь, — пробурчал в усы Дурсль и поднялся на ноги. — Ты полегче с ним, — сказал мистер Эванс, когда Вернон семенил уже далеко от их места. — Он старается мне понравиться, если что. И он довольно неплохой… — Я знаю, — усмехнулся Джеймс. — Уж больно он потешный. Смех мужчин прервал громкий хруст льда. — ПОМОГИТЕ! Мистер Эванс и Джеймс рванули с мест, бросив удочки. Лёд под Верноном ломался, словно плитка шоколада. — Вернон, не двигайся! — скомандовал мистер Эванс. — Сейчас мы тебя достанем! Одежда Вернона стала тяжёлой из-за воды. Он продолжал барахтаться, только больше всё усложняя. Взяв его под руки, Джеймс и Джефф тянули изо всех сил, рискуя так же провалиться, но ничего не выходило. Лёд продолжал ломаться, затягивая всю троицу в пучины ледяной воды. — Отойдите! — выкрикнул Джеймс в ухо мистера Эванса. Тот сразу же попятился назад, слушая приказ Поттера. Палочка Джеймса выскользнула из рукава, и Джеймс крикнул: — Левикорпус! Огромное тело Вернона взлетело вверх на несколько футов. Джеймс взмахнул палочкой, направляя Дурсля подальше от большой дыры во льду, и тот с грохотом повалился в снег. Мистер Эванс уже мчался к пострадавшему, который ревел, как раненое животное, хватая губами воздух. — Ты в порядке, парень? — спросил он, переворачивая Вернона на бок. Кашляя, Дурсль закивал головой. Джеймс уже стоял за спиной мистера Эванса, вытирая с лица капли ледяной воды. Палочка была надёжно спрятана в карман. На лице всё ещё было отпечатано недоумение. — Что это было? — спросил Вернон, отдышавшись. Джеймс сдёрнул очки с носа и зверем посмотрел на Вернона. — Я чемпион по метанию ядер в своей школе!!! — завопил Джеймс, наклоняясь ближе к лицу пострадавшего. — Мать твою дери…