Safe and Sound

Лили чуть приоткрыла глаза, чувствуя, как поцелуи нежно обжигают кожу её голого плеча. Она не шевелилась, боясь спугнуть этот момент, перестать чувствовать бесценную ласку Джеймса. Он так нежно касался её, не думая о том, что может разбудить. Ведь он ещё не знает, что она не спит, но определённо чувствует, как сердце стало биться чаще. Делает это не для кого-то, не перед кем-то, а только для себя, только для них двоих. Джеймс нежно обнял её за талию и притянул к своему животу, зарываясь носом в рыжие волосы. — Доброе утро, Джеймс, — пропела девушка, складывая тонкие ручки на подушку. Парень усмехнулся и поцеловал её за ухом. — И давно ты не спишь? — И давно ты пытаешься меня разбудить? — Довольно долго, — усмехнулся он. Лили тихо засмеялась. Она оглядела пустую комнату мальчиков и улыбнулась. Рем, Питер и Сириус провели сегодняшнюю ночь в Хижине. Очередное полнолуние перед заключительным экзаменом по Трансфигурации. Джеймс тоже был с ними. Он не мог пропустить последнее обращение Римуса в стенах Хогвартса. Рем выпил зелье, вся четвёрка пробежалась по лесу и улеглась в своих животных обличиях в Хижине. Лили же верно ждала Джеймса в его спальне, зная, что он должен вернуться раньше остальных. Пришлось постараться, чтобы отправить Марлин спать. Она не понимала, почему Сириус опять куда-то отправился посреди ночи вместе с друзьями. Она даже пробовала обидеться, но Лили вовремя отвлекла её, сохранив хрупкие чувства подруги. И сейчас было так хорошо, когда всё было спокойно. Лежать в объятьях любимого. — Что ты делаешь? — засмеялась Лили, когда Джеймс поднял их одеяло, разглядывая её обнаженную фигурку. — Делаю фото на память, — сказал он, опуская одеяло. — Я стараюсь выжать из Хогвартса всё самое лучшее в эти последние дни. — Ты же в курсе, что это, — она провела ладонью вдоль своего тела. — Никуда от тебя не денется? — В курсе, — кивнул Джеймс. — Просто когда я ещё увижу тебя под хогвартскими простынями? На кровати, в которой я семь лет подряд видел свои прекрасные сны? Лили засмеялась, зарываясь головой в подушки. — Боже, какой ты романтик! Они смеялись, целовались, наслаждаясь каждым моментом. Прервал их только Римус, который слишком неожиданно вошёл в спальню. — О, Мерлин! — выпалил он, тут же закрывая глаза ладонью. — Простите, я не знал, что вы ещё тут. Уже обед! — Обед?! — спохватилась Лили, поднимаясь на кровати, удерживая одеяло на груди. — Я думала, что ещё утро! — Оно и заметно, — пробурчал Рем, отворачиваясь, пока Лили спрыгивала на пол, одеваясь. — Ну почему я не делю комнату с воспитанными людьми, которые стучатся перед тем, как войти? — спросил Джеймс у самого себя, уставившись в потолок. — Ты тоже вставай! — Лили стукнула парня джинсами. — Сегодня должна быть почта. — Это твоя сестра. И почта твоя. — А ты — мой парень! — Поэтому ты мне всё расскажешь потом. Мне надо разобраться с Лунатиком и отругать его за такое дерзкое поведение. Рем вздохнул. — Можешь повернуться, — сказала Лили, застегивая ширинку. Она взяла свою обувь в руки и пронеслась мимо Римуса, успев чмокнуть его в щёку. Уже на лестнице Эванс натянула обувь и вбежала в гостиную совершенно взъерошенная и растерянная. — А вот и наша соня, — подмигнула Марлин. — Как спалось? — Чудно, — пытаясь перевести дыхание, выдавила Лили. — Мне приходила почта за обедом? МакКиннон достала из сумки небольшую стопку бумаг и конвертов, но не спешила протягивать её Лили. — Куда делась моя правильная Эванс? Неужели она стала превращаться в разгильдяйку Поттер? — Марлин, если ты сейчас не отдашь мне мою почту, я договорюсь с домовиками на кухне, и они до конца экзаменов будут кормить тебя одной овсянкой! МакКиннон только весело повела бровью, показывая, что не боится подруги. — Без сахара, — пригрозила Лили. — И будь уверена, я не шучу! Блондинка закатила глаза и протянула Лили бумаги. — Не то… не то… — бурчала Лили, перебирая письма и открытки. — Вот оно! Марлин заёрзала на стуле. Лили села рядом с ней, и МакКиннон не упустила шанс посмотреть на долгожданное письмо. — От твоей сестры? — она подняла брови. — С каких это пор Петуния стала писать тебе письма? Но Лили не ответила. Она только улыбалась, держа в руках этот ценный конверт. Подцепив ноготком край, Лили достала приглашение на свадьбу, украшенное красивыми серебряными узорами и голубками. «Петуния и Вернон приглашают на свою свадьбу Лили Эванс и Джеймса Поттера. Церемония состоится в Церкви Святой Марии, 13 июля в 17.00». — Поверить не могу, — счастливо объявила Лили. — Представляешь, они перенесли свадьбу из-за меня! Чтобы я могла попасть на неё вместе с Джеймсом! Марлин закатила глаза. Лили повернулась к ней и немного успокоилась. Конечно, для многих её радость должна была показаться странной. Лили точно знала, что для Марлин это настоящее безумие — радоваться приглашению на свадьбу сестры. Ведь её кузины и кузены обязательно позовут, обязательно сверятся с расписанием и не примут отказа. — Это выглядит жутко убого, — сказала Лили, но так и не смогла убрать улыбку с лица. — Но у меня такая сестра. Она до сих пор на меня в обиде за письмо из Хогвартса. — Сколько уже можно? Такие глупые, детские обиды, — Марлин дёрнулась и фыркнула. — Интересно, как бы она себя вела, если бы получила письмо? Уверена, что вообще бы забыла, как тебя зовут. — Не надо так о ней. Она исправляется! Думаю, что это первый шаг на пути к полному перемирию! Марлин покачала головой. — Великий Мерлин… Лили, сколько же в тебе этого неистребимого оптимизма! Хоть на ярмарке продавай! Эванс улыбнулась и подпрыгнула на стуле, уже собираясь обрадовать своего парня, но её тут же остановила Алиса, опуская свои ладошки на плечи подруг. — Какие молодцы, что вы здесь, — с улыбкой сказала она, чуть наклоняясь к ним. — А где ваши кавалеры? — Наверху спит… — Понятия не имею, — буркнула Марлин. — Ладно, сами им передадите! — с широкой улыбкой, красуясь милыми ямочками на щеках, Алиса протянула девушкам по конверту. — Вот это мне нравится гораздо больше! Сердце Лили затрепетало. Дрожащими руками она достала из конверта приглашение и с облегчением выдохнула, увидев дату. — Двадцать шестое июля! — возмутилась Марлин. — Так поздно? Я думала, мы сразу после Выпускного рванём куда-нибудь в уютное местечко и поженим наших голубков! — Раньше не получилось, — пожала плечами Алиса. — Пришлось перенести. Мои родители должны вернуться с задания в это время. Да и миссис Долгопупс это пойдет на пользу. Ей нужно ещё немного времени, чтобы смириться с тем, что я буду женой её Фрэнки. Девушки засмеялись. — А это что? — спросила Алиса, кивая в сторону конверта Петунии. — Это приглашение на свадьбу сестры, — ответила Лили, хватая письмо, словно кто-то мог его забрать. — Её свадьба будет почти на две недели раньше. — Вот и славно, — выдохнула Алиса. — Поверить не могу, что завтра последний экзамен и… — СВОБОДА! — прокричала Марлин, вскидывая руки вверх. Улыбка на лице блондинки была заразительной и тёплой, словно летнее солнце. — А я уже не хочу расставаться со школой, — покачала головой Лили. — Я буду скучать по нашей гостиной. Девушки огляделись вокруг. Гриффиндорцы готовились к экзаменам, кто-то уже начинал собирать вещи, кто-то болтал без остановки, чтобы успеть наговориться перед такой долгой разлукой. — А я всё ещё обдумываю план, как запихнуть в чемодан одного из хогвартских домовиков, — задумчиво сказала Марлин, снова заставляя подруг смеяться. Они ещё недолго придавались воспоминаниям, а потом Лили достала пергамент, чтобы написать ответ Петунии. Несколько раз поблагодарив её за приглашение, она пообещала, что обязательно будет и поможет с подготовкой. Она оставила подруг и решила подняться в совятню, где должен был ждать Биглз. Девушка быстро добралась до нужной башни и стала аккуратно подниматься по крутой лестнице, пытаясь не наступить на совиный помёт. — О, Лили! Эванс вздрогнула и подняла голову. Перед ней стояла Джессика Глори. Она всё ещё была в школьной форме. — Привет! — растерянно выдавила Лили. — Не ожидала тебя здесь увидеть. — Сдала последний экзамен сегодня, отправляла письмо родителям, — второкурсница и сама казалась растерянной. — Поздравляю! И как успехи? — Оу, всё отлично, — закивала Джесс. Лили подошла к Биглзу и протянула ему письмо. Тот с энтузиазмом взялся за задание и тут же вылетел из совятни. Лили смотрела ему вслед, радуясь, что совсем скоро Туни получит её письмо. — Я хотела тебя спросить… Лили снова вздрогнула. — Прости, я думала, что ты уже ушла, — она сдавленно усмехнулась. — Спрашивай! Джесс замялась и наморщилась нос. — Нет, пожалуй, это глупо. Я пойду… — Говори, Джесс, — Лили старалась говорить расслабленно, чтобы и Джессика отпустила напряжение. — Я никому не скажу, если это для тебя важно. Девочка вздохнула, убирая свои медовые волосы за спину. — Просто… это глупо. И я не могу обратиться к кому-то другому… Ты помогала мне с самого первого дня в Хогвартсе… — Вот видишь. Значит, я заслуживаю немного доверия, — Лили улыбнулась. Глори подошла ближе к Эванс, и они обе встали у проёма в стене, откуда совы могли спокойно вылетать. Они же вглядывались в облака. — Мне нравится один мальчик. Он старше меня, но он мне… очень нравится. — И в чём проблема? На каком он курсе? — На пятом, — промямлила Джесс. Лили вздёрнула брови, но осталась безмолвна. — Сначала я ничего к нему не испытывала… даже открыто недолюбливала, но потом мы стали больше видеться, тренировались вместе… летали на мётлах… — То есть, он играет в квиддич? Этот парень из нашей команды? — Нет, — отрезала Джесс. — Не из нашей. С другого факультета. Лили почувствовала, как пальцы холодеют. — Когда мы с ним тренируемся вдвоём, он совсем другой! — чуть громче и более разборчиво начала Джессика. — Он добрый, отзывчивый, но только когда мы наедине, на поле. А всё остальное время он делает вид, что мы с ним даже не знакомы! — Только не говори мне, что ты говоришь о… — Регулусе, — опустив голову, словно стыдясь этого, сказала Джессика. — Это ведь совсем неправильно? Только не говори Джеймсу, иначе он выгонит меня из команды! — Джеймс больше не имеет права выгнать тебя из команды, — смятённо произнесла Лили. — Ах, точно, — Джесс схватилась за голову. — Просто… Рег, правда, очень нравится мне. Очень-очень. Эванс опустила свою ладонь ей на плечо и тяжело вздохнула, прежде чем сказать свой вердикт. — Я понимаю, что сердцу не прикажешь, но… милая, ты должна прекратить это общение. Джессика вздрогнула. На её лице на мгновение мелькнула злость, но она тут же подавила её, спокойно спросив: — Почему ты так думаешь? — Просто я видела, с какими людьми общается Регулус, что они могут сделать и… я хочу тебе добра… — Но… он ведь совсем другой. Его никто не знает настолько, как знаю я… — Так может показаться, — Лили почувствовала сладкий ком в горле. — Ты думаешь, что знаешь человека лучше, чем он сам себя. Ты видишь, какой он на самом деле: добрый, хороший, милый, заботливый… Но однажды всё посыпется прахом, когда он покажет свою настоящую сущность. А Регулус… даже не старается её скрывать. — Но, Лили… — Джессика, просто подумай, — слёзы подступали к горлу. — Я не хочу, чтобы тебе было больно. И если мне нужно будет говорить гадости про Блэка, я расскажу тебе всё, что знаю, всё, что мне рассказал Сириус… этот человек не для тебя. Джессика поймала слезинку у себя на щеке, смахнув её тыльной стороной ладони. — Значит… значит, мне лучше держаться от него подальше? — Ради своего же блага. — Но я не знаю, как… Я думала, что ты скажешь совсем другое… — девочка всхлипнула. — Мне бы хотелось. Ты ещё такая юная… И такая красивая. Даже Марлин говорила об этом, — Лили сделала усилие и усмехнулась. — Сказала, что после её ухода, именно ты будешь новой первой красавицей Хогвартса. Джессика сдавленно усмехнулась и уткнулась носом в плечо Лили. — Я буду скучать, когда следующей осенью ты сюда не вернешься… — Я тоже буду скучать, — шепнула Лили и крепко обняла свою маленькую подругу.

***

Марлин спустилась в библиотеку, чтобы взять у мадам Пинс ещё одну книгу по Трансфигурации. Почему-то этого предмета девушка боялась больше всего. Да и тревожные мысли о провале с лёгкостью вытесняли неприятные мысли о Сириусе. Она уже успела повидать Джеймса и Рема, а вот Блэк так и не появлялся уже весь день. Успокаивала только мысль о том, что с тех пор, как Сметвик приняла последний экзамен, её не было в школе уже несколько дней. Значит, сейчас он тоже где-то готовился, а не пропадал у неё в кабинете. — Можно мне что-нибудь по Трансфигурации за шестой курс? Мадам Пинс смерила Марлин ядовитым взглядом и фыркнула. — Вы уже перебрали все книги. Больше нет, — отрезала библиотекарь. — Но я точно знаю, что ещё не читала «Трансфигурацию мелких предметов в большие» Найджелуса Гринеманна. — Сейчас этих книг нет. Не у одной Вас завтра экзамен по Трансфигурации, — пискнула женщина. Марлин отвернулась от неё на каблуках и начала кривляться, пародируя выражение лица мадам Пинс. МакКиннон стала быстро идти между рядов, стараясь поскорее выйти из библиотеки, пока не наткнулась на знакомую фигуру. Улыбнувшись, девушка стала медленно красться и ущипнула за бока свою жертву. — Ай! — слишком громко для библиотеки крикнул Питер. — Марлин! Ты меня напугала! Блондинка весело засмеялась и ещё раз ущипнула Петтигрю за бока. — А что ты тут делаешь, Хвостик? — она кивнула на скомканный листок у него в руках. — Любовные послания? Опять от Эмили? — Нет… да… Что-то вроде того, — сдавленно ответил он и спрятал бумагу в карман, снова скомкав. — А ты что здесь людей пугаешь? — Пришла за учебником, а его не оказалось. А ты уже всю Трансфигурацию выучил? Питер усмехнулся. Марлин знала, что Питеру нравилось разговаривать с ней. Так он чувствовал себя частью чего-то большего. В общем-то, как и всегда, когда кто-то обращал на него внимание. — А ты не видел Сириуса? Хвост покачал головой и чуть выпучил свои водянистые глазки. — А его ещё не было? — Нет, — Марлин нахмурилась. — Где вы пропадали этой ночью? — Эм… — Питер замялся. — У меня дела… Марлин подняла светлые брови и сильно сжала пальцы на плече Питера. — Ай! — Говори, куда вы вечно таскаетесь и никому не рассказываете! — Марлин, это же библиотека, — попытался вывернуться Петтигрю. — Давай не здесь? Лучше найдём Сириуса и… — Прекратите мне не договаривать! — за мгновение вспылила девушка. — Делаете из меня какую-то дурочку! — Просто мы гуляли, провожали последний спокойный школьный день… ну, ты же понимаешь, что мы такие хулиганы и всё такое… МакКиннон так грозно посмотрела на Питера, что ему пришлось даже зажмуриться. — А! Вот и Сириус! Сириус! Мы здесь! Блэк со своей обворожительной улыбкой откинул прядь черных волос с лица и подошёл ближе к Марлин. — А вот и мое солнышко! Я тебя везде ищу. Он нагнулся, чтобы поцеловать её, но Марлин резко отвернулась, выпуская плечо Питера. Хвост облегчённо вздохнул и схватился за больное место. Он тут же поймал на себе озадаченный взгляд Бродяги, но ничего не мог ему объяснить. — Я, наверное, пойду, — быстро сказал он и умчался к выходу. Сириус попробовал взять Марлин за руку, но она снова дёрнулась, не давая ему прикоснуться к себе. — Что это за дела? — всё ещё шутливо спросил Сириус. — Почему моя принцесса воротит от меня свой прекрасный носик? — Может, потому что принц бросил её? Не думаешь? Сириус вздохнул и с силой прижал девушку к себе, хотя та и больно ударила его кулачком в грудь. — Пусти меня! Думаешь, что такой классный, и я тебе всё тут же прощу?! — А как иначе? — спокойно спросил он, ухмыляясь. — И не кричи так, мы в библиотеке, а не в лесу… — А мне всё равно! Так же, как и тебе на меня! Она снова ударила его, и хватка Сириуса ослабла. Он выпустил её из своих рук, но Марлин теперь была почему-то не рада этому. — Ты что несешь? — Ох, отстань от меня, Сириус, — буркнула девушка и попыталась уйти, но почувствовала на своём запястье пальцы Сириуса. — Не отстану. — Тогда куда ты пропал? — спросила она, поднимая голову и всматриваясь прямо в глаза Сириуса. — Почему Лили сегодня проснулась рядом с Джеймсом, а я одна? — На то были свои причины… — Какие же, позволь узнать?! — Такие, какие тебе знать не обязательно. Марлин выдернула руку из его оков. — Вот и поговорили, — холодно сказала она. — Если захочешь мне что-нибудь рассказать, я буду в гостиной… — Марлин! — Что?! — Я думал, что ты не задаёшь вопросов, на которые я не смогу тебе ответить. Что за истерики? Я люблю тебя! И думал, что ты меня тоже любишь! Марлин сдержала слёзы, проглотив ком в горле. — Я люблю тебя, Сириус. Всем сердцем люблю, больше жизни! Но ты мне больше не нравишься! Слёзы всё-таки потекли у неё из глаз. Сириус стоял поражённый, онемевший и сбитый с толку. Мадам Пинс быстро семенила на крик. — Прекратите кричать! Вон из библиотеки! Марлин воспользовалась случаем, чтобы убежать. Она выскочила в коридор и свернула совершенно в другом направлении от башни Гриффиндора. — Марлин! Марлин, постой! Но девушка и не думала останавливаться. Обида пульсировала в каждой клеточке её тела. Хотелось скорее оторваться от него, но сильные руки крепко сковали, обхватив со спины. — Сириус, не нужно!.. Он приподнял её над полом и резко поставил на ноги. Марлин даже испугалась, что он оттолкнет её в стену. — Посмотри на меня! Марлин не хотела поднимать глаз. — Посмотри! — Что?! — её голубые глаза были мокрыми от слёз и слегка безумными. — Что ты ещё хочешь от меня?! Хочешь, чтобы я снова побыла с тобой этой ночью? А потом убежишь и даже не скажешь мне, куда?! Это несправедливо, Сириус! Несправедливо! — Но я люблю тебя! — Этого мало, идиот! Она продолжала вырываться и бить его. Сириус крепко стоял на ногах, пытаясь уловить каждое её мелкое движение, каждый взмах головы, каждый полёт светлых волос… Его руки схватили её за шею, и Марлин испуганно сделала вдох, боясь, что это последний вдох в её жизни, и сейчас пальцы Сириуса сомкнутся на тонкой шее… но он этого не сделал. Он поцеловал так, как ещё никогда не целовал. Забирая с собой весь крик, который рвался изнутри, наполняя очередной порцией своей любви, которой всегда оказывалось мало. Марлин приоткрыла губы, не желая сопротивляться. Она давно вывесила белый флаг для Сириуса Блэка, и этот плен был слаще любой свободы. Они целовали друг друга, как сумасшедшие, пытаясь высказать в поцелуе всё, что осталось внутри. И это было больно. Это сводило с ума и не давало спокойно дышать, путая их вдохи и выдохи, сбивая с толка. И он, наконец, опустил свои плечи, выпуская её из своих рук, но она осталась на месте, оторвавшись от его губ. Марлин чуть наклонила голову, утыкаясь холодным кончиком носа в его шею. Тогда он снова наклонился и коснулся губ уже нежно, настолько, насколько позволяла его сущность. — Не забывай, что я люблю тебя. — Я всегда помню об этом, — прошептала Марлин. — Ещё я помню, что всегда буду любить тебя больше…