We Aren't Who We Used to Be

(Точка зрения ТуДи) На что он только надеялся, когда на долю секунды поверил словам Мёрдока о том, что тот может отпустить его домой после завершения тура? Что он вернётся в свою маленькую квартиру в Лондоне и забудет обо всём том, что случилось на Пластиковом Пляже? С чего он взял, что демон-полукровка выполнит своё обещание? Когда он думал об этом, то понимал, насколько заслужил быть запертым сейчас в этой комнате. В крохотной комнате, находящейся глубоко под водой; с её невероятно маленькой кроватью и с вещами, которых он не видел ещё со времён его жизни в Конг Студио; с дверью на противоположном конце, ведущей в маленькую ванную; с круглым окном над кроватью, за которым его поджидал кит. Он ненавидел этого кита, да и вообще всех китов. И ещё он ненавидел Мёрдока за то, что тот использовал этих существ, чтобы мучать его. ТуДи даже вспомнил то, что когда он поделился с басистом своими страхами касательно этих дьявольских созданий, Мёрдок рассказал ему, как сам смертельно боялся замкнутых пространств и самолётов. Это были секреты, которые могли доверить друг другу только друзья... А были ли они друзьями? Если и были, то уже не сейчас. Сейчас они были никто.  Около двери, которая была единственным выходом из этой гадской комнатушки, раздался звенящий шум. Вокалист посмотрел на робота, стоящего неподалёку, который выглядел как Нудл, но на самом деле ни на йоту не похожий на неё. ТуДи уже не был уверен, мертва ли их потерянная гитаристка или нет. Ходили слухи, подкреплённые видеоматериалами, о том, что она всё ещё жива. Он надеялся, что это было правдой; надеялся, что она отыщет его, запертого в этом ужасном месте. Он задавался вопросом: смогут ли они тогда все вместе сжиться с Мёрдоком? Теперь он сомневался, что это заботило его. Подобные мысли лишали его рассудка. Он чувствовал себя так, словно все жизненные соки высасывались из него. Он практически не улыбался, за исключением тех моментов, когда он слетал с катушек. Запас таблеток заканчивался довольно-таки быстро – в этом была настоящая проблема. Они не были нужны ему до тех пор, пока он не оказался на острове. Уже пару лет он не принимал подобного рода лекарства, но Мёрдок начал заново накачивать его ими, чтобы заставить его быть послушным, чтобы без проблем вырубить его или заткнуть говорливый рот.  Он вспомнил тот день, когда он впервые проснулся на Пластиковом Пляже, выбравшись из того крошечного дорожного чемодана. В голове стоял туман, а глаза будто протыкали острые жала, когда он сощурился от яркого солнечного света. Наверное, голос Мёрдока, зовущего его по имени, должен был разозлить или напугать его, особенно когда он наконец-то осознал, что это был именно Мёрдок, который усыпил и выкрал его, привезя в место на многие мили далёкое от дома. Однако он не чувствовал злости или страха, на самом деле он чувствовал... Странную долю удовольствия от того, что услышал этот голос. Он ненавидел себя за это. Но когда он увидел того, кто окликнул его, он был... шокирован. Басист всё ещё выглядел как Мёрдок, только чуточку старше. Нет, всё же, поменялось многое: он казался ещё большим параноиком, чем был до этого; злоупотребление алкоголем увеличилось, он практически всегда носил при себе пистолет или нож, а оба его глаза теперь были того странного красно-коричневого оттенка, чего никогда раньше не было. Треугольные акульи зубы, длинные зазубренные ногти, острые вытянутые уши – он выглядел, как и прежде, но в то же время казался каким-то гибридным демоном.  Нет, ТуДи не боялся его. Чем дольше он оставался на Пластиковом Пляже, тем меньше в нём оставалось страха. Хотя и понимал, что Мёрдок может убить его, не чувствуя при этом никакой вины.  ТуДи сфокусировал взгляд на винтовке Киборга. Он вспомнил случай, когда только прибыл на остров и увидел Мёрдока, убивающего человека. Это жутко смутило его так же, как и оставило равнодушным: нахождение рядом с басистом притупило все чувства, сделав ТуДи слепым ко всем видам жестокости. Те, кого пристреливал Мёрдок, были из свиты Чёрных Облаков. Сатанист лишь защищал остров, защищал их троих. В тот момент в его глазах был лишь холод, когда он с лёгкостью приставил дуло пистолета между глаз человека и нажал на курок. Литературно выражаясь, совершить тот поступок для Мёрдока было плёвым делом, но он был помешан на сохранении себя и всех тех с ним на острове в безопасности. Это были одни из его чар, по крайней мере, для ТуДи. Кто-то любой другой посчитал бы это за нездоровый изъян, но именно это начинало сближать синеволосого с басистом.  Он ненавидел это место, ненавидел тупого робота, ненавидел Мёрдока и ненавидел себя. Он чувствовал, что теряет всё, к чему привык. Он опасался того, кем он может стать в итоге, если ещё дольше задержится здесь; сможет ли он закончить как Мёрдок? Как бессмертный демон-полукровка, использующий людей словно пешки в какой-то долбанной игре.  ТуДи взял банку с таблетками с маленькой захламлённой прикроватной тумбочки. У него ещё было достаточно лекарств, чтобы забыться до конца дня. Потому что настоящий сон покинул его уже давно. Вытряхнув на ладонь зелёные таблетки, он положил их на язык и проглотил, проведя рукой вдоль по горлу. Затем он поприветствовал Киборга, показав ей средний палец, а после лёг в кровать и укрылся с головой тонким фиолетовым одеялом в надежде спрятаться от этого погрязшего в мусоре кошмарного пластикового мира.