Mission... impossible?

4 месяца спустя… — Напомни-ка мне… — раздалось ворчание лидера из приоткрытой двери в ванну. — Какого хрена я вновь наряжаюсь в девчонку? Бобби ухмыльнулся, лёжа на кровати, и закинул руки за голову. — Потому что ты сам мне это пообещал, нет? Ханбин фыркнул, и Бобби ухмыльнулся повторно. На самом деле, неделю назад он буквально шантажом выбил это самое обещание из друга. — Признайся… — из-за двери показалась нога Ханбина, друг сексуально согнул её в коленке и обнял стенку, демонстрируя ему темное кружево на бедре, — …я в чулках — это твоя сексуальная фантазия или всё-таки желание отомстить? Бобби сглотнул, не в силах отвести взгляд. Может, и глупо, но он именно настолько успел изголодаться по Ханбину за эти месяцы… — Если я буду честным, ответив, что и то, и другое… какова вероятность, что ты психанёшь и не выйдешь из ванной? — О-о-чень высокая вероятность, Бобби-оппа, — глумливо отозвался Ханбин, убирая ногу из проёма. — Так что ты уж постарайся, милый. Бобби кашлянул, с недавнего времени у Ханбина иногда проскальзывало это слово. Милый. Но кажется, лидер не догадывался об истинном его определении, иначе бы из его уст оно не звучало как оскорбление. Следовало признать, однако, что в чём-то был виноват и сам Бобби. Он знал, как дружить с Ханбином, но понятия не имел, как с ним встречаться. И хотя всё поменялось так стремительно, Бобби не подозревал, что их ждут такие трудности в отношениях. Чёрт, да они же грёбаные ДаблБи (как прозвали их окружающие), настолько близкими и родными они были друг другу! Но лидер оказался той ещё подставой… Бобби вышел из душа и обнаружил, что Ханбин проснулся. — Ого! — воскликнул лидер. Бобби осмотрел себя. — Чего «ого»? Я уже одет. Друг, лежащий на кровати, лишь закатил глаза: — Давно хотел тебе сказать, твой юмор на троечку… Бобби не обиделся и, откинув полотенце, которым вытирал волосы, плюхнулся на кровать. — А что на пятёрочку? — спросил он, притягивая Ханбина к себе как можно теснее. Друг засмеялся. — Так высоко себя оцениваешь? Бобби зарылся лицом в его шею: — Не то чтобы высоко, я лишь сужу по тому, как громко ты стонал ночью... Ханбин не ответил, и тогда он принялся играться с его кадыком. То целуя, то слегка прикусывая. — Ох, — тихо выдохнул лидер. — Возможно, я бы оценил нашу первую ночь на шестёрочку… пхффф… Ханбин резко задохнулся, ласки Бобби стали более настойчивыми. — Восьмёрочку? — попытался он восстановить дыхание. Бобби улыбнулся и, опускаясь чуть ниже, лизнул его маленький сосок. — Девять, так уж и быть… — выгнулся Ханбин. — Какой ты щедрый, — довольно промурлыкал Бобби и, просунув руку под одеяло, погладил его плоский живот, после чего потянулся ниже… и был разочарован. Ханбин перехватил это движение. — Не сейчас, — вздохнул друг, даже не пытаясь скрыть своего сожаления по этому поводу. Бобби тут же встрепенулся. — Что случилось? — Ещё не знаю, но, надеюсь, что ничего серьёзного, — пробормотал Ханбин и принялся шарить руками по постели в поисках своего телефона. — У меня пятнадцать пропущенных звонков от Чжинхвана. — Ого! — присвистнул Бобби, теперь понимая, к чему было то недавнее восклицание лидера. — Нашёл, — друг извлёк свой мобильник из складок одеяла и сразу же набрал мини-хёна. — Давай на громкую, — Бобби подполз повыше к нему и устроился на подушке рядом. Ханбин сделал, как он просил, и теперь они вместе слушали длинные гудки. Мини-хён ответил после третьего. — Наконец-то, — облегчённо выдохнул старший на том конце. — В чём дело, Чжинхван? — серьёзно спросил Ханбин. — Что-то серьёзное? Сейчас почти девять утра, вы должны быть в общежитии у хёнов… — Да, мы заночевали у них, — ответил Чжинхван. — Или лучше сказать, продолжили праздновать? В общем, когда все отключились, я решил позвонить и рассказать… Бобби закатил глаза: — Ну же, малыш, не томи! Говори, что там стряслось! Но вместо мини-хёна в телефоне послышался недовольный голос Чжунэ: — Кого ты там «малышом» назвал? Бобби весело переглянулся с лидером. — Упс, походу мы у них тоже на громкой связи. Ханбин кивнул и обратился к ребятам: — Постой, хён, ты сказал «праздновать»? На вечеринке победил кто-то из своих? — Да, — коротко ответил Чжинхван, а затем они услышали дикий ржач Чжунэ, что было слегка не к месту. — Эй, посерьёзнее давай! — Не могу-у-у, — протянул Чжунэ, давясь смехом. — Потому что это нелепо всё! Ханбин нахмурился, а Бобби приложил колоссальные усилия, чтобы не лопнуть от любопытства. — Так кто победил? — сухо спросил лидер, которому, в отличие от Бобби, похоже, было пофиг. Чжинхван ответил через пару секунд: — Ты, Ханбин. В этом году ты стал первым. — ЧЕГО?! — воскликнули они одновременно. Ханбин от неожиданности выронил телефон, из которого всё ещё был слышен хохот Чжунэ и попытки Чжинхвана его заткнуть. Бобби поднял мобильник и приблизил к своим губам. — Что за фантастическая история, хён? Ханбин даже не был на вечеринке, как он умудрился победить? Ханбин завис, он просто сидел на кровати с отсутствующим выражением лица, как будто это всё вообще не касалось его. Бобби решил оставить его в покое, до тех пор, пока не выяснит все детали происходящего. — Никто не ожидал такого подвоха, — начал рассказывать Чжинхван. — Вечеринка в этом году была устроена с ещё большим размахом, чем прошлогодняя. Участников было море, так что кутили мы до пяти утра. Девушки отжигали на всю катушку. Бедный Чану столько разврата в жизни не видел, сидел, как помидорка, за нашим столиком. Парней кстати тоже много выступало, было с чего поугарать. Директор… как всегда, сама непроницаемость, за каждым участником наблюдал с лёгкой усмешкой. Но когда надо было объявить победителя, он вдруг сказал, что задание придумывал не он и победителя не ему определять. Представляешь?! Бобби сидел и тихо переваривал услышанное, а старший продолжил: — Помнишь, в прошлом году победил Топ, и нам ещё было любопытно, что же попросит у директора человек, у которого и так всё есть? Так вот, спустя год мы получили ответ. Топ захотел быть главным на этой вечеринке, хотя и тайно. Устроил всё, придумал задание… — Только вот разослал он всем лишь первую часть миссии, — фыркнул Чжунэ. — Главное наебалово века! Вы бы видели лица тех, кто выступал… умора! — Не слишком ли ты радуешься, а? — озорно спросил Чжинхван, но в его голосе слышалось обожание. Их мини-хён любил плохих мальчиков… Откашлявшись, старший вернулся к основному разговору: — В общем, да. Оказалось, что смысл задания заключался совсем в другом. Тут ожил Ханбин, спросив осторожно: — Какое же было задание на самом деле? — «Соблазни меня… своей командой», — процитировал Чжинхван. — А не друзьями? — переспросил Чжунэ. — Короче, одна фигня, какой-то философский замут. Но, блин, то, как сначала из динамиков послышался голос Бобби о том, что Ханбин часть команды, и мы снимаем его кандидатуру, а потом на всех экранах появился Топ и объявил: «Mission complete»… это было невъебенно круто! Бобби таращил глаза. — Секретарь записал наш телефонный разговор? — Выходит, — закусил губу Ханбин. — Значит, это не шутка… — Да, истинное задание заключалось в том, чтобы друзья или одногруппники отговорили тебя участвовать в этой абсурдной миссии, — подтвердил ещё раз Чжинхван. — Как сказал Ян Хён Сок после всем участникам… — Сгорите со стыда! — вклинился Чжунэ. — Нет, — хохотнул Чжинхван. — Директор сказал: «Сначала задание, которое придумал Топ, показалось мне странным и немного притянутым, но когда каждый из вас выступал, я, кажется, понял его смысл. Пусть сегодняшняя ночь послужит вам уроком. Иногда, чтобы помочь другу, нужно уберечь его от него самого. Мир шоу-бизнеса ничего не прощает, в нём нельзя отмотать и начать заново. Малейшая ошибка может стоить карьеры. Несомненно, стремление к победе очень важно, в компании это одна из вещей, которой вас учат. Быть первыми. И я не жду, что вы откажетесь от этого правила, лишь надеюсь, что с этого дня вы будете думать о тех, кто рядом, чуточку больше. Станете надёжной страховкой для друг друга. …». Чжинхван вдруг смутился, не договорив. — В общем, из уст директора всё это звучало очень весомо. Кстати, Ханбин, ты был единственным, кто отказался от участия. Точнее тем, кого не пустили… Ты выиграл, и Ян Хён Сок сказал, что исполнит твоё желание и рад, что оно совпадает с его планами. — Он что, в курсе того, что хочет Ханбин?! — удивился Бобби. — Да, — сказал мини-хён. — Насколько я знаю, в этом году участников просили отправлять их желания заранее. Я так понимаю, это тоже ноу-хау от Топа… Но естественно, мы не знаем, что и кто загадал. Это секрет. Ханбин опять подзавис, и Бобби, поговорив с ребятами ещё с минуту, отключился. Отложив телефон, он внимательно посмотрел на друга. — Что ты попросил у директора? — спросил Бобби, не замечая, как голос пересох от волнения. Ханбин поднял на него странный взгляд, и Бобби догадался. Ровно за секунду до того, как друг начал говорить, он уже знал, каким именно будет ответ: — Твой сольник. — Бля… — только и смог протянуть Бобби, зарываясь головой под подушку. — Это не та реакция, на которую я рассчитывал, — хмыкнул Ханбин. — Почему я? Почему не Чжунэ или Чжинхван? Чёрт… почему сейчас? — страдальчески ныл Бобби. — Ты хоть представляешь, что я чувствую? Как будто выиграл в лотерею и лишился медового месяца одновременно… Ханбин? Друг молчал, и Бобби, высунув лицо из-под подушки, посмотрел на него. — Я не собираюсь слушать твоё нытьё, — Ханбин сложил руки на груди, закрываясь от него. — И уж точно не буду оправдываться за то, что загадал именно это. Ты отдалялся от меня, всё чаще закрываясь в студии один. Сейчас мне понятно, что тебя мучило, но ещё вчера я был уверен, что надоел тебе. И раз ты жаждал отдельного творчества, то я просто хотел воспользоваться шансом и дать тебе этот сольник. Может, глупо, но я думал, как только ты воплотишь свою отдельную мечту, то после… вернёшься ко мне. И всё будет, как прежде. Бобби действительно избегал Ханбина в последнее время, но не знал, что это так терзает друга и вселяет неуверенность в себе. Он же не подозревал, что его любят в ответ… — Прости, что я такой идиот, — наконец выговорил он. — Но как представлю, каким будет забитым график, сколько работы впереди… и тебя не будет рядом. Если я буду корпеть над своим сольником, мы будем видеться только на официальном расписании группы. — Это удивительный шанс, — серьёзно отозвался Ханбин. — Делай то, о чём мечтал, а я… — он протянул руку и потрепал его по ещё влажным волосам, как если бы друг был щеночком. Во взгляде Ханбина пробежала та особая искра, с которой он смотрел лишь на Бобби: — Я никуда не денусь. Расслабленный свист Ханбина, доносящийся из ванной, вернул Бобби из воспоминаний. Хотя полностью из своих мыслей он не вынырнул. Как выяснилось чуть позже, Ян Хён Сок так и так планировал выпустить сольники Бобби и Мино. Желание Ханбина лишь поторопило его в этом направлении. В какой-то степени это было обидно, и Бобби не покидало чувство, что его лидера обманули. Но сам Ханбин лишь пожимал плечами, мол, ну и ладно, главное, что сольному дебюту быть… Я никуда не денусь. Именно так сказал Ханбин четыре месяца назад, и Бобби наивно полагал, что друг будет вести себя, как обычно. И в случае лидера iKON «обычно» означало как маньяк и личный сталкер Бобби. Он, как никогда, ждал такого поведения от своего лучшего друга, но Ханбин неприятно его удивил. Внезапно тот начал хранить молчание, и Бобби, не понимая, в чём дело, сам стал строчить кучу сообщений и донимать его. И, возможно, немного Мино, который странно на него косился, потому что каждый раз, когда приходил сухой ответ от Ханбина, Бобби бросал все дела и бежал к телефону, как ненормальный… — Ты должен сосредоточиться на работе, — сказал Ханбин два месяца назад. — Если что-то упустишь из виду, отвлекаясь на меня, то потом будешь жалеть. Мне приятно, что ты скучаешь, и чёрт… я с ума схожу, когда тебя нет рядом, но я хочу, чтобы ты сполна насладился своей страстью к музыке. Это твоё время. И если надо потерпеть, то я так и сделаю. Ради тебя я на многое готов. Какие-то несколько месяцев не убьют нас… Ханбин говорил мудрые вещи. Зрелые. Бобби обнял его, обещая потерпеть, но уже тогда знал, что сам он до этой зрелости ещё не дорос. Бобби хотел всего и сразу. В нём бушевала жадность, любовь, несдержанность, и он не мог… не отвлекаться на Ханбина. Это было невозможно. В итоге всё стало выходить из-под контроля, и с ним произошло самое ужасное, что только могло. Бобби иногда сомневался во взаимности своих чувств. Как Ханбин, чёрт возьми, может оставаться таким невозмутимым? Бобби почти на стенку лез от невозможности увидеть его или поцеловать, когда хочется. Но лидер даже во время расписания группы держался подчёркнуто на расстоянии. Но высказать что-то вслух он не решался, боялся разочаровать Ханбина. Они ведь договорились. Бобби знал, что все его страхи, словно у маленького ребёнка, которого родители оставили дома одного совсем ненадолго, а тот уже напридумывал себе, что они бросили его, улетев, как минимум, на луну… Ханбин жил с ним на одной планете и чаще всего находился в одном с Бобби помещении, но последнее время они практически никогда не оставались наедине. Чёртово расписание убивало своей загруженностью. Вокруг постоянно толпились люди, и каждую грёбаную минуту за ними следил чей-то внимательный взгляд или объектив камеры. Раньше Бобби не понимал, как это давит и раздражает, сейчас же привычная обстановка душила. Иногда он смотрел на другой счастливый пример в их группе и не мог сдержать зависть. Ведь у Чжинхвана вечно был довольно-оттраханный вид, а Чжунэ напоминал кота, пережравшего сметаны. В какой-то момент Бобби готов был просить у них совета, ведь удавалось же этим двоим как-то встречаться, не палиться и быть счастливыми. Но он вовремя себя остановил, решив не позориться. Тем более, что ни едкие замечания Чжунэ, ни заботливые напутствия старшего не помогли бы изменить простого факта. Бобби и Ханбину просто физически некогда было уделять друг другу внимание. Они даже в общежитии практически не пересекались. Бобби всё свободное время посвящал сольнику, Ханбин тоже постоянно зависал в студии. Но это были разные студии… Месяц назад, ночью, когда Бобби стало совсем невмоготу, он воспользовался отсутствием Мино, который спустился за кофе, и набрал Ханбину сообщение: «Я люблю тебя». Так банально и так ёмко, как говорил Ханбин. Он знал, что друг сейчас с ним в одном здании, но так и не получил ответа. В голове пронеслись варианты от «занят» до «не хочет отвечать», и с досадой Бобби откинул телефон. Он включил почти готовый трек и, погрузившись в работу, не заметил, как вернулся Мино. Тот испугал его, неожиданно подкравшись и приобняв за плечи. Через секунду до него дошло, что это Ханбин, ведь Мино явно не стал бы тереться губами о его щёку… Бобби так и подмывало спросить что-то вроде: «У нас ведь всё хорошо?». Но он сдержал этот жалкий порыв. — Перестань, — прошептал лидер, как будто прочитал его мысли. — Что именно? — Выглядеть таким потерянным, — ответил Ханбин почти со смехом и сжал его крепче в своих объятьях. — Думаешь, я не вижу, как ты раскис в последнее время? Взбодрись! Если будешь продолжать в том же духе, то рискуешь сорвать выход нового альбома iKON. Из-за тебя я не могу сосредоточиться. А эти твои сообщения… довести меня хочешь? — Значит, ты их всё-таки читаешь, — хмыкнул Бобби. — Конечно, я читаю их, придурок, — последнее слово прозвучало настолько нежно, что Бобби улыбнулся. — Это твой трек? — Да, что думаешь? Он замер в ожидании оценки. — Думаю, ты крут, Бобби Ким. — Эй, — возмутился Бобби, задирая голову и пытаясь заглянуть ему в лицо. — Ты даже не дослушал до конца, ты не можешь быть объективным. Он знал, что ответит Ханбин, поэтому они произнесли это вместе:  — Нахуй объективность! Чуть позднее вернулся Мино и застал их смеющимися. Он принёс два стакана кофе с собой, и Бобби отдал свой Ханбину. На самом деле, вид у лидера был ещё более измученный, чем у него. Побыв с ними в студии ещё минут десять и поболтав о всякой ерунде, Ханбин ушёл к себе. После его ухода Мино просверлил Бобби задумчивым взглядом, а затем выдал: — Я притащил кофе в надежде, что он повысит твою энергию, а, оказалось, всё, что тебе требовалось, было этажом выше. Бобби ухмыльнулся, воспользовавшись своим правом на молчание. Хотя Мино и не нужен был ответ, он и так всё прекрасно понял… — Ну так что… ты придумал, как выманить меня? — поинтересовался Ханбин из ванной. Бобби закинул удочку: — Я люблю тебя и безумно соскучился. Лидер не впечатлился. — Это не ответ. Скажи мне лучше то, чего я не знаю. — Вот ведь стервозина, — пробормотал Бобби. — Ладно, у меня реально есть для тебя новость. На днях я встречался с Ян Хён Соком… Бобби картинно умолк. — И что он сказал? — не выдержал Ханбин. Голос лидера звенел от любопытства, и Бобби продолжил дразнить: — Мм… это касается меня и тебя, директор кое-что пообещал нам двоим. Но что конкретно, я расскажу лишь после того, как ты выйдешь из ванной, Ханбин-а… Лидер молчал, но Бобби знал, что тот обязательно покажется через пару минут. И даже не из любопытства, а просто потому, что и сам безумно соскучился по нему. Бобби недавно случайно увидел несколько его текстов, это была та самая секретная лирика, которую лидер ото всех скрывал. Все тексты были написаны о его любви к Бобби… и чёрт, это кружило голову и заставляло сердце биться, как ненормальное. Поэтому теперь можно было заглянуть в будущее и сказать, что сегодня их ждала жаркая ночь. Скорее всего, Бобби не даст Ханбину закончить приватный танец или, возможно, даже начать, потому что ему напрочь снесёт крышу. Но после секса он всё-таки поделится с другом новостью. Ян Хён Сок принял решение быть настоящей золотой рыбкой и наградить победителя вечеринки настоящим справедливым подарком. Директор пообещал Бобби, что выпустит их с Ханбином совместный альбом. Да, он не уточнил, когда именно, но Бобби и не ждал всех чудес сразу. Альбому быть, и это уже неоспоримо. Бобби предвкушал радость любимого от этой новости, и как загорятся его глаза от одной лишь мысли, что они будут работать вдвоём над их музыкой. Впереди ждала сумасшедшая, счастливая молодость, но Бобби не хотел погружаться в мысли о будущем так глубоко. Здесь и сейчас тоже было прекрасно… — Бобби, что лучше, — посмеиваясь, выкрикнул Ханбин. — Блондинка или брюнетка?