Отцовские крылья

      Арани крепко спал, когда кто-то стянул с него одеяло. Чьи-то цепкие пальчики впились ему в плечи. Он заворочался, почмокал и попытался перевернуться на другой бок. Маленького альфу было трудно разбудить, но кто-то неустанно его тряс.       — Арани, проснись! Проснись!       Он приоткрыл глаз: перед ним размытым пятном замаячило лицо брата.       — Лайош, тигра нет, — пробормотал он и попытался стряхнуть его с себя, но в расслабленных ото сна руках не было сил. — Лайош, отвали. Мы с папой брызгали в каждый угол… Нет там никого.       — Проснись! — малыш уже пальцами разжимал ему веки.       — Где твой ловец снов? — сквозь сладкий сон сказал Арани, переворачиваясь на живот, но маленькие и крепкие ноги брата сильно сжали его бока. Старший вытащил из-под головы подушку и накрыл ею лицо. Подушка была тут же отобрана. Лайош отказывался отставать.       — Проснись же!       — Лайош, ложись рядом, — вздохнув, сказал Арани, силясь сомкнуть веки. — Отвали, сказал. Спи.       Младший брат начал больно щипать его, где придётся. От особо сильного щипка маленький альфа подпрыгнул на кровати и широко открыл глаза, которыми явно ничего не видел.       — Да чтоб тебя! Чего пристал?! — заголосил он. Остатки сна развеялись.       — Там Георг. Началось, — заговорщески прошептал Лайош и победно улыбнулся. Так улыбнулся, будто замышлял самую большую шалость.       Арани потёр глаза, окончательно проснувшись, и тоже улыбнулся.       — Серьёзно? Уже?       — Он так орёт! — восхищённо сказал Лайош. — Странно, что ты не проснулся.       Арани прислушался. Действительно, на первом этаже что-то происходило. До него донеслись неразборчивые возгласы.       — Тогда пошли. Нельзя пропустить, — хихикнув, Арани соскочил с кровати и, взяв брата за руку, пошёл смотреть представление, которого ждал уже давно. Это был их с Лайошем маленький секрет. Ни одна няня не задерживалась в доме больше полугода. Георг продержался всего три месяца. Скорее всего, его крики — предвестники ухода.

***

      — Ты относишься к людям как к скоту, Лай! — крикнул Георг. — Я терпел. Но всё, сил моих больше нет!       — Говоря «люди» – ты имеешь в виду себя одного? У тебя раздвоение личности, Георг? — со смехом в голосе спросил Варг-старший.       — Тебе смешно, да? Очень смешно! Об этом я и говорю! — снова крикнул няня на высокой ноте. — Скотина…       — Скотина относится к тебе как к скоту. Мы идеальная пара, не находишь?       Лайош и Арани притаились с разных сторон от двери гостиной и даже не дышали, прислушиваясь. Братья переглядывались, но не издавали ни единого звука.       — Да что я сделал тебе, что ты так меня мучаешь? — всхлипнул Георг. — Если я омега, это ещё не даёт тебе права так поступать!       — Да как, Георг? Как? — в голосе отца явственно прозвучал смех. — И в мыслях не было тебя мучить, как ты выразился. Ты — няня моих детей. Так веди себя соответственно. Не теряй достоинства.       — Достоинства? Да ты растоптал его ещё в самом начале. И теперь только и делаешь, что вытираешь об него ноги!       Арани повернулся к брату и провёл пальчиком под глазом, показывая, что няня плачет. Лайош кивнул и обнажил зубки в улыбке.       — За своё достоинство в ответе только сам человек. Я отношусь к тебе ровно так, как ты мне позволяешь, — спокойно ответил Варг-старший. — Ты милый, Георг. Но не более того.       Няня молчал и сопел.       — Так что?       — Я увольняюсь.       — Не удивил, — скучающе протянул Варг-старший. — Жалко. Дети расстроятся.       — Твои дети!.. — агрессивно начал Георг. — Твои дети ни хрена не расстроятся. Особенно младший.       — Давай-давай, скажи мне всё. Обвини детей. Расскажи, что у такого мудака как я, могут родиться только мудаки. Так делают все взрослые люди, когда им больно. Бьют по детям, — скороговоркой произнёс Варг-старший, но в этих словах слышалась скрытая угроза.       — Они злобные и неуправляемые. Арани мне вообще сказал: «Иди к чёрту, Георг!». А ему только семь. У них большое будущее, — процедил няня.       — Даже как-то неинтересно. Думал, ты скажешь больше, но ладно. Хорошо.       Арани заглянул в щель приоткрытой двери. Отец стоял у окна и смотрел на Георга, как он смотрел на плесень, что противными разводами спускалась из-под крыши к окнам. А няня — чуть поодаль. Его глаза сильно блестели, а по щеке катилась слеза. Арани сжал губы и сложил ладони за спиной. Лайош сидел на коленях у его ног и тоже смотрел в щель.       Отец подошёл к своему рабочему столу и открыл верхний ящичек. Спустя пару секунд он протянул Георгу конверт.       — Твой расчёт. Спасибо за всё, Георг, — холодно произнёс он.       Дети кинулись врассыпную, когда няня повернулся к выходу. Он ещё что-то говорил, но младшие Варги предпочли скрыться раньше, чем их засекут.

***

      Братья сидели в алькове друг напротив друга, скрестив ноги.       — Тебе нравился Георг? — спросил Лайош.       — Не знаю. Наверное, — пожал плечами Арани. — Он добрый. А тебе?       — Да, — слабо кивнул младший. — Почему они всё время уходят? И почему говорят папе гадости?       — Потому что они хотят, чтобы он их любил. Но папа любит только нас, — произнёс Арани как давно известный факт.       — Чтобы любил? — удивился Лайош. — Зачем?       — Не знаю. Они странные. Давай спать, я устал… — прошептал маленький альфа и лёг, утянув за собой и брата.